Студопедия Главная Случайная страница Задать вопрос

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Школы индийской философии 7 страница. В заключение сопоставьте доказательства Фомы Аквинского с их опровержениями, также принадлежащими Гегелю





В заключение сопоставьте доказательства Фомы Аквинского с их опровержениями, также принадлежащими Гегелю, и примите в этой заочной дискуссии чью-либо сторону:

«При этом способе доказательства имеют некую предпосылку, нечто устойчивое, из которого вытекает другое. Здесь, следовательно, демонстрируют зависимость определения от предпосылки. Если мы должны доказать таким способом бытие Бога, то от этого получается тот смысл, что Бытие Божие зависит от других определений и что последние, следовательно, составляют основание Бытия Божия. Сразу же ясно, что при этом должно получиться нечто несуразное, ибо Бог ведь должен быть безусловным основанием всего и, следовательно, не может зависеть от другого» (Гегель. Энциклопедия философских наук: В 3 т. – М., 1974. – Т. 1. Наука логики. – С. 146).

«…метафизические доказательства Бытия Божия (ныне уже отошедшие в прошлое) выдавались за нечто такое, знание чего и убеждение в чем единственно только и приводит к вере и убеждению в бытии Бога. Это утверждение подобно утверждению, будто бы мы не можем есть, не узнав прежде химические, ­ботанические и зоологические определения пищи, и что мы долж­ны ждать с пищеварением до тех пор, пока не окончено изучение анатомии и физиологии. Казалось бы, в этом случае полезность указанных наук в их области, как и философии в ее, сильно возрастает и даже достигает степени абсолютной и всеобщей необходимости. Вероятнее, однако, что вместо того чтобы быть необходимыми, эти науки тогда вовсе не существовали бы» (Там же. – С. 86).


Раздел 6

ФИЛОСОФСКАЯ МЫСЛЬ
ЭПОХИ ВОЗРОЖДЕНИЯ

План

1. Натурфилософия эпохи Возрождения.

2. Гуманисты периода Возрождения о месте человека в мире и свободе его воли.

3. Социально-политический идеал эпохи Возрождения.

Теоретический итог:

– определите смысл переворота от теоцентризма Средневековья к антропоцентризму возрожденческой философии;

– сравните отношение гуманистической философии к Богу, человеку, природе со средневековым;

– объясните, в чем состоит переходный характер философии Возрождения;

– охарактеризуйте экономическое, политическое и социальное устройство утопического общества и возможные пути достижения утопического идеала.

Философский словарь:антропоцентризм, гуманизм, индивид, индивидуальность, Николай Кузанский, Н. Макиавелли, пантеизм, утопия.

 

По мере перехода от Средневековья, экономическую основу которого составляло сельское хозяйство, к город­скому образу жизни и промышленному производству выявляется особая значимость человека, его своеобразия и творческой активности. Присущие нарождающейся эпохе ориентации на природно-телесное видение мира, внимание к человеческому телу, интерес к гуманитарному знанию, эстетическое понимание действительности оказались созвучными античным ценностям. Поэтому новую эпоху назвали периодом Возрождения(по фр. – периодом Ренессанса). В хронологическом отношении эпоха Возрождения охватывает XIV–XVI ст., хотя первые признаки Возрождения появились в городах Северной Италии еще в конце ХІІ–ХІІІ ст. (Проторенессанс). К большому количеству различных периодизаций Возрождения можно прибавить еще одну – философскую:

– гуманистический период (XIV–середина XV ст.) (Дан­те, Петрарка, Валла).

– неоплатонический период (середина XV–XVІ ст.) (Николай Кузанский, Пико делла Мирандола, Парацельс);

– натурфилософский период (конец XVІ–середина XVІІ ст.) (Н. Коперник, Г. Галилей, Дж. Бруно).

Формально философы этого времени по-прежнему в центр мироздания ставили Бога, но преимущественное внимание уделяли не ему, а человеку. Таким образом, основополагающим принципом философской мысли эпохи Возрождения был антропоцентризм (от греч. «антропос» – человек). Подобный подход способствовал развитию гуманизма – воззрения, признававшего за человеком как личностью высшую ценность, его право на свободу, всемерное развитие творческих способностей и обретение счастья не в загробном мире, а в обычной земной жизни. Гуманисты этого периода, составлявшие очень немногочисленную творческую элиту, в которую входили представители самых разных социальных групп, наряду с Богом возвеличивают человека как творца мира культуры, обожествляют его как субъекта творческой деятельности, сближая его с Богом. Человек в эпоху Возрождения считается не пассивным «об­разом и подобием Божьим», он становится «богоравным» существом. Уравнивают же человека с Богом два основных присущих ему качества – разум и свобода воли, по мнению гуманистов, позволяющие человеку перебирать бес­конечное количество возможностей для творческой самореализации. Жизнь и деятельность многих гуманистов, например, Леонардо да Винчи, бывшего од­новременно и художником, автором знаменитой «Джоконды», и инженером, чей творческий гений предвосхитил многие открытия будущего (танк, парашют, вертолет), и ученым, служит прекрасной иллюстрацией к словам Ф. Энгельса, назвавшего Возрождением эпохой, «которая нуждалась в титанах и которая по­родила титанов по силе мысли и характеру, по многосторонности и учености» (Энгельс Ф. Анти-Дюринг // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. – Т. 20 – С. 346). Превознося человека, гуманисты одновременно остро критико­вали схоластическую философию, настаивали на необходимости выхода за пределы «схоластиче­ской науки» к неформальному, жизненному, гуманистическому знанию.

Одним из основных условий возможности реализации гуманистического идеала человека считалось преобразование общества. Именно в период Возрождения получает дальнейшее развитие и даже собственное название литературный жанр утопии (в пер. с греч. «место, которого нет»), по названию романа английского гуманиста Томаса Мора. Идеальное общество в глазах гуманистов должно было быть построено:

– в экономической сфере – на отказе от частной собственности, всеобщей трудовой повинности и централизованном распределении произведенной продукции;

– в политической сфере – на демократических началах выборности всех должностных лиц;

– в социальной сфере – на замене сословного строя, определявшего ценность человека по его происхождению, такой социальной иерархией, в которой место человека определялось степень образованности и общественной значимости выполняемых им обязанностей;

– в сфере культуры – на создании всеобщей и обязательной системы образования и воспитания, государственной поддержки развития наук.

Подобному социально-политическому идеалу трудно дать однозначную оценку: ему были присущи как те элементы, которые впоследствии были реализованы и ныне успешно функционируют во многих современных странах, так и те, которые пока не выдержали проверку временем. Однако очевидно, что утопии эпохи Возрождения предлагали строй, гораздо более совершенный, нежели тот, который существовал во времена их создания в государствах Западной Европы.

В завершение общей характеристики философской мыс­ли эпохи Возрождения следует обратить внимание на важнейшую ее особенность – непрофессиональный характер. Для гуманистов и мыслителей Ренессанса философия не являлась ни профессией, ни родом занятий, ни даже творческим хобби. Просто те идеи, которые высказывали кардинал Николай Кузанский, политик и дипломат Николо Макиавелли или ученый-астроном Николай Коперник, оказывались идеями философскими по своему масштабу и значению.

6.1 Натурфилософия эпохи Возрождения
(Николай Кузанский, Н. Коперник, Дж. Бруно)

Основные философские идеи Николая Кузанского (1401–1464) – теолога, церковно-политического деятеля (кардинала), ученого и философа, оказавшие большое влияние на философию и естествознание Нового времени, изложены в его основном­ сочинении «Об ученом незнании» (1440). Акт божественного творения изображен в нем как беспрерывное «разворачивание» божественного существа во множество. Но тем самым Бог-творец оказывается тождественным своему творению-миру. Так формулируется пантеистическая точка зрения (от греч. «пан» – все, «теос» – Бог), получившая широкое распространение в фи­лософской мысли эпохи Возрождения. Суть ее заключается в том, что Бог, в отличие от средневековых религиозно-философских представлений, пребывает не вне мира, но «присутствует всюду» в мире, пронизывает собой все бытие, является «живой душой», самим «бытием» мира. В отличие от схоластических трактовок Вселенной как чего-то замкнутого, ограниченного, конечного и в пространстве, и во времени, Кузанский склоняется к признанию бесконечности природы. В результате Земля больше не может рассматриваться как центр мира (официально признанная геоцентрическая система). Человек у Кузанского вы­ступает как богочеловек, он есть творческое начало, его главная отличительная черта – способность к познанию. Сам процесс познания рассматривается Кузанским не как последовательное приближение к раз и навсегда данным Богом истинам, но как нескончаемое накопление и углубление человеческих знаний.

Вопросы и задания:

1. Какое место в мире отводит Николай Кузанский Богу? Ка­кие историко-философские паралелли со своей позицией он проводит?

2. Чем пантеистический взгляд Николая Кузанского отличался от представлений о Боге, распространенных в античной и сред­невековой философии?

3. На каком основании Николай Кузанский считает, что наш разум не в состоянии постичь абсолютную истину?

4. Какую цель в таком случае должен преследовать процесс познания?

[ПАНТЕИзм]

Бог, который един, пребывает в единой Вселенной; Все­ленная пребывает в универсальной совокупности вещей, определяясь в них. Таким путем мы понимаем, что Бог, простейшее единство, существует в единой Вселенной, как бы в порядке следствия через посредство Вселенной пребывает во всех вещах, а множество вещей через посредство единой Вселенной – в Боге <…>.

Ф и л о с о ф: Что скажешь ты о душе мира? То, что Платон назвал душой мира и Аристотель – природой, есть Бог, создающий все во всем; и он творит в нас ум.

П р о с т е ц: Время не позволяет обсудить всего. Думаю, что душой мира Платон назвал то, что Аристотель – природой. Но я полагаю, что эта душа и природа есть не что иное, как Бог, который все во всем создает и которого мы называем духом всего в совокупности.

Ф и л о с о ф: Платон сказал, что эта душа содержит в нерушимости первообразы вещей и всем движет; Аристотель говорил, что природа прозорлива и всем движет.

Кузанский Н. Об ученом незнании; Книги простеца. Простец об уме
// Соч.: В 2 т. – М., 1979. – Т. 1. – С. 109, 435.

[ТЕОРИЯ «УЧЕНОГО НЕЗНАНИЯ»]

Наш конечный разум, двигаясь путем уподоблений, не может… в точности постичь истину вещей. Ведь истина не бывает больше и меньше, она заключается в чем-то неделимом и, кроме как самой же истиной, ничем в точности измерена быть не может, как круг, бытие которого состоит в чем-то неделимом, не может быть измерен не-кругом. Не являясь истиной, наш разум тоже никогда не постигает истину так точно, чтобы уже не мог постигать ее все точнее без конца, и относится к истине, как многоугольник к кругу: будучи вписан в круг, он тем ему подобнее, чем больше углов имеет, но даже при умножении своих углов до бесконечности он никогда не станет равен кругу, если не разрешится в тождество с ним.

Итак, об истине мы явно знаем только, что в точности, как есть она неуловима: наш разум относится к истине, как возможность – к абсолютной необходимости, не могущей быть ни больше, ни меньше, чем она есть. Недаром суть вещей, истина сущего, непостижима в своей чистоте, и, хоть философы ее разыскивают, никто не нашел ее как она есть. И чем глубже будет наша ученость в этом незнании, тем ближе мы приступим к истине.

Кузанский Н. Об ученом незнании
// Соч.: В 2 т. – М., 1979. – Т. 1. – С. 53–54.

В эпоху Возрождения развиваются новые представления о Вселенной. Многовековую геоцентрическую традицию Аристотеля – Птолемея об устройстве Вселенной и Солнечной системы, в центре которой якобы находилась Земля, опровергло учение польского астронома и мыслителя Николая Коперника (1473–1543). Он обосновал новый гелиоцентрический взгляд, согласно которому в центре Солнечной системы находится не Земля, как считалось ранее, а Солнце. Земля же, наряду с другими из­вестными тогдашней астрономии планетами, враща­ется вокруг него: «Первой и наивысшей из всех является сфера неподвижных звезд, содержащая самое себя и вся поэтому неподвижная; она служит местом Вселенной, к которому относятся движения и положения всех остальных светил... Далее следует первая из планет – Сатурн, завершающий свое обращение в 30 лет, после него – Юпитер, движущийся двенадцатилетним обращением, затем – Марс, который делает круг в два года. Четвертое по порядку место занимает годовое вращение, и в этом пространстве, как мы сказали, содержится Земля с лунной орбитой... На пятом месте стоит Венера, возвращающаяся на девятый месяц. Наконец, шестое место занимает Мекурий, де­лающий круг в несколько дней. В середине всего находится Солнце. Действительно, в таком великолепнейшем храме кто бы мог поместить этот светильник в другом и лучшем месте, как не в том, откуда он может одновременно все освещать...» (Коперник Н. О вращении небесных сфер. – М., 1964. – С. 34–35). Аргументы Николая Коперника в пользу его гелиоцентрической системы вы можете найти в приведенных ниже отрывках из его бессмертного сочинения «О вращении небесных тел».

Вопросы и задания:

1. Какими аргументами Николай Коперник доказывает шарообразную форму Земли?

2. Какой зримый эквивалент вращению небесных тел вокруг Солнца находит Николай Коперник?

3. На каком основании он утверждает, что Земля вращается вокруг Солнца, а не представляет собой неподвижный центр мира?

4. Какие элементы представлений Николая Коперника об устройстве Вселенной подтверждаются данными современной науки, а какие – нет?

 

Прежде всего мы должны заметить, что мир является шарообразным или потому, что эта форма совершеннейшая из всех и не нуждается ни в каких скрепах и вся представляет цельность, или потому, что эта форма среди всех других обладает наибольшей вместимостью, что более всего приличествует тому, что должно охватить и сохранить все, или же потому, что такую форму, как мы замечаем, имеют и самостоятельные части мира, именно Солнце, Луна и звезды; или потому, что такой формой стремятся ограничить себя все предметы, как можно видеть у водных капель и других жидких тел, когда они хотят быть ограничены своей свободной поверхностью. Поэтому никто не усомниться, что такая форма придана и божественным телам.

Земля тоже является шарообразной, так как она со всех сторон стремится к своему центру... Это можно обнаружить следующим образом... ...мореплаватели видят, что такой же формой ограничиваются и воды, так как земля, не видимая с палубы, может быть замечена с верхушки мачты. Наоборот, если на верхушке мачты поместить что-нибудь сияющее, то при удалении корабля от земли остающиеся на берегу видят, что оно понемногу опускается, пока, наконец, не скроется, как бы заходя <..>.

Затем будем помнить, что движение небесных тел круговое. Действительно, подвижность сферы выражается в том, что она вращается кругом, самим этим действием ото­бражая свою форму в простейшем теле, в котором нельзя найти ни начала, ни конца, ни отличить одной части от другой, когда она движется сама в себе, проходя через одно и то же, однако же, вследствие многочисленности сфер, существует много различных движений. Самое очевидное из всех – суточное вращение.., т. е. продолжительность дня и ночи. Полагают, что этим движением перемещается с востока на запад весь мир, за исключением только Земли. Это движение является мерой всех движений, так как даже само время мы измеряем преимущественно числом дней.

Кроме этого, мы видим и другие, как бы противоположные движения, то есть с запада на восток, а именно Солн­ца, Луны и пяти планет. Солнце отмеряет год, Луна – месяцы – лучше всего известные меры времени, и каждая из пяти планет совершает свое круговращение<..>.

Большинство авторов согласно с тем, что Земля покоится в середине мира, так что противоположное мнение они считают недопустимым и даже достойным осмеяния. Однако, если мы разберем дело внимательнее, то окажется, что этот вопрос еще не решен окончательно, и поэтому им никак нельзя пренебрегать.

Действительно, всякое представляющееся нам изменение места происходит вследствие движения наблюдаемого предмета или наблюдателя или, наконец, вследствие неодинаковости перемещений того и другого, так как не может быть замечено движение тел, одинаково перемещающихся по отношению к одному и тому же (я подразу­меваю движение между наблюдаемым и наблюдателем). А ведь Земля представляет то место, с которого наблюдается упомянутое небесное круговращение и открывается нашему взору.

Таким образом, если мы сообщим Земле какое-нибудь движение, то это движение обнаружится таким же и во всем, что находится вне Земли, но только в противоположную сторону, как бы проходящим мимо; таким прежде всего будет и суточное вращение. Мы видим, что оно увле­кает весь мир, за исключением Земли и того, что ее непо­средственно окружает. А если допустить, что небо вовсе не имеет такого движения, а вращается с запада на восток Земля, то всякий, кто это серьезно обдумает, найдет, что все видимые восходы и заходы Солнца, Луны и звезд будут происходить точно так же...

Коперник Н. О вращении небесных сфер. – М., 1964. – С. 18–22.

Идеи Николая Коперника развивал выдающийся итальянский мыслитель Галилео Галилей (1564–1642), который благодаря своим научным исследованиям и изобретениям (телескоп) сделал ряд важных астрономических открытий (горы на Луне, пятна на Солнце, спутники Юпитера), подтверждавших открытие Коперника и доказывавших восходящую еще к античности (Анаксагор) мысль о единстве земных и небесных явлений. Поплатился жизнью за свои передовые идеи о бесконечности Вселенной и множественности составляющих ее миров, о возможности вне­земных форм жизни итальянский мыслитель Джордано Бруно (1548–1600). Отрывки из его знаменитого сочинения «О бесконечности, вселенной и мирах» приводятся ниже.

Вопросы и задания:

1. Какой главный аргумент использует Дж. Бруно, обосновывая бесконечность Вселенной и составляющих их миров?

2. Каково общее устройство Вселенной в целом и каждого из миров в отдельности? В каком соотношении друг с другом, с нашей Землей и Солнечной системой находятся эти бесчисленные миры?

3. Каким путем человек способен познать истинный строй Вселенной?

4. Какие устоявшиеся представления подрывала концепция Дж. Бруно?

5. Что говорит Дж. Бруно о возможности жизни в других ми­рах?

6. Согласуются ли космологические взгляды итальянского мыслителя с данными современной науки?

 

…сама природа имеет бесконечное пространство не вследствие достоинства своих измерений или телесного объема, но вследствие достоинства самой природы и видов тел; ибо бесконечное превосходство несравненно лучше представляется в бесчисленных индивидуумах, чем в тех, которые исчислимы и конечны. Поэтому необходимо, чтобы существовало бесконечное подобие недоступного божественного лика, в каковом подобии находились бы как бесконечные члены бесчисленные миры, каковы суть другие миры. Поэтому ввиду бесчисленных ступеней со­вершенства, в которых разворачивается в телесном виде ­божественное телесное превосходство, должны быть бес­численные индивидуумы, каковыми являются эти громадные живые существа (одно из которых эта земля, божественная мать, которая родила и питает нас и примет нас обратно), и для содержания этих бесчисленных миров требуется бесконечное пространство. Подобно тому, следовательно, как хорошо то, что может существовать и существует этот мир, не менее хорошо и то, что могли, и могут быть, и существуют бесчисленные миры, подобные этому <…>.

Едино, следовательно, небо, безмерное пространство, лоно которого содержит все, эфирная область, в которой все пробегает и движется. В нем – бесчисленные звезды, созвездия, шары, солнца и земли, чувственно воспринимаемые; разумом мы заключаем о бесконечном количестве других. Безмерная, бесконечная вселенная составлена из этого пространства и тел, заключающихся в нем <…>.

…я не знаю, все ли они неподвижны или же лишь большая часть их и движутся ли одни из них вокруг других; ведь этого никто не наблюдал до сих пор, а кроме того это и нелегко наблюдать. Точно так же нелегко наблюдать поступательный ход и движение отдаленной вещи, которая на большом расстоянии как будто не меняет своего места, как это мы видим на кораблях, находящихся в открытом море. Но как бы то ни было, поскольку вселенная бесконечна, необходимо, чтобы существовало множество солнц; ибо невозможно, чтобы теплота и свет одного-единственного солнца могли излучаться по безмерной вселенной… Поэтому нужно принять, что существуют еще бесчисленные солнца, из которых многие для нас заметны в виде маленьких тел; но некоторые могут нам казаться меньшими звездами, хотя на самом деле, они гораздо больше тех, которые кажутся нам чрезвычайно крупными<…>.

Миры же, как они нам кажутся, различаются по блеску и свету и расположены на известных расстояниях друг от друга; и ни один из них не ближе к другому, чем Луна к Земле или Земля к Солнцу…

На этих мирах обитают живые существа, которые возделывают их, сами же эти миры – самые первые и наиболее божественные живые существа вселенной; и каждый из них точно также составлен из четырех элементов, как и тот мир, в котором мы находимся, с тем только отличием, что в одних преобладает одно активное качество, в других же – другое, почему одни чувствительны к воде, другие же к огню.

Бруно Дж. О бесконечности, вселенной и мирах
// Бруно Дж. Диалоги. – М., 1949. –
С. 311–312, 361, 365–366, 441.

6.2 Гуманисты периода Возрождения
о месте человека в мире и свободе его воли

Самым известным произведением, в котором нашло законченное выражение и философское обоснование гуманистическое учение о высоком назначении человека и об исключительности человеческой природы, безусловно, следует считать«Речь о достоинстве человека» Джованни Пико делла Мирандолы (1463–1494). Первоначально эта речь должна была служить вступительным словом на диспуте, где предполагалось обсудить «900 тезисов обо всем, что познаваемо» этого гуманиста.

Вопросы и задания:

1. Какое место в мире традиционно отводилось человеку античной и средневековой философией и какие качества это место человеку обеспечивали?

2. Какой «жребий.., завидный не только для животных, но для звезд и потусторонних душ», предназначает человеку Пико делла Мирандола?

3. Благодаря какому присущему человеческой природе свойству, по мнению автора «Речи», человек занимает исключительное место в мире и является «самым счастливым из всех живых существ и достойным всеобщего восхищения»?

4. В каких утверждениях эта «Речь», на ваш взгляд, настолько противоречила официальной теологической доктрине, что ее содержание, равно как и содержание всех 900 тезисов, было объявлено еретическим?

 

Я прочитал, уважаемые отцы, в писаниях арабов, что когда спросили Абдаллу Сарацина, что кажется ему самым удивительным в мире, то он ответил, что нет ничего более замечательного, чем человек. Этой мысли соответствуют и слова Меркурия: «О Асклепий, великое чудо есть человек!» Когда я размышлял о значении этих изречений, меня не удовлетворяли те многочисленные аргументы в пользу превосходства человеческой природы, которые приводят многие: человек есть посредник между всеми соз­даниями, близкий к высшим и господин над низшими, ­истолкователь природы в силу проницательности ума, ясности мышления и пытливости интеллекта, промежуток между неизменной вечностью и текущим временем...

…В конце концов мне показалось, что я понял, почему человек является самым счастливым из всех живых существ и достойным всеобщего восхищения и какой жребий был ему уготован среди всех прочих судеб, завидный не только для животных, но для звезд и потусторонних душ. Невероятно и удивительно! А как же иначе? Ведь именно поэтому человека по праву называют и считают великим чудом, живым существом, действительно достойным восхищения. Но что бы там ни было, выслушайте, отцы, и снисходительно простите мне эту речь.

Уже всевышний Отец, Бог-творец, создал по законам мудрости мировое обиталище, которое нам кажется августейшим храмом божества. Наднебесную сферу украсил разумом, небесные тела оживил вечными душами. Грязные и засоренные части нижнего мира наполнил разнородной массой животных. Но, закончив творение, пожелал мастер, чтобы был кто-то, кто оценил бы смысл такой большой работы, любил бы ее красоту, восхищался ее размахом. Поэтому, завершив все дела.., задумал, наконец, сотворить человека. Но не было ничего ни в прообразах, откуда творец произвел бы новое потомство, ни в хранилищах, что подарил бы в наследство новому сыну, ни в скамьях небо­свода, где восседал сам созерцатель вселенной. Уже все было завершено; все было распределено по высшим, средним и низшим сферам. Но не подобало отцовской мощи отсутствовать в последнем потомстве как бы истощенной, не следовало колебаться его мудрости в необходимом деле из-за отсутствия совета, не приличествовало его благодетельной любви, чтобы тот, кто в других должен был восхвалять божественную щедрость, вынужден был осуждать ее в самом себе. И установил, наконец, лучший творец, чтобы для того, кому не смог дать ничего собственного, стало общим все то, что было присуще отдельным творениям. Тогда принял Бог человека как творение неопределенного образа и, поставив его в центре мира, сказал: «Не даем мы тебе, о Адам, ни определенного места, ни собственного образа, ни особой обязанности, чтобы и место, и лицо и обязанность ты имел по собственному желанию, согласно твоей воле и твоему решению. Образ прочих творений определен в пределах установленных нами законов. Ты же, не стесненный никакими пределами, определишь свой образ по своему решению, во власть которого я тебя предоставляю. Я ставлю тебя в центре мира, чтобы оттуда тебе было удобно обозревать все, что есть в мире. Не сделал тебя ни небесным, ни земным, ни смертным, ни бессмертным, что­бы ты сам, свободный и славный мастер, сформировал себя в образе, который предпочтешь».

История эстетики. Памятники мировой эстетической мысли. – М., 1962. – Т. 1. – Античность. Средние века. Возрождение. – С. 506–507.

Самой сложной для гуманистов оказывалась проблема ­свободы воли, ибо признание ее полноты неизбежно означало умаление божественного всемогущества и необходимость пересмотра всей картины мира, построенной на идеальных первоначалах. Поэтому от идеи Бога откажется только философия ХІХ в., мыслители же эпохи Возрождения в своих рассуждениях по данному вопросу пытались совместить свободу воли и божественное провидение, оставляя приоритет за свободой воли. Ярким примером таких размышлений служит диалог «О свободе воли» итальянского гуманиста Лоренцо Валлы (1405 или 1407–1457).

Вопросы и задания:

1. Что такое свобода воли и какое значение свободе воли для человека придает Лоренцо Валла?

2. В чем видит Л. Валла основное противоречие между свободой человеческой воли и божественным провидением?

3. Как решает Л. Валла вопрос о соотношении свободы воли и божественного провидения?

4. Почему Л. Валла не считает возможным окончательно отказаться от идеи божественного провидения?

 

А н т о н и й: Наитруднейшим и особенно недоступным представляется мне вопрос о свободе воли; от него зависит любое человеческое действие, всякое право и несправедливость, любая награда и наказание и не только в этой жизни, но также и в будущей; об этом предмете я сказал бы, что едва ли будет какой-либо вопрос, столь же заслуживающий большего понимания и в котором наименее сведущи <…>.

Если Бог предвидит будущее, ничего иного, помимо того, что он предвидел, произойти не может. Так, например, если он видел, что Иуда сделается предателем, невозможно, чтобы [Иуда] не предал, т. е. то, что Иуда предал, было необходимо, если нет, – да минует нас это, – то мы хотим отказать Богу в провидении. Поскольку дело обстоит таким образом, неизбежно должно признать, что род человеческий не имеет в своем распоряжении свободы воли…Ты сам видишь здесь, что теперь последует из этого: ведь то, что Бога либо хвалят за его справедливость, либо за его несправедливость обвиняют и на одного налагают наказание, а другому дают награду, откровенно говоря, это кажется противным справедливости, поскольку действия людей по необходимости соответствует предвидению Бога. Тогда не отказаться ли нам от религии, благочестия, святости богослужений и жертвоприношений; мы не можем ничего ожидать от него и прибегать к молитвам, не можем говорить о его милосердии и можем пренебрегать исправлением нашего ума, и, наконец, мы можем делать только то, что доставляет нам удовольствие, так как справедливость или несправедливость наших поступков предусмотрена Богом. Итак, либо он, кажется, не предвидит будущее, если мы наделены волей, либо он несправедлив, если мы лишены свободы воли. Теперь ты знаешь, что в этом деле возбуждает у меня сомнение <…>.

Л а в р е н т и й: …я отвечу тебе, что отрицаю хотя бы возможность иного исхода, нежели тот, который был предусмотрен, что есть следствие, которое может сокрыться от предвидения. Но что же препятствует тому, чтобы эти вещи были одновременно верны? Разве же может что-то происходить иначе, после того как произойдет? Весьма различно то, что может случиться, и то, что будет. Я могу жениться, могу быть воином, могу быть священником, так что же непременно и буду? Менее всего. Следовательно, я могу сделать иначе, чем произойдет, но однако иначе не сделаю; и Иуда был в силах не грешить, хотя было предсказано, что это будет, но предпочел согрешить потому, что уже было предусмотрено будущее. Поэтому [оно] предвидение имеет силу, когда сохраняется свобода воли. Она заключена в том, что будет избрана одна из двух [возможностей]: поскольку обе сразу исполнить нельзя, то, с помощью своего света, он предугадает и выберет одну.






Дата добавления: 2014-11-10; просмотров: 246. Нарушение авторских прав

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2017 год . (0.101 сек.) русская версия | украинская версия