Студопедия Главная Случайная страница Задать вопрос

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Цивилизм как русская идея в контексте всемирной истории





Социализм как переходный строй между капитализмом и цивилизмом— таков тот всемирно-исторический контекст, в рам­ках которого только и можно адекватно уяснить координаты рос­сийской истории XX в., понять, откуда и куда мы идем, какая бу­дущность нас ждет, каковы предпосылки и условия нашего перехо­да к праву, к экономически, юридически и морально свободной лич­ности, гражданскому обществу, товарно-рыночным отношениям, пра­вовому государству, каково, наконец, отклонение нашего реального движения от наших объективных возможностей идти к цивилизму.

Без коммунистической перспективы реальный социализм (а именно — социализм коммунистический) оказался в исторической ловушке и предстал как переходный строй без переходов.Отсюда и представления о социализме как исторической ошибке и тупико­вой ветви общественного развития, попытки исправить дело воз­вращением к капитализму как конечному и высшему пункту миро­вой цивилизации.

Но история и цивилизация не остановились на капитализме, капитализм — не конец истории, а социализм — не историческая ошибка сотен миллионов людей на протяжении почти столетия в России, а затем и в целом ряде других стран.

Цивилизм как концепция постсоциализма освобождает обще­ство с социалистическим прошлым от комплекса исторической неполноценностии демонстрирует, что социализм — это не впус­тую затраченное время, а самый тяжкий и жестокий этап всемир­ной истории (этап негативный, время отрицания прошлого — для будущего) на пути к утверждению более высокой ступени челове­ческой свободы, равенства, справедливости и права.

Колесо всемирной истории прошлось по тем, кто оказался в социалистическом пространстве и времени. Отсюда наши потери и трагедии. Но здесь — и работа на будущее.

Все эти соображения и суждения по вполне понятным причи­нам относятся прежде всего и главным образом к российскому об­ществу, к России, где была начата и ценой огромных усилий и жертв осуществлена до конца практическая реализация коммунистиче­ской идеи. И в этом всемирно-историческом процессе Россия была, выражаясь языком Гегеля, носителем мирового духа,исполните­лем его поручения. Так что и претензии России в XX в. (в рамках и формах СССР и мировой социалистической системы) на лидерство и роль первопроходца в мировом прогрессе имели реальные соци­ально-исторические основания.

Но коммунизм не справился со своими проблемами, не понял реального смысла своей практики и подлинных тенденций ее эво­люции. Большие идеологии (в их числе и коммунистическая) эгои-

12—160

Раздел IV. Проблемы постсоциалистического права и государства

стичны: они пренебрегают всем, включая и будущность своей прак­тики, во имя самосохранения даже в виде устаревшего и разобла­ченного мифа, ставшего уже сказкой.

Контуры цивилизма как будущности социализма стали прояс­няться лишь в условиях стагнации и кризиса реального социализ­ма, выявивших иллюзорность коммунистической перспективы и неадекватность доктринальных представлений о социализме как низшей фазе коммунизма, которая на базе социализированной соб­ственности должна была развиться в полный коммунизм.

Очевидно, что до появления соответствующих объективно-ис­торических реалий периода упадка и кризиса практически сло­жившегося социализма не было и самой возможности для уяснения действительных перспектив его развития. Так что ни в XIX в., ни в I половине XX в. не было еще условий для формирования даже представлений о цивилизме как будущности социализма.

Между тем тот или иной образ будущего,то или иное пред­ставление о будущности соответствующего объекта, явления (в на­шем случае — о будущности социализма) играет существенную роль в процессе познания и преобразования практики, в понимании и оценке прошлого и современности.

Так, ясно, что представленная в марксистской доктрине кон­цепция социализма с коммунистической будущностью по сути сво­ей не может допустить после буржуазной частной собственности, буржуазного права, буржуазного товарно-рыночного хозяйства, бур­жуазного гражданского общества и буржуазного правового госу­дарства какого-то нового (послебуржуазного) типа индивидуальной собственности на средства производства, нового типа права, рынка, гражданского общества и государства, поскольку все эти институ­ты, согласно доктрине, будут "отмирать" по мере продвижения от социализма (как первой фазы коммунизма) к полному коммунизму.

И только в концепции цивилизма, отрицающей одновремен­но и коммунистическую и капиталистическую перспективы для социализма,впервые обосновывается объективно-историческая возможность нового (постсоциалистического и вместе с тем небур­жуазного) типа индивидуальной собственности, права, рынка, гра­жданского общества и правового государства.

С позиций концепции цивилизма ясно, что актуально обсуж­даемые у нас трудности перехода к рынку, гражданскому общест­ву, правовым отношениям в экономике, политике и т. д. — это труд­ности перехода не вообще к рынку, гражданскому обществу, праву и т. д., а именно к буржуазному рынку, к буржуазному гражданско­му обществу, к буржуазному праву и т. д.

Например, тезис современных сторонников рынка о том, что рынку нет альтернативы, по сути дела имеет в виду капиталисти­ческое "рыночное общество" и игнорирует (невольно) альтернативу рынка при цивилизме, на базе гражданской собственности.

Глава 1. От социализма к цивилизму. Концепция цивилитарного права 351

Борьба, следовательно, идет не за или против рынка, а за тот или иной типрынка. Проблема состоит сегодня не в том, что наше общество против рынка; скорее, наоборот, оно за рынок, но за такой рынок, переход к которому связан не с отрицанием социализма в пользу капитализма, а со справедливым для всех членов общества преобразованием социализма, исключающим чьи-либо привилегии за счет "всех вместе". Иначе говоря, наше общество готово к далеко идущим и весьма радикальным преобразованиям в духе требова­ний принципа всеобщей справедливости, открыто для утвержде­ния некапиталистического и вместе с тем несоциалистического строя.Такое постсоциалистическое будущее и представлено в кон­цепции цивилизма.

Как идейно-теоретический итог российского опыта XX в. ци-вилизм (в своей непосредственной причастности к судьбам России и российской истории) является современным выражением в об­щезначимых для цивилизации категориях всемирно-историческо­го прогресса свободы и права того, что традиционно именуется рус­ской национальной идеей1.Ведь только концепция цивилизма оп­равдывает усилия столь тяжкого прошлого (с его мессианством, энтузиазмом, самопожертвованием и неимоверными лишениями во имя будущего), придает всемирно-исторический смысл и адекват­ную будущность уникальной по своей напряженности российской истории XX в.

В концепции постсоциалистического цивилизма прошлое и будущее России приобретают взаимосвязанный и осмысленный характеркак ступени единого, прогрессивно развивающегося исто­рического процесса. Только благодаря этому можно концептуально, а не голословно утверждать, что у России есть не только прошлое, но и будущее, что у нее есть своя история,которая имеет собствен­ное продолжение.

Когда же из прошлого России по тем или иным соображениям вычеркивают социализм, а постсоциалистическую Россию как "блуд­ного сына" зовут вернуться к дореволюционным порядкам или к капитализму, то это фактически означает историческую дисква­лификацию России— и на прошлое, и на все оставшееся будущее. Если, как полагают идеологи возврата назад, Россия почти весь XX в., то есть в эпоху ее максимальной всемирно-исторической активно­сти и значимости, по ошибке или по иному ущербному основанию вела себя и других в тупик, то на какую будущность она может в таком случае рассчитывать?

'См.: Нерсесянц B.C. Цивилизм как русская идея // Рубежи, 1996, № 4. С. 129—153. Интересная интерпретация цивилизма в контексте соотношения отечественной и западной мысли содержится у Ю.С. Пивоварова и АЛ. Фурсова.— См.: Пивоваров Ю., Фурсов А. Послесловие к "Цивилизму" B.C. Нерсесянца // Там же. С. 154—158.

12*

352 Раздел IV. Проблемы постсоциалистического права и государства

Идеология ошибочности и тупиковости российской истории XX в., будучи по сути своей антиисторичной, навязывает России и ее на­родам стойкий комплекс исторической неполноценности и отбрасы­вает страну на периферию социально-исторического развития.

Между тем ясно, что социализм XX в. — это именно русская история.Более того — это, по критериям всемирной истории, са­мое существенное во всей истории России.Тот звездный случай, когда национальная история напрямую делает дело всемирной ис­тории.Делает потому, что способна это сделать и видит в этом свое собственное дело и свою всемирно-историческую миссию. По ошиб­ке, обману и т. д. такие дела не делаются. Именно в России проде­лана вся черновая работа всемирной истории,связанная с реали­зацией и практической проверкой общечеловеческой коммунисти­ческой идеи. Ответ найден — цивилизмс неотчуждаемым правом каждого на гражданскую собственность. Это и есть русская идея сегодня и на будущее, российский вклад во всемирно-исторический прогресс свободы и равенства людей.






Дата добавления: 2014-10-22; просмотров: 193. Нарушение авторских прав

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2017 год . (0.09 сек.) русская версия | украинская версия