Студопедия Главная Случайная страница Задать вопрос

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Формирование и возвышение





Московского централизованного государства

Причины и особенности образования Московского государства. Переломным веком в отечественной истории стал XIV в. Именно с XIV в. начинается объединение русских земель после длительного периода раздробленности. Это был закономерный, прогрессивный процесс, который завершился в начале XVI в. образованием Московского централизованного государства. Как известно, централизованное государство предполагает наличие единой верховной власти, подконтрольный центру единый административный аппарат, единые законы, общие вооруженные силы и т.д.

Основные причины образования Московского государства – внутриполитические, экономические, социальные и внешнеполитические.

К внутриполитическим причинам объединения русских земель относятся: усиление власти великих князей в важнейших центрах Северо-Восточной Руси, их стремление подчинить своей власти удельных князей и бояр-вотчинников, а также тяготение православной церкви к централизованной власти с целью своего усиления.

Причиной объединения русских земель и формирования Московского государства стал и экономический фактор. Развитие феодальных отношений вширь и вглубь, подъем производительных сил в сельском хозяйстве, развитие ремесла и торговли, формирование единого рынка, другие факторы, вынуждали налаживать связи между отдельными регионами. В этих условиях, политическая раздробленность становилась тормозом на пути развития экономики.

Обострение социальных отношений между различными группами и слоями населения, кровная заинтересованность простых людей в создании мощного централизованного государства составили комплекс социальных причин образования Московского государства.

Как известно, в ходе развития феодальной земельной собственности возникла такая форма земельной собственности, как поместье, которое давалось за военную и государственную службу, и которое нельзя было продавать, обменивать, наследовать. Развитие поместного землевладения, которое шло на смену вотчине, сопровождалось усилением феодальной эксплуатации. Это приводило к обострению социальных противоречий между крестьянами и феодалами, между различными группировками феодалов за дополнительные рабочие руки. Помещики нуждались в сильной централизованной государственной власти, которая могла бы держать в повиновении крестьян и ограничивать феодальные права и привилегии бояр-вотчинников. Олицетворять такую власть могло только государство.

Перспектива создания крепкого единого государства соответствовала и социальным интересам большей части простых людей русских земель. Крестьянское население видело в государстве защитника от притеснений княжеской и боярской знати, феодалов, от внешних врагов. Посадское население: ремесленники, купцы и другие были заинтересованы в государственном обеспечении безопасности торговых путей. Служилые люди: дети боярские, дворяне, послужильцы видели в едином государстве власть, способную дать им средства к существованию в обмен на военную и государственную службу.

Внешнеполитические причины, ускорившие образование Московского государства, заключались в необходимости обороны русской земли от внешних врагов, в ликвидации зависимости от монголо-татарских ханов, в необходимости противостоять экспансионистским устремлениям Литовского княжества.

Важнейшие предпосылки, ускорившие объединительный процесс, – синхронность в развитии княжеств; существование в русских землях правовых норм, восходивших к «Русской правде»; сохранение в народе общерусского, национального самосознания. Наличие единой православной христианской культуры, общих обычаев, традиций также активизировало и облегчило процесс объединения русских земель.

Главная особенность образования российского централизованного государства, отличавший этот процесс от аналогичного на Западе, – преобладание политических причин объединения над экономическими. Такой «опережающий» по отношению к социально-экономическому развитию характер процесса объединения обусловил особенности сформировавшегося государства: сильная монархическая власть, жестокая зависимость от нее господствующего класса, высокая степень эксплуатации непосредственных производителей. Иной оказалась и роль городов в русских землях. Если на Западе города выступали как центры экономического объединения, экономической жизни, то в русских землях была более значительна их роль как политических центров, как пунктов обороны, развертывания сил для боевых действий.

Особенность формирования централизованного государства состояла и в том, что Московское царство образовалось на многонациональной, а не национальной основе. Вошедшие в состав Московского государства народы относились или тяготели к различным типам цивилизаций, что предопределило появление в рамках этого государства цивилизационно неоднородного общества.

Объединительная политика московских князей. Центром, вокруг которого началось объединение в XIV в. русских земель, стала Москва. «Как и почему Москва стала собирательницей русских земель?», – этот вопрос интересовал историков много лет назад. Он и сегодня продолжает вызывать споры.

Н.М. Карамзин упоминал таланты московских князей, содействие объединительным тенденциям бояр и духовенства. Великий историк прошлого акцентировал особое внимание на прогрессивности самого факта. «Казалось после веков рабства не поднимется, не выпрямится земля русская упоенная кровью, усыпанная пеплом, ставшая жилищем рабов ханских, – писал Н.М. Карамзин, – но … сделалось чудо. Городок едва известный до XIV века от презрения к его маловажности, долго именуемый селом Кучковым, возвысил главу и спас Отечество». С.М. Соловьев говорил о важном влиянии географических условий, отмечал выгодное положение Москвы, которая располагалась на середине между Киевской землей, с одной стороны, и Владимирской и Суздальской – с другой. На это же указывал и В.О. Ключевский, по словам которого, в Москву, как в центральный водоем со всех краев Русской земли стекались народные силы, благодаря ее географическому положению. Бестужев-Рюмин обращал внимание на политическую ловкость и дипломатический такт, которым обладали московские князья. С.Ф. Платонов выделял следующие причины возвышения Москвы:

1.Выгодное географическое положение, давшее Московскому княжеству население и средства;

2.Личные способности первых московских князей, их политическая ловкость и хозяйственность

3.Сочувствие духовенства, выраженное в перемене пребывания митрополии;

4.Политическая близорукость монголо-татар, которые не смогли своевременно заметить опасное для них усиление Московского княжества;

5.Отсутствие сильных врагов, так как Новгород не был силен, а в Твери происходили постоянно междоусобия князей;

6.Сочувствие объединительным тенденциям бояр и населения.

В последние десятилетия отечественные историки не прекращали исследовать «тайну» возвышения Москвы. При этом они не отбрасывали версии предшественников. «Географическая» версия, предложенная Л.Н. Гумилевым, принимает во внимание, с одной стороны, выгодность географического положения Москвы и Московского княжества (центр Русской земли, развитые торговые пути по рекам), с другой – бедность природы и скудость почв, толкавшие к расширению территории, и позволявшие выработать «железные характеры» москвитян. Мнение об особой выгодности географического положения Москвы подверг критике А.А. Зимин, обоснованно указавший, что для утверждений о наличии в пределах Московского княжества выгодных торговых путей и богатых природных ресурсов нет оснований. Согласно социальной версии усиление Москвы произошло вследствие относительного спокойствия в сплоченной и сильной московской княжеской семье, в которой не было усобиц. Поэтому ей и предпочитали служить духовенство и боярство. Третья – политическая версия, базируется на мудрости и дальновидности московских князей, т.е. исходит из их личных качеств. Наконец, последнее объяснение причин возвышения Москвы и Московского княжества, принадлежит историку А.А. Зимину, который, подвергая критике многие доказательства вышеназванных версий, предложил свой «ключ к пониманию» данного процесса. Этот ключ «в особенностях колонизационного процесса и в создании военно-служилого войска (двора)».

В процессе образования Московского государства историки выделяют три этапа. Первый этап – начальный. Он охватывает конец XIII в. – середину XIV в. Содержание первого этапа: борьба Московского княжества со своими соперниками в собирании земель, начало борьбы за освобождение Руси от монголо-татар.

Родоначальником династии московских князей считается младший сын Александра Невского – князь Даниил Александрович (1276-1303 гг.). При Данииле Московское княжество становится самостоятельным. В конце XIII в. оно было небольшим, но московскому князю удалось его значительно расширить. Осенью 1300 г. Даниил Александрович отправляется походом на Рязанское княжество: «Данило князь московъскыи приходил на Рязань ратью и билися у Переяславля, и Данило одолелъ, много и татаръ избито бысть, и князя рязаньского Костянтина некакою хитростью ялъ и приведъ на Москву». В 1301 г. Даниил Александрович присоединил к Москве отвоеванную у Рязани Коломну, а затем в конце 1302 г. – Переяславь, и тем самым увеличил территорию Московского княжества в два раза. Это расширение привело к тому, что власть московских князей распространилась на все течение реки Москвы, и Московское княжество вошло в число княжеств Северо-Восточной Руси, которые можно считать крупными – наряду с Тверским, Ярославским, Городецко-Нижегородским и великим Владимирским. При этом оно продолжало значительно уступать по размерам своим западным и юго-восточным соседям – Смоленскому и Рязанскому княжествам. Отвечая на вопрос: «Какой фактор способствовал тому, что в начале XIV в. московские князья усиливают свое влияние?», – доктор исторических наук А.А. Горский, пишет: «Остается предположить, что на рубеже XIII-XIV вв. произошло заметное увеличение военной силы московских князей за счет прихода к ним на службу значительного числа служилых людей из других княжеств».

Расширение территории княжества происходило и при сыне Даниила – Юрии (1303-1324 гг.), получившего свое имя, вероятно, в честь основателя Москвы. В год смерти своего отца (1303 г.) он вместе со своими братьями предпринял поход на Можайск и взял его, а тамошнего удельного князя Святослава Глебовича, привел пленником в Москву. Приобретение Можайска было важным делом, ибо, владея Коломной в устье Москвы и Можайском в ее верховьях, московский князь обладал всем ее течением и мог свободно двигаться как в смоленские, так и в рязанские земли. Опираясь на такие владения, а главное, побуждаемый личной энергией, московский князь стал стремиться к великокняжескому столу во Владимире.

Юрий Данилович с 1304 г. повел упорную борьбу за великое владимирское княжение с Михаилом Ярославичем Тверским, получившим в 1305 г. в Орде ярлык на великое княжение. Поддержку московскому князю оказал митрополит всея Руси Петр. В 1314 г. Юрий Данилович сумел занять стол в Новгороде Великом. Юрий снискал расположение хана Золотой Орды Узбека, женившись в 1317 г. на его сестре Кончаке. В 1319 г. главный враг Юрия – Михаил Ярославович Тверской, обвиненный московским князем в отравлении своей супруги, был казнен в Орде. Юрий Данилович добился получения ярлыка на великий престол и стал великим князем Владимирским. По мнению исследователя Н.С. Борисова, «как объективные (стихийные бедствия, смена ханов в Орде, ситуация в семье Михаила Тверского), так и субъективные (излишняя самонадеянность Михаила, чрезмерное увлечение силовыми методами) факторы предопределили крах честолюбивых замыслов Михаила». Но в 1322 г. за то, что Юрий не отправил в Орду выход, ярлык был передан сыну Михаила Тверского – Дмитрию Михайловичу Тверскому (Грозные Очи). 20 ноября 1325 г., когда московский и тверской князья находились в Орде, Дмитрий убил московского князя Юрия – виновника гибели своего отца, за что был казнен. Великое княжение было пожаловано брату Дмитрия Тверского Александру Михайловичу (1326-1328 гг.).

Московским князем становится брат убитого Юрия – Иван Данилович Калита (1325-1340 гг.), при котором московское княжество достигло наивысшего расцвета. Иван Калита был известен тем, что он:

1. Жестоко подавив восстание против ханских сборщиков дани в Твери в 1327 г., и получил ярлык – право самостоятельного сбора дани со всех русских земель и доставки ее в Орду. Тем самым была ликвидирована система баскачества. Московский князь получил в свое распоряжение значительные финансовые возможности. Одновременно он нанес страшный удар по главному и многолетнему сопернику – Твери, и таким образом заложил основы нового политического курса в отношениях с Золотой Ордой. «Никто из князей чаще Калиты не ездил на поклон к хану, и там он был всегда желанным гостем, потому что приезжал туда не с пустыми руками. В Орде привыкли уже думать, что, когда приедет московский князь, будет «много злато и серебро и у великого хана-царя, и у его ханш, и у всех именитых Мурз Золотой Орды».

2.Сумел получить в 1328 г. титул великого князя Владимирского и всей Руси. Этот титул почти без перерыва сохраняли за собой московские князья.

3.Сумел заручиться поддержкой русской православной церкви и ее главы –митрополита Петра, резиденция которого была перенесена из Владимира в Москву. Первоисточники свидетельствуют о том, что Владимирский митрополит, святой Петр, объезжая свою паству, сблизился с Калитой, полюбил его и стал жить больше в Москве, чем в стольном городе. Незадолго до смерти он склонил князя построить в Москве каменную церковь Успения Пресвятой Богородицы и при этом пророчески сказал ему: «Если послушаешь меня, сын мой, то и сам прославишься более иных князей, и город твой будет славен между всеми городами русскими». Храм был возведен, Петр устроил в нем для себя гробницу и скоро скончался. С 1326 г. Москва стала фактически местом постоянного пребывания митрополитов и, таким образом, этот город в церковном отношении сделался главой всей Северо-Восточной Руси.

4.Присоединил к своим владениям города Углич, Галич, Белоозеро, Кострому, и ряд сел, купленных в других княжествах. От своего брата Юрия Иван Калита, кроме Москвы, получил только три города (Переяславль, Коломну и Можайск) и несколько сел, своим же детям он оставил 97 сел и городов.

5.Сумел обеспечить московскому княжеству длительную мирную передышку, поэтому не случайно современники называли годы его правления «тишина великая». Вследствие действий Ивана Калиты практически до прихода войск Мамая в 1380 г. Русь была освобождена от набегов татар. Примерно около 40 лет иноземцы не нападали на русские земли. За это время выросли новые поколения русских людей, не испытывавших страха перед татарами, и которые в последующем вышли против Мамая на поле Куликовом. В итоге правления Ивана Калиты Московское княжество стало сильнейшим на Руси.

Оценивая роль Ивана Калиты в русской истории, В.О. Ключевский писал: «Московский удельный владелец, став великим князем, первый начал выводить русское население из того уныния и оцепенения, в какое повергли его внешние несчастия. Образцовый устроитель своего удела, умевший водворить в нем общественную безопасность и тишину, московский князь, получив звание великого, дал почувствовать выгоды своей политики и другим частям Северо-Восточной Руси».

В исторической литературе распространено мнение о князьях Москвы, в том числе и об Иване Калите, как о «подручниках» золотоордынских ханов. Но это был взаимовыгодный процесс. Н.С. Борисов пишет о деятельности Ивана Калиты, третьего князя из московского дома: «В этот период экономическое возрождение Северо-Восточной Руси, ее политическая стабильность отвечали стратегическим интересам Орды. Но, служа Орде, князь Иван служил Руси. И, служа Руси, он должен был служить Орде...».

В многолетней кровопролитной борьбе за великокняжеский титул победителями вышли представители московской династии. Переход великокняжеского титула к Юрию Даниловичу, борьба Юрия и его младшего брата Ивана Калиты против сыновей Михаила Тверского, Дмитрия и Александра, окончилась полной победой Москвы в 1339 г. 29 октября 1339 г. Тверской князь Александр Михайлович был казнен в Орде. Едва ли не важнейшей причиной победы Москвы над Тверью Н.С. Борисов считает взвешенную политику Даниловичей: «Источники не позволяют говорить о каком-либо явном материальном превосходстве Москвы. В этой ситуации шаткого равновесия все решалось в сфере политической борьбы, где побеждал более искусный и прозорливый». Московские князья, как считает исследователь, «переиграли» своего соперника на поприще политической борьбы. При этом сыграла свою роль их отличительная черта - терпение: «Умение терпеливо ждать и до времени довольствоваться вторыми ролями, свойственное Даниилу, передалось Юрию и Ивану Даниловичам»[1].

Второй этап в истории формирования Московского государства начался в середине XIV в. и продолжался до середины XV в. Его содержание заключалось в утверждении Москвы как центра объединения русских земель, начале решительной борьбы против Золотой Орды.

Московские князья Семен Иванович Гордый (1340-1353 гг.) и Иван Иванович Красный (1353-1359 гг.) – сыновья Ивана Калиты сохранили ярлык на великое княжение. Они продолжили дело объединения земель вокруг Москвы и вели успешные войны с Литвой и Новгородом. По мнению В.О. Ключевского: «Первые московские князья выступали смелыми хищниками».

Со второй половины XIV в. московские князья повели решительную борьбу против золотоордынского ига. Таким образом, они стали выразителями общенациональных интересов. С этой точки зрения следует рассматривать правление князя Дмитрия Ивановича (1363-1389 гг.), будущего Донского, кульминацией деятельности которого стала Куликовская битва 8 сентября 1380 г., когда русское войско наголову разбило Мамая.

Сражение русского войска под предводительством Великого князя Владимирского и Московского Дмитрия Ивановича с монголо-татарскими войсками, произошедшее 8 сентября 1380 г. на Куликовом поле (ныне Куркинский район Тульской области) - одна из самых крупных битв средневековья, явившаяся поворотным пунктом в борьбе русского народа против монголо-татарского ига.

Летом 1380 г. монголо-татарское войско, в которое входили также отряды черкесов, осетин, армян, некоторых народов Поволжья, а также наемные отряды крымских генуэзцев (общая численность 100-150 тыс. человек), возглавляемое фактическим правителем Золотой Орды темником Мамаем, двинулось на Русь, чтобы сломить возрастающую мощь русских княжеств и их стремление к независимости. Союзниками Мамая были великий князь литовский Ягайло и, по некоторым данным, рязанский князь Олег.

Получив известие о выступлении Мамая, Дмитрий Иванович послал во все русские княжества гонцов с призывом выставить все возможные силы для защиты русской земли. Отряды русских войск собирались на путях к Москве – в Коломне и Серпухове – на тот случай, если бы Мамай попытался упредить их нападение. Основное ядро русского войска составляли москвичи, а также воины земель, признавших власть московского князя. К ним примкнули украинские и белорусские отряды. В походе не участвовали воины Новгородской, Тверской, Нижегородской, Рязанской, Смоленской земель. Московский князь рассчитывал активными наступательными действиями, во-первых, не допустить соединения противника, а во-вторых - разгромить войско Мамая до вторжения его в русские княжества.

17 августа 1380 г. в Троицкой обители преподобный Сергий Радонежский благословил московского князя Дмитрия Ивановича на битву с Мамаем. «Игумен земли Русской» предсказал Дмитрию победу и послал с ним двух иноков Троицкой обители – Пересвета и Ослябю.

6 сентября русское войско (100-150 тыс. человек) достигло Дона у устья реки Непрядва. В тот же день состоялся военный совет, который по предложению Дмитрия Ивановича принял решение о переходе через Дон на Куликово поле. Переход через Дон исключал возможность нападения литовцев, подходивших к г. Одоев, и обеспечивал выгодные для русских условия боя: размеры Куликова поля и леса по берегам огибавших его рек ограничивали возможности обходных маневров монголо-татарской конницы.

Утром 8 сентября русские переправились через Дон и под прикрытием сторожевого полка развернулись в боевой порядок на Куликовом поле, куда уже подходило войско Мамая. Дмитрий Иванович создал глубокий боевой порядок: в центре стоял большой полк (великокняжеский), правее и левее его – полки правой и левой руки, фланги которых упирались в труднодоступную для действий монголо-татарской конницы местность. Впереди главных сил были расположены сторожевой и передовой полки. Сторожевой полк имел задачу завязать сражение, передовой полк – принять на себя первый удар конницы противника и расстроить ее боевые порядки. Оба полка должны были ослабить силу вражеского удара по главным силам. За большим полком был расположен частный резерв (конница). Кроме того, из отборной конницы был создан сильный засадный полк под командованием опытных военачальников - воеводы Дмитрия Боброка-Волынского и серпуховского князя Владимира Андреевича. Этот полк выполнял задачу общего резерва и был скрытно расположен в лесу за левым флангом главных сил.

В целом боевой порядок русского войска обеспечивал устойчивость против фронтальных и фланговых ударов, позволял наращивать усилия из глубины и осуществлять взаимодействие между отдельными его элементами.

Сражение началось около 12 часов дня поединком богатырей Пересвета и Челубея. Оба они погибли. Затем монголо-татарская конница, сбив сторожевой и разгромив передовой полки, в течение трех часов пыталась прорвать центр и правое крыло русской рати. Русские полки понесли значительные потери. Был ранен и сам Дмитрий Иванович, сражавшийся в доспехах рядового воина. Когда Мамай перенес главный удар против левого фланга и начал теснить русские полки, был введен в действие резерв. Но противнику удалось прорвать левое крыло русских и выйти в тыл главных сил.

В этот решающий момент сражения по флангу и тылу прорвавшейся монголо-татарской конницы нанес удар засадный полк воеводы Боброка. Внезапная и стремительная атака этого полка, поддержанная ударом других полков, решила исход битвы в пользу русских. Вражеское войско дрогнуло и обратилось в бегство. Русские воины захватили ханскую ставку и почти на протяжении 50 километров (до реки Красивая Мечь) преследовали и уничтожали остатки войск Мамая. Потери с обеих сторон были огромны (около 200 тыс. человек убитыми и ранеными).

Куликовская битва имела огромное историческое значение в борьбе русского народа за освобождение от монголо-татарского ига. Она показала возросшее стремление русских земель к независимости и возвысила Москву как центр их объединения, укрепила руководящую роль Москвы в объединительном процессе. Хотя победа в Куликовской битве еще не привела к ликвидации монголо-татарского ига, однако на Куликовом поле Золотой Орде был нанесен сокрушительный удар, который ускорил ее последующий распад.

В Куликовской битве проявился высокий патриотизм русского народа, превосходство русского военного искусства над искусством монголо-татар. Опираясь на моральное превосходство русских воинов, поднявшихся на освободительную войну, Дмитрий Иванович действовал активно и решительно.

И хотя золотоордынское владычество продолжалось еще 100 лет, эта победа, стала предвестником неизбежной гибели татарского ига. Нация вновь обретала уверенность после периода неудач и унижений. Недаром В.О. Ключевский писал, что Русское государство родилось не в скопидомном сундуке Ивана Калиты, а на поле Куликовом. После победы в Куликовской битве Дмитрий Донской включил в свою вотчину Владимирское княжество, присоединил к Москве Ростов Великий, Калугу, Дмитров, Стародуб.

Сын Дмитрия Василий I (1389-1425 гг.), проведший в юношескую пору три года заложником в Орде, сумел упрочить положение Москвы как центра русских земель. Он присоединил Нижегородское, Муромское и Тарусское княжества, Вологду, Двинские и Коми-земли. Более того, подавляющая часть князей еще сохранявших свой суверенитет вынуждены были в той или иной мере подчиняться ему. В военных и дипломатических отношениях с Ордой Василий I выступал уже от имени всей Северо-Восточной Руси

После вступления на престол Василия II Темного (1425-1462 гг.) на Руси начались междоусобицы удельных князей за обладание московским престолом. Междоусобицы привели к войне, развернувшейся первой половине XV в. (1433-1450 гг.). Крупная боярская знать выступила против централизации власти и единого государства. Она закончилась фактически только к началу княжения Ивана III – дальновидного и осторожного политика, которому принадлежала следующая характеристика: «расчетливость, медлительность, осторожность, сильное отвращение от мер решительных, которыми можно было бы много выиграть, но и потерять, и при этом стойкость в доведении до конца раз начатого, хладнокровие».

С именем Ивана III (1462-1505 гг.) связан третий этап образования Московского государства (середина XV – конец первой трети XVI вв.). Содержание третьего этапа – завершение политического объединения русских земель вокруг Москвы, окончательное освобождение русских земель от монголо-татарского ига.

Иван III установил дипломатические отношения с многими западными и восточными странами. Женитьба на Софье Палеолог – племяннице византийского императора повысила его престиж на Западе и Востоке. Итальянские художники и инженеры, которых он привлек, украшали Кремль пышными церквами, башнями и дворцами и модернизировали русскую артиллерию. Москва, которая до этого была незаметным и невзрачным провинциальным городом, о существовании которого знали только немногие европейцы, теперь стала широко известной столицей молодой империи. Следствием феодальной войны было окончательное утверждение принципа наследования власти по прямой нисходящей линии от отца к сыну. Иван III уничтожил удельную систему, при которой родственники московского князя были суверенными государями в своих наследственных уделах и даже делили с великим князем власть над Москвой.

Продолжая политику создания единого государства, Иван III совершил два похода на Новгород, который оставался наиболее крупным независимым государственным образованием. В 70-е гг. здесь усилилось влияние антимосковской группировки во главе с энергичной женщиной-политиком Марфой-посадницей, вдовой прежнего главы Новгорода. Она и ее сторонники стремились к автономии Новгорода в пределах Польско-Литовского государства: в 1471 г. произошла битва на реке Шелони, где новгордские войска потерпели сокрушительное поражение, а в 1478 г. была окончательно ликвидирована независимость Новгорода. В результате независимость Новгородской республики была ликвидирована, новгородское вече было запрещено, конфискованы земли бояр-предателей, на новгородскую землю были посажены наместники московского князя. Символ новгородской вольности – вечевой колокол – был увезен в Москву, а арестованную Марфу Борецкую отправили в женский монастырь.

1480 г. традиционно считают окончанием монголо-татарского ига. Его падению предшествовали следующие события. Ахмад, хан Золотой Орды, потребовал, чтобы Иван формально признал его сюзеренитет. Около 1479 г. посланник Ахмада появился в Москве и предложил Ивану III ханский ярлык, утверждающий его на своем престоле. Предложение было категорически отвергнуто. Ахмад попытался восстановить свою власть силой. Он привел татар к реке Угре – границе между Московией и Литвой. Иван сосредоточил свои войска на московской стороне Угры. Татарская и московская армия долгое время простояли друг против друга, но ни одна из сторон ни начинала активных действий. Освобождение России от монгольского ига было важной поворотной вехой в ее истории.

В 1485 г. после двухдневного сопротивления была присоединена давняя соперница московских князей – Тверь. После присоединения Твери Иван III создал единое государство. Именно с этих пор Иван III титулует себя государем всея Руси. На государственной печати Москвы появился византийский двуглавый орел. Русь прямо заявила о том, что принимает наследство православной «Империи ромеев».

В 1489 г. войска Ивана присоединяют Вятскую землю. На этом процесс собирания северных и восточных русских земель в основном завершается.

Иван III фактически стал основателем нового русского государства. При Иване III великорусская народность окончательно добилась национальной независимости и создала государственное объединение. При нем в отношении нашего государства стал использоваться термин «Россия». Для Н.М. Карамзина Иван III был любимый ис­торический персонаж: «Иоанн оставил государство, удивитель­ное пространство, сильное народами, еще сильнейшее духом правления, то, которое ныне с любовью и гордостью именуе­мым нашим любезным отечеством». В.Г. Белинский называл его человеком с «гениальной мыслью, железным характером, непреклонной волей».

В княжении Василия III (1505-1533 гг.) прекратила свое сущест­вование Псковская республика (1510 г.). В 1514 г. войско Василия III овладело Смоленском. В 1521 г. перестало суще­ствовать находившееся в вассальной зависимости от Москвы Рязанское княжество – последнее крупное независимое княжество на востоке Руси. С его присоединением объединение рус­ских земель было в основном завершено.

Русь и Орда: проблемы взаимовлияния. Проблема монголо-татарского влияния на историю русских земель издавна волновала русское общество. Сто лет тому назад Российская императорская Академия наук объявляла дважды, с трехлетним промежутком, конкурс на всех языках на научную тему: «Влияние монгольского ига на Россию». К сожалению, на конкурс было представлено всего одно сочинение – и то на немецком языке, – которое премии не удостоилось. Мало писалось на эту тему и в последующий период; лишь в последнее время появились опыты исторических исследований, дающие в определенной степени ответ на заключающийся в теме Академии наук вопрос.

В дискуссии по этой проблеме, которая велась, и особенно интенсивно в исторической науке продолжается сегодня, противостояли диаметрально противоположенные точки зрения. Согласно первой, монголо-татарское иго принесло разорение, гибель людей, задержало развитие русских земель, но существенно не повлияло на жизнь и быт русских людей, их государственность. Эту точку зрения защищали известные историки прошлого С.М. Соловьев, В.О. Ключевский, С.Ф. Платонов, М.Н. Покровский. Для советской историографии она являлась традиционной на протяжении 75 лет. Главная идея этой точки зрения заключалась в том, что Россия начала отставать от стран Западной Европы из-за масштабных разрушений, человеческих потерь, необходимости платить тяжелую дань в период монголо-татарского ига. Как писал известный советский исследователь В.В. Каргалов: «Именно нашествие явилось причиной временной отсталости нашей страны от наиболее развитых государств Западной Европы».

В соответствии со второй точкой зрения, монголо-татары оказали большое влияние на общественную и социальную организацию русских, на формирование и развитие Московского государства. Впервые эту точку зрения высказал Н.М. Карамзин, а затем ее развили Н.И. Костомаров, Н.П. Загоскин и др.

В XX в. евразийцы дали развернутое обоснование подобной позиции. В частности, евразийцы считали Московское государство в момент возникновения частью Великого Монгольского государства (одним из улусов), которое заняло потом его место. «Без «татарщины» не было бы России», – восклицал П.Н. Савицкий. (В свое время евразийцы посвятили данной проблеме немало работ. Среди них: «Начертание русской истории» Г.В. Вернадского с приложением «Геополитических заметок по русской истории» П.Н. Савицкого и «К проблеме русского самопознания» Н.С. Трубецкого).

В новейшее время вторую точку зрения наиболее последовательно и категорично отстаивал Л.Н. Гумилев. По его мнению, собственно, никакого ига не было, был некий симбиоз Московского государства и Золотой Орды, взаимозависимость их друг от друга. Причем то обстоятельство, что русские оказались в составе Золотой Орды, спасло их от порабощения западными соседями (немцами и поляками), и дало возможность сформироваться русской нации. А само понятие иго, по мнению историка, было придумано впоследствии западными историками для оправдания агрессивных действий против русских.

Подобные взгляды свойственны и другим исследователям, которые придерживаются мнения о том, что монголо-татары оказали решающее влияние на общественную и социальную организацию, на развитие государственности Московского государства. Подтверждением тому может служить следующая выдержка из статьи историка М.Д. Каратеева: «А вместе с тем, если взглянуть на дело без предвзятости, следует признать, что кроме отрицательных качеств татары обладали и многими положительными – и как люди, и как правители. Прежде всего, они отличались непревзойденной честностью, верностью долгу и дисциплинированностью, и в этом отношении влияние их на русский народ могло быть только хорошим. Иго их было, несомненно, тяжелым, но помимо всех принесенных им бедствий, косвенно оно оказало Руси и большую услугу: из губившего страну удельного раздробления привело ее единству, вызванному необходимостью общими силами свергнуть это иго».

Таким образом, как в современной историографии, так и, кстати, в зарубежной, акцент смещается в сторону позитивной оценки влияния монголо-татар на развитие русских земель. Э. Хара-Даван также обращает внимание на то, что образованию Московского государства помогли правители Золотой Орды. «На самом деле Московская Русь была лишь небольшой провинцией Великой Монгольской Империи – уголком этого огромного и сложного царства, составляя далеко не весь, а только малую часть «улуса Джучи», который сам являлся одной из четырех крупных составных частей Чингисовой Империи. Таково было положение Восточной Руси в течение почти трех веков ее существования, что и предопределило ее дальнейшую судьбу и наложило неизгладимый отпечаток на весь ее характер как государства, так как зависимость ее от центральной имперской власти выражалась не только фактом вхождения ее в качестве полуавтономной единицы в состав Монгольского государства, но и тем, что управлялась она ордынским ханом на основании общей для всей империи Ясы – сборника Чингисовых законов, под влиянием которого и выковались ее собственные государственность и великодержавие… Организация России, явившаяся результатом монгольского ига, была предпринята азиатскими завоевателями, разумеется, не для блага русского народа и не ради возвеличения Московского великого княжества, а ввиду собственных интересов, а именно для удобства управления покоренной обширной страной. Они не могли допустить в ней обилия мелких владетелей, живущих на счет народа и хаоса их нескончаемых распрей, подрывавших экономическое благосостояние подданных и лишавших страну безопасности сообщений, а потому, естественно, поощряли образование сильной власти Московского Великого князя, которая могла бы держать в повиновении и постепенно поглощать удельные княжества. Этот принцип создания единовластия, по справедливости, казался им для данного случая более целесообразным, чем хорошо известное им и испытанное на себе китайское правило: «разделяй и властвуй». Таким образом, монголы приступили к собиранию, к организации Руси, подобно своему государству, ради водворения в стране порядка, законности и благосостояния».

Профессор Л. И. Семенникова полагает, что истина, как всегда, лежит посередине. Яса Чингисхана (правовой кодекс монголов) на территории Руси не действовал, не были созданы для земель Северо-Восточной Руси и другие законы. На Руси действовали собственные правовые нормы (позднее они нашли отражение в судебниках). Однако по утверждению российского юриста К.А. Неволина монгольское государственное право оказало влияние на Россию. Монголо-татары не устранили русских князей, не создали своей династии на Руси, как это было в завоеванной ими Персии.

Нельзя отрицать влияние Золотой Орды на быт, культуру, хозяйственный уклад жизни населения, которое оказалось покоренным и позже вошло в состав Московского государства. Слишком длительными были исторические связи разноэтнических народов, даже если они и строились на условиях подчинения и господства, по схеме «властители – подданные», чтобы не оказать своего влияния на все стороны жизни, в том числе и на психологию, будущих русских людей. В современных исторических исследованиях в первую очередь обращается внимание на то, что завоеватели дали покоренной ими стране основные элементы будущей московской государственности: самодержавие (ханат), централизм, крепостничество. Равным образом, исходя из задач административного и финансового управления, они занялись организацией почтовых трактов, установили ямскую повинность населения, улучшив этими мерами условия сообщений на обширных пространствах Восточно-Европейской равнины, произвели общую перепись населении фискальных целях, ввели однообразное военно-административное устройство и податное обложение по принятой у них десятичной системе, а также установили общую для всех русских областей монету – серебряный рубль, разделенный на 216 копеек. Как пишет Всеволод Иванов, во время правления монголов на Руси неудержимо распространились восточные обычаи, принося с собой новую культуру, новый быт; так, изменилась коренным образом одежда: от длинных белых славянских рубах, от бритых голов с «оселедцами», они перешли к золотым кафтанам, к цветным шароварам, к сафьяновым сапогам и тафьям и мурмолкам. Ношение последних было распространено настолько, что Глава 39 Стоглава (т.е. собрания правил, изданных царем Иваном IV и митрополитом Макарием в 1551 г.) выражала осуждение ношению этих шапочек в церквах православными царями, князьями, боярами, вельможами и христианами.

Изменение культурного быта то время изменило и положение женщины: теремной быт и затворничество русской женщины есть порождение Востока. Кроме этих крупных черт повседневного русского быта того времени, которые в основном ждут специального исследователя, счеты, которых и сейчас не знает Запад. Валенки, кофе, пельмени, тождественность русского и азиатского плотничного и столярного инструмента, сходство стен кремлей Пекина (Хан-Балыка) и Москвы и других городов - все это влияние Востока. Церковные колокола, эта специфическая русская особенность, видимо, пришли из Азии, как доказано; оттуда и ямские колокольцы. До монголов в монастырях и церквах употребляли не колокола, а «било и клепало». Литейное искусство было развито тогда в Китае, и, естественно, оттуда могли прийти и колокола.

И, тем не менее, несмотря на очевидное влияние золото ордынцев на культуру и быт населения русских земель, подавляющее большинство современных отечественных историков-исследователей признает, что ордынское иго на Руси сыграло, в основном отрицательную роль. Все приведенные выше факты не дают основание говорить о Северо-Восточной Руси как о составной части Золотой Орды. Речь идет о ее зависимости, которая была тяжелой и не ограничивалась уплатой дани и подчиненным положением русских князей. Особенно тяжелым был военный набор, когда забирались наиболее сильные и здоровые. Необходимо было выполнять ряд повинностей: содержать татарских служащих, обеспечивать почтовую службу, платить налоги и т.д. Историки насчитывают 14 видов дани и повинностей. Главное заключалось в том, что нашествие и иго отбросили русские земли на много лет назад в своем поступательном, эволюционном политическом, экономическом и культурном развитии. Прежде всего, произошел колоссальный подрыв производительных сил; варварски были истреблены огромные материальные и культурные ценности; численность населения сократилась примерно в два раза. Исчез целый ряд ремесленных специальностей. Более всего пострадали города. По археологическим данным, из 74 русских городов XII – XIII вв., известных по раскопкам, были разорены 49, т.е. почти 2/3. Из их числа 29 так и не поднялись из пепла, или превратились в села. Прервался процесс централизации, усилилась политическая раздробленность, которая искусственно консервировалась и насаждалась монголами. В этих условиях сказалось монголо-татарское влияние на процесс формирования русского народа и его государственность, причем оно было не прямое, а опосредованное. Влиял сам факт господства на русской земле, атмосфера насилия на протяжении двух с половиной столетий. В русском сознании зрела мысль о необходимости свержения монголо-татарского ига, но решить эту задачу могло только сильное государственное образование.

Борьба против экспансионистских устремлений Литовского княжества. Как отмечалось выше – важная внешнеполитическая причина, ускорившая образование Московского государства – необходимость противостоять экспансионистским устремлениям Литовского княжества, история которого насчитывала ни одно столетие.

Литва впервые упоминается под 1009 г. в одной из западных средневековых хроник – анналах Кведлинбурга. Вторжение немцев в литовские земли активизировало литовские племена, которые начали объединяться под угрозой немецкого завоевания.

В середине XIII в. литовский князь Миндовг создал мощное государственное образование. Примерно с этого времени Литва становится субъектом политики. Она осуществляла самостоятельную дипломатию, участвовала в захватнических и оборонительных войнах.

Территориальный рост Литвы продолжился при преемниках Миндовга, и особенно при князе Гедимине (1316-1341 гг.) – основателе династии Гедиминовичей. Основное внимание Гедимин уделял обороне княжества от нападений немецких рыцарей и подчинению западных и южных русских земель. В XIV в. Гедимин присоединил к своим землям русские княжества: Витебское, Киевское и Волынское и стал титуловаться Великим князем литовским и русским. Он основал новую столицу – Вильно, в которую переселилось много русских. Литовское государство отныне стало называться Великим княжеством Литовским и Русским.

Уровень политического развития литовских «завоевателей» был ниже, чем восточнославянского населения. В то же время литовские князья нуждались в тех материальных и людских ресурсах, которыми обладали русские земли. Такого рода обстоятельства обусловили русификацию верхушки литовцев. При Гедимине русское влияние на литовских князей чрезвычайно усилилось. Он был женат на русской женщине и детям своим устраивал браки с русскими. Литовские князья принимают крещение в православие, усваивают русский язык, культуру. Одно время даже столица формирующегося государства находилась на русской территории – в Новгородке Литовском. Позже она была перенесена в Вильно, но характер отношений между этносами в формирующемся государстве остался тем же.

Гедимин не мешал переселенцам жить по своим обычаям, позволял литовцам креститься, и даже некоторые из его сыновей приняли православие и женились на русских княжнах; но сам он умер язычником, и на его похоронах, по обычаю, были сожжены ценные вещи, конь и пленные рыцари.

Гедимин начал собирание земель, а его дети и внуки закончили этот процесс. Сыновья Гедимина – собрали под своею властью практически всю Южную и Западную Русь. При Ольгерде (1346-1377 гг.), сыне Гедимина, литовцы завоевали княжества Черниговское и Новгород-Северское. После захвата Ольгердом части Смоленского княжества Литва стала непосредственным соседом московских владений. По словам историка С.Ф. Платонова: «Соперничество Ольгерда с Москвой в стремлении подчинить русские земли, пограничные с Литвой, и в Новгороде, и в Пскове склонялось в пользу Москвы, но зато Ольгерд умел захватить северную Русь: Брянск, Новгород - Северский и др.».

Ольгердом были предприняты попытки захватить Москву. Предлогом стали неоднократные обращения к Ольгерду его тестя – тверского князя Михаила помочь в борьбе с московским князем Дмитрием. Ольгерд появился в московских пределах осенью 1368 г. После разгрома московской рати у Тростенского озера Ольгерд двинулся на Москву. Его войско простояло под Москвой три дня, грабя и опустошая окрестности. «Такого зла от татар не было», – так подводит летопись итог «Первой литовщины». В 1370 г. состоялся новый поход Ольгерда на Москву, но и он закончился отступлением литовского войска.

Ситуация в регионе начинает меняться в конце XIV в. Великий князь Ягайло (1377-1392 гг.) – сын Ольгерда, принял предложение поляков жениться на польской королеве Ядвиге и соединить Польшу и Литву. Ягайло согласился на все поставленные ему условия, принял католичество сам, а в 1387 г. окрестил в католичество Литву, и заключил в 1385-1386 гг. Кревскую унию, которая предусматривала включение Великого княжества Литовского в состав Польского королевства. Но это условие так и осталось на бумаге.

Могущественная литовская знать во главе с Витовтом решительно воспротивилась потере самостоятельности. Кревская уния была временно расторгнута и возобновлена только в 1401 г. на условиях равноправия сторон. По новой, Городельской унии 1413 г. Литва обязывалась не вступать в союз с врагами Польши, но одновременно подтверждалось равенство и суверенность сторон. Витовту удалось укрепиться во власти так, что он подчинил себе всех удельных литовских князей. При нем границы Литвы достигли небывалых пределов: они доходили до двух морей, – Балтийского и Черного. Великое княжество Литовское переживало вершину могущества. Под властью Витовта оказались значительные территории на западе Руси: Киев, Новгород-Северский, Полоцк, Витебск, Смоленск. После захвата двух последних городов в 1404 г. литовская граница находилась всего лишь в 200 километрах от Москвы. Витовт смело вмешивался в дела всех русских земель: Новгорода и Пскова, Твери, Москвы, Рязани.

В 1406-1408 гг. между Москвой и Литвой происходили серьезные военные столкновения. Московское войско, в состав которого вошли ордынские полки хана Шадибека, встретилось с армией Витов­та на реке Плаве, где было заключено временное перемирие. В следующем году литовские войска взяли Одоев, а московские вторглись в литовс­кие владения и захватили город Дмитровец. После нескольких стычек на берегах Угры Василий I и Витовт зак­лючают договор о мире. По взаимной договоренности Московского князя Василия Дмитриевича и князя Литовского Витовта граница между Московскими и Литовскими землями проходила по реке Угре (левый приток Оки). После этого Витовт больше не предпринимает серьезного наступления на Московскую Русь.

По мнению русского историка С.Ф. Платонова, если бы Витовт стал опираться на православно-русскую народность и обратил свое государство в такое же русское великое княжество, каким тогда была Москва, он мог бы стать соперником московских князей и, возможно, скорее их объединить под своим скипетром всю Русскую землю. Среди его подданных были три направления: православно-русское, старо-литовское и новое католическое польское. После смерти Витовта в 1430 г. политические и национальные партии в государстве остались не примиренными, в состоянии взаимного озлобления и недоверия. С XV в. влияние Литвы на Северо-Восточные русские земли заметно уменьшилось. Вхождение русских земель в состав Литвы означало не только потерю надежд на создание самостоятельного государства, но и угрозу католизации. Только создание единого государства на основе русских земель могло предотвратить окончательную потерю независимости.

Объединительная политика Москвы влекла к Московскому государю и таких служилых князей, которые принадлежали не Северной Руси, а Литовско-русскому княжеству. Князья Вятские, Одоевские, Навасильские, Воротынские и многие другие, сидевшие на восточных окраинах Литовского государства переходили на службу московскую, подчиняя Московскому князю и свои земли. Именно этот переход старых русских князей от католического государя Литвы к православному князю Всея Руси и давал повод московским князьям считать себя государями всей Русской земли, даже той, которая находилась под литовским владычеством и хотя еще не соединилась с Москвой, но должна была, по мнению, соединиться; по единству веры, народности и старой династии святого Владимира.

Объединив Северо-Восточную Русь, Иван III начинает активно претендовать на вхо­дившие в состав Великого княжества Литовского православные зем­ли. Московский князь рассматривал себя в качестве государя всея Руси, хозяина всех древнерусских владений на основании прямого родства с Владимиром Святым. Стремление к объединению всех во­сточнославянских земель становится важным направлением москов­ской политики. В 1492 г. начинается русско-литовская война. Не в силах эффективно защищаться, литовский князь Александр запро­сил мира. Москва получает Вязьму и ряд других областей Великого княжества Литовского, князья которых перешли на службу к Ивану III. Мир скрепляется свадьбой Александра и дочери Ивана III Елены. Январь 1494 г. – завершение русско-литовской войны 1492-1494 гг.

В 1501 г. Литва, Ливония и Золотая Орда образовали коалицию, направленную против Москвы, Крыма и Казани. С 1501 по 1503 гг. Иван Ш вел вторую войну с Литвой за Верховские княжества. В 1503 г. между Москвой и Литвой было заключено Перемирие. По нему Иван III закрепил за собой огромные территории на западе, в бассейне Десны и верховьях Оки, с городами Гомель, Дорогобуж, Брянск, Чернигов, Мценск и др.

В 1503 г. в результате достигнутого перемирия с Литвой к России была присоединена почти третья часть Великого княжества Литовского (Чернигов,Брянск, Гомель). Но в 1507 г. военные действия с Литвой возобновились и они продолжались до 1508 г. 25 марта 1509 г. между Россией и Литвой заключено перемирие с сохранением прежних границ. С 1512 по 1522 гг. вновь Россия и Литва находятся в состоянии войны. В 1519 г. русские войска совершили поход против Вильно. Заключенное в 1520 г. перемирие с Литвой не обеспечили ожидаемого результата.

Роль русской православной церкви в формировании централизованного государства. Достаточно сложным и противоречивым было отношение к процессу централизации русских земель церкви, православного духовенства.

В период удельной раздробленности церковь оставалась единственной хранительницей идеи общности русского народа. Константинопольский патриарх поощрял создание митрополий по национально-государственному признаку. Неудивительно: многие русские митрополиты, даже выходцы из Византии, заботились не только о собственных церковных нуждах, но и проблемах государственных.

Собирание земель вокруг Москвы соответствовало политическим идеалам русской церкви. Однако среди иерархов и священнослужителей не было единодушия во взглядах на способы управления Московским княжеством. Спорным представлялся и вопрос о роли церкви в складывавшемся государстве.

Новую историческую ситуацию для повышения роли церкви в развитии централизованного Московского государства создали два фактора: Флорентийская уния 1439 г. и взятие турками Константинополя в 1453 г.

В 1437 г. в Москву прибыл присланный патриархом константинопольским новый митрополит Исидор (1437-1441 гг.). Вместе с другими византийскими иерархами он в 1439 г. подписал акт Флорентийской унии (объединения) с папским престолом. Византия пошла на унию, чтобы заручиться поддержкой Рима в противостоянии превосходящим силам турок. Однако католическая Европа и не могла, и не слишком стремилась спасать обреченную империю. Флорентийская уния, принятая Византией в 1439 г., стала тяжелым ударом по каноническому сознанию русских. Церковные каноны предписывали послушание Вселенскому патриарху в Константинополе. Религиозная совесть не позволяла признать патриарха-отступника. В Москве не признали унию, подписанную русскою церковью, усмотрев в ней измену православию. По приказу великого князя московского Василия II митрополит всея Руси грек Исидор, горячий сторонник унии, был арестован и брошен в темницу. Позже он бежал из Москвы.

Флорентийская уния 1439 г. дала Руси законное основание отделиться от константинопольского патриарха. В 1448 г. не Константинопольским патриархом, как прежде, а собором русских епископов был поставлен митрополит Московский и всея Руси. Им стал архиепископ Рязанский Иона, избранный на митрополию еще в 1441 г., но не утвержденный тогда Константинополем. Началась эпоха автокефалии – полной самостоятельности Русской церкви.

Наступление турок-османов (название дано по образованному в 1299 г. в Малой Азии султанату династии Османов) на Византию привело к тому, что к 30-м гг. XV в. от Византийской империи остались лишь Константинополь с окрестностями, некоторые острова в Эгейском море и Морея область на юге Пелопоннеса. Попытки властей империи получить помощь от Запада и заключение в 1439 г. унии с католической церковью отвергались большинством духовенства и народа Византии.

Турецкий султан Мехмед II целью своей жизни объявил завоевание Константинополя. В 1451 г. он заключил выгодный для Византии договор с императором Константином XI, но уже в 1452 г. нарушил его, захватив крепость Румели-Хиссар на европейском берегу Босфора. Константин XI обратился к Западу за помощью, в декабре 1452 г. торжественно подтвердил унию, но это вызвало лишь общее недовольство. Командующий византийским флотом Лука Нотара публично заявил, что «предпочтет, чтобы в Городе господствовала турецкая чалма, нежели папская тиара».

Запад не торопился оказывать помощь, лишь Генуя послала на двух галерах 700 солдат во главе с кондотьером Джованни Джустиниани, а Венеция – два военных корабля. Братья Константина, правители Морей Дмитрий и Фома были заняты ссорой между собой. Жители Галаты – экстерриториального квартала генуэзцев на азиатском берегу Босфора – заявили о своем нейтралитете, а в действительности помогали туркам, надеясь сохранить свои привилегии. В начале марта 1453 г. Мехмед II объявил о наборе армии; всего у него было 150 (по другим данным - 300) тысяч войска, снабженного мощной артиллерией, 86 военных и 350 транспортных кораблей. В Константинополе насчитывалось 4973 жителя, способных держать оружие, около 2 тысяч наемников с Запада и 25 кораблей. 7 апреля 1453 г. Мехмед II начал осаду. Первоначально успех сопутствовал осажденным. Византийцы перекрыли цепью вход в бухту Золотой Рог, и турецкий флот не мог приблизиться к стенам города. Первые попытки штурма провалились. 20 апреля 5 судов с защитниками города (4 – генуэзских, 1 – византийский) разбили в бою эскадру из 150 турецких кораблей.

Но уже 22 апреля турки посуху перевезли 80 судов в Золотой Рог. Попытка защитников сжечь эти суда не удалась, т. к. генуэзцы из Галаты заметили приготовления и сообщили туркам. В самом Константинополе царили пораженческие настроения. Джустиниани советовал Константину XI сдать город. Средства на оборону расхищались. Лука Нотара утаивал отпущенные на флот деньги, надеясь откупиться ими от турок,

29 мая рано утром начался последний штурм Константинополя. Первые атаки были отбиты, но затем раненый Джустиниани покинул город и бежал в Галату. Главные ворота столицы Византии турки смогли взять. Бои шли на улицах города, в сражении пал император Константин XI, и когда турки нашли его израненное тело, ему отрубили голову и водрузили на шест. Три дня в Константинополе шли грабежи и насилия. 1 июня Мехмед II вступил в город, въехал на коне в храм Св. Софии, повелел сбить с нее крест и обратить в самую большую в мире мечеть. В последующие годы были заняты последние территории империи (Морея – в 1460 г.). Многие историки в XVII-XVII вв. считали падение Константинополя завершением средних веков, подобно тому, как падение Рима в 476 г. – завершением античности. Другие полагали, что массовое бегство греков в Италию обусловило там Возрождение. В 1453 г. Константинополь пал, и переименованный в Стамбул, был превращен в столицу турецкого султаната. Уния утратила свое политическое значение.

После гибели Византии Русь осталась единственным свободным православным государством. После брака с племянницей последнего византийского императора великий князь Московский Иван III объявил себя наследником Византийской империи.

Русь приобретала полный духовный суверенитет. Московская митрополия обрела фактическую самостоятельность.

Следствием этого стала большая зависимость русской церкви от московских князей – зависимость, с которой отнюдь не все иерархи хотели мириться. Поэтому отношение к великокняжеской власти и конкретным ее действиям в церковной среде далеко не всегда было однозначным.

Роль православной церкви в укреплении Московского государства. Некоторые иерархи церкви стремились перенести на русскую почву сложившиеся в Византии представления о единстве царства и священства; монарх признавался при этом не только руководителем светской власти, но и вершителем Бога на земле. В соответствии с распространенными в Византии взглядами, император обладал особыми полномочиями в защите православной веры и вследствие этого должен был вмешиваться в вопросы церковной организации, регулировать взаимоотношения государственной и церковной власти, контролировать замещение высших духовных должностей; слово монарха имело определенный вес при решении догматических или связанных с обрядностью проблем.

Тем самым Иван III как бы становился преемником светской и духовной власти византийского императора. По желанию Софьи Палеолог в Московском Кремле при дворе великого князя был введен сложный и пышный церемониал по образцу византийского двора. С конца XV в. на печатях Ивана III появился византийский герб – двуглавый орел. Взамен титула великого князя Иван III принял титул «государя всея Руси», а в международных отношениях стал именовать себя царем, как звали только византийского императора и татарского хана. Тем самым Иван III противопоставил себя как носителя верховной власти и наследника византийского императора всем остальным князьям.

Некоторые деятели церкви охотно восприняли константинопольскую традицию прославления монарха как основного оплота веры. Так митрополит Зосима (1490-1494 гг.) называл Иван III «в православии просиявшим, благоверным и христолюбивым»; сравнивал его с Карлом Великим.

Важную роль в укреплении российского централизованного государства, в формировании национально-государственной идеологии Русского государства и русского национального самосознания сыграла теория «Москва – третий Рим». Согласно этой теории вся история христианства сводилась к истории трех Римов: первого – отпавшего от истинной веры, погубленного католичеством; второй Рим – Константинополь – павший жертвой униатства, и, наконец, твердыня – Москва, «третий Рим», объявленный недоступной для ереси твердыней православия.

Основы теории были сформулированы в 1492 г. митрополитом Зосимой. В своем учении митрополит доказывал, что первенство в православном христианском мире после падения в 1453 г. Константинополя перешло к Москве и ко всей Русской земле.

Мысль митрополита Зосимы была развита псковским монахом старцем Елиазарова монастыря Филофеем (ок. 1465-1542 гг.) в послании к Василию III. Согласно взглядам Филофея, Россия, как единственно уцелевшее православное царство, обязана была выполнить в мире особую мессианскую роль. России предписывалась роль хранительницы единственно истинно христианской православной веры. «Два Рима пали, а третий стоит, четвертому же не бывать», – сделал вывод псковский инок. Московское государство предстает в сочинениях Филофея как центр христиан.

Таким образом, задача создания Московского централизованного государства становилась всемирно-исторической, ставилась в связь с задачей спасения всего человечества, искупительной миссией христианства. «Доктрина о Москве, как Третьем Риме, стала идеологическим базисом образования московского царства, – отмечал великий русский философ Н. Бердяев, – Царство собиралось и оформлялось под символикой мессианской идеи. Искание царства, истинного царства, характерно для русского народа на протяжении всей его истории. Принадлежность к русскому царству определилась исповеданием истинной, православной веры… Под символикой мессианской идеи Москвы – третьего Рима произошла острая национализация церкви. Религиозное и национальное в московском царстве так же между собой срослось, как в сознании древнееврейского народа. И так же как юдаизму свойственно было мессианское сознание, оно свойственно было русскому православию».

Если в X в. христианство стало духовной основой объединения восточнославянских племен в едином древнерусском государстве, то в XV в. Оно вновь сыграло ключевую роль в создании централизованного московского государства, упрочения самодержавной власти московских царей.

В этих условиях объединительная политика московских великих князей приобретала совершенно новый смысл. Это было уже не усиление одного княжества за счет других, а выполнение намеченного самим богом высокого предназначения.

Доктрина «Москва – третий Рим» нередко трактовалась как стремление Москвы к агрессивной политике и к руководству религиозным миром. На самом деле теория не преследовала таких целей. В доктрине отсутствуют призывы к захвату других стран с целью их присоединения к Московскому государству. Нет в ней речи и о том, чтобы отдельные лица, не исповедовавшие православие, перешли бы в эту религиозную конфессию.

Воплощение в жизнь теории «Москва – третий Рим» привело к изменениям во внутриполитической жизни российского государства. В частности, с этой доктриной была связана коронация Ивана IV в 1547 г. Она была использована также для богословского обоснования учреждения в России патриаршества. Чтобы завершить организацию «Третьего Рима», московский митрополит Иов в 1589 г. принял сан патриарха.

Идея о богоизбранности русского народа, о преемственности мессианства Русским царством сразу же получила широкий общественный резонанс. С течением времени данная теория приобрела огромную популярность в обществе. Идея «Москва – третий Рим» длительное время продолжала оказывать влияние на общественное сознание России, даже тогда, когда в послепетровское время теория «третьего Рима» вышла из официального обихода.

Образование Российского централизованного государства имело огромное историческое значение. Его создание явилось крупным прогрессивным ша­гом в сравнении с экономической и политической раздроблен­ностью отдельных земель. Создание единого государства создавало благоприятные условия для экономического, социального и культурного развития русского народа, других народов, вошедших в состав Российского государства. Благодаря ликвидации раздробленности Русь расширила свою территорию, добилась независимости и стала проводить самостоя­тельную внешнюю политику, превратившись в субъект международ­ных отношений. Обеспечивалась внешнюю безопасность государства, расширялись торговые и политичесcкие свя­зи со странами Европы. Обеспечивалась самостоятельность русской церкви от Константино­поля.

Важно отметить, что объединение русских земель в единое государство проте­кало в исключительно трудных условиях. В.О. Ключевский при­водит такие данные: в течение 234 лет (1228-1462 гг.) Северная Русь вынесла 90 внутренних усобиц и до 160 внешних войн при час­тых неурожаях, пожарах, эпидемиях.

По утверждению отдельных исследователей одновременно с процессом создания Московского государства шел процесс создания собственной само­бытной российской цивилизации. Другими словами, образование российской цивилизации хронологически совпа­ло с образованием государства на Руси. Ее складывание вступило в решающую фазу во второй половине ХV-XVI вв.. Этот процесс был стремителен. В.Л. Цымбурским он трактуется как взрыв, резко изменивший геополитическую ситуацию во всей Евразии. По его мнению, «нельзя говорить о существовании русской ци­вилизации ни во время Киевской Руси, ни для веков, когда поли­тически данные этносы были частью Ордынской системы, а ду­ховно – отдаленной поздневизантийской епархией. Первым фак­тором становления здесь цивилизации стал крах Визан­тии… Фактором же вторым и главным – уничтожение Орды и ее обломков, движение русских к Уралу и дальше к Тихому океану…».

В заключении подчеркнем, что в новом государстве сложилась самодержавная власть. Становление самодержавия и объединение земель проходило в экстремальных условиях – в условиях воздействия ордынской деспотии. Складывание территории единого Русского государства обгоня­ло процесс государственной централизации, что, в свою очередь, вызы­валось отсутствием зрелых социально-экономических пред­посылок объединения. В этих условиях деспотическая форма власти как бы стремилась компенсировать недостаточность материальная факторов единства, несовершенство и слабость аппарата управления.

Русская православная церковь не противостояла в политиче­ском отношении князю. Она стремилась представить великого князя не просто наместником Бога на земле, а «властью своей подобному Богу». Кроме того, «теория Третьего Рима», представляла великого князя единственным защитником православия, призванным расширить сферы его влияния. Эта «концепция» способствовала распространению мессианских идей, т. е. веры в особое историческое призвание Руси и ее князя[2].

Вопросы для самоконтроля:






Дата добавления: 2014-11-12; просмотров: 193. Нарушение авторских прав

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2017 год . (0.283 сек.) русская версия | украинская версия