Студопедия Главная Случайная страница Задать вопрос

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Эргономика технически сложных потребительских изделий





 

Эргономические проектирование, разработка и оценка технически сложных потребительских изделий по своему масштабу, методологии и сферам приложения не уступают другим направлениям развития рассматривае­мой научной и проектировочной дисциплины (см. рис.1, 35-40, 42 на цв. вкл.). Ими занимаются многие ведущие эргономические центры исследований и разработок. Так, в 1970 г. при факультете кибернетики и эргономики политехнического университета в английском г.Лавбро создан первый в мире Институт эргономики потребитель­ских изделий. Эргономические проблемы, связанные с потребительскими изделиями, представляют собой нечто иное, чем эргономика, с которой мы привыкли иметь дело. "Это не эргономика труда, не эргономика предприятий и систем, не эргономика производственно­го процесса. Это эргономика, затрагивающая каждого, от ребенка до старика, потому что все имеют дело с изделиями повседневного пользования, которыми они ок­ружены. Это эргономика совсем другого рода, но тем не менее эргономика. Этой эргономике нам следует еще учиться" [57, с.263].

В технически сложных потребительских изделиях (вещах) выделяют рациональность, т.е. их объективно-технологическую структурность. Уровень технологии в структурном плане более глубок, чем даже функциональ­ное описание вещей. "Такой технологический уровень представляет собой абстракцию: в повседневном быту мы практически не отдаем себе отчета в том, какова техно­логическая реальность наших вещей. Однако эта абстрак­ция и есть глубочайшая реальность — именно ею опре­деляются радикальные перемены в нашем бытовом окру­жении. Более того, она составляет — и здесь нет никакого парадокса — самое конкретное, что есть в вещи, посколь­ку структурная эволюция вещей — это и есть процесс технологического развития" (58, с.4).

В бытовой технике от человека сегодня требуется минимум вмешательства, минимум затрат энергии. Тех­нический предмет, требующий от нас лишь чисто фор­мального соучастия, изображает нам мир, где нет усилий, где энергия абстрактна и всецело подвижна, где жест-знак обладает абсолютной действенностью. "Фактически свершилась настоящая революция быта: вещи сталисложнее, чем действия человекапо отношению к ним" [58, с.48].

Назначение — функция вещи — главное в ней, сто­ящей между человеком и результатом, которого он наде­ется достичь с помощью этой вещи с тем, чтобы удовле­творить свою нужду: "Культура возникла именно как родовспомогательница природы в ее жизнедавческой и жизнеподдерживающей функции, а вещи появились как отклик на те проблемы, которые были связаны с осущест­влением этих функций, и их первоначальный «состав» (инвентарь) отражал как главные потребности человека, так и первые опыты «инструментального» решения про­блемы потребностей" [59, с. 10].

Эргономические исследования и разработки потре­бительских изделий вторгаются в сферу "вещетворения" и "вещепользования", в которой человек испокон веков выступает как демиург, как "делатель", как homo faber. Всегда ценились мастера, знавшие секреты изготовления тех или иных вещей. Невозможно удержаться, чтобы не привести достаточно большой отрывок из работы В.Н.То­порова, в котором с поэтической глубиной "схвачены" процессы вещетворения и вещепользования.

"Вещь ... вне природы и природного ряда; она созда­на искусственно мыслящей рукойчеловека, кото­рая, создавая вещь, обучает ее, исходя из «антро­поцентрических» принципов: человек включает вещь в эволюцию соответствующего «вещного» ряда, с ее отбором, борьбой «видов», прогрессом, придает вещи понятие цели, научает ее элемен­тарным действиям, скопированным с него самого или продолжающим человека, «заражает» вещь «разумом»теми способностями и их сочетания­ми, которые иногда настолько превосходят чело­веческие, что способны уходить из-под опеки и контроля человека и становятся непредсказуемы­ми, по крайней мере в непосредственной и четкой форме (ср. фольклорный и литературный мотив «бунта» вещей), и тогда уже вещь на определенной ступени сложности становится как бы «мысля­щей» и в этом качестве ведет за собой все более и более «овеществляющуюся» руку. Из сказанного видно, что вещь (и только вещь) так зависит от человека, ее «отца-родителя». С самого начала она несет в себе печать человека, его «часть» и со временем все адекватнее и эффективнее учитыва­ет потребности человека, наращивая и на этом пути «человекосообразность». Беззащитная и бес­словесная, вещь отдается под покровительство человека и рассчитывает на него. Оставить без ответа это движение и «решение» значит пре­небречь судьбой «человеческого» слоя в вещи, за­труднить условия контакта человека с вещью и, сузив «человеческое» в вещи, подтолкнуть самого себя, человека, на путь овеществления. Перестать ощущать эту теплоту вещи большая утрата и для человека и для поставленной ему в соответст­вие в долг и в заботу вещи" [59, с.33].

Рассмотрение вещи в антропоцентрической пер­спективе, при которой не только ценится ее "вещная" польза, но и осознается душевная привязанность к вещи, дающая основание полагать, что с вещью может соеди­ниться и "душевная" польза, позволяет точнее определить

место эргономики в создании потребительских изделий и избежать возможных упрощений при этом. Антропо­центрическая перспектива открывает возможность более чутко улавливать содержательную динамику происходя­щих перемен в "вещном" мире, вектором которых стано­вятся: вещь — душа — смысл. "Ибо речь идет еще об одном фундаментальном аспекте свершившихся пере­мен: ныне потребитель перестал быть наивным и зади­ристым «добрым дикарем», чье жизненное положение задается эргономикой" [60, с.20].

Почти все технически сложные и другие потреби­тельские изделия сосредоточены в жилище человека. Разделяя классическое изречение Витрувия, сказавшего вслед за общим воззрением древности, что прекрасное здание должно быть построено "подобно хорошо сложен­ному человеку", и утверждение Микеланджело, согласно которому "части архитектурного целого находятся в таком же соотношении, как части человеческого тела, и тот, кто не знал и не знает строения человеческого тела в анатомическом смысле, не может этого понять", П.Фло­ренский развивает оригинальную концепцию: жилище, дом есть орудие орудий. По замыслу своему, жилище должно объединять в себе всю совокупность наших ору­дий — все наше хозяйство. И если каждое орудие по­рознь есть отображение какого-либо органа нашего тела с той или другой его стороны, то вся совокупность хозяйства, как одно организованное целое, есть отобра­жение всей совокупности органов, в их координирован-ности.

"Дом подобен телу, а разные части домашнего оборудования аналогически приравниваются орга­нам тела... И понятно, что иначе быть не может. Ведь, заключаясь в дом со всемтелом, мы заключа­емся туда со всемисвоими органами. Следователь­но, удовлетворение каждого из органов, то есть доставление ему возможности действования про­исходит не иначе, как через посредство дома, и значит дом должен быть системою орудий, про­должающих всеорганы. ...древний дом, дом по преимуществу с его двором, наружной частью и внутреннею рассматривается как отображения всего человеческого существа. В особенности это толкование относится к дому по преимуществу к храму с его двором, святилищем и святейшим, одинаковому по составу как у язычников (двор, перестиль, ноос), так и иудеев... Храм есть тип дома, а не дом храма, и самый дом есть дом постольку, поскольку и он все же есть род храма" [61, с.166-167].

Несколько лет спустя после публикации работы П.Флоренского Ле Корбюзье скажет, что дом — это машина для жилья. Однако, увидев, с какой прямолиней­ностью пытаются воплотить это утверждение его русские единомышленники, он вынужден был напомнить им, что архитектура все-таки "начинается там, где кончается машина". "Устройство жилища,— пишет Г.Гачев,— с одной стороны, есть отпечаток, отражение Космоса: дом строится как схема того, что человек видит вокруг, так что по дому можно изучать воззрения народа на мир — как он его понимает. А с другой стороны, дом не готовым берется, а строится и есть выражение нутра человека, невидимого устройства его души, проекция современно­го микрокосмоса" [62, с.38].

Объектом изучения эргономики являются не только вещи, но и жилище в целом, отдельные его функцио­нальные зоны. Организация деятельности домашних хо­зяек привлекла внимание ученых США еще в начале 20-х годов. Уже тогда отмечалось, что неправильная планиров­ка кухни приводит к излишней ходьбе домашних хозяек, которая за год достигает 170 км. Была установлена связь между ростом человека и высотой рабочих столов и стульев, составлена таблица зависимостей. В 40-е годы в Швеции проводились антропометрические измерения населения для оптимизации проектов кухонных помещений.

После второй мировой войны во многих странах были разработаны и выполнены программы исследова­ний жилой среды и ее связи с социальными условиями и архитектурными решениями. Цель исследований — оп­ределение требований людей к строительству жилья, его планировкам и оборудованию. Исследовались основные функциональные зоны жилища и виды деятельности в них. Обобщив результаты выполнения таких программ в Швеции, Швейцарии, Франции, в Федеративной Респуб­лике Германии, Англии и основываясь на собственных исследованиях, швейцарский ученый Е.Гранджан издал фундаментальный труд "Эргономика жилища",кото­рый переведен на многие языки и выдержал несколько изданий [63]. К основным направлениям эргономики, представленным в этом труде, относятся: изучение до­машней работы и ее тяжести; пространственные харак­теристики помещений, конструирование домашней ме­бели, размещение и размеры комнат и строений, микро­климат в доме, освещение, шум, требования к полам, несчастные случаи дома, квартиры для пожилых и инва­лидов.

Жилище представляется чем-то большим, нежели просто место, где мы живем. Жилище — это не только уют и комфорт, но и средство самовыражения и развития личности. Другими словами, речь идет о таком жилище, в которое каждый член семьи вносит что-то свое и в котором находит часть себя. Для того чтобы создать такое жилище, необходимо изучить потребности, желания и увлечения всех членов семьи, уметь их сочетать и при­способить к единому организму домашней жизни. Вдох­нуть жизнь в пространство, заключенное между четырь­мя стенами,— вот образ такого жилища. Развиваемые словацкими специалистами Р.Чавойски и Й.Петршивы положения обогащают концепции домашнего очага и утвари в современных условиях [64]. Архитектурное про­странство становится жилищем, когда его разумно и со вкусом наполняют добротными, красивыми, удобными изделиями, которые приносят в дом радость, помогают в быту и работе.

Слово "жилище" имеет много оттенков значения. Оно часто ассоциируется с безопасностью, комфортом, общением и отдыхом. Однако нередко забывают, что деятельность в домашних условиях одно из наи­более важных занятий во всем мире и что несчаст­ных случаев больше происходит дома, чем вне его.Современная деятельность в жилище связана с исполь-

зованием многочисленных сложных машин. Это наиболее существенные причины втор­жения эргономики в сферу формирования современного жилища, оптимизации физи­ческих факторов его среды и проектирования изделий и обо­рудования для него.

Проектируя удобный и безопасный чайник, сотрудни­ки английского Институтаэргономики потребительских изделий прежде всего собрали информацию о 71 несчастном случае, связанном с пользова­нием чайниками. На основе их анализа были выделены наибо­лее типичные причины их воз­никновения. Основным видом несчастья были ожоги. Пятая часть несчастных случаев была

связана с утечкой пара, когда люди пытались выключить кипящий чайник. Еще большее число несчастных случаев (31%) связано с тем, что горячая вода проливалась при опрокидывании чайника. Каждая из названных причин подвергалась специальному анализу.

На основе проделанной аналитической работы эрго­номисты выявили все факторы, от которых зависят усло­вия удобного и безопасного пользования чайником. При разработке новой конструкции внимание было сосредо­точено на следующем:

1) размер ручки, ее расположение относительно центра тяжести чайника, ее функциональные свойства, просвет между ней и чайником, угол наклона, минимизация теплопроводности от чайника к ручке;

2) размер отверстия носика чайника и его влияние на удобство разливания чая в чашки, точность направления вытекающей струи, выход пара, положение нижнего конца носика по отношению к максимальному уровню воды, легкость протекания воды через носик;

3) изменение центра тяжести чайника, когда его берут в руки, при разливании чая в чашки, при переносе, размер дна и форма чайника, его устойчивость;

4) обеспечение условий минимального разбрызгивания го­рячей воды, направление пара в сторону от ручки и отсутствие узких щелей для пара из носика или из-под крышки.

После обсуждения этих вопросов эргономисты со­вместно с дизайнерами приступили к проектированию нескольких вариантов безопасных и удобных чайников.

Немецкая фирма "Слэни" также создала чайник, отличающийся удобством пользования и экономичнос­тью изготовления (рис. 6-19)[65].

Перед студентами одного училища дизайна Герма­нии была поставлена задача разработать комплексную тему "Ребенок и окружающий мир". Студенты провели эргономические исследования, связанные с проблемойбезопасности детей в жилых помещениях.Оказалось, что оборудование большинства квартир Германии создавало опасности, приводившие к большому количеству несчастных случаев.

Были разработаны специальные крышки и пробки для флаконов с лекарствами, уксусом, моющими средст­вами, которые дети не могли открыть. Для предотвраще­ния ожогов сконструирована специальная штанга для плиты, которая не позволяет ребенку подходить к плите вплотную. Для окон создана система решеток, составлен­ных из круглых стержней и соединительных элементов, которые легко собираются; кроме того, эти детали ис­пользуются для устройства детских манежей. Студенты разработали проект детской коляски, "шагающей" по лестнице. Конструкция коляски обеспечивает безопас­ность ребенка и в то же время позволяет использовать ее корзину в качестве детского сиденья в легковом автомо­биле.

Эргономисты и дизайнеры проектируют мебель для детских садов, которая отличается от обычной не только размерами, но и иным подходом к ее разработке, учиты­вающим психофизиологические особенности ребенка. Она производится, как правило, из недорогих материа­лов, отличается удобством, безопасностью и простотой форм (рис. 6-20)[66].

Эргономисты принимают участие в разработке про­ектов компьютеризированного жилища будущего, ко­торых с каждым годом становится все больше. Проекты ориентированы на создание полностью автоматизиро­ванного дома, где центральный компьютер управляет многочисленными исполнительными устройствами, каж­дое из которых выполняет отдельную функцию: уборку квартиры, ее охрану, включение и выключение отопле­ния, электро- и радиоприборов и др. Правда, такой со­вершенный дом, по замечанию японского дизайнера Исао Хосоэ, в конце концов оказывается населенным совершенными же машинами, а человек лишь мешает нормальной деятельности системы, которая должна была облегчить ему жизнь.

В конце XX века, как считают некоторые специалис­ты, домашние, или персональные, роботы займут проч­ные позиции в быту. Пока, однако, роботы еще не оправ­дали радужных прогнозов, делавшихся в начале 80-х годов, когда оптимисты уверяли, что роботы вот-вот научатся убирать наши дома и мыть посуду. Тем не менее исследования и разработки продолжаются. Американ­ские конструкторы уверяют, что приспособить жилье для функционирования робота не представляет особой слож­ности. В помещениях будет специально для роботов уло­жена проводка, установлены пандусы и датчики [14].

Итальянская фирма "Сириус", например, создала домашний робот модульной конструкции (Modulus). Кон­сультантом в вопросах программного обеспечения выступала американская фирма "Робот Сайанс Корпарэйшан" ("Robot Science Corporation"). В разработке робота актив­ное участие принял японский дизайнер И.Хосоэ, давно живущий и работающий в Италии. При разработке ро­бота большое внимание уделялось поиску движений, жестов и выражений, которые бы "очеловечили" его облик, вызывали бы к нему расположение и симпатию. Было установлено, что для этого он должен "уметь" кланяться, руки его — подниматься и опускаться, веки — открываться и закрываться, зрачки — сужаться и расши­ряться, голова — выражать соответствующим движени­ем согласие или несогласие.

Роботы модульной конструкции нового поколения смогут синтезировать и распознавать голос, будут иметь

датчики инфракрасного излучения и т.д., что значительно расширит их функциональные возможности (рис. 6-21,6-22, 6-23), [67]. Триумфальным будет день, считает Д.Нит-цан из американской фирмы "Эс-Ар-Ай", когда робот научится завязывать шнурки на ботинках.

Экспансия индустриальных методов и форм на все виды жизнедеятельности постоянно сталкивалась с не­зримым препятствием, которое итальянский дизайнер А.Бранци называет "глубочайшей антропологической инерцией дома", так как "машинная цивилизация" и "домашняя цивилизация" ("культура обитания") — фено­мены совершенно разные, если не противоположные. Жилище стало проектной проблемой к концу XVIII века, а в начале XX века она превратилась в приоритетную. "Однако сейчас, — отмечает Бранци, — мы по-прежнему очень мало знаем, что яке такое феномен «обитания». Несколько учебников по эргономике, ряд фундаменталь­ных схем использования жилого помещения, но ни одно­го углубленного исследования самого «акта обитания», феномена чрезвычайно сложного и богатого, отнюдь не сводимого к утилитарному использованию дома, но сооб­щающего функциональному действию культурную и сим­волическую плотность. Современная проектная куль­тура все еще оперирует предельно элементарнымипараметрами жилой среды" [Цит. по: 68, с.130—131].

Создание технически сложных потребительских из­делий, отвечающих требованиям потребителя, возможно лишь при содружестве конструктора, дизайнера и эрго­номиста. Деятельность последних двух имеет много об­щего. "Дизайн и эргономика вырастают из осознания того, что функция изделия определяется характером вза­имодействия в системе «человек — техническое средст­во — задача», из понимания необходимости удовлетво­рять требования потребителя. А это исключает как изго­товление изделий с привлекательным внешним видом, но не выполняющих свое назначение, так и изделий, соответ­ствующих своему назначению, но неприятного, неэстетичного вида. Если изделие, например «техническое средст­во», должно подвергаться манипулированию в дополнение к его визуальному контакту с потребителем, то его стиле­вые качества влияют и на «глаза», и на саму «манипуля­цию», то есть влияют и на выполнение задачи и в конеч­ном итоге на удовлетворение потребителя" [69, с. 112].

Для эргономического и дизайнерского проектирова­ния важны те способы, которыми быт воздействует на технику или, точнее говоря, сковывает ее. Постоянное наложение бытовой системы на техническую лежит в основе этих видов проектирования. Эргономические ис­следования и разработки технически сложных потреби­тельских изделий ориентированы на решение следую­щих задач:

1) обеспечить удобство пользования;

2) способствовать эффективному выполнению назначения изделия;

3) не нарушать сложившиеся стереотипы поведения людей (например, движение поворотной ручки прибора по часовой стрелке всегда ассоциируется с увеличением, а против — с уменьшением);

4) обеспечить безопасность использования. Каждая из че­тырех задач представляет сложную научную, проектную и конструкторскую проблему, не говоря уже об их комплексном решении.

При проектировании и оценке потребительских изделий используется, как правило, следующая схема эргономического анализа. В первую очередь, выясняют, выполняет ли изделие свое прямое назначение (т.е. на­значение ножа, стиральной машины и т.д.). Потом иссле­дуют, не вызывает ли изделие несчастных случаев или каких-нибудь затруднений, а также легко и удобно ли им пользоваться. Другой важный вопрос заключается в том, эффективно ли изделие, когда им пользуются обычные потребители, а также когда им пользуются особые груп­пы потребителей, например пожилые люди и инвалиды. Наконец, обращают внимание на отходы, связанные с

определенным изделием, и рассматривают, нет ли подхо­дящего способа их утилизации.

Большой массив эргономических исследований и разработок выполнен по планировкам и оборудованию кухонь. Даже такая деталь, как связь регуляторов на передней стенке кухонной плиты с горелками, и та по­требовала специальных эргономических исследований. Оказывается, порядок размещения рукояток, как устано­вили американские ученые, не безразличен для точности и быстроты, с какой включается соответствующая горел­ка. Во время экспериментов испытуемые сделали 1200 попыток включения горелок. При первом варианте рас­положения регуляторов и горелок они не совершили ни одной ошибки, при втором варианте допустили 76 оши­бок, при третьем — 116, при четвертом — 129 (рис. 6-24).Секция эргономики Центра по изучению технологии создания потребительских изделий, разработки и разви­тия технических средств и методологии оценки безопас­ности и других эксплуатационных характеристик указан­ных изделий Национального бюро стандартов США про­вела эргономические экспериментальные исследова­ния, связанные с оценкой потребительских изделий. По мере накопления опыта в изучении процессов исполь­зования и оценки этих изделий в лабораторных условиях специалисты Пришли к выводу о необходимости допол­нить такое изучение проведением исследований весте­ственных условия. Для этих целей в специально отведен­ном доме оборудовали типовые помещения современной американской жилой квартиры: две кухни (одна с газовой плитой, другая с электрической), общая комната (со мно­гими функциональными зонами), ванная, гостиная, дет­ская (игровая). Одна из кухонь может быть превращена в домашнюю мастерскую для изучения процессов ис­пользования и оценки электрических и других инстру­ментов. Все помещения оборудованы и меблированы просто, максимально приближены к нормальной домаш­ней обстановке. К помещениям примыкают специальные комнаты, в которых находятся экспериментаторы и раз­мещена аппаратура для исследований. Экспериментато­ры имеют возможность наблюдать за действием испыту­емых непосредственно через окна одностороннего виде­ния, а также с помощью различных телевизионных уста­новок. Широко использовались телеметрические записи на магнитную ленту, которые затем вводились в ЭВМ. В результате была создана автоматизированная система сбора и обработки телеметрической информации.

Цель одного исследования — определить потребляе­мую кухонными плитами (газовыми и электрическими) энергию при приготовлении 21 стандартного блюда (три блюда каждый день в неделю). Идеальные условия для экспериментального исследования (испытуемые домохо­зяйки готовили одни и те же блюда в одних и тех же кухнях, используя одни и те же кухонные принадлежнос­ти и посуду) позволили получить данные не только о потребляемой энергии и расходах воды, но и о многих аспектах взаимодействия человека и кухонной утвари.

Развитие своего рода индустрии эргономических исследований, связанных с оценкой потребительских из­делий, позволяет получать количественные оценки рациональности, удобства и комфорта использования этих изделий. На основе полученных результатов проектиру­ют более современные в эргономическом отношении кухонные принадлежности и посуду.

Дизайнерская и эргономическая разработка систе­мы кухонного оборудования (совместно проведена не­мецкой и американской фирмами) представляет собой вертикальную стойку (круглого сечения) с навешиваемы­ми на нее различными функциональными элементами (плита, раковина, сушилка для посуды, вешалка для поло­тенец и т.д.) (рис. 6-25).Предусмотрено 37 различных вариантов оборудования. Система, приспособленная для быстрой транспортировки и установки, сконструирована на основании принципа "мини-макс" (минимум площа­ди — максимум бытовых приборов) и удобна для разме­щения в малогабаритных кухнях. Центральная колонна и арматура конструкции изготовлены из нержавеющей и хромированной стали, с которой хорошо сочетаются за­крепленные на колонне гранитная панель со встроенны­ми конфорками и деревянная разделочная доска.

Объектом пристального внимания эргономистов в промышленно развитых странах являются стулья и крес­ла для дома, а также рабочие сиденья. Еще в начале века отмечалось, что самое распространенное занятие циви­лизованного человека — сидение. Многие стремились приблизить время, когда человечество сможет под­чинить стул индивиду, а не индивида стулу. Усилия ученых и специалистов к концу XX века, похоже, позво­лили вплотную приблизиться к этой цели. В 1989 г. в Японии состоялся международный симпозиум на тему "Наука о том, как сидеть". На симпозиуме обсуждался широкий круг проблем: сидение и здоровье, сидение и работа, проектирование стульев, стулья для дошкольни­ков, особенности сидения инвалидов и др. Представлен­ные на нем материалы позволили сравнить западные и восточные концепции сидения и выработать соответст­вующие рекомендации.

В 1988 г. в США вышла книга Д.Захаркова "Поза — сидя, стоя: проектирование стульев и их применение", которая, как считает Международная эргономическая ассоциация, должна стать настольной книгой каждого эргономиста. Ее оглавление позволяет составить пред­ставление о многообразии эргономических исследований и разработок в этом направлении:

1. Поза стоя.

2. Безопорная поза сидя.

3. Неустойчивость при сидении.

4. Комфорт, утомление и производительность труда.

5. Распределение давления.

6. Сиденья для школьников.

7. Автомобильные сиденья.

8. Рабочее место в офисе.

9. Альтернативные проекты стульев.

10. Сиденья для пожилых.

11. Сиденья для инвалидов, инвалидные коляски и коляски для больных, у которых появляются боли от давления при сидении.

12. Проектирование и использование стульев [70].

Опросы хозяек показали, что одним из нелюбимых занятий является глажение белья. Поэтому инженеры совместно с дизайнерами и эргономистами разраба­тывают все новые модели утюгов,которые отличают­ся удобными ручками и удобством пользования регуля­торами температуры и кнопками выброса увлажняющей струи. Предусматриваются указатели уровня воды в тан­кере и регуляторы выброса пара, а также специальные устройства для наматывания провода. Появились модели, вкоторых шнура нет вообще. Создаются устройства, с помощью которых утюги напоминают о себе, если о них забыли. Определены наилучшие показатели веса утюгов, обеспечивающие необходимое давление и не создающие излишних нагрузок при глажении. Так, предлагаются тяжелые (до 2.7 кг) и легкие (всего 0.52 кг); с автомати­ческим терморегулятором и ручной регулировкой режи­ма; простейшие, имеющие только терморегулятор, и сложные агрегаты с пароувлажнителем, разбрызгивате­лем, съемной передней частью — самоотключающиеся, работающие от аккумулятора и т.д.

Особое значение придается подошве — нижней части поверхности утюгов. Здесь важны металл, из кото­рого они изготовляются, и покрытия, все чаще наноси­мые на него. Появились модели, на подошве которых сделано напыление из сапфирового порошка. Оно не только не пригорает (как и тифлоновое), но его и невоз­можно поцарапать. Проводятся исследования для опре­деления оптимального количества отверстий на подошве, через которые на ткань подается пар.

Утюги японской фирмы "Нэйшэнл Тошиба" ("Na­tional Toshibo"), например, с пароувлажнителем и раз­брызгивателем имеют массу 1.26 кг. Передняя часть корпуса выполнена из прозрачной пластмассы, где на­глядно отмечается количество находящейся в резервуаре воды. Кроме того, передняя часть корпуса съемная, что позволяет потребителю исполнять операции, невозмож­ные при традиционной форме утюга (например, гладить внутреннюю поверхность манжета рукава и т.п.). Термо­регулятор расположен в верхней передней части корпу­са, что упрощает считывание показаний и облегчает манипуляцию пальцами руки при установке определен­ного температурного режима. Среди утюгов фирмы, на­ряду с традиционными по форме изделиями, есть электроприборы, отличающиеся нетрадиционными ди­зайнерскими решениями как отдельных узлов, так и всей формы в целом (рис. 6-26).

В современном утюге, отмечает Жан Бодрийяр, ручка исчезает, "профилируется" (характерен сам этот термин, выражающий тонкость и абстрактность), все более нацеливается на полное отсутствие жеста, и в пределе такая форма оказывается уже не формой руки, а просто формой "сподручности". "Становясь совершенной, форма отводит человеку роль стороннего созерца­теля собственного могущества" [58, с.47].

Современный уровень культуры быта и ведения до­машнего хозяйства, возрос­шие требования к комфорт­ности и гигиене жилища обу­словливают широкий спрос на удобные и экономичные приборы для уборки жили­ща. Проводятся разработки, направленные на снижение уровня шума бытовых пыле­сосов, обеспечение простоты управления и технического обслуживания, а также высо­ких пылеочистительных по­казателей. В оценку качества управления пылесосом вхо­дят, например, такие показа­тели, как удобство пользова­ния выключателем (ручной, ножной), удобство регули­ровки высоты щеток в зави­симости от высоты ворса ковра, соединение и разъеди­нение телескопических тру­бок и насадок, намотка электрошнура и т.д. В обеспече­нии максимального комфорта использования пылесосов большую роль играют способы хранения принадлежнос­тей, удобство изъятия и укладки пылесоса в упаковку, его переноска.

В Англии, США и других странах проводятся эрго­номические исследования и разработки оборудованиядля санузлов.Одно из исследований, проведенное аме­риканскими эргономистами, было связано с определени­ем конфигурации и размеров отверстия и чаши унитазов, высоты и угла наклона сиденья. Широкое распростране­ние получают санитарно-технические устройства, осна­щенные клавишей экономического водослива, а отдель­ные ватерклозеты для удобства пользования и экономич­ности имеют даже пульт управления (рис. 6-27).

Для эргономики представляет интерес ответ на во­прос, каким будет будущее ватерклозета. Может быть, через несколько десятилетий будут применяться исклю­чительно туалеты компостного типа, на стороне которых большие экологические преимущества и которые позво­ляют сократить до минимума время, необходимое для совершения кругооборота веществ в природе. Или, воз­можно, мы опять вернемся к древнему, насчитывающему тысячелетия обычаю садиться на корточки, как это тре­буют современные врачи и дизайнеры, обосновывая свои требования важными психологическими факторами. Или, как японцы, охваченные страхом оказаться застиг­нутыми врасплох в многочасовой автомобильной пробке или переполненном метро, будем иметь при себе "пере­носной туалет", который пока представляет собой плас­тиковый пакет, содержащий соответствующий коагу­лянт. Или, как это уже практикуется в той же Японии, будем пользоваться туалетами, которые с помощью ком­пьютера производят мгновенный анализ содержимого и выдают информацию о состоянии вашего здоровья. А может быть, технический прогресс в этой области будет развиваться в направлении космических — для космо­навтов — вакуумных туалетов и специальных пеленок?

Швейцарская фирма "Геберит" организовала и про­вела дизайнерский конкурс на лучшую разработку туа­лета будущего. Первую премию получила разработка "Небула", выполненная Г.Гийомом. В ее основу положена идея о применении лазерной технологии, которая, по прогнозу автора, достигнет большого совершенства, а сокращение водных ресурсов станет проблемой плане­тарных масштабов. В унитазе "Небула" совершенно от­сутствует вода, а вместо нее применяется лазер. С помо­щью лазерного устройства, встроенного в нижнюю руко­ятку, определяется характер выделений, которые распы­ляются затем в течение нескольких секунд. Оставшаяся летучая зола с помощью той же нижней рукоятки отса­сывается, после чего лазер стерилизует сиденье унитаза (рис.6-28).

Второй премией отмечен проект "Пеликан", выпол­ненный дизайнером К.Дорфмюллером. Соединение эрго­номически проработанных сиденья и спинки унитаза обеспечивает его оптимальный комфорт. Высота сиденья, угол наклона и опоры для ног устанавливаются автома­тически в зависимости от заданных роста, веса и пола, а также выбора позы. Кроме того, в проекте используется концепция очистки нового типа: через отверстия в сиде­нье и крышке подается смесь из струйного пара и горя­чего воздуха, которая автоматически очищает унитаз и сиденье после каждого очередного пользования с макси­мальным расходом воды 2.5 л (рис. 6-29).

Во многих странах осуществляются эргономические разработки устройств, с помощью которых можно регулировать приспособление потребительских из-

делий к индивидуальным особенностям потребителей (размерам тела, фигуре, вкусам и др.). Сложной пробле­мой является разработка и включение в изделие механиз­ма обратной связи, который позволял бы потребителям убеждаться в том, что приспособление применено пра­вильно и в соответствии с рекомендациями эргономики. В США и других странах проводятся эргономичес­кие исследования леворукости и других форм одно­стороннего предпочтения действия или восприятия с целью учета этих особенностей людей при проектиро­вании потребительских изделий. Левшам труднее жить, потому что мир, созданный человеком, создан с учетом праворукости. Разрабатываются методики эргономичес­кого анализа и проектирования изделий для леворуких, которые использовались при разработке кухонных ножей, ножниц, электрической дрели, циркулярной пилы, столярных инструментов и многих других потре­бительских изделий. Разработан проект швейной маши­ны, в которой вместо рукавной платформы используется эргономически проработанный поворотный диск с вы­пуклостью под углом 30 градусов, обеспечивающий удоб­ство пользования машиной и левшам (рис. 6-30). "До сих пор человеческими обществами левши продолжают иг­норироваться. Условия жизни и труда в социальном мире создаются с эмпирическим, к сожалению, до сих пор в должной степени еще не осознанным учетом асимметрии только правшей. Левши остаются неизмеримо менее из­вестными, чем правши. Разноречивы данные о частоте проявления левшества, сводившееся долгое время только к леворукости" [71, с.5].

Много конструктивных решений, направленных на создание дополнительных удобств и облегчение поль­зования потребительскими изделиями, рождается инже­нерной и дизайнерской мыслью, а также предлагается самими потребителями. Большинство таких проектных предложений и конструктивных решений отвечает тре­бованиям эргономики. Развивается инновационный ди­зайн, предлагающий принципиально новые решения из­делий (по форме, применяемым материалам, функцио­нальному назначению и т.д.) и ориентированный на возможности и особенности пользователей.

На одном из конкурсов лучших с точки зрения дизайна изделий массового производства не дороже пяти долларов, проведенном в США, изделием-победителем стал гвоздь финского производства стоимостью восемь центов. Это изделие воплощает в себе много испытанных временем достоинств. Форма гвоздя дает представление о его возможностях, характеризует стремление к мини­мальному использованию материала, долгий срок служ­бы, разнообразие функций (по меньшей мере 500 вари­антов применения). Шляпка гвоздя имеет удобную по­верхность для удара молотком, и в то же время она достаточно мала, чтобы углубиться в поверхность мате­риала. Кольцеобразные насечки, образующиеся при сжа­тии стержня в процессе штампования шляпки, дополни­тельно фиксируют гвоздь в материале. Более того, кли­новидное острие скорее раздвигает, чем разрывает струк-

туру материала, благодаря чему лучше охватывается стержень. Кроме прямого назначения гвоздь также может использоваться в качестве кернера, про­бойника, прочного крюка для картин и т.п.

Гвоздь признан одним из образцов клас­сического дизайна, при­мером семантической вы­разительности, информа­тивности и утонченности формы (рис. 6-31).

Пустышка, произво­димая американской фир­мой, прекрасно удовле­творяет инстинктивную детскую потребность в со­сании, безопасна и на­дежна в стоматологичес­ком отношении. Пустыш­ка точно воспроизводит форму материнского соска при кормлении. Благодаря этому рот ре­бенка, когда он сосет пус­тышку, производит такие же движения, как во время кормления грудью, а язык и нижняя челюсть находятся в естест­венном положении, что чрезвычайно важно для формирования правильного прикуса. Дру­гие пустышки имитируют форму женского соска в обычном состоянии, который, конечно, отличается от формы, принимаемой им во рту младенца. В этом случае ребенок сосет неесте­ственно, а это может привести к существенной деформации лица, рта и зубов (рис. 6-32).

На международный дизайнерский кон­курс ножниц, проведенный одной японской фирмой, было прислано 2.5 тыс. заявок из 30 стран (возраст участников колебался от 4 до 60 лет). Портняжные, хирургические, парикма­херские, сапожные — вот далеко не полный перечень ножниц, продемонстрировавших диапазон современных идей, решений, форм. Гран-при конкурса получила модель "Пели­кан". Простая и очевидная конструкция стопо­ра, удачное цветографическое решение метал­лических частей и пластмассовой рукоятки — все это делает изделие удобным и безопасным, придает ему необычную выразительность (рис. 6-33).Второй премией отмечены садовые ножницы — цилиндр с разрезом. Срезанные листья попадают внутрь ручки-трубки. Эта простая конструкция исключает рассыпание листьев. В нерабочем состоянии пластмассо­вое покрытие ручки соскальзывает и закрыва­ет обнаженные режущие кромки (рис. 6-34).

Созданное одной американской фирмой

Отвечая на вопрос ведущего дизайнерского журнала "Модо", чтобы вы спроектировали для жилища 90-х годов, итальянский дизайнер А.Кастелли Феррери сказал:

"Дом 90-х годов не будет спроектированным жили­щем. Здесь будут стихийно собираться предметы, полюбившиеся, обогащающие домашний «пейзаж». Они «представляют» драму или сказку нашей жизни и живут ею вместе с нами. Независимо от того, архетипы это или отражение будущих жела­ний и потребностей, предметы наполнятся «смыс­лом», поскольку мы учимся делать естественным паше искусственное окружение" [72, с.30].

Другой итальянский дизайнер Д.Сантакьяра на этот же вопрос журнала "Модо" ответил следующим образом:

"Для жилища 90-х годов я спроектировал бы поло­вик первый предмет, который видит входящий

в дом. Обычно в дизайне и мебельной промышлен­ности его обходят вниманием, я же считаю, что половик это визитная карточка дома. Половик на языке жестов способен как бы устанавливать связь с людьми; в противоположность другим пред­метам, он живет и имеет смысл в зависимости от степени его износа. Этот предмет может быть обогащен новыми качествами и возможностями технического и коммуникативного характера, уси­ливающими важность его наличия. Для нового об­щества я уже спроектировал несколько таких из­делий" [72, с.31].

Выступая в 1986 г. на семинаре "Дверные ручки", итальянский дизайнер М.Бота объяснил, чем вызван ин­терес известных дизайнеров к столь обыденному предме­ту, как дверная ручка. Банальное изделие, по его словам, является барометром культуры. Говоря о своей разработ­ке, он отметил: "Я пытался представить себе точку, в которой «пересекаются» механика (дверная ручка) и органика (человеческая рука)". В проекте японских ди­зайнеров А.Исозаки и Ш.Хайаши заложен философский смысл. Они считают, что в момент соприкосновения с дверной ручкой она становится как бы частью человечес­кого тела; кроме того, она является местом первого кон­такта с домом (зданием), и очень важно, чтобы положи­тельный эмоциональный резонанс от соприкосновения с хорошей дверной ручкой сопровождал человека все время, пока он находится в доме [73, с.28].

Успехи развития эргономики жилища не должны заслонять того факта, что именно в этой сфере проявля­ются опасности, которые подстерегают развитие эргоно-

мики в целом. Сугубо утилитарный подход к формирова­нию оптимальной в функциональном отношении среды в сочетании с проектированием для промышленности может превратить ориентированную на человека эргоно­мику в свою противоположность. В формировании жи­лища — это дом, понимаемый как машина, призванная с наибольшей эффективностью выполнять необходимые полезные функции. В этой связи ширится неприятие эргономики современным дизайном. Дизайнеры не же­лают иметь дело с антропометрическим человеком "Мо-дулера" Ле Корбюзье. Это становится сигналом, что некоторые сформировавшиеся подходы эргономики ис­черпали свой потенциал. Эргономика стоит перед необ­ходимостью осмысления своих проектных задач в ор­ганичной связи с культурно-символическим и эмоци­ональным освоениемжилой и любой другой среды жиз­недеятельностилюдей, позволяющим человеку пере­жить среду как нечто созвучное себе.Другими слова­ми, речь идет об усилении междисциплинарной стратегии эргономических исследований и разработок, синтезе гу­манитарных, естественно-научных и технических знаний, дополненном интуитивным творческим подходом дизай­нера.

Не только "человек — мера всех вещей", но в извест­ном отношении и обратно: "вещь — мера всех людей", что особенно рельефно выделяется при интерпретирую­щем переводе формулировки Протагора, предлагаемом М.Хайдеггером:

"Мера всех вещей (а именно нужных и привычных человеку и тем самым постоянно его окружаю­щих...) есть каждый человек: присутствующих что они пребывают так, как они пребывают, а тех, которым отказано в пребывании,— что они не присутствуют" [74, с.112—1131.

В данном случае весьма существенно, обращает вни­мание В.Н.Топоров, отрешиться от штампов новоевро­пейского восприятия этой формулы и суметь пробиться к иному, греческому пониманию ее, при котором речь шла не о некоем усредненном человеке, но о любом конкретном, частном человеке. Иначе говоря, мера долж­на пониматься не как абсолют, не как единый стандарт, а,скорее, как ограничение, вызываемое тем, что она соотносится не всем, не типу, а конкретному индивидуу­му, судящему о вещи [59].

Новое осмысление проектных задач эргономики свя­зано также с необходимостью ее ориентации на созда­ние экологически чистых изделийи объектов. При создании таких изделий — перерабатываемых, разбира­емых или уничтожаемых — эргономисты должны рас­сматривать альтернативные технологии, системы и обо­рудование, условия их эксплуатации и воздействие на окружающую среду. Эргономисту необходимо четко представлять технический процесс или его фрагмент, руководствоваться данными о получаемых продуктах, энергозатратах, экологических воздействиях, связанных с производством выбранного для изделия материала и его обработкой.

Завершая этот раздел, нельзя не согласиться с Д.А.Норманом, который в книге "Психология повседнев­ных вещей" сетует на свою неспособность пользоваться простыми вещами. Констатируя, что он поднаторел в компьютерах, электронике и сложном лабораторном обо­рудовании, ученый задается вопросами: "Откуда же у меня проблемы с дверями, выключателями света, водо­проводными кранами? Почему я могу заставить работать компьютерную станцию стоимостью много миллионов долларов, но не свой собственный холодильник? " Ученый заключает, что пока мы обвиняем самих себя, настоящий виновник — плохая конструкция — остается нераскры­тым. И миллионы людей чувствуют себя технически неспособными. Пора такое положение менять.

 






Дата добавления: 2015-08-31; просмотров: 328. Нарушение авторских прав

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2017 год . (0.249 сек.) русская версия | украинская версия