Студопедия Главная Случайная страница Задать вопрос

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

ТАЯНА. ГЕЛАНЬ. Александр полагал, что предстоит что-то вроде заседания Генеральных Штатов, и разумеется, ошибся





 

Александр полагал, что предстоит что-то вроде заседания Генеральных Штатов, и разумеется, ошибся. Таянские обычаи не имели с мунтскими ничего общего. Выборные от гильдий, торговцы, откупщики и крестьяне на гомону [45]не допускались. В коронном зале Высокого Замка собирались лишь нобили, избираемые в милитариях [46]на малых гомониках. Еще по осени Анджей разослал гонцов, оповещая о Большой Гомоне, назначенной по традиции на самый короткий день года.

И гоцарство [47], и знаменные нобили [48]отнеслись к приглашению по-таянски. Выборные начали съезжаться в Гелань еще по первому снегу. Старики вспоминали молодость и поругивали молодежь, молодежь крутила усы перед столичными красотками, затевала потасовки и охоты и подсмеивалась над стариками. Вино и царка лились рекой, вспыхнувшие ссоры сменялись попойками, недавние враги клялись друг другу в вечной дружбе, а приятели и собутыльники в пылу ссоры хватались за сабли, чтобы, доказав свою удаль, вновь поднять кубки за здоровье друг друга. Никто не сомневался, что предстоит война, и все этому радовались. Победа над Билланой и Тарской окрыляла, Александр Тагэре, или, как его называли здесь, Шандер Аррой, стал всеобщим кумиром, а Фронтера уже лет триста нарывалась на хорошую взбучку.

Граница тлела, нужен был лишь повод, чтобы многочисленные стычки перешли в открытые военные действия. То, что за Фронтерой лежала неведомая Арция, где засел Пьер Тартю, с помощью циалианок и предательства захвативший трон, лишь подливало в огонь горючего каменного масла. В бой рвались и старые, и молодые. Едва Александр Тагэре вместе с Анджеем Гардани вошли в Гомонный зал, как от воплей «Виват Таяна», «Виват Аррой», «Виват Гардани» чуть не вылетели стекла.

Сандер успел неплохо узнать Высокий Замок, но в Гомонном зале был впервые. Он был огромным, хоть и уступал помещению, в котором собирались арцийские Генеральные Штаты. Здесь не было ни ступеней, ни скамей – только возвышение, над которым висел огромный щит с гербом – стоящая на задних лапах серебряная рысь в проеме крепостных ворот, увенчанных тремя башнями. И все. Ни балдахинов, ни ковров, ни охраны, да и зачем она? На гомону нобили приходили вооруженными до зубов, несмотря на пылавший в противоположном конце зала огромный камин, никто не снимал не то что верхней одежды, но даже шапок. Считалось, что, приняв решение, выборные немедля либо разъезжаются по своим милитариям, дабы сообщить новости, либо уходят в бой.

Арциец в некотором обалдении смотрел с возвышения на жизнерадостную толпу, ему казалось, что он привык к таянцам, тягаться с которыми в шумливости и жизнелюбии могли разве что мирийцы во время байлы, но Гомона была чем-то особенным.

Высокие рысьи шапки, украшенные журавлиными и орлиными перьями, раскрасневшиеся от жары и крика лица, грозно торчащие усы и усики, распахнутые на груди короткие полушубки, под которыми виднелись яркие кафтаны с галунами, все вместе сливалось в бушующую пеструю массу. Тагэре с детства водил людей в бой, но, глядя на таянское гоцарство, малость растерялся. Анджей лишь улыбнулся в темные усы, оглядев своих буйных подданных, и поднял руку.

– Данове. Я имею сказать вам нечто важное. Но сначала ответьте: разве мы трусы?

– Нет, – взревела толпа. Сандер знал, что таков местный обычай, заменяющий торжественный молебен, открывающий заседание Генеральных Штатов. Собравшиеся не раз слышали эти вопросы и отвечали на них, но возмущение лихих вояк, которых хотя бы из ритуальных побуждений заподозрили в трусости, было неподдельным.

– Разве мы предатели? – продолжал вопрошать король. – Разве забыли мы Добро и Слово? И заржавели наши сабли и застоялись кони? Разве не любим мы Таяну и честь нашу и не готовы служить им и саблей, и копьем, и жизнью, и смертью?

Последние слова утонули в диком реве, достойном стада буйволов. Немного выждав, король громовым голосом объявил:

– То слушайте меня, данове, и не говорите, что не слышали. Все мы знаем, что в прошлом годе к нам пришел друг – потомок Счастливчика Рене. Шандер Аррой! Виват!

Сердце Сандера бешено забилось в ответ на приветственные вопли его новых друзей. Его всегда любили воины, и всегда это наполняло душу восторгом и благодарностью, но таянцы научили его не скрывать своих чувств. Здесь искренность не считалась слабостью.

Тагэре, улыбаясь, отыскивал в толпе знакомые лица. Стах Тонда. Раскрасневшийся даже сильней, чем обычно. Рышард в белом полушубке, под которым чернеет доломан «Серебряного», и рядом – Ежи. Наследник на гомоне – лишь один из названных на геланском гомонике и гордится своим избранием много больше, чем титулом. Принц поймал взгляд друга и залихватски подмигнул, в мыслях он уже рубил фронтерцев, а за разбегающимися усачами маячил незнакомый Мунт, который следовало взять.

– Данове, – прервал гомонное буйство Анджей Гардани, – все мы знаем доблесть Шандера. Он принес нам удачу. Он раскроил башку главному рогачу и взял Монтайю! Мы должны ему, как Аррою, по долгу памяти. Мы должны ему, как другу, по долгу чести! Шандер – король арцийский, но на его троне сидит трус, предатель и убийца, и помогли ему рогатые бабы и усатые гады!

Кажется, орать громче, чем орали вначале, было невозможно, но при этих словах таянцы превзошли самих себя. Некоторые, несмотря на опасность задеть соседей, выхватили сабли и подняли их высоко над головой, словно летя навстречу вражеским сотням.

– Слушайте дальше, – прокричал король, и, как ни странно, в Гомонном зале воцарилась относительная тишина. – Все мы знаем слова старого Эрика о том, что придет год Трех Звезд и поднимет меч Последний из Королей. Никто не помнит, чтоб Волчья и Лебединая когда-то сияли так ярко, а с конца Копьеносца в небе горит хвостатая звезда, чего не бывало со времен Проклятого! Вот он год Трех Звезд! Все мы помним клятву Шандера Гардани, друга и соратника Счастливчика Рене, сломавшего шею Михаю Окаянному! Мы разошлись с большой Арцией, но мы не отреклись от рода Арроев.

Шандер, Последний из Королей с нами! Святой Эрасти спас его, Тахена благословила его и открыла ему дорогу. Его меч принес нам победу! Так неужто наши сабли не пойдут за этим мечом? Что скажете, данове?

Тут уж поднялось нечто вовсе невообразимое. Александр понимал одно: таянцы готовы немедленно наброситься на фронтерцев, Пьера, циалианок и самого Триединого, стены зала дрожали от крика «виват», которому, казалось, вторило и бурно взметнувшееся пламя в камине, и ветер за окном.

– Вы приняли решение, данове? – спросил Гардани, когда гоцарство и знаменные нобили малость успокоились.

– Так!

– Есть кто-то несогласный?

– Нет!!!

– Объявляю приговор. Как стает снег, пойдем через Фронтеру и дальше. Пропустит нас Тодор – хорошо, нет – сам виноват, но мы не вложим сабли в ножны и не повернем коней, пока не исполним клятвы Шандера! Арде!

– Виват! Виват!! Виват!!!

 






Дата добавления: 2015-08-30; просмотров: 228. Нарушение авторских прав

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2017 год . (0.025 сек.) русская версия | украинская версия