Студопедия Главная Случайная страница Задать вопрос

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Эпизод Тифы





Тифа проводила последнего посетителя "Седьмого неба" и вернулась внутрь, чтобы прибраться. Комната была чуть освещена, и Тифа находилась здесь совсем одна. Всего несколько дней назад работа не казалась ей такой долгой. Ей нравилось работать вместе со своей семьей, забывая обо всех тревогах, но теперь ей предстоит еще вымыть все эти грязные столы и посуду, а вода остыла. Тифа попыталась включить свет поярче, чтобы развеять гнетущую атмосферу. Лампы ненадолго загорелись, но нестабильный электрогенератор вскоре вырубился. И вновь воцарился полумрак. Тифе стало как-то совсем неуютно. Она подумала, одна ли она в этом доме. Не в силах больше выносить одиночество, она позвала девочку:

– Марлин!

Из детской послышались шаги, а вскоре появилась и Марлин:

– Шшш!, – прошипела она, поднеся пальчик к губам. Тифа извинилась за шум, но на душе стало легче.

– Дензел заснул наконец.

– Ему больно?

– Да.

– Ты могла бы позвать меня.

– Дензел мне не позволил.

– Понятно...

Тифа винила себя в том, что дети о ней беспокоятся.

– Что не так?

– Хммм... Что ты имеешь в виду? – беззаботно ответила Тифа, пытаясь скрыть свои чувства. Марлин огляделась вокруг:

– Ты чувствуешь себя одинокой? – малышка умела читать в душах. – Я никуда не уйду.

– Спасибо. Теперь тоже скоро пора спать.

– Я и собиралась спать!

– Прости.

Она моя дочь. Так я представляю ее людям. Ее родители погибли не так давно, и девочку привел лучший друг ее отца, Баррет.

Тифа многое узнала о Марлин с тех пор, как встретила Баррета и путешествовала с ним. И Баррет оставил девочку с Тифой, когда вновь отправился в путь, чтобы решить незаконченные в прошлом дела.

Тифа закончила уборку и последовала за Марлин в жилые помещения. В детской комнате стояли две кровати, одна рядом с другой. На одной из них спал Дензел. Шрам Геостигмы на лбу восьмилетнего мальчика был воистину страшным зрелищем. Ничего нельзя было сделать, чтобы облегчить боль, и мальчик сильно страдал. Дензел слегка поморщился, когда Тифа промыла черные выделения из шрама, но не проснулся. Марлин, присматривающая за Дензелом, позвала Тифу, забравшись в свою кровать:

– Тебе все еще одиноко даже вместе с нами?

– ...Прости", – честно ответила Тифа.

– Да нормально. Мы одинаковы.

– Понимаю.

– Я вот думаю, где сейчас Клауд.

Тифа повесила голову. Она не могла ответить девочке. Клауд был где-то в Мидгаре. Сначала она представляла себе самое худшее. Может, что-то случилось во время выполнения им какой-либо работы, или на него напали монстры.

Но вскоре она узнала, что он все еще исполнял заказы. Люди видели его. Он просто ушел из дому, вот и все. Тифа пыталась убедить детей, что все в порядке, но ей самой не хватало уверенности. Дети поняли: что-то произошло.

– Почему он ушел?

– Я не знаю.

Может, между нами возникли проблемы.

Но Тифа вспомнила улыбку на лице Клауда в последний раз, когда видела его. В ней была теплота, говорящая, что все в порядке, все хорошо.

Может, мне просто показалось.

В один роковой день к планете устремился Метеор из далекого космоса. Устремившись ввысь из недр планеты, потоки Лайфстрима слились воедино и уничтожили его. Тифа с товарищами наблюдала за происходящим с борта самолета.

Я желала, чтобы все тогда исчезло. Исчезло мое прошлое. Наше прошлое. Может, я уже ощущала тот неизбежный ужас, что придет с окончанием битвы. Я гадала, смогу ли жить, как прежде.

Если бы кто-то обратился к ней с этим вопросом, она ответила бы, что стоит продолжать жить, не смотря ни на что. Но насчет самой себя она не была так уверена.

Благодаря корпорации "Шинра", добывающей Мако-энергию, мир процветал. Свет озарял поверхность планеты, но в то же время творились куда более темные вещи. Группа "ЛАВИНА", выступавшая против "Шинра", вознамерилась показать миру истинную тьму, несомую корпорацией.

Добыча Мако вела к гибели планеты. Вопреки всем усилиям "ЛАВИНЫ", реально удалось мало что сделать, и мир остался неизменным. Когда вы приняли для себя все преимущества использования Мако, трудно от них отказаться. Чтобы изменить ситуацию, "ЛАВИНА" пошла на крайние меры. В городе Мидгаре, где добывались огромные объемы Мако-энергии и жило множество людей, они взорвали один из реакторов.

Из-за ошибки в количестве взрывного устройства, заложенного ими, радиус взрыва оказался куда больше планируемого, и много людей погибло. В ответ "Шинра" всерьёз вознамерилась покончить с "ЛАВИНОЙ". Был уничтожен целый сектор Мидгара, где базировалась "ЛАВИНА"; погибло огромное число людей. И все для того, чтобы покончить с несколькими повстанцами. В итоге "ЛАВИНА" оказалась виновна в том, что погибли люди.

"ЛАВИНА" была группой, в которую входила и Тифа.

Она полагала, что без жертв не обойтись на пути к поставленной цели. И она, и ее товарищи готовы были расстаться и с собственными жизнями. Но после той катастрофы Тифа и остальные усомнились в том, оправдывает ли цель средства. Сражаясь с корпорацией "Шинра", они вскоре обнаружили, что противостоят могущественному Сефироту. И они отправились в путь: Тифа, ее друг детства Клауд, последний оставшийся в живых член "ЛАВИНЫ" Баррет, Аэрис, что присоединилась к ним во время этого хаоса, и Ред XIII. А спустя некоторое время число их увеличилось – к отряду примкнули Сид, Юффи, Кайт Сит и Винсент.

Казалось, Тифа обрела новых друзей, но все имеет свою цену, и таковой ценой стала жизнь Аэрис.

Но путь их не окончился. Оглядываясь назад на победы и поражения, Тифа ощущала, что конец их сражения уже близок.

Все началось, когда я была маленькой девочкой. На Мако-реакторе, построенном неподалеку от моего родного города Нибельхейма, начались какие-то проблемы.

"Шинра" отправила Сефирота решать их, но он убил моего отца. Я не смогла справиться со своей ненавистью к нему и корпорации, потому и присоединилась к "ЛАВИНЕ". Да. То было начало моего полного неприятия фактических властителей этого мира, а слоганы "ЛАВИНЫ", направленные против "Шинра" и выкачки Мако, стали моим щитом. Но слишком много жизней было принесено в жертву, пока мы спасали планету. Если все это было ради личной мести, тогда...

Ощущение греха поселилось глубоко в сердце Тифы.

Он гадала, сможет ли продолжать жить с этим чувством. Тифа боялась за свое будущее. С борта самолета она смотрела вниз.

Рядом сидел Клауд, но в отличие от нее он мирно улыбался. Такую улыбку она ни разу не видела на его лице. Клауд заметил ее взгляд и спросил:

– Что-то не так?

– Клауд, ты улыбаешься.

– Я?

– Да.

– Все начинается сейчас. Новая... – Клауд запнулся, подбирая слова, – ...новая жизнь. Я буду жить. Думаю, лишь так я смогу быть прощен. Мы прошли вместе... многое.

– Думаю, ты прав...

– Но как подумаю, сколько раз я собирался начать все заново, становится смешно.

– Почему?

– У меня это никогда не получалось.

– Не думаю, что это смешно.

– ...Но надеюсь, что на этот раз все будет нормально, – Клауд помолчал, затем добавил, – Потому что ты всегда со мной.

– Я всегда была с тобой-.

– Вообще-то, я немного другое имел в виду, – снова улыбнулся Клауд.

Вместе с друзьями Тифа отправилась проведать Аэрис. Аэрис, которая почивала ныне на дне озера в Забытом Городе. Мир, который она хотела спасти ценою собственной жизни, был сохранен. Так им сказали. Тифа слышала голос, вопрошающий, все ли у нее в порядке. Она не знала, голос ли это Аэрис или ее собственный. Неожиданно для себя она расплакалась. Сразу после того, как Сефирот убил Аэрис, Тифа не почувствовала особой горести. Да, была печаль, переросшая в еще большую злость и ненависть по отношению к врагу. Но теперь Тифа осознала разрывавшие сердце печаль и боль, которые она ощутила, придя сюда вновь. Бытие членом "ЛАВИНЫ" и членом большого отряда дало ей эти чувства. Слезы не останавливались.

– Мне жаль, мне так жаль!..

Она почувствовала руку Клауда на своем плече. Он крепко прижал ее к себе, не отпуская. Сейчас она будет просто плакать столько, сколько сможет. А остальные слезы оставит ему.

Если бы она была одна, то наверняка не знала бы, что ей делать.

***

Тифа рассталась с товарищами, прошедшими с нею весь путь до конца, так же легко, как и встретилась. Винсент ушел как один из попутчиков, который может сесть рядом с вами в вагоне поезда. Баррет заметил, что пока они живы, то всегда смогут встретиться. Или это Сид сказал. Договорившись о встрече в один прекрасный день, Тифа, Клауд и Баррет оставили остальных и направились в Корел, на родину Баррета. Трагедии, случившиеся здесь из-за Мако, явились началом его пути. Постояв немного в раздумьях, он сообщил, что дальше пойдет один. Ему тоже придется жить со шрамами в душе.

Они также навестили Нибельхейм, родной город Клауда и Тифы. Но не почувствовали никакой ностальгии и прекрасно помнили тот ужас, что произошел здесь.

– Мне не стоило приходить, – заметил Клауд. – Меня уносит в воспоминания.

Слова Клауда отражали творящееся на душе Тифы.

***

Затем они двинулись в Кальм. Там их ждала приемная мать Аэрис Эльмира и Марлин, которую они оставили ей на попечение. Двое родственников Эльмиры владели домом в Кальме, там она и остановилась. Баррет и Марлин были счастливы увидеться снова. Клауд рассказал Эльмире о том, что случилось с Аэрис.

Та не показала своих чувств, но Клауд, Тифа и Баррет извинились за то, что не сумели спасти Аэрис.

– Вы сделали все, что могли. Вам нет нужды извиняться, – сказала Эльмира.

Тифа и остальные не смогли ей ничего ответить.

Действительно ли мы сделали все, что могли?

Многие люди прибыли в Кальм в поисках новой жизни. Дома стали приютами и лечебницами. Коренные жители Кальма не пользовались возможностью взять побольше денег с приезжих. Даже в гостиницах комнаты нуждающимся предоставлялись бесплатно. Казалось, все объединились, чтобы вновь отстроить мир.

– Пойдем-ка домой, – сказал Клауд.

– Куда? – спросил Баррет.

– В нашу реальность.

– Что за хрень ты имеешь в виду?

– Наши обычные жизни.

– И где это у нас такие есть?

– Мы найдем, – Клауд обернулся к Тифе, – Так ведь?

– Да! – вскричала обрадованная Марлин. Тифа кивнула, но, как и Баррет, гадала, где же им найти обычную спокойную жизнь.

Вчетвером они вернулись в Мидгар. Город оправлялся от шока и хаоса, последовавшими за уничтожением Метеора. Люди вновь глядели в будущее... Хотя нет, они жили настоящим. Видя это, Тифа вновь ощутила укол вины. Когда она глядела на Мидгар с борта "Урагана", то желала, чтобы все было просто стерто с лица планеты. Она не знала, что здесь все еще осталось так много людей. Тифа не могла простить себя за тогдашний эгоизм и рассказала о своих терзаниях Клауду и Баррету. Те поняли ее чувства и согласились с ними. Но они напомнили ей, что независимо от того, где они будут находиться и чем заниматься, грехи прошлого останутся в их душах.

– А раз такое дело, будем жить дальше. До тех пор, пока сполна не расплатимся за грехи. Это единственный выход, – сказал Баррет.

...Когда Тифа и Клауд остались одни, он сказал ей:

– Непохоже на тебя – пребывать в смятении чувств и мыслей.

– Я... просто такая.

– Нет. Ты гораздо более жизнерадостная и сильная. Если ты забыла об этом, я тебе напомню.

– Правда напомнишь?

– Наверное, – промямлил Клауд и покраснел.

В первую очередь они занялись сбором информации о текущем положении дел в Мидгаре. Ощущался недостаток припасов и не было сведений, где их можно теперь достать. Трое друзей разделились и отправились передавать сведения тем, кто в них нуждался, о том, где они могут достать необходимые вещи и продукты. Ночи они проводили под мидгарской Плитой, хотя поговаривали, что она в любой момент может рухнуть.

Однажды Баррет принес флягу вина, небольшую плиту и корзину фруктов. Их ему дали в благодарность за помощь в разборке одного из домов.

– Просто смотрите, – сказал им Баррет, а затем начал готовить нечто, что они никогда раньше не видели. А вино простояло у них еще две недели. Они узнали, что это особое вино из города Корела. Тифа и Клауд пили его помалу. Баррет же просто утопил себя в вине. Похоже, это ему нравилось, и он ударялся в воспоминания о прежних мирных временах. Он рассказал, как когда-то напился и упал в колодец. А также помянул о том, что будучи в стельку пьяным сделал предложение будущей жене, ныне покойной, а потом забыл об этом. Давно Тифа и Клауд так не смеялись.

На следующий день Баррет совершенно серьезно спросил:

– Как насчет того, что мы начнем свое дело и продадим это вино?

– Мы? – удивился Клауд.

– Конечно мы, балбес! Мы же не сможем привлекать посетителей! Это будет задачей Тифы.

– Меня?

– Угу, у тебя это хорошо получается.

Не так давно "ЛАВИНА" базировалась в баре под названием "Седьмое небо". Тифа работала там официанткой или, если точно, менеджером.

Баррет продолжал:

– На мой взгляд жителей Мидгара можно разделить на две категории. Бездельники, которые не могут поверить в то, что случилось с их городом, и те, кто усердно трудятся, чтобы продолжать жить. Я понимаю, что чувствуют и те, и другие. У всех есть проблемы, просто решают их по разному, так? А решение всех проблем – вино.

– Почему это?

– Не знаю. Но когда мы нализались вчера, то смеялись. Мы позабыли обо всем ином, так? Именно к этому мы и стремимся.

– Да, думаю, ты прав.

– Вот такие минуты очень важны. Как думаешь, Тифа?

Тифа не смогла сразу ответить. Она понимала стремления Баррета, но открытие бара напоминало ей о возвращении во времена "Лавины".

– Тифа, давай попробуем, – решился Клауд. – Если будет тяжко, всегда можно отступиться.

– Не будет тяжко. Если Тифа не начнет работать, она будет все время думать о всяком разном. И в итоге будет неспособна заняться хоть чем-либо.

Это вполне могло оказаться правдой.

Троица взялась за приготовления. Они решили начать строительство у дороги, выходящей из Мидгара на восток, и – как и все остальные – доставлять все необходимые материалы из Мидгара. Люди, которым помогли сведения, переданные Тифой и остальными, чувствовали себя обязанными и решили принять участие в возведении бара.

Все люди, которым Баррет и Клауд помогали ранее, собрались вместе, принеся с собой необходимые материалы для постройки стен и перекрытий будущего бара.

Баррет выкрикивал приказы, а Клауд тихим голосом их корректировал. Тифа выучилась делать корельское вино, и даже улучшила его вкусовые качества. Теперь она раздумывала о еде, которую они могут включить в меню, опираясь на доступные продукты. Марлин уже мечтала, как она станет официанткой в новом баре. Тяжкая это работа – решать новые проблемы, возникающие день за днем, но для них это стало избавлением в каком-то роде. Иногда, улыбаясь, Тифа вновь ощущали вину за прошлые грехи, но ее всегда кто-то звал и она отвлекалась.

– Еще несколько дней и мы сможем открывать новый бар, – заметил как-то Клауд. Баррет поинтересовался, как они собираются назвать заведение. Поступило несколько предложений, но идеи Клауда были слишком просты и скучны, а Баррета напоминали о страшных монстрах. В конце концов решать пришлось Тифе. Мужчины сказали, что не будут возражать против того названия, что она придумает. Но приближался день открытия, и у Тифы за всей работой не нашлось времени, чтобы как следует подумать. И вот к ним подошла Марлин и спросила, что же они решили насчет названия бара.

– Мы все еще думаем над этим.

– Я хочу, чтобы он назывался "Седьмое небо", – заявила Марлин. Именно этого названия Тифа хотела избежать вот что бы то ни стало.

– Почему?

– Потому что там было весело. Если мы назовем его "Седьмое небо", весело будет снова.

Мы позабыли о том, что у взрослых есть амбиции и проблемы, но у малышки Марлин их не было вовсе. Для нее бар "Седьмое небо" был счастливым домом, где находились Баррет, Тифа и все ее друзья.

– Хмммм, "Седьмое небо"...

Я не могу стереть свое прошлое. Я могу лишь примириться с ним и продолжать жить.

Тифа решила, что готова к этому.

Первый день открытия "Седьмого неба" был необычайно успешен. Корельское вино оказалось весьма простым в производстве, и цена на него была довольно низкая. Из-за отсутствия особых продуктов, они не смогли приготовить какие-то изысканные блюда. И все равно, люди всегда искали подобные места. Места, где они могут пить вместе с друзьями. Места, где можно забыть о грусти жизни, а то и о самой жизни, и думать лишь о будущем. Люди, не имевшие денег, платили за выпивку вещами. Кроме того, здесь продавался и сок для детей, но обслуживались лишь те, которые понравились Марлин. Она никогда не ошибалась в людях. Марлин была официанткой и работала до глубокой ночи. Тех, кто нализался в стельку, безжалостно выпроваживали наружу.

Баррет потягивал вино в углу. Возможно, он хотел стать вышибалой. Работа Клауда заключалась в добыче продуктов для вина и еды. Он не знал названий большинства фруктов и овощей. Сперва Тифа удивилась этому, но потом вспомнила о прошлой жизни Клауда и поняла, что так и должно было быть. Она развеселилась, подумав о том, что новая жизнь Клауда должна начаться с воспоминаний о названиях овощей. "Нет, я не должна смеяться", – решила Тифа для себя.

Клауд не очень любил общаться, но всегда мог где-то договориться о поставках продуктов. Те стоили гораздо больше своей истинной цены.

Неделю спустя после открытия, Баррет сообщил, что раз дела идут хорошо, он отправляется в путешествие и оставляет Марлин в Эдже.

– Я хочу наконец разрешить проблемы моего прошлого.

Тифу слова Баррета встревожили. Клауд понимающе кивнул.

– Разрешить проблемы прошлого?.. Но я тоже хочу это сделать.

– Вы ребята можете делать это и здесь. Не просто берите. Докажите, что можете и отдавать.

Сказав это, Баррет заметил, что ему необходимо подготовиться, и вышел из бара.

– Ты знал об этом? – поинтересовалась Тифа.

– Да, – кивнул Клауд.

– Ты пытался остановить его? – настаивала Тифа.

– Нет, – покачал головой Клауд. – Если бы я заговорил с ним об этом, он ответил бы, что это дом Тифы.

– ...Понятно, – задумчиво молвила Тифа. – Значит, ничего не поделаешь.

Интересно, Клауд тоже так думает? Вообще-то, я хотела спросить его об этом.

...Марлин, всегда спавшая вместе с Тифой, спала со своим приемным отцом, Барретом, в ночь перед тем, как тот ушел. Беседа их продолжалась далеко за полночь.

Рано утром Баррет отправился в путь.

Марлин кричала ему в спину: "Пиши письма! И звони!"

Баррет помахал ей своей искусственной рукой, к которой был приделан пулемет. А затем пошел прочь, не оглядываясь. Он не знал другой жизни, кроме сражений.

Интересно, какую же жизнь он найдет для себя. Надеюсь, он не ввяжется в какую-нибудь войну. Не просто возьмет, докажет, что сможет и отдавать.

– Я буду хорошей девочкой в этой семье! – кричала Марлин.

Клауд и Тифа переглянулись при этих словах. В этой семье?

– Я позабочусь о Клауде и Тифе!

Баррет обернулся, крикнул:

– Берегите себя! – Голос его немного дрожал.

– Живите вместе и будьте семьей!

Друзья мне необходимы. Лишь с ними я могу жить, подавляя осознание грехов в своем сердце. Даже если они – боевые товарищи, несущие в себе те же шрамы, что и я, а души их отягощены грехами прошлого. Мы не можем жить без поддержки и утешения друг друга.

Возможно, их и можно назвать моей семьей. Нам лишь надо сохранить ее во что бы то ни стало.

Тифа думала, что сможет справиться со всем, будучи с друзьями, которых она может назвать семьей.

– Семья, – прошептала Тифа.

– Да, – уверенно ответила Марлин. – Я приглашу в нашу семью и Клауда.

– Буду тебе признателен, – улыбнулся Клауд.

Абсолютно серьезно поблагодарив Марлин за приглашение, он бросил взгляд на Тифу. Та кивнула. Возникнут ли потом разные проблемы? Однако Тифа решила, что прекратит беспокоиться по поводу их отношений.

***

Прошло несколько месяцев со дня открытия бара. Позвонил Клауд, отправившийся забрать поставку припасов. Он хотел обсудить, сколько один индивид может съесть и выпить бесплатно во время пребывания в "Седьмом небе". Тифа знала, что он хочет сказать, даже не слушая его. Она была уверена, что Клауд жаждет обменять бесплатное питание в баре на что-то иное.

Ночью Клод приехал на мотоцикле. Странная модель, такую она никогда раньше не видела. В дальнейшем все свое свободное время он посвящал ее модификации. Откуда-то он привел инженера, и они долго обсуждали усовершенствование мотоцикла. Затем появилось еще несколько людей, которые помогли Клауду довести его до ума. Марлин и ее юные соседи наблюдали за работой издалека. Тифа поняла, что они и впрямь становятся единой семьей в этом мире.

Много раз Клауду приходилось покидать Мидгар за припасами. В основном он отправлялся в Кальм. Раньше он брал в аренду мотоцикл, грузовик, или даже чокобо, но теперь у него был свой транспорт. Иногда он ездил куда-то далеко и возвращался с действительно редкими товарами.

Однажды ночью Клауду кто-то позвонил. Поговорив по телефону, он сообщил, что должен уехать на некоторое время.

– Куда это ты собрался?

– Как бы тебе сказать...

Клауд рассказал Тифе, что его много раз просили во время поездок за припасами доставить заодно какие-то вещи адресатам. Звонивший был владельцев магазина, в котором Клауд покупал овощи. Похоже, ему позарез было необходимо доставить что-то куда-то до утра. Клауд глядел на Тифу как дитя, только что открывшее свою самую сокровенную тайну.

– Почему ты так смотришь на меня?

– Ну... Прости, что умолчал об этом.

– О чем?

– О том, что сделал, не посоветовавшись с тобой.

Тифа рассмеялась. Клауд начал рассказывать, как ему немного платили за доставку вещей. Он чувствовал себя виноватым, тратя все эти деньги на усовершенствование мотоцикла. Тифа подумала, какой же он еще в сущности ребенок. Немножко грустно оттого, что Клауд нашел новый мир, о котором она так мало знала, но согревала мысль, что мир его стал расширяться. Такая мысль, будто вызванная материнским инстинктом. Тифа вышла с Клаудом наружу, наслаждаясь пробудившимся в ней чувством.

Она свыклась с грехами, несомыми в сердце, но не забыла о них. Когда-нибудь может настать день, когда она понесет наказание. А покамест Тифа будет с оптимизмом глядеть в будущее и продолжать жить. Она будет не просто брать, но докажет, что может и отдавать.

Тифа уговорила Клауда организовать службу доставки. Заказы они могут принимать в баре. На звонки могут отвечать она сама или Марлин. Клауд сомневался, но, проведя ночь в раздумьях, согласился.

Так родилась "Служба Доставки Страйфа". Эдж был центром их бизнеса, но доставку они производили по всему миру. Конечно, в те области, куда Клауд мог добраться на мотоцикле. Клауд улыбался, представляя себя большой рекламой. Работа его имела большой успех. Сейчас настали времена, когда послать какую-то вещь стало нелегко. Всюду бродили монстры, а многие дороги проходили в опасной близости от мест извержения Лайфстрима. И путешествовать по миру так, как Клауд, мог далеко не каждый. А сам он хотел именно этой работы. Тифа радовалась что Клауд, не самый общительный человек, связывал людей посредством службы доставки.

Новая работа Клауда оказала существенное влияние на их семью. Это было не очень хорошо. Клауд практически все время проводил вне дома, возвращаясь лишь на ночь и утро. И они трое все реже имели возможность просто поговорить. Тифа пробовала закрывать бар на день раз в неделю, но и это не мешало Клауду с рвением исполнять работу. Он просто не мог отказать людям. И хоть Тифа и желала проводить время вместе с ним, она решила, что это слишком эгоистично с ее стороны. Но именно Марлин заметила перемену, произошедшую с Клаудом. Она рассказала Тифе, что Клауд часто смотрит на небо, не обращая внимания ни на кого.

Он никогда не пытался первым заговорить с Марлин, но и не игнорировал ее, когда девочка завязывала беседу. У Клауда с Марлин свои, особые отношения. Повсюду есть люди, которые неловко чувствуют себя с детьми, но как-то умудряются общаться с ними.

Я сказала ей, что Клауд, наверное, просто устал, но все же обеспокоилась. Марлин была ребенком, очень чувствительным к переменам во взрослых.

Во время выходного Тифа и Марлин убирались в комнате, которая служила офисом Клауда. На столе лежала кипа бумаг, одна из которых привлекла внимание Тифы.

Имя клиента – Эльмира Гэйнсборо

Название вещи – Букет

Адрес доставки – Забытый Город

Тифа положила бумагу обратно, как будто ничего не случилось. Но ее всю трясло. Перевозка почты по всему миру означала, что Клауд путешествует и в своем прошлом. Тифа знала, что Клауд ощущал страшную боль, потому что не смог спасти Аэрис. Он уже почти преодолел ее, но сейчас он отправлялся в то самое место, где Аэрис погибла, а это означала, что тоска и грусть вновь будут рвать его сердце.

Настала ночь, и они закрыли бар. Клауд накачивался вином, что на него не похоже. Он опустошил свой бокал. Тифа помедлила, затем подошла и наполнила его вновь:

– Могу я присоединиться к тебе? – Она хотела кое о чем с ним поговорить.

– Я хочу выпить в одиночестве.

Услышав это, Тифа разозлилась и выпалила:

– Так иди и пей в своей комнате!

...Баррет звонил несколько раз. Обычно он не говорил о себе, а спрашивал, как поживает Марлин. И всегда вешал трубку, немного пощебетав с дочуркой. Марлин гадала, слышала или нет Тифа, как она сказала Баррету грустным голосом: "У Клауда и Тифы не все хорошо".

Не важно, какие чувства существуют между Клаудом и Тифой, нельзя втягивать в это Марлин. Так считала сама Тифа.

...Тифа заставляла себя говорить с Клаудом. Когда Марлин была рядом, она выбирала жизнерадостную тему, стараясь не переходить на серьезные вопросы. Клауд подыгрывал ей, поддерживая нужную атмосферу в таких разговорах. Даже Марлин принимала участие в их беседах.

Я думала, все шло довольно хорошо. Но я не могла говорить о том, о чем действительно хотела. Я не знала, что сказать.

Однажды утром Тифа пересказывала смешную историю, услышанную ей от одного из посетителей:

– Такого просто не бывает, – вслух высказал свои мысли Клауд.

– Просто не бывает! – выкрикнула Марлин.

Все взрослые недоуменно взглянули на нее.

– Ты уже рассказывала нам эту историю! И Клауд всегда произносит одну и ту же фразу!

...Не все шло гладко, но мы были семьей. Мы были семьей. Мы жили в одном доме все вместе. Может быть, было не так много разговоров и улыбок. Но мы были семьей!

Так считала Тифа. Нет, наверное, она заставляла себя так думать.

Убедившись, что Клауд заснул, она сказала ему:

– У нас все будет нормально, правда?

Конечно же он не ответил. В ночной тишине слышался лишь его легкий храп. Тифа размышляла, можно ли считать его семьей лишь потому, что он спит здесь.

– Ты любишь меня?

Клод сразу проснулся, лицо его выражало сомнение.

– Эй, Клауд. Ты любишь Марлин?

– Ну да. Просто иногда не знаю, как к ней подойти.

– Даже после того, как мы уже пожили вместе?

– Может, еще недостаточно.

– Даже наши отношения еще недостаточны для тебя?

Клауд промолчал.

– Прости, что задаю странные вопросы.

– Не извиняйся. Это моя проблема.

Клауд закрыл глаза.

– Давай справимся с эти вместе.

Тифа ждала ответа, но не услышала бы его, даже если бы ей пришлось ждать до утра.

А совсем скоро Клауд привез с собой Дензела. Он оказался тем самым мальчиком, который позвонил в бар с мобильного телефона Клауда, который тот оставил на мотоцикле. Приняв звонок, Тифа сперва встревожилась, подумав, что что-то случилось с Клаудом, но затем поняла, что беда приключилась с мальчиком. Когда голос мальчика затих, телефон поднял Клауд. Тифа попыталась узнать, что с мальчуганом, и Клауд кое-что пояснил ей.

– Что случилось? С мальчиком все хорошо?

– Нет, похоже, он испытывает боль.

– Почему бы тогда тебе не привезти его сюда?

– Похоже, у него Геостигма.

Тифа не ответила сразу на замечание Клауда. Геостигма была болезнью, распространявшейся по миру с того самого дня, как Лайфстрим остановил Метеор. Исцеления от нее найдено не было. Заболевшие тоже разнились – некоторые выглядели столь здоровыми, что и не заподозришь их недуг, а иные умирали практически сразу же. Больше всего Тифу заботили слухи о том, что Геостигма заразна и от больного могут заразиться члены его семьи. Основываясь на личном опыте, Тифа считала, что это не так, иначе во всем мире уже умерло бы много здоровых людей, но все равно, тень сомнения оставалась. Слух был широко распространен вне зависимости от того, в чем крылась истина, в будущем он вполне может подпортить репутацию бара. Однако она уже сказала Клауду, чтобы он привез мальчика, и не собиралась отказываться от своих слов из-за Геостигмы.

– Я слышал, Геостигма не заразна, – сказал Клауд, почувствовав ее колебания. И она поняла, что Клауд сам хочет привезти мальчика домой.

– Да, привози его.

– Я подъеду к черному ходу. Так есть кто-нибудь, чтобы присмотреть за Марлин?

– Да.

Закончив разговор, Тифа размышляла о заботе Клауда о Марлин и баре. Наконец, она поняла. Клауд думал, что Тифа станет возражать. И все равно он хотел привезти с собой мальчугана. Тифа хотела бы узнать причину, но затем забыла о своем интересе, ибо принялась выхаживать мальчика.

Когда Дензел пришел в себя, он рассказал обо всем, что с ним случилось. И тогда Тифа решила, что мальчугану суждено было оказаться здесь. Он был одной из жертв разрушенного седьмого сектора.

Седьмой сектор был уничтожен из-за нас. Потому я и должна принять на себя ответственность и вырастить его. Он не пришел в дом Клауда. Он встретил Клауда, чтобы тот привез его в мой дом.

Тифа обсудила с Клаудом и Марлин вопрос принятия Дензела в их семью. Клауд молча выслушал ее, но Марлин безумно обрадовалась.

После этого Дензел настаивал на том, чтобы помогать им во всем. Сердце его открылось им, когда он помогал Клауду с его работой, да и по бару тоже.

Была ночь, и бар был закрыт. Протирая стойку, Тифа взглянула на столик в центре зала. За ним сидел управляющий "Службой Доставки Страйфа" и два его ассистента, Марлин и Дензел. Дензел часто страдал от Геостигмы, но в те дни, когда его не снедали боль и жар, он проводил время вместе с Клаудом. Каждый день Клауд отлучался из дому на полдня. Но когда он возвращался, Дензел проводил эти драгоценные часы со своим героем. Да, Клауд стал героем для Дензела. Гоняющий на своем мотоцикле, спасающий Дензела от ужаса смерти, когда проявились симптомы Геостигмы... Именно этого Дензел и жаждал. Он хотел расспросить Клауда обо всем. Он донимал Тифу вопросами до тех пор, пока Клауд не возвращался домой. Однажды Тифа сказала ему в шутку, что это она готовит им еду каждый день. На что Дензел вполне по-взрослому заметил, что он каждый день убирает в доме и баре.

Это правда, он делал уборку очень тщательно. Если его спрашивали, научила ли его уборке умершая мать, он отвечал – нет. На следующий день Тифа спросила у Клауда, кто же научил Дензела делать уборку. Он рассказал Клауду об этом. Тифа немножко обиделась.

Я расстроилась, потому что Дензел рассказал обо всем Клауду, а не мне. Однажды я спросила об этом посетителя примерно такого же возраста, что и Дензел. Он сказал, что все мальчишки таковы. Так что не надо делать из этого проблему. Мы просто обычная семья.

Тифа не стала понимать их больше, но слова "обычная семья" облегчили тяжесть у нее на сердце.

После закрытия бара трое вновь сидели за столом. Кто-то мог сказать, что это молодой отец и двое его детишек. Если бы Тифе захотелось, она бы подошла к столу и была встречена улыбками.

Клауд разложил на столе карту. Он собирался уточнить маршрут, по которому будет следовать завтра. Дензел и Марлин разбирали бумаги. Если Марлин натыкалась на слова, которые не могла прочесть, она просила об этом Дензела. А тот учил ее, как старший брат. Если же Дензел сам натыкался на незнакомые слова, он просил прочесть их Клауда. У того была привычка давать ему ручку, сказав, как читается слово. Клауд говорил, что если они не будут записывать слова, то не смогут их запомнить. Различные имена и названия в бумагах донельзя интриговали детей и они приставали к Клауду с расспросами, как выглядят эти места. Описания Клауда были просты. Там много людей. Там очень мало людей. Там много монстров, и очень опасно. Северный путь безопаснее... То были описания, которые заставляли спросить: "И это все?", – но дети были и так довольны. А вскоре к разговорам о географии присоединилась и Тифа. Когда она добавляла больше деталей, Дензел спрашивал Клауда, правда ли это. Тифа немного раздражалась, но потом думала, что так и надо. Таковы все обычные семьи.

Возможно, они стали настоящей семьей после появления Дензела. Клауд стал меньше времени работать. По ночам он всегда выкраивал время, чтобы провести его с детьми. Его простые беседы с Тифой вновь возобновились.

– Так проблема была решена?

– Какая проблема?

– Твоя проблема.

– ...

Клауд задумался.

– Если не хочешь, не говори.

– Я не могу доступно объяснить... – начал Клауд. – Проблема не решена. И не думаю, что она решится еще долгое время. Ты не можешь вернуть потерянные жизни.

Тифа молча кивнула.

– Но может мы все еще можем спасти жизни, находящиеся под угрозой. Возможно, даже я смогу это сделать.

– Ты имеешь в виду Дензела?

– Да.

– А ты помнишь, что сказал, когда привез Дензела сюда?

– Что я сказал?

– Много чего. Что ты все равно привез бы его, даже если я бы возражала. Я поняла это.

– Ну... – Клауд выглядел как ребенок, которого отчитывают. Впрочем, как обычно.

– Расскажи. Я решу, злиться мне или нет после того, как услышу.

Клауд кивнул и продолжил:

– Дензел потерял сознание перед церковью, куда приходила Аэрис. Потому я и подумал, что это Аэрис привела его ко мне "домой".

Выпалив все это на одном дыхании, Клауд отвернулся.

– Ты ходил в церковь.

– Я не думал там прятаться.

– Но ты прятался.

– Прости.

– Я не сказала, что ты не можешь идти. Но в следующий раз я пойду с тобой.

– Я понимаю.

– И ты неправ, Клауд.

Клауд недоуменно посмотрел на Тифу.

– Аэрис привела Дензела не к тебе.

– Да, я тоже так подумал.

– Я не это хотела сказать. Аэрис привела его к нам двоим, в наш дом, верно?

Клауд взглянул на Тифу и наконец улыбнулся. Эта добрая улыбка заставила ее поверить, что все хорошо.

Через несколько дней после этой беседы Клауд ушел. Тифа гадала, была ли увиденная ей улыбка лишь иллюзией. Поцеловав каждого из спящих детей, она направилась в офис Клауда. Протерев пыль на их семейном фото, она попыталась дозвониться до него. Но в трубке слышались лишь длинные гудки, а затем сработал автоответчик.






Дата добавления: 2015-08-30; просмотров: 245. Нарушение авторских прав

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2017 год . (0.135 сек.) русская версия | украинская версия