Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

ЭЛЕМЕНТЫ ПРИБОРОВ




 

2. В постановлении Европейского Суда по делу “Абашев против России”от 27 июня 2013 г. (далее - постановление) Европейский Суд установил нарушение российскими властями п. 5 ст. 5 Конвенции ввиду отказа Кировского районного суда г. Томска в удовлетворении иска Абашева О.И. о компенсации морального вреда по ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с незаконным содержанием заявителя под стражей на основании постановления от 3 апреля 2006 г. Александровского районного суда г. Томска, которое впоследствии было отменено постановлением президиума Томского областного суда от 13 декабря 2006 г.

Обстоятельства дела: заявителю было предъявлено обвинение в ложном доносе. С него была взята подписка о невыезде. Прокурор ходатайствовал перед судом применить к заявителю меру пресечения в виде заключения под стражу, так как он не явился на судебное заседание. В тот же день (3 апреля 2006 г.) заявитель был взят под стражу и помещен в изолятор временного содержания отделения милиции. 18 мая 2006 г. Томский областной суд рассмотрел и отклонил кассационную жалобу заявителя. 14 апреля 2006 г. Александровский районный суд постановил, что заявитель будет освобождён под залог в размере 50000 рублей. Так как заявитель был не в состоянии сразу же оплатить такой залог, он оставался под стражей до 21 апреля 2006 г., когда его адвокат внёс требуемую сумму.

29 мая 2006 г. Томский областной суд отменил постановление о залоге от 14 апреля 2006 г., а 28 июня 2006 г. Александровский районный суд обязал Управление Судебного департамента в Томской области вернуть всю сумму залога адвокату заявителя.

13 декабря 2006 г. президиум Томского областного суда в порядке надзорного производства отменил постановление о заключении под стражу от 3 апреля 2006 г. и кассационное определение от 18 мая 2006 г.

10 января 2007 г. Александровский районный суд признал заявителя виновным в совершении преступления и приговорил его к полутора годам лишения свободы условно с испытательным сроком в два года. 20 августа 2007 г. областной суд, рассмотрев дело в кассационном порядке, оставил приговор без изменений.

На основании постановления президиума Томского областного суда от 13 декабря 2006 г. заявитель подал иск к Управлению Федерального казначейства по Томской области и Министерству финансов за ущерб, причинённый ему в результате незаконного содержания под стражей с 3 по 21 апреля 2006 г. 23 мая 2008 г. Кировский районный суд г. Томска отказал в удовлетворении его требований. 29 июля 2008 г. Томский областной суд в кассационном порядке оставил это решение без изменений.

Позиция Европейского Суда: Европейский Суд подчеркнул, что “... компенсация вреда в связи с лишением свободы, присуждаемая при нарушении положений статьи 5, должна быть не только теоретически доступной, но и предоставляемой на практике заинтересованному лицу”(п. 39 постановления).

В отношении применения ст. 1070 ГК РФ Европейский Суд отметил, что “...компенсация за вред может быть присуждена к выплате Властями, без необходимости доказательства истцом вины государственных должностных лиц, только в особых перечисленных случаях, включая незаконное применение меры пресечения в виде заключения под стражу”(п. 40 постановления).

“Формулировка и применение статьи 1070 не давали заявителю возможности добиться компенсации вреда - будь то до вынесения Европейским Судом настоящего постановления или после - за содержание под стражей, которое было применено в нарушение пункта 1 статьи 5 Конвенции. отклонив иск заявителя о компенсации в значительной степени на формальных основаниях, российские суды не толковали и не применили внутригосударственное право в духе статьи 5 Конвенции”(п. 42 постановления).

 

3. В постановлении Европейского Суда по делу “Дмитрий Рябов против России”от 1 августа 2013 г. (далее - постановление) Европейский Суд отклонил жалобу Рябова Д.О. на нарушение российскими властями ст. 8 и ст. 14 Конвенции ввиду ограничения родительских прав заявителя решением суда.

Обстоятельства дела: у Рябова Д.О. и его жены О.Р., страдающими параноидальной шизофренией, есть сын Д., 2002 г.р.

30 августа 2006 г. по просьбе Т.К., матери О.Р., местный орган опеки и попечительства назначил Т.К. опекуном Д.

26 октября 2006 г. Т.К. инициировала судебное разбирательство против заявителя и О.Р. с целью ограничения родительских прав О.Р. и лишения родительских прав заявителя. Рябов Д.О. подал встречное заявление, добиваясь отмены опеки Т.К. над ребёнком и передачи Д. под его опеку.

31 мая 2007 г. Т.К. изменила свои требования, попросив суд не лишать заявителя родительских прав, а лишь ограничить их.

14 августа 2007 г. opгaн опеки и попечительства предоставил в суд заключение о том, что в наилучших интересах для Д. следует ограничить родительские права заявителя и О.Р.

16 августа 2007 г. заявитель изменил свой встречный иск, отказавшись от своей просьбы о передаче сына под его опеку, поскольку он понял, что в интересах ребёнка было бы желательно проживать с бабушкой и дедушкой. Он также настаивал на своей просьбе отменить опеку Т.К. над его сыном, и просил суд установить его права на общение с сыном в запрошенных им порядке и объёме.

Решением от 29 августа 2007 г., оставленным без изменения кассационным определением Санкт-Петербургского городского суда от 25 октября 2007 г., Невский районный суд г. Санкт-Петербурга установил, что в течение длительного периода времени родительские обязанности в отношении Д. выполнялись Т.К., поскольку ребёнок был взят ею из родильного отделения после его рождения и с тех пор проживал с ней. Кроме того, суд отметил, что О.Р. не участвовала в воспитании Д. по причине её психического расстройства, и что заявитель пренебрегал своими родительскими обязанностями в течение длительного периода времени ввиду своего психического расстройства и сложных жизненных обстоятельств.

Суд сослался на природу расстройства заявителя и посчитал, что для ребенка может быть опасным совместное проживание с заявителем по причине обстоятельств, от заявителя не зависящих. Тем не менее, суд отметил, что состояние психического здоровья заявителя не делает невозможным общение между ним и его сыном, и указал, что все виды общения между заявителем и Д., как просил заявитель в своём встречном иске от 16 августа 2007 г., должны быть разрешены, но только с согласия опекуна Т.К.

Позиция Европейского Суда: Европейский Суд рассмотрел жалобу заявителя в свете предполагаемого ограничения его родительских прав, контакта заявителя с ребенком с согласия опекуна (ст. 8 Конвенции) и в свете предполагаемого дискриминационного подхода российский властей к его делу (ст. 14 в совокупности со ст. 8 Конвенции).

Европейский Суд установил, что “…вмешательство было направлено на защиту “здоровья или нравственности”и “прав и свобод”ребенка и, следовательно, преследовало цели, которые являются законными в соответствии с пунктом 2 статьи 8 Конвенции”(п. 45 постановления).

По мнению Европейского Суда, “[н]ациональные суды привели соответствующие причины для оправдания своего решения, ограничивающего родительские права заявителя, а именно: состояние его психического здоровья, тот факт, что с момента своего рождения Д. находился под опекой Т.К., а также то обстоятельство, что заявитель не принимал активного участия в воспитании ребенка”(п. 49 постановления).

Европейский Суд подчеркнул, что “...власти пользуются свободой усмотрения при принятии решений по вопросам опеки... [Б]олее строгий контроль необходим как в отношении любых дополнительных ограничений, так и в отношении любых правовых гарантий, направленных на обеспечение эффективной защиты прав родителей и детей на уважение их семейной жизни. Такие дополнительные ограничения влекут за собой опасность того, что семейные отношения между ребенком и одним или обоими родителями могут быть, по сути, сведены к нулю”(п. 47 постановления).

Европейский Суд также отметил, что “статья 8 Конвенции требует, чтобы местные власти обеспечивали справедливый баланс между интересами ребенка и интересами его родителей, и чтобы в процессе поиска такого справедливого баланса особое значение придавалось наилучшим интересам ребенка, которые, в зависимости от их характера и серьезности, могут превалировать над интересами родителей”(п. 48 постановления).

В свете применения положений ст. 75 СК РФ, Европейский Суд установил, что они “...направлены на обеспечение эффективного выполнения обязанности родителей по отношению к ребенку, находящемуся под опекой. Учитывая, что данное положение относится именно к родителям, родительские права которых были ограничены, Суд не считает необоснованным право опекуна иметь возможность не разрешать контакт такого родителя с ребёнком в той или иной ситуации, когда конкретные обстоятельства могут дать основания полагать, что подобный контакт будет иметь пагубные последствия для ребенка”(п. 59 постановления).

Поскольку заявитель никогда не оспаривал действия Т.К. в связи с тем, что ни разу не было случаев, когда она не давала своего согласия на контакт заявителя и Д. и не чинила каких-либо иных препятствий в отношении права на общение заявителя с сыном, Европейский Суд пришёл к выводу, что оспариваемая обязанность заявителя получать согласие Т.К. для его общения с Д., была “необходим[ой] в демократическом сообществе”, по смыслу статьи 8 Конвенции (пп. 60, 61 постановления).

В отношении жалоб Рябова Д.О. на дискриминационный подход к его делу, Европейский Суд пришёл к заключению, что “...национальные суды основывали свои решения на ряде факторов, которые включали, но не ограничивались психическим здоровьем заявителя. Соответственно, нет никаких указаний на дискриминационный подход по данному делу”(п. 64 постановления).

 

Неофициальный перевод текстов постановлений получен из аппарата Уполномоченного Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека и в цитатах не изменён.

 

Управление систематизации законодательства и анализа судебной практики Верховного Суда Российской Федерации

 

_____________________________

*(1) Комитет ООН против пыток (далее - Комитет) действует на основании Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания от 10 декабря 1984 года. Российская Федерации является участником указанного международного договора и в качестве государства - продолжателя Союза ССР признает компетенцию Комитета получать и рассматривать сообщения лиц, находящихся под его юрисдикцией, которые утверждают, что они являются жертвами нарушения государством - участником положений Конвенции.

*(2) См. сообщение № 257/2004, Костадин Николов Керемедчиев против Болгарии, решение, принятое 11 ноября 2008 года, пункт 9.4.

*(3) Сообщение № 59/1996, Энкарнасьон Бланко Абад против Испании, решение, принятое 14 мая 1998 года, пункт 8.2.

*(4) См., например, сообщение № 219/2002, Г.К. против Швейцарии, решение, принятое 7 мая 2003 года, пункт 6.10.

*(5) См. сообщение № 269/2005, Али бен Салем против Туниса, решение, принятое 7 ноября 2007 года, пункт 16.4.

*(6) См. CAT/C/KAZ/CO/2, пункт 24.

*(7) См. сообщение № 207/2002, Драган Димитриевич против Сербии и Черногории, решение, принятое 24 ноября 2004 года, пункт 5.4.

*(8) Там же, пункт 5.5.

*(9) Сообщение № 57/1996, П.К.Л. против Канады, Соображения, принятые 17 ноября 1997 года, пункт 10.5.

*(10) Комитет также отмечает, что заявители не утверждали, что члены партии "Ан-Нахда" подвергаются обращению, противоречащему статье 3 Конвенции.

*(11) Официальные документы Генеральной Ассамблеи, шестьдесят восьмая сессия, Дополнение № 44 (A/68/44), приложение X, пункты 2 и 6.

*(12) См. Сахли против Алжира, пункт 9.7.

*(13) Такие меры включают, в частности, ведение официального реестра содержащихся под стражей лиц, право содержащихся под стражей лиц быть информированными о своих правах, право оперативно получать независимую юридическую помощь, независимую медицинскую помощь и вступать в контакт с родственниками, потребность в наличии беспристрастных судебных механизмов для инспектирования и посещения мест содержания под стражей и мест лишения свободы и возможность получения доступа к средствам правовой защиты и оспаривания законности содержания под стражей или примененного обращения (замечание общего порядка № 2 (2008 год), пункт 13).

*(14) Департамент разведки и безопасности.

*(15) Территориальный центр экспертиз и расследований.

*(16) CAT/C/DZA/CO/3, пункт 5.

*(17) CAT/C/DZA/CO/3, пункт 5.

*(18) См., в частности, сообщения № 341/2008, Сахли против Алжира, решение, принятое 3 июня 2011 года, пункт 9.6, и № 269/2005, Али Бен Салем против Туниса, решение, принятое 7 ноября 2007 года, пункт 16.7.

*(19) См., в частности, решение относительно сообщения № 258/2004, Дадар против Канады, принятое 23 ноября 2005 года, и решение относительно сообщения № 226/2003, Т.А. против Швеции, принятое 6 мая 2005 года.

*(20) Замечание общего порядка № 1, пункт 9; решение относительно сообщения № 375/2009, Т.Д. против Швейцарии, принятое 26 мая 2011 года, пункт 7.7.

*(21) См., в частности, решение относительно сообщения № 406/2009, С.М. против Швейцарии, принятое 23 ноября 2012 года, пункт 7.4; Х.К. против Швейцарии, пункт 7.4; Т.Д. против Швейцарии пункт 7.9.

*(22) Фронт освобождения Оромо.

*(23) Комитет отмечал, что такие акты часто совершаются при участии, подстрекательстве или с согласия старших офицеров в полицейских участках, центрах содержания под стражей, федеральных тюрьмах, военных базах, а также в неофициальных или тайных местах содержания под стражей (CAT/C/ETH/CO/1, пункт 10).

*(24) См. решение относительно сообщения № 432/2010, Х.К. против Швейцарии, принятое 23 ноября 2012 года, пункт 7.6; Т.Д. против Швейцарии, пункт 7.9.

*(25) Х.К. против Швейцарии, пункт 7.4, и Т.Д. против Швейцарии, пункт 7.9.

*(26) Комитет отмечает, что Эфиопия также является государством - участником Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания.

*(27) Комитет должен оценить, имеются ли серьезные основания полагать, что заявителю будет угрожать личная опасность применения пыток по возвращении в Шри-Ланку.

*(28) См. сообщения № 282/2005, С.П.А. против Канады, решение от 7 ноября 2006 года; № 333/2007, Т.И. против Канады, решение от 15 ноября 2010 года; и № 344/2008, А.М.А. против Швейцарии, решение от 12 ноября 2010 года.

*(29) См. CAT/C/LKA/CO/3-4, пункт 6.

*(30) Ссылка на сообщение № 61/1996, К.Ю. и З. против Швеции, соображения от 6 мая 1998 года, пункт 11.2.

*(31) Объединенная национальная партия.

*(32) Нового Южного Уэльса.

*(33) Неправительственная организация.

*(34) Национальный профсоюз трудящихся.

*(35) Тигры освобождения Тамил-Илама.

*(36) См., в частности, решение Комитета против пыток относительно сообщения № 177/2001, Х.М.Х.И. против Австралии, принятое 1 мая 2002 года, пункт 6.4; и решение Комитета относительно сообщения № 218/2002, Чорланго против Швеции, принятое 22 ноября 2004 года, пункт 5.2.

*(37) См. решение Комитета против пыток относительно сообщения № 379/2009, Бакату Биа против Швеции, принятое 3 июня 2011 года, пункт 10.6; решение № 322/2007, Ньямба и Баликоса против Швеции, принятое 14 мая 2010 года, пункт 9.5; а также Замечание общего характера № 2 (2008), пункт 18.

*(38) См. CAT/C/LKA/CO/3-4, пункт 6.

*(39) См. CAT/C/GBR/CO/5, пункт 20.

*(40) Комитет ООН по ликвидации дискриминации в отношении женщин (далее - Комитет) действует на основании Факультативного протокола к Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин 18 декабря 1979 г. Российская Федерация является участником данного Протокола и Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин (далее - Конвенция), а также признаёт компетенцию Комитета на получение индивидуальных сообщений получать и рассматривать сообщения лиц, находящихся под её юрисдикцией, которые утверждают, что они являются жертвами нарушения положений Конвенции.

*(41) Решение Комитета по существу.

*(42) CEDAW/C/NLD/CO/4, пункты 11 и 12.

*(43) Там же, пункты 29-30.

*(44) Вертидо против Филиппин, пункт 8.4.

*(45) Там же, пункт 8.3.

*(46) См., например, пункт 3 f) статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах (ратифицированного Филиппинами в 1986 году), пункт 2 vi) статьи 40 Конвенции о правах ребенка 1989 года (ратифицированной Филиппинами в 1990 году) и пункт 3 f) статьи 18 Международной конвенции о защите прав всех трудящихся-мигрантов и членов их семей (ратифицированной Филиппинами в 1995 году). Статья 21 b) Конвенции о правах инвалидов, ратифицированной Филиппинами в 2008 году, требует, чтобы государства-участники приняли и содействовали “использованию в официальных сношениях [...] жестовых языков [...] по выбору инвалидов”.

*(47) Например, юриспруденция Комитета по правам человека указывает на то, что согласно пункту 3 f) статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах нельзя проводить судебные разбирательства на языке, если человек не понимает этого языка и не говорит на нем (см., например, сообщения № 221/1987 и 323/1988, Ив Кадоре и Эрве Ле Биан против Франции, мнения, принятые 11 апреля 1991 года, пункт 5.7; и сообщение № 327/1988, Эрве Барзиг против Франции, мнения, принятые 11 апреля 1991 года, пункт 5.6). Только в том случае, если обвиняемый или свидетели испытывают трудности в понимании языка, используемого в суде, или затруднения при выражении своих мыслей на этом языке, в обязательном порядке должны быть предоставлены услуги переводчика (см., например, сообщение № 327/1988, пункт 5.5). Пункт 3 f) статьи 14 предусматривает право на помощь переводчика только во время слушаний в суде (см., например, сообщения № 273/1988, Б.д.Б. и др. против Нидерландов, решение от 30 марта 1989 года; 221/1987, Ив Кадоре против Франции, решение от 11 апреля 1991 года, и 323/1988, Эрве Ле Биан против Франции, решение от 9 ноября 1989 года). В то же время Комитет счел, что признание, которое было получено в присутствии лишь двух следователей, один из которых печатал показания, а другой обеспечивал перевод на язык автора, лишило автора справедливого судебного разбирательства согласно пункту 1 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах (см., например, сообщение № 1033/2001, Налларатнам Сингараса против Шри-Ланки, мнения, принятые 21 июля 2004 года, пункт 7.2).

*(48) Вертидо против Филиппин, пункт 8.4.

*(49) См. Вертидо против Филиппин, пункт 8.5.

*(50) См. также Вертидо против Филиппин, пункт 8.7.

*(51) См. пункт 3.14 выше. Точнее, как указано в исследовании, проведенном Филиппинским центром помощи глухим, только в 28 из 80 дел, в которых стороной или свидетелем был инвалид по слуху, предоставлялись услуги переводчиков.

*(52) Стоять на решённом; господствующая сила прецедента.

*(53) Решение о неприемлемости.

*(54) Факультативный протокол к Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин от 6 октября 199 года. Российская Федерация является участником указанного международного договора.

*(55) См. сообщение № 8/2005, Кайхан против Турции, решение от 27 января 2006 года, пункт 7.7.

*(56) См. сообщение № 10/2005, Н.С.Ф. против Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии, решение от 30 мая 2007 года, пункт 7.3.

*(57) См., например, сообщение № 33/2011, М.Н.Н. против Дании, решение от 15 июля 2013 года, пункты 8.5-8.10; и сообщение № 35/2011, М.Е.Н. против Дании, решение от 26 июля 2013 года, пункты 8.4-8.9.

*(58) См. пункт 6 общей рекомендации № 19.

*(59) Полное название компании в тексте постановления ЕСПЧ не приводится

 

ЭЛЕМЕНТЫ ПРИБОРОВ

 

 

Конспект лекций

для студентов специальностей:

1-38 01 01 Механические и электромеханические приборы и аппараты;

 

 

Учебное электронное издание

 







Дата добавления: 2015-08-29; просмотров: 259. Нарушение авторских прав


Рекомендуемые страницы:


Studopedia.info - Студопедия - 2014-2019 год . (0.01 сек.) русская версия | украинская версия