Кодификация права

Попытки кодификации законов в Российской империи были начаты ещё в XVIII в. и продолжались при Александре I. Но только Николаю I, который привлек к кодификационной работе М. М. Сперанского, возгла­вившего Второе отделение С.Е.И.В. Канцелярии, удалось осуществить это начинание. Второе отделение провело огромную работу по розыску, сли­чению и упорядочению отдельных законодательных актов и правительст­венных распоряжений и подготовило два крупных издания. В 1830 г. вы­шло 46-томное (с несколькими томами указателей) Полное собрание зако­нов Российской империи (ПСЗ), которое вобрало в себя свыше 80 тысяч актов, начиная с Соборного Уложения, которым открывался 1 том, и за­канчивая законами 1825 г. (концом царствования Александра I), поме­щенными в последнем томе. Законодательные акты располагались в нем в хронологическом порядке (то есть по мере выхода).

В дальнейшем ПСЗ было продолжено и выпущено ещё два издания. Второе издание (54 тома) вобрало в себя законодательные акты 1826 — 1881 гг. Третье издание (16 томов в 18 книгах) обобщило законодательст­во, начиная с 1881 г. и заканчивая 1913 годом.

Наряду с ПСЗ было подготовлено и в 1832 г. издано ещё одно собрание – Свод законов Российской империи. В нем увидели свет действующие законы, объединенные в 15 томов и расположенные в них уже не в хроноло­гической последовательности, а по тематическому принципу.

В основу структуры Свода положено деление права на публичное и ча­стное, идущее от западноевропейских буржуазных концепций и восходя­щее к римскому праву. Сперанский называл эти две группы законов госу­дарственными и гражданскими. В первой группе располагались Основные государственные законы, в которых характеризовалась организация пуб­личной власти (высшие органы власти, учреждения центральные и мест­ные, устав о государственной службе). Затем шли законы, характеризую­щие организацию управления и устройство казны ( уставы казенного управления, о повинностях, таможенный, монетный, горный и др.). Тре­тью группу составляли законы об организации сословного строя (о состоя­ниях). В четвертую входили уставы государственного благоустройства (кредитный, торговый, промышленности, путей сообщения, сельскохозяй­ственный, почтовый, телеграфный и др.).

В особую группу выделялись Уставы благочиния, объединявшие законы о народном продовольствии, общественном призрении, организации вра­чебной помощи и др. Сюда же относились помещенные в отдельном томе (14-м) уставы о паспортах, о цензуре, о ссыльных, о беглых и др., опреде­лявшие законодательное поле деятельности полиции.

Наконец, впервые в российском законодательстве были отделены друг от друга помещенные в разных томах законы гражданские (т. 10) и законы уголовные (т. 15).

Такой принцип соединения воедино разрозненных законов (инкорпорация) сохранялся на протяжении всех последующих переиздании Свода (в 1842, в 1857 гг.). В 1885 г. в Свод был введен ещё 16 том. содер­жащий процессуальное законодательство. Кроме того, в 1845 г. 15 том Свода, то есть законы уголовные, с некоторыми изменениями и дополнениями были изданы как «Уложение о наказаниях уголовных и исправительных». которое можно рассматривать как первый уголовный кодекс России.

Юридическая техника Свода законов основывалась на методике Ф. Бэ­кона, апробированной в кодексе Юстиниана. Статьи Свода, основанные па одном действующем законе (указе), излагались словами указа без изме­нений. Статьи, основанные на нескольких указах, излагались словами глав­ного указа с дополнениями и пояснениями из других. При этом под каж­дой статьей давались ссылки на указы, в нее вошедшие. Многосложные тексты сокращались, а из противоречащих друг другу выбирался лучший с точки зрения составителей или более поздний.

Так, в первой половине XIX в. была оформлена система российского права, дожившая в своей основе до последних дней империи.