Итак, мы обсудили вопросы, проистекающие из картезианского разделения сознания и окружающего мира. Декарт также поставил под сомнение природу связи между душой и телом. Кажется очевидным, что душа получает информацию об окружающем мире посредством тела и контролирует его действия. Декарт учил, что душа и тело взаимодействуют благодаря шишковидной железе (эпифизу), служащей экраном картезианского театра. Декарт думал, что, управляя ею, душа может контролировать деятельность нервов. Однако картезианский интерактивный дуализм быстро стал предметом нападок. Один из многочисленных корреспондентов Декарта, принцесса Елизавета Богемская (1615-1680), задала ключевой вопрос: «Как тело может управляться чем-то нематериальным?» Декарт не смог дать удовлетворительного ответа.
Эта проблема существовала на протяжении всего XVIII столетия, хотя большая часть первых психологов приняла вариант дуализма — тезис о психофизическом параллелизме, предложенный Готфридом Вильгельмом Лейбницем (1646— 1716). Он говорил, что разум и тело отделены друг от друга, что каждому психическому событию соответствует физическое, но что последнее на самом деле не влияет на первое. Хотя это положение было общепринятым, поскольку отделяло психологию от физиологии, оно поднимало очередные вопросы, например, почему кажется, что существует взаимодействие между разумом и телом; существует ли оно и какой смысл изучать бессильный разум? Параллелизм Лейбница послужил толчком к первым экспериментальным исследованиям в психологии — психофизике Фехнера, которые представляли собой попытку точно измерить корреляцию между стимулом и ощущением.
Идеализм (в том числе и имматериализм) — монистическое решение проблемы разума и тела, провозглашающее, что существует только разум, а материя представляет собой иллюзию. Другим радикальным, даже общественно опасным монистическим решением этой проблемы был материализм, утверждающий, что существует лишь материя, а иллюзией является разум. Знамя материализма впервые публично поднял в 1748 г. врач Жульен Офре де Ламетри (1709-1751) в своей книге «Человек-машина». Ламетри сделал тот шаг, который не смог бы сделать или не решился бы сделать Декарт, — выдвинул предположение о том, что мышление есть процесс, происходящий в головном мозге. Оно угрожало вере христиан в реальность и бессмертие души; оно подразумевало, что люди — это машины, что нет свободы воли и что «моральная ответственность» всего лишь иллюзия. Для многих людей материализм был и остается основной угрозой их пониманию самих себя, общества и вечных надежд.
