Одной из наиболее важных для современной культуры проблем является проблема традиций и новаторства в культурном пространстве. Устойчивая сторонакультуры, культурная традиция, благодаря которой происходит накопление и трансляция человеческого опыта в истории, дает новым поколениям возможность актуализации предшествующего опыта, опору на созданное предшествующими поколениями. В традиционных обществах усвоение культуры происходит через воспроизведение образцов, с возможностью незначительных вариаций в рамках традиции. Традиция в этом случае является основой функционирования культуры, в значительной мере затрудняя творчество в смысле новаторства. Собственно, наиболее «творческим» в нашем понимании процессом традиционной культуры, как ни парадоксально, выступает само формирование человека в качестве субъекта культуры, как набора канонических стереотипных программ (обычаев, ритуалов). Трансформация же самих этих канонов достаточно медленна. Таковы культура первобытного общества и более поздняя традиционная культура. В определенных условиях устойчивость культурной традиции можно отнести на счет необходимости устойчивости человеческого коллектива для его выживания. Однако, с другой стороны, динамичность культуры не означает отказа от культурных традиций вообще. Вряд ли возможно существование культуры без традиций. Культурные традиции как историческая память – непременное условие не только существования, но и развития культуры, даже при наличии в ней большого творческого (и одновременно негативного по отношению к традиции) потенциала. В качестве живого примера можно привести культурные трансформации России после Октябрьской революции, когда попытки полного отрицания и разрушения предшествующей культуры привели во многих случаях к невосполнимым потерям в этой сфере. Таким образом, если возможно говорить о реакционных и прогрессивных тенденциях в культуре, то, с другой стороны, вряд ли возможно представить создание культуры «на пустом месте», совершенно отбросив предшествующую культуру, традицию. Вопрос о традициях в культуре и об отношении к культурному наследию касается не только сохранения, но и развития культуры, т. е культурного творчества. В последнем всеобщее органическое слито с уникальным: каждая культурная ценность неповторима, идет ли речь о художественном произведении, изобретении и т.п. В этом смысле тиражирование в той или иной форме уже известного, уже сотворенного ранее – есть распространение, а не созидание культуры. Необходимость распространения культуры, как кажется, не нуждается в доказательствах. Творчество же культуры, являясь источником инноваций, вовлечено в противоречивый процесс развития культуры, в котором отражается широкий спектр подчас противоположных и противоборствующих тенденций данной исторической эпохи. На первый взгляд, культура, рассматриваемая с точки зрения содержания, распадается на различные сферы: нравы и обычаи, язык и письменность, характер одежды, поселений, работы, постановка воспитания, экономика, характер армии, общественно-политическое устройство, судопроизводство, наука, техника, искусство, религия, все формы проявления «духа» народа. В этом смысле первостепенную важность для понимания уровня развития культуры приобретает история культуры. Если говорить собственно о современной культуре, то она воплощена в огромном множестве создаваемых материальных и духовных явлений. Это и новые средства труда, и новые продукты питания, и новые элементы материальной инфраструктуры быта, производства, и новые научные идеи, идеологические концепции, религиозные верования, нравственные идеалы и регуляторы, произведения всехвидов искусств и т.д. В то же время, сфера современной культуры при ближайшем рассмотрении неоднородна, потому что каждая из составляющих ее культур имеет общие границы, как географические, так и хронологические с другими культурами и эпохами. Культурная самобытность любого народа неотделима от культурной самобытности других народов, и все мы подчиняемся законам культурной коммуникации. Таким образом, современная культура представляет собой множество самобытных культур, находящихся в диалоге и взаимодействии друг с другом, причем диалог и взаимодействие идут не только по оси настоящего времени, но и по оси «прошлое-будущее». Но с другой стороны культура является не только совокупностью множества культур, но также и мировой культурой, единым культурным потоком от Вавилона до наших дней, с Востока на Запад, и с Запада на Восток. И прежде всего в отношении мировой культуры возникает вопрос о дальнейших ее судьбах – является ли то, что наблюдается в современной культуре (расцвет науки, техники, информационных технологий, регионально-организованной экономики; а также, с другой стороны, торжество западных ценностей – идеалов успешности, разделения властей, личной свободы и т.д.) – расцветом человеческой культуры в целом, или же наоборот, ее «закатом». Начиная с ХХ века характерным становится различение понятий культуры и цивилизации - культура продолжает нести позитивный смысл, а цивилизация получает нейтральную оценку, а порой и прямой негативный смысл. Цивилизация, как синоним материальной культуры, как достаточно высокая ступень овладения силами природы, безусловно, несет в себе мощный заряд технического прогресса и способствует достижению изобилия материальных благ. Понятие цивилизации чаще всего связывается с ценностно-нейтральным развитием техники, которую можно использовать в самых разнообразных целях, а понятие культуры, наоборот, максимально сблизилось с понятием духовного прогресса. К негативным качествам цивилизации обычно относят ее тенденцию к стандартизации мышления, ориентацию на абсолютную верность общепринятым истинам, свойственную ей низкую оценку независимости и оригинальности индивидуального мышления, которые воспринимаются как «социальная опасность». Если культура, с этой точки зрения, формирует совершенную личность, то цивилизация формирует идеального законопослушного члена общества, довольствующегося предоставленными ему благами. Цивилизация все чаще понимается как синоним урбанизации, скученности, тирании машин, как источник дегуманизации мира. В самом деле, как бы глубоко ни проник человеческий ум в тайны мира, духовный мир самого человека остается во многом загадочным. Цивилизация и наука сами по себе не могут обеспечить духовного прогресса, здесь необходима культура как совокупность всего духовного образования и воспитания, включающие в себя весь спектр интеллектуальных, нравственных и эстетических достижений человечества. В общем случае для современной прежде всего мировой культуры предлагаются два пути решения кризисной ситуации. Если, с одной стороны, разрешение кризисных тенденций культуры предполагается на пути традиционных западных идеалов – строгой науки, всеобщего образования, разумной организации жизни, производства, сознательного подхода ко всем явлениям мира, изменения ориентиров развития науки и технологии, т. е. увеличения роли духовного и морального совершенствования человека, а также улучшения его материальных условий, то второй путь разрешения кризисных явлений предполагает возвращение рода человеческого или к различным модификациям религиозной культуры или к формам жизни более «естественным» для человека и жизни — с ограниченными здоровыми потребностями, ощущением единства с природой и космосом, формам бытия человека свободного от власти техники. Философы современности и недавнего прошлого занимают в отношении техники ту или иную позицию, как правило, они связывают с техникой (понимаемой достаточно широко) кризис культуры и цивилизации. Взаимовлияние техники и современной культуры является здесь одной из ключевых проблем для рассмотрения. Если роль техники в культуре в значительной мере прояснена в работах Хайдеггера, Ясперса, Фромма, то проблема гуманизации техники остается одной из важнейших нерешенных задач для всего человечества. Одним из наиболее интересных моментов в развитии современной культуры является формирование нового образа самой культуры. Если традиционный образ мировой культуры связан прежде всего с идеями исторической и органической целостности, то новый образ культуры все более ассоциируется, с одной стороны, с идеями космического масштаба, с другой стороны идеей общечеловеческой этической парадигмы. Также следует отметить и формирование нового типа культурного взаимодействия, выраженного прежде всего в отказе от упрощенных рациональных схем решения культурных проблем. Все большее значение приобретают способности к пониманию чужой культуры и точек зрения, критический анализ собственных действий, признание чужой культурной самобытности и чужой истины, умение включить их в свою позицию и признание правомерности существования многих истин, умение строить диалогические отношения и идти на компромисс. Такая логика культурной коммуникации предполагает и соответствующие принципы действия.
