Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Полный круг 1 страница




Подниматься по огромной лестнице на второй этаж дома Гэвина в Хемптонсе оказалось гораздо сложнее, чем год назад. С бутылкой воды в одной руке и увесистой тарелкой разогретой китайской еды в другой, Эмили, изрядно запыхавшись, поднялась на последнюю ступеньку. Когда проходила по холлу, не смогла пересилить себя и остановилась у комнаты, в которой они с Дилланом спали во время их последнего визита сюда. Грязные воспоминания того их пребывания пронеслись в сознании. Но как только она осмотрела пространство, одно воспоминание перекрыло все остальные. Прибило их все к земле. Это особенное воспоминание никогда не испачкает её. Она сохранит его навсегда.

Уголки губ медленно поползли вверх, когда она зашла в комнату. Поставив на широкий комод воду и еду, она посмотрела на тумбочку, располагавшуюся сбоку от королевских размеров кровати. Простое любопытство заставило её открыть ящик. Хихикнула, увидев ту самую толстовку, которую Гэвин дал ей, когда она впервые играла с ним в «Брось крышку от бутылки в кружку». Взяла её в руки и поднесла к лицу, вдыхая знакомый запах. Хоть и слабо, но она всё ещё хранила его запах. Ей вспомнилось, как она хотела выжечь в сознании его запах. Вряд ли она тогда могла подумать, что ей повезет просыпаться с ним каждое утро. Ее окутало тепло, когда она надела её поверх блузки без рукавов. Закрыла глаза, и грудь сдавило картинками той ночи. Повернувшись, взяла тарелку и воду и вышла из комнаты, сохранив плохие и хорошие воспоминания.

Вздохнув, она зашла в комнату, соединяя свои сердце и будущее. Прислонившись к дверному косяку, она тайком смотрела на Гэвина. Он сидел скрестив ноги по-турецки в одних только пижамных штанах из легкого хлопка, полностью сосредоточившись на своем лептопе. И хотя он обещал не работать в праздники ко Дню Независимости, только это она и видела. Понимала, что он изо всех сил старался оставаться занятым, берясь за всевозможные дела. Старался избежать своего участия в их новой игре «Ожидание», в игре «Результат теста на отцовство». Она ничего не могла с собой поделать, вспоминая их жизни год назад, насколько они были другими.

С тяжелым сердцем от того, через что ему приходится проходить, Эмили прошла по комнате. Поставив на пол еду и напиток, она забралась на кровать и забрала у Гэвина лептоп. С озорной улыбкой захлопнула его и забралась на Гэвина.

Гэвина вздернул бровь, губы растянулись в ленивой улыбке:

– Тебе очень повезло, что я сохранил документ, над которым работал.

– Звучит как угроза, – положив руки на его обнаженные плечи, Эмили склонила на бок голову и передразнила выражение его лица. – Вы собираетесь покуситься на мое тело, мистер Блейк? А ещё лучше, может, я буду умолять о малюсеньком приятном посягательстве на мое тело? – он усмехнулся, в голубых глазах зажглась игривость, по которой Эмили так отчаянно скучала последние несколько недель с тех пор как они сделали тест.

Гэвин, закусив нижнюю губу, обвил руками её талию.

– И я создал такую грязную, сексуальную, маленькую мазохистку. Ты хоть представляешь, на что наводит эта мысль?

Эмили хихикнула:

– Да. Я чувствую, что она делает с тобой прямо сейчас.

– Так очевидно?

– Очень. – Эмили провела носиком по изгибу его шеи, слегка укусив. Вдыхая его мускусный запах, она зарылась пальчиками в его волосы. – Твоя голова так загружена мыслями о моей новообретенной грязной сексуальности, что ты даже не заметил кое-что во мне.

Схватив её за бедра, Гэвин издал грудной рык:

– Считаешь, это должно помочь?

– Хорошо, я остановлюсь. – Поиздевалась, отстраняясь, Эмили.

Гэвин нахмурился:

– Сейчас я выкладываю карты дикаря, и прошу тебя продолжить эти грязные штуки с мой шеей.

– Не-а, – хихикнула Эмили. – Пока не скажешь, что во мне нового. Серьезно, это не так уж сложно.

Гэвин погрузил руки в её волосы и притянул её к своим губам:

– Неправильно, – шептал он между поцелуями. – Это больно… Бесчестно… Мучительно. И я сейчас в состоянии собираюсь-сорвать-трусики-с-твоего-горячего-тела.

Как раз в ту секунду, когда Эмили начала думать о том, насколько восхитительными, пьянящими, захватывающе великолепными были его поцелуи, зазвонил его телефон. Как обычно, Гэвин не выказывал никакого намерения отвечать.

Эмили отстранилась и посмотрела на него:

– Тебе действительно стоит ответить.

Привлек её обратно к своим губам:

– Ни за что, – простонал он, прислоняясь к изголовью кровати и увлекая её за собой. – Кто бы это ни был, он подождет.

– Ай-яй-яй, – игриво пригрозила она, всё также задорно улыбаясь. – Может, это твои родители звонят, чтобы дать нам знать, во сколько будут завтра здесь.

Гэвин моргнул:

– Балдеешь от этого, правда ведь?

Эмили захлопала ресницами:

– Очень… Очень… Сильно. Теперь ответь. – Она улыбнулась и осторожно слезла с кровати, более чем довольная полученным шлепком по заднице.

Наблюдая за тем, как он отвечает на звонок, Эмили почувствовала, как стянуло живот. Хоть это было и не больно, она определенно ощутила дискомфорт, как будто подготовительные схватки сжали живот. Весь воздух куда-то пропал из легких, она опустилась на мягкий стул и попыталась расслабиться. Будучи в безопасности, и учитывая, что до поставленного срока оставалось еще три недели, она посмотрела на часы и начала отсчитывать. Как только живот расслабился после не сильного сокращения, малыш дал о себе знать. Стукнув ножкой, что, Эмили искренне верила, было злостью, вызванной его собственным дискомфортом, и он оставил свой след где-то под её правым ребром.

– Я поняла, дружок, – прошептала она, потирая ушибленное место. – Скоро. – Эмили увидела сосредоточенность в глазах Гэвина, когда их взгляды встретились.

Быстро закончив звонок, он прошел через всю комнату и опустился перед ней на колени.

– Что не так? – спросил он, накрыв её руку своей. – Ты в порядке?

Она кивнула и сделала глубокий вдох:

– Ложная схватка.

-Уверена?

– Да. Начинаю привыкать к ним, – она сглотнула и с помощью Гэвина, поднялась. Улыбнувшись, обвила руками его шею. – Так ты можешь сказать, что во мне нового?

Встревоженный её беспечностью, Гэвин покачал головой и провел руками по её талии.

– Эмили, думаю, тебе надо прилечь.

– Зачем? – спросила она, нахмурившись.

– У тебя схватки.

– Глупый человек, это была схватка Брекстона-Хикса. – Пренебрежительно махнула рукой и прошла по комнате. Взяла свою воду и сделала глоток, почти прикончив всю бутылку. – Я в порядке.

Гэвин, нервничая, провел рукой по волосам. Да, он был чертовски уверен, его девочку отпускало.

– Откуда ты знаешь, что в порядке?

– Так, давай посмотрим. Это мое тело, и я изучила его довольно хорошо за последние двадцать пять лет, – она подошла к нему, улыбаясь и снова обвивая руками его шею. – Хочешь, скажу две вещи, о которых, клянусь, ты не знал?

Гэвин вздохнул, пытаясь смириться:

– Конечно.

Эмили игриво подвигала бровями:

– Первое: ты очень, очень шмекси, когда волнуешься.

Гэвин усмехнулся:

– В самом деле?

– Ммм-хммм.

– Я говорил это раньше, – Гэвин улыбнулся, наслаждаясь её игривостью, – и буду повторять, пока меня не похоронят. Ты и сама чертовски шмекси.

– Ну, спасибо вам, сэр, – она встала на носочки и поцеловала его. – Второе: теряясь в моей грязной соблазнительности, переполненной Брекстоном-Хиксом и шмексистостью, ты даже не заметил, что я надела ту самую толстовку, что ты дал мне год назад в этот день.

Гэвин опустил взгляд на толстовку с лейблом «Zegna Sport», которая, он был готов поклясться, исчезла без следа.

– Не может быть. Ты только посмотри! – улыбаясь, накинул капюшон на голову Эмили. – В этом году она определенно села на тебя куда лучше.

У Эмили отвисла челюсть, а Гэвин рассмеялся. Хихикая, шлепнула его по руке.

– Сейчас же забери свои слова назад.

– Ты же знаешь, я шучу, – Гэвин чмокнул её в надутые губки. – Мне нужно объяснять тебе это?

– Вообще-то да, нужно.

– Скажи это, сладкая.

– Бутылочные крышки.

Гэвин вздернул бровь:

– Бутылочные крышки?

Эмили кивнула:

– Ага. Товарищеский матч по бросанию бутылочных крышек.

– Это, типа, цена за твое прощение? – В глазах Гэвина вспыхнул хитрый огонёк. – А когда ты проиграешь, что случится потом? Мне переехать в одну из гостевых спален на ночь?

Эмили усмехнулась, подходя к застекленным дверям.

– С чего это ты решил, что я проиграю, умник? И да, будешь спать один, если не дашь мне выиграть.

Усмехнувшись, Гэвин видел, как Эмили в своей истиной манере показала ему язык и испарилась за дверью балкона. В истиной манере Гэвина, он собирался проверить память своей девочки. Схватив пульт и включив систему с объемным звуком, он нажал на кнопку повтора одной особенной песни. Надел кофту с длинным рукавом и направился к двери. Держа в руке полный крышек пакет для заморозки, Гэвин вдохнул солёный запах океана. Эмили стояла, опираясь о перила, когда он вышел на свежий ночной воздух. Она улыбнулась, затопив его сердце, также как сделала это год назад. Дьявол, если когда-нибудь наступит момент, когда при виде неё не перехватит дыхание, он поймет – мир сошел с ума.

Бросив памятный пакет на кресло-лежак, он взял её за руку и осторожно подтолкнул к себе.

– Могу я получить этот танец, прежде чем мы приступим к нашей маленькой игре?

– Ты как будто уже все решил за меня? – поддразнила она, положив руку ему на грудь, покачиваясь вместе с ним.

Гэвин поцеловал её в макушку:

– Ты смогла бы сказать нет?

– Никогда, – прошептала она.

– Так я и думал.

– Пользуешься своей удачей при каждой возможности, да?

Едва заметно улыбнулся:

– Всегда. – Одной рукой водя по её пояснице, пальцы другой он переплел с её пальчиками и прижал к своей груди. Глядя прямо в глаза, улыбнулся: – Знаешь, что это за песня?

– Знаю, – выдохнула она, взглядом вонзаясь в его губы. Внутри всё потеплело, когда в сознании всплыли воспоминания той ночи – тогда они впервые занимались любовью. – Луи Армстронг «Жизнь в розовом цвете». Ещё я помню, как мы впервые танцевали под неё.

– Очень хорошо, мисс Купер. Вы продолжаете впечатлять меня.

Он остановился, и сердце Эмили пустилось вскачь, когда он, склонившись, обрушился на её губы. Дразнил поцелуем. Этого никогда не будет достаточно. С момента, когда он впервые поцеловал её, Эмили знала, что никогда им не насытится.

– Знаешь, однажды я собираюсь танцевать с тобой под эту песню на нашей свадьбе. Конечно, если ты не откажешься от меня?

Эмили сглотнула, ее дыхание участилось. Волосы раздувал летний морской ветер, а по щеке скатилась слеза. Один год. Один полный круг можно очертить вокруг их жизней, и, хотя их испытывали всевозможными способами, они по-прежнему вместе.

– Я никогда не смогу отказаться от тебя, Гэвин. Никогда, – прошептала она, влюбляясь в него больше, чем когда-либо могла подумать.

И пока Луи Армстронг напевал проникновенную мелодию о волшебной силе слияния, Гэвин растворялся в Эмили, как делал это всегда. Он прижался к её губам и целовал её медленно, глубоко. Сердце Эмили ухнуло от понимания того, что один год назад точно в этот день, на этом самом балконе пиво, воспоминания и слёзы были разделены. Едва ли она тогда понимала, украденное мгновение, толстовка, огромное количество бутылочных крышек и пара оголенных слоев позже, что её жизнь никогда не станет прежней.

И она благодарила Бога за каждую секунду этой другой жизни.

 

– Какой чепухи ты наплела ему, чтобы забраться на эту лодку? – Оливия выдавила на грудь изрядное количество солнцезащитного крема. – Серьезно, ты замучила этого парня. Он каждый год решительно игнорировал рыбацкие прогулки.

Эмили намазала ноги солнцезащитным кремом.

– Я не подговаривала его. Это Колтон. – Она поставила тюбик на столик из кованого железа и отрегулировала зонт, укрывая себя. Вздохнув, покачала головой и легла на шезлонг. – Любопытно, насколько плохо ему будет, когда вернется. Настаивал ведь, что вода достаточно холодная. А теперь только посмотри на это.

Оливия кивнула:

– Ох, он будет обниматься с унитазом, гарантирую. Думает, раз сунул за ухо эту штуковину против морской болезни, всё нормально. Черта с два. Я вообще удивлена, как его не вырвало после плавания в бассейне.

Обе девушки засмеялись. Феллон вышла из дома и принесла Эмили стакан лимонада.

– Спасибо, – сказала Эмили.

– На здоровье. Над чем это вы двое смеетесь? – спросила Феллон, устраиваясь поудобнее в кресле.

– Гэвин и способы, которыми он, без сомнений, будет любить туалеты в своем доме, когда парни вернутся. – Оливия понимающе кивнула, губы изогнулись в злобной улыбке. – Эмили, определенно, поиграет сегодня в няню.

Взгляд Эмили бродил по порывистым волнам Атлантики. Наблюдая за разбивающимися о берег волнами, думала, в порядке ли Гэвин. Еще думала о том, было ли его согласие на прогулку попыткой отвлечься от мыслей о результатах теста. Со дня на день его нервы сдадут в одну секунду. Они с Эмили не единственные, кто нервничает, как бы то ни было. Когда утром его родители приехали на празднование Дня Независимости, Эмили видела в их глазах беспокойство. Видела его в каждом. Начиная с Феллон и заканчивая Тревором, Оливией, Мелани и Колтоном, каждый вокруг них выглядел озабоченным, если хорошенько присмотреться.

– Оливия, – позвал из бассейна Джуд. Убрав со лба светло каштановые волосы, улыбнулся. – Если ты не присоединишься ко мне, я вылезу и сам затащу тебя.

Оливия прострелила его взглядом:

– Если ты это сделаешь, твоего тела больше не коснется и кончик моей кисти. – Склонила на бок голову. – И больше никогда не позволю определенному концу твоего тела почувствовать мое.

Эмили смотрела, как он раздумывает над угрозами Оливии. Однако, его размышления были недолгими. Он вылез из бассейна и стремительно направился к Оливии. В секунды он перебросил её через плечо и понес её соблазнительное, орущее тело к бассейну. Эмили задохнулась от смеха, а Оливия нехотя вынырнула, когда Джуд бросил её в воду. Наслаждаясь тем, что Оливия встретила достойного партнера в лице Джуда, Эмили с Феллон хихикали, наблюдая, как она разбрызгивает воду.

– Джуд Гэмильтон! – крикнула Оливия, как только он прыгнул следом за ней. Заключив её в объятия, он громко смеялся. – Я совершенно точно надеру твою наглую задницу за это!

Джуд обратил свое внимание на Эмили и Феллон:

– Что думают две лучшие подружки? Интересно, нужна ли ей за это хорошая взбучка?

– Сделай это, – завизжала Феллон, пригубив свое ледяное вино.

– Ты отвратительна, Феллон, – верещала Оливия, пытаясь вырваться из рук Джуда.

Эмили вскинула руку в знак поддержки:

– Я поддерживаю эту сторону.

– Ну спасибо, подр…

Эмили была уверена, что последним словом Оливии было «подруга», однако Джуд обрызгал её, не дав договорить. Эмили отвлеклась от их водной битвы, когда увидела Гэвина и банду рыболовов, идущих по двору. Повязав парео вокруг неприглядной линии талии, Эмили быстро, но осторожно направилась по скользкой от воды плитке. Она только нахмурилась, увидев выражение лица Гэвина. Да, её мужчина выглядел, мягко говоря, нездоровым.

Поцеловав его в губы, обвила руками его талию:

– Не хорошо?

Гэвин устало провел рукой по своим загоревшим щекам:

– Буду лучше. Но мне нужно, чтобы ты сказала мне, почему я снова не послушал тебя, когда ты говорила мне не ходить?

Эмили улыбнулась:

– Это потому что ты хотел казаться крутым перед парнями.

На лице Гэвина появился намек на улыбку:

– Ах да. Я и моя крутизна. Окажи мне любезность: привяжи меня в следующем году, когда они насядут на меня.

– По рукам. – Эмили провела руками по его волосам. – Душ?

– Помоешь меня?

– Хочешь, чтоб помыла?

Гэвин вздернул бровь:

– Серьезно спрашиваешь?

– Просто хочу быть уверена. – Заключила она. – Выглядишь нездоровым.

– Точно. – Он пробежал рукой по её волосам. – Но небольшая доза Эмили поможет излечить мою тошноту.

– Давай, мой больной мальчик. – хихикнув, она взяла его за руку. – Эмили позаботится о тебе.

И она позаботилась. После очень долгого и основательного душа Гэвина гораздо меньше… Тошнило.

 

 

Когда ветерком принесло заманчивый аромат бургеров, хот-догов и куриных крылышек, Гэвин выдвинул кресло в ожидании Эмили, которая заканчивала помогать его матери в доме. Все сели к столу с вкуснятиной, приготовленной отцом Гэвина.

– Полегчало, приятель? – спросил Тревор, принимаясь за варёный початок кукурузы. – Или нам стоит волноваться, что тебе станет плохо прямо за столом?

Феллон закатила глаза:

– Фу, Тревор, какая гадость.

– И правда, разве нет? – Гэвин, усмехнувшись, покачал головой. – Только ради этого – если мне станет плохо – специально повернусь в этот момент к Тревору.

– Так, вы серьезно? – воскликнула Оливия, её лобик прорезали морщинки недовольства. – Мы тут есть пытаемся вообще-то.

– Почему женщины бесятся из-за этого? – Джуд положил на тарелку слоновью порцию картофельного салата. – Есть же вещи куда противнее, чем тошнота.

– Согласен, – Гэвин откинулся на спинку кресла, заложив руки за голову. Его губы растянулись в ленивой улыбке. – Например, мой племянник, ковыряющийся в носу прямо сейчас. Ищет что-то.

Все разом повернули головы в сторону стола, за которым сидели Мелани и Колтон с детьми. Как и следовало ожидать, маленький Тимоти придумал что-то свое на десерт.

Недовольный стон Оливии и Феллон прорезал воздух вместе со звуком отодвигаемых ими кресел, когда они бросили свои тарелки и умчались из-за стола.

– Колтон, – позвал улыбающийся Гэвин, – братишка, тебе бы присмотреть за своим ребенком.

Колтон оторвал взгляд от своей тарелки. Посмотрел на обоих своих детей и остановился взглядом на виновнике.

– Тимми, вытащи палец из носа.

Мелани вздохнула, взяв его за не замешанную в свершившимся руку. Подняла его с кресла.

– Давай. Тебя ждут мыло и вода.

Пока парни смеялись и подшучивали над произошедшим, Эмили, Лилиан и Чэд вышли из дома. Они сели за одним из двух столов.

Эмили поставила свою тарелку, явно пребывая в замешательстве.

– Почему Оливия с Феллон помчались внутрь? Кто-то из вас, ребята, обидел их?

Раздался новый взрыв смеха, ещё больше смутив Эмили.

Джуд встал и ушел внутрь. Гэвин готов был поклясться, тот пошел проверять, как там Оливия. Гэвин положил руку на спинку кресла Эмили.

– Нет. Мы их не обижали. У них просто слабые желудки.

Эмили начала выкладывать огуречный салат на свою тарелку:

– Хм-м-м. Даже спрашивать не стану.

– Хорошо, тебе же лучше, Эм. – Тревор сделал глоток пива и отставил в сторону пустую тарелку. – Ну так что? Вы двое уже придумали имя для малыша?

Эмили взглянула на Гэвина:

– Да.

– Ноа, – ответил Гэвина, стараясь отогнать нежеланные мысли о том, что, возможно, он не его сын. – Ноа Александр.

Тревор кивнул:

– Хорошее имя.

– Да, хорошее. – Эмили послала Гэвину слабую улыбку, понимая, какая борьба снова разворачивалась в его голове. Вздохнув, она посмотрела на Тревора. – Так, Феллон сказала, вы съехались.

Тревор просиял:

– Да. Она настояла.

Эмили недоверчиво вздернула бровь:

– Я слышала, всё было иначе.

Гэвин усмехнулся, покачав головой:

– Она рассказала нам всё о том дне. Розы. Ужин и взволнованная речь.

– Ладно. Подловили меня. – Тревор осушил бутылку с пивом. – Как будто у тебя с Эмили лучше, ты, осёл. Забудем о речах. Твои-то печально известны.

– Да уж, известны. И я хуже. – Усмехнулся Гэвин. – Только вот ты никогда не видел, чтобы я всё отрицал, и моя глупость приносит мне умопомрачительные очки.

Эмили хихикнула.

– Пижон. Ты потерян для общества. Умопомрачительные?

– Ты понял, братишка. Я такой же умопомрачительный. – Гэвин стал перебирать пальцами волосы Эмили. – Скажи ему, сладкая.

Эмили бросила вилку на тарелку и пересела к Гэвину на колено. Обвила руками его шею и улыбнулась.

– Он король умопомрачительности, Тревор. Тебе правда стоит взять пару приемов.

Тревор встал, вытянув свои длинные руки.

– Я пас. Вы вдвоем пугаете меня больше, чем по одиночке. – Он взял со стола свою тарелку и направился в дом.

– М-м-м, мы отпугнули его, – прошептал Гэвин, проводя немного колючей скулой по щеке Эмили. – Мы плохие, да?

Чувственная улыбка коснулась губ Эмили:

– Очень плохие.

Проведя несколько мгновений с единственной девушкой, с которой хотел разделить свою умопомрачительность, он наблюдал, как Эмили скрылась в доме, чтобы помочь его маме с приготовлением десерта. И он ощутил облегчение. За последние несколько недель они сблизились, и это всё, что хотел видеть Гэвин. Наслаждаясь звуками игры племянников в салочки, Гэвин радовался, что решил в этом году разделить праздники с близкими друзьями и семьей. Когда уходящее солнце приготовилось забрать с собой день, Гэвин присел около костровой чаши рядом с отцом и Колтоном.

– Спасибо, пап, – сказал Гэвин, принимая у отца пиво. – Классно было сегодня.

– Конечно, было. – Чэд расслабился в своем кресле, взглядом встретившись с Гэвином. – С возрастом начинаешь замечать, что хаос больших вечеринок теряет свой блеск. Это и есть самое важное.

Гэвин знал, что отец прав. Где-то между тем, как стать успешным с «Блек Индастриз», и утомительной игрой с женщинами, он потерял связь с чем-то действительно значимым. Не то чтобы семья не была близка его сердцу – невозможно было не дорожить ими, учитывая, что его вырастили и оберегали родители – но ощущение важности в его жизни стало размытым.

– Ну и как ты держишься? – спросил Колтон. – Мама сказала, вы с Эмили сделали тест на отцовство пару дней назад.

Переведя взгляд на дом, где он видел Эмили в окне кухни, Гэвин осознал, что паршиво справлялся. Конечно. Он говорил Эмили, что не утратит надежду, что Ноа – его сын, но по мере того как приближался ответ, оставаться оптимистом становилось всё труднее. Гэвин пожал плечами, сделав глоток пива.

– Справляюсь.

– Всему есть причина, сын, – вздохнул Чэд, хлопнув Гэвина по плечу. – Просто помни это.

– Да, пап? Что же это за причина, если малыш не мой? – Гэвин ненавидел спрашивать о том, что сказал отец, только он никак не мог найти причинно-следственную связь на случай, если результат вынесет ему мозг. Отчаяние в глазах отца заставило Гэвина чувствовать себя кретином. – Прости, – уныло произнес Гэвин, стараясь сохранить веру, которую отец всегда пытался привить ему. – Я сказал Эмили в самом начале, что мы вместе пройдем через этот кошмар. По большому счету, я сказал это, чтобы ее успокоить. Но, катись всё к чертям, если это не убивает меня. Мысль, что тот придурок будет участвовать в её жизни или жизни ребёнка чертовски действует на нервы.

Гэвин провел рукой по волосам, чувствуя, как нервные окончания скручивались в тугой узел с каждым злобным шепотом в голове. Он покачал головой.

– Он поуспокоился немного за последние пару месяцев, но, я уверен, это потому что я поставил его на место. Если он отец малыша, это прочно засядет в его голову, и всё выйдет на абсолютно новый уровень. Придурок сообщил нам, что собирается переезжать во Флориду через пару месяцев после рождения ребенка. Эмили с ума сходит от этого. Я буду любить этого малютку, и вынужден буду смотреть, как Диллан забирает его на лето и праздники. Это сломает нас обоих.

Продолжая сжимать плечо Гэвина, Чэд посмотрел на Колтона, который молча наблюдал за братом. Снова посмотрев на сына, Чэд покачал головой. Его голос был тихим, но решительным:

– Гэвин, ты сильный мужчина. Всегда таким был. Впервые, когда я взял тебя на руки, ты одними только глазами сказал мне, что дашь миру знать о себе, и, черт, сын, ты так и сделал. Ты заставил нас с матерью гордиться. Знаю, возможно, ты чувствуешь эту силу с рождения, с момента первого вздоха, но ты хранил её в себе не для того, чтобы просто отпустить. Найди её снова. Она там. Как мужчина и отец этого ребёнка, твой он биологически или нет, ты будешь оберегать вас с Эмили. Ты человек, который вырастит из этого ребенка мужчину. Вы с Эмили будете нужны друг другу и, возможно, даже больше, чем когда-либо. Но что бы ты ни делал, никогда не проси небеса принять решение за вас. Опять же, всему есть причина. Что действительно важно, так это то, как ты поступишь с принятыми решениями. Можешь позволить им сломать себя или же сделать сильнее.

По мере того как слова, в которых он так нуждался, просачивались в его сознание, Гэвин смотрел на дом. Глядя, как мама с Эмили вышли на крыльцо, он пытался сосредоточиться на словах отца, но как только звезды осыпали небо, появился страх, что до тех пор, пока в его руках не будет результатов теста, он не сможет найти в себе силы, чтобы провести их через всё это. Когда сомнения сковали каждую его клетку, Гэвин встал и подошёл к Эмили. Нацепив улыбку, он осторожно подтолкнул её в свои объятия. Чувствовал себя проигрывающим. Мужчиной, который продолжит проигрывать, если Ноа – не его сын.

– Привет, – сказала она, улыбнувшись. – Все идут на пляж запускать фейерверк. Я и не думала, что здесь так зябко. Вернусь обратно, возьму пиджак. Тебе что-нибудь нужно?

Гэвин не ответил. Нет. Вместо этого он склонился, припав к её губам. Пристыженный переполнявшим его чувством вины, скрывая свои чувства, он жадно целовал её, зарываясь пальцами в её мягкие локоны. Интересно, чувствовала ли Эмили вкус страха на его языке или неуверенность в его объятиях. Он не знал, как долго они уже стоят вот так, укрываясь в руках друг друга, но в эту секунду он хотел иметь возможность остановить время. Остановить от движения вперед к зловещему моменту, когда он не в силах будет уберечь её.

Эмили медленно отстранилась, ловя взгляд Гэвина:

– Ты в порядке?

– Да, – просто соврал Гэвин. – Я могу пойти и взять твой пиджак.

– Всё в порядке. Мне нужно в ванную. – Она коснулась его щеки и улыбнулась. – Встретимся у пляжа.

Гэвин кивнул, и она отправилась в пустой дом. Пока мыла после туалета руки, Эмили забеспокоилась о том, как выглядел Гэвин. Боже, она просто хотела, чтобы их ожидание закончилось. Хотела вернуть того беззаботного почитателя Янки. Ожидание так сильно калечило его, что Эмили, не в силах ничего с собой поделать, переживала за него до боли. Вздохнув, она выключила свет, продолжая молиться, чтобы ожиданию поскорее пришел конец. В спальне, включив свет, она вытащила из чемодана пиджак. Как хорошо, что взяла его с собой. Эмили накинула его и направилась к двери, но остановилась; ее ноги словно приклеились к полу, когда она взглянула на лептоп Гэвина. Сквозь нее прошла острая боль.

Любопытство взяло верх, и Эмили медленно опустилась на край кровати. Глядя на экран, Эмили не могла остановиться, пальчиками выстукивая код Гэвина. Она знала, что результаты теста на отцовство придут не раньше чем через пару дней, ругала себя за подглядывание, только что-то подтолкнуло проверить. В нужном месте она набрала электронный адрес. Когда сайт загрузился, а сердце заколотилось, Эмили набрала номер, присвоенный ей для проверки результатов. Хотя она никогда не была математиком, а английский язык не был у неё основным предметом, эта серия цифр и букв были словно выжжены в её голове. В напряжении она смотрела, как сайт начал загружать информацию. Страница отличалась от той, что выскакивала в прошлые разы, когда она проверяла. Вместо неё вдруг появились жуткие песочные часы. Эмили в ожидании смотрела на них, а они на неё.

Дышать…

Маленькие злобные песочные часы исчезли…

Дышать…

Голубой треугольник, представляющий – отец ребенка…

Дышать…

Графа, показывающая возможного отца, сказала «привет»…

Дышать…

Сердце Эмили ухнуло, упав прямо в пятки. Не в силах дышать, говорить или думать, единственной ясно функционирующей частью тела Эмили остался слёзный канал. Работал достаточно хорошо, просто потому что Эмили впала в истерику, жадно глотая воздух в попытке успокоиться. Ошеломлённая результатами прямо перед глазами, Эмили медленно встала и пошла вниз по лестнице. Как же ей хотя бы начать говорить Гэвину? Сейчас ей нужны слова, а в голове было пусто, ни одной связной мысли. Эмили вышла на заднее крыльцо. Взглядом встретилась с Гэвином. Сидя в одном из шезлонгов, он склонил на бок голову, увидев её. Она была рада, что он не пошел вместе со всеми на пляж. Не хотела говорить ему у всех на глазах. Нужно сказать ему наедине. Она только хотела бы знать, как.

Остановилась перед бассейном, она наблюдала, как Гэвин идёт к ней. Она могла сказать, что он знал о сумбуре в её голове. Сердце кровью обливалось при виде его глаз. Встав перед ней, он накрыл ладонью её щеку, вторую осторожно положив на живот.

– Что не так? – спросил он. Его нервозность была осязаемой.

Эмили сглотнула, ее слова срывались с губ между глубокими вдохами воздуха:

– Понимал ли ты год назад, в этот самый день, что начал спасать мою жизнь? – Гэвин начал было говорить, но Эмили продолжила. – Ты спасал, Гэвин. Я не понимала этого тогда, но ты спасал. За последний год мы пережили больше, чем любая пара должна переживать в начале отношений. Мы заслужили перерыв. – Она посмотрела на свои часы и быстро взглянула на него. – Поцелуй меня прямо сейчас. Поцелуй так, как целовал год назад в эту самую ночь. Хоть и обещаю, что не остановлю тебя.


Поможем в написании учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой





Дата добавления: 2015-09-04; просмотров: 244. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2022 год . (0.074 сек.) русская версия | украинская версия
Поможем в написании
> Курсовые, контрольные, дипломные и другие работы со скидкой до 25%
3 569 лучших специалисов, готовы оказать помощь 24/7