Экспериментальные исследования. Использование «игр с переговорами» различной сложности в сочетании с предва­рительным отбором испытуемых с определенными Мотивационными констелля­циями было

Использование «игр с переговорами» различной сложности в сочетании с предва­рительным отбором испытуемых с определенными Мотивационными констелля­циями было начато Терюном (Terhune, 1970), В одном из экспериментов Терюн (Terhune, 1968a) воспользовался вариантом игры, создающей популярную в иссле­дованиях конфликтов «дилемму узника». Правила игры сводятся к следующему. Каждый из двух играющих может принять решение о сотрудничестве с партнером либо о конфронтации с ним. Наибольший выигрыш достигается в том случае, ко­гда субъект, склоняя партнера к сотрудничеству, сам выбирает конфронтацию, т. е. обманывает его; наименьший — когда обе стороны выбирают конфликт. Взаимное сотрудничество дает промежуточный результат. В зависимости от градации воз­можностей выигрыша игра может протекать в более или менее выраженной атмосфере враждебности или дружелюбия. Терюн подбирал партнеров таким об­разом, чтобы один из трех мотивов (достижения, аффилиации и власти) был у обо­их из них очень высок, а два остальных имели низкие значения. Обнаружилось, что различия мотивов сильнее проявляются в тех случаях, когда матрица выигрыша не представляется чересчур угрожающей. Наиболее склонными к сотрудничеству оказываются при этом испытуемые с высоким мотивом достижения, они же в наи­большей степени ожидают сотрудничества со стороны партнера. Наиболее склон­ны к занятию оборонительной позиции испытуемые с сильным мотивом аффили­ации, при этом они больше всех боятся быть.обманутыми. Испытуемые с высоким мотивом власти (по Вероффу) проявляют наибольшее стремление к успеху, пыта­ясь обмануть партнера и одновременно ожидая сотрудничества с его стороны. При ужесточении матрицы выигрышей, одновременно усиливающем искушение обма­нуть партнера и страх быть обманутым им, поведение всех испытуемых становит­ся все более оборонительным, что ведет к размыванию различий, связанных с Мо­тивационной структурой.

Похожие результаты были получены в исследовании Блудау (Bludau, 1976), где испытуемым с высокой ориентацией на успех (по Хекхаузену) и слабым мотивом власти (в категориях Уинтера—Шнакерса) противостояли партнеры с обратным соотношением мотивов. Испытуемые, ориентирующиеся на успех, предпочитали сотрудничество, а также матрицу выигрыша, не слишком угрожающую, но и не бесконфликтную. Испытуемые с высоким мотивом власти обнаружили двойствен­ное поведение с явной тенденцией к соперничеству. Они предпочитали матрицы выигрыша, чреватые конфликтами.

Значительно более сложной является игра под названием «Международные отношения» (Terhune, 1968). В ней участвуют команды из нескольких испытуемых с одинаковой констелляцией мотивов. Каждая такая команда — «нация» — может

вооружаться или развивать экономику, объявлять войну или заключать мирные договоры, вести вводящую в заблуждение пропаганду или же раскрывать свои ис­тинные намерения и т. д. Результаты исследования были аналогичны результатам, полученным в играх типа «дилеммы узника». О сотрудничестве более всего забо­тились испытуемые с высоким мотивом достижения, а менее всего — испытуемые с высоким мотивом аффилиации (вероятно, поэтому они активно самоизолирова­лись и старались ни во что не вмешиваться, в частности они отправляли наимень­шее количество посланий). Испытуемые с высоким мотивом власти (по Вероффу) тратили больше усилий на вооружение, в то время как те, у кого доминировал мо­тив достижения, отпускали на вооружение наименьшее количество средств. Кро­ме того, ориентированные на власть испытуемые осуществляли максимальное количество манипулятивных воздействий, вводя своих партнеров в заблуждение ' посредством официальной пропаганды и конфиденциальных посланий.

Образ людей с сильным мотивом власти, складывающийся на основе «игр с пе­реговорами», весьма напоминает беззастенчивых манипуляторов, готовых при не­обходимости шагать по трупам. Столь зауженное и несколько морализаторское представление о них заслуживает скептического отношения. Не следует забывать, что «игры с переговорами» заранее предопределяют и задают границы поведения такого типа. О его ситуационной обусловленности свидетельствует, в частности, то обнаруженное Терюном обстоятельство, что по мере ужесточения матрицы вы­игрыша особенности поведения, зависящие от различий в Мотивационных струк­турах, сходят на нет. Кроме того, Терюн обнаружил, что эти различия исчезают после трех последовательных туров игры, особенно если испытуемые получают возможность вербального общения между собой. Увидеть людей с сильным моти­вом власти в лучшем свете позволяет анализ мотива власти у представителей раз­личных критериальных групп, выделенных в контексте реальных жизненных об­стоятельств.