Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

ПРИЗРАК ЖИВЫХ 2 страница




Вторая отличительная черта заключается в иерархичности предметов. Пальма первенства традиционно отдается математике, естествознанию и владению языком. Гуманитарные науки явно не в почете. Низшее положение занимает искусство. Здесь существует своя иерархия: музыка и живопись обычно имеют более высокий статус, нежели театральное и танцевальное искусство. В действительности все большее число школ полностью избавляется от предметов, связанных с искусством. В крупной средней школе сегодня может быть лишь один учитель изящных искусств, а в начальных классах отводится критически мало времени даже на простое рисование.

Третьей характерной чертой является растущая зависимость учеников от жестко регламентированных методов оценки. Повсюду дети подвергаются интенсивному давлению, их побуждают показывать все лучшие результаты при выполнении узкого набора стандартизированных тестов.

Почему школьные системы образования таковы? Это объясняется культурными и историческими причинами. Об этом я хотел бы поговорить более подробно в одной из последующих глав. Здесь же я хочу обратить внимание на то, что большинство систем массового образования начали функционировать сравнительно недавно – в восемнадцатом и девятнадцатом веках. Эти системы были призваны отвечать экономическим интересам времени расцвета промышленной революции в Европе и Америке. Математика, естествознание и владение языками были очень важны для трудоустройства в промышленно развитых странах. Другим значимым фактором, оказавшим влияние на образование, была академическая культура университетов, как правило, отвергавшая любую деятельность, для занятия которой необходимы были сердце, тело, чувства и развитый интеллект.

В результате школьная система образования повсеместно внушает нам очень узкие взгляды на человеческий потенциал и переоценивает определенные специфические таланты и способности, пренебрегая не менее важными для жизнеспособности нашего общества гранями личности. Такой иерархичный унифицированный подход к образованию способствует изоляции и отверженности тех детей, которым обучение по такой системе дается нелегко.

Сделать уроки танцев ежедневной обязательной частью своей программы подобно математике – на это обычные школы и школьные системы идут крайне редко и неохотно. Однако известно, что многие ученики вовлекаются в процесс обучения лишь тогда, когда задействованы их моторика, движения. Например, Джиллиан Линн рассказала мне, что ее успеваемость по всем предметам существенно улучшилась, когда она открыла для себя танцы. Она принадлежала к числу тех людей, которым нужно двигаться, чтобы думать. К сожалению, далеко не каждому ребенку – особенно сегодня – выпадает шанс встретить такого чуткого человека, как психолог, который разгадал талант маленькой Джиллиан. Чаще всего случается как раз наоборот: когда дети слишком много вертятся и ерзают, им дают лекарства и требуют, чтобы они успокоились.

Существующие системы подачи школьного материала также накладывают серьезные ограничения на то, как учителя учат, а ученики учатся. Академические навыки очень важны, однако не меньшее значение имеют и другие способы мышления. Например, людям со зрительным типом восприятия, так называемым визуалам, может нравиться определенная тема или предмет, однако они не поймут материал, который будет представлен учителем лишь одним невизуализированным способом. И тем не менее наша образовательная система все больше подталкивает учителей к универсальным методам преподавания. Чтобы понять смысл рассказанных здесь историй прозрения и создать свои собственные, нам необходимо радикально пересмотреть свои взгляды на интеллект и многогранность личности.

Такие подходы к образованию сдерживают развитие целого ряда наиболее важных способностей, которые сегодня необходимы молодым людям, чтобы найти свое место в мире двадцать первого века, где требования все выше, а ритм все быстрее. Это способности к творческому мышлению. В наших системах образования высоко ценится знание единственного правильного ответа на вопрос. Существующие образовательные программы поддерживают такую установку. К примеру, в США действует тщательно разработанная федеральная программа по повышению эффективности американских общеобразовательных школ под названием «Ни одного отстающего ребенка». Казалось бы, благая цель. Но программа имеет жесткую установку на то, чтобы знания и ответы детей в разных регионах страны строго соответствовали установленному стандарту. Единообразие ответов и стандартизация «правильности» лишают творческих детей возможности понять и развить свои способности, отвергают творческий подход, загоняют ребенка в тупик одиночества и отверженности.

Все дети начинают обучение в школе, обладая живым воображением, изобретательным умом и готовностью принимать на себя риск за свои мысли. Когда моему сыну было четыре года, в его дошкольном учреждении поставили рождественский спектакль. Во время шоу был один замечательный момент, когда три маленьких мальчика вышли на сцену в роли трех волхвов, неся свои дары: золото, ладан и мирру. Второй мальчик, по всей видимости, разнервничался и перепутал слова. Третьему мальчику нужно было импровизированно сыграть роль, которую он не учил и не слишком обращал на нее внимание на репетициях. В конце концов ему было всего четыре года! Первый мальчик сказал: «Я принес Тебе золото». Второй сказал: «Я принес Тебе мирру».

Третий мальчик сказал: «Это прислал Фрэнк».[8]

Как вы думаете, кто такой Фрэнк? Тринадцатый апостол? Или имеется в виду потерянная Книга Фрэнка?

Меня подкупило в этой ситуации, что маленькие дети не боятся совершать ошибки. Если они не уверены в том, как быть в той или иной ситуации, они просто рискнут попробовать какой-либо вариант и посмотрят, что будет дальше. Я не хочу этим утверждением поставить знак равенства между ошибкой и творческим мышлением. Иногда ошибка – это всего лишь ошибка. Верно лишь то, что, если вы не готовы ошибаться, вы никогда не придумаете ничего оригинального.

Но именно здесь кроется главный недостаток интерпретации некоторыми политическими деятелями идеи «возвращения к основам» для повышения стандартов образования. Они воспринимают «возвращение к основам» как способ укрепить итоги промышленной революции – эпохи иерархичности предметов. Они, по всей видимости, верят в то, что если «кормить» наших детей по официально предписанному «меню», состоящему из чтения, письма и арифметики, то мы будем более конкурентоспособны на мировой арене и лучше подготовлены к будущему.

Фатальной ошибкой такого образа мыслей является то, что в этом случае серьезно недооцениваются человеческие способности. Мы придаем непомерное значение стандартизированным тестам, сокращаем финансирование «творческих» программ, которые считаем «неважными», а затем удивляемся, почему у наших детей наблюдается недостаток воображения и вдохновения. Так существующая образовательная система искореняет творческие способности наших детей.

Большинству детей никогда в полной мере не удается постичь свои способности и интересы. Те из них, кто «мыслит иначе» – и здесь мы, возможно, говорим о подавляющем большинстве школьников, – могут чувствовать отчуждение вообще от всей культуры и системы образования. Именно поэтому многие из успешных людей не слишком хорошо учились в школе. Предполагается, что цель системы образования – развить наши природные способности и дать нам возможность найти свое место в мире. Вместо этого она сдерживает развитие индивидуальных талантов и способностей слишком многих студентов и убивает их мотивацию к обучению. Это показалось бы смешным, если бы не было столь грустно и опасно.

Причина выбора таких методов обучения заключается в том, что политики, по всей видимости, считают их единственно правильными как для достижения экономического роста и конкурентоспособности своих стран, так и для того, чтобы учащиеся впоследствии могли найти работу. Однако в действительности в двадцать первом веке получение работы и конкурентоспособность полностью зависят как раз от тех самых качеств, которые школьные системы всячески подавляют, а эта книга приветствует и поддерживает. Компании всего мира утверждают, что им необходимы люди, способные к независимому и творческому мышлению. Однако мнение бизнеса не единственный довод. В первую очередь речь идет о том, чтобы человек мог жить полноценной творческой жизнью, видя цель и смысл как в работе, какой бы она ни была, так и вне ее рамок.

Идея возвращения к основам не ошибочна сама по себе. Я тоже верю в необходимость вернуть наших детей к основам. Но для этого придется пройти весь путь назад, пересмотреть взгляды на природу человеческих способностей и базовые цели образования.

В нашей истории был период безраздельного господства парового двигателя, мощного, эффективного, имевшего небывалую доселе производительность. Со временем, однако, он перестал удовлетворять растущие потребности людей, и на смену ему пришел двигатель внутреннего сгорания. Во многих отношениях существующая система образования подобна паровому двигателю – и в ней довольно быстро заканчивается пар.

Эта проблема косности мышления сопутствует нам и по окончании обучения. С устаревшими оценочными стереотипами, присущими образованию, мы вновь сталкиваемся в государственных учреждениях и частных организациях, и этот цикл повторяется снова и снова. Все в корпоративном мире знают, как легко человеку присваивается ярлык на раннем этапе карьеры. Когда это происходит, становится крайне сложно в полной мере проявить свои другие – возможно, более глубокие – таланты. Если в корпоративном мире вас отнесли к «финансовому типу», вам будет непросто поучаствовать в «творческой» части бизнеса. Решить эту проблему можно, демонстрируя иное мышление и поведение и в своей работе, и в повседневной жизни. Это очень важно прежде всего для самого человека.

Темп изменений

Дети, которые пошли в школу в этом году, начнут выходить на пенсию в далеких 2060-х годах. Никто из нас не имеет ни малейшего представления о том, каким будет мир через десять лет, не говоря уже о шестидесятых годах двадцать первого века. В оценке и прогностике изменений ученые выделяют два важнейших фактора – технологический и демографический.

Технологии – особенно цифровые – развиваются темпами, непостижимыми для большинства людей. Это тоже вносит свой вклад в процесс, определяемый некоторыми экспертами как крупнейший в истории конфликт поколений со времен эпохи рок-н-ролла. Мы – люди, которым сегодня за тридцать, – родились до начала цифровой революции. Мы научились использовать все эти цифровые диковинки – ноутбуки, фотоаппараты, карманные персональные компьютеры, Интернет – уже будучи взрослыми, и это стало чем-то сродни изучению иностранного языка. Большинство из нас неплохо в этом разбирается, а некоторых можно даже назвать экспертами. Мы отправляем электронные письма, работаем в PowerPoint, бродим по Интернету и чувствуем, что находимся в курсе самых передовых технологий. Однако по сравнению с большинством людей моложе тридцати мы лишь неумелые новички. Они родились в эпоху цифровой революции. Для них язык цифровых технологий – родной.

Когда мой сын, Джеймс, будучи школьником, выполнял домашнее задание, у него на мониторе всегда было открыто пять или шесть окон, Instant Messenger постоянно вспыхивал, мобильный телефон все время звонил, а сам он невозмутимо загружал очередной музыкальный файл и смотрел телевизор через плечо. Я не знаю, делал ли он при этом домашнюю работу вообще, однако, видя, как он управлял целой технологической империей, я не слишком беспокоился.

А сегодняшние малыши, которые растут в окружении еще более сложных технических средств, уже разбираются в них лучше, чем ровесники моего сына. И эта революция еще не окончена. На самом деле она едва началась.

Некоторые предполагают, что в ближайшем будущем возможности компьютеров станут равны способностям человеческого мозга. Каково это будет, когда вы станете давать своему компьютеру команду, а он будет спрашивать у вас, уверены ли вы в своем решении? В не столь отдаленном будущем мы, возможно, увидим слияние информационных систем с человеческим сознанием. Если вы уже задумывались о том громадном влиянии, которое в последние двадцать лет сравнительно простые цифровые технологии оказали на нашу работу, повседневную жизнь и мировую экономику, – можете представить себе, какие изменения ждут нас в дальнейшем. Не беспокойтесь, что не можете их предвидеть – этого не может никто.

Добавьте к этому влияние роста населения. За последние тридцать лет население мира удвоилось с трех до шести миллиардов. К середине века оно может приблизиться к девяти миллиардам. Это огромное количество людей будет использовать технологии, которым еще предстоит быть изобретенными. Использовать их будут такими способами, которых мы пока не можем себе представить. А применять их станут для выполнения работ, которых, возможно, пока не существует даже в наших фантазиях.

Уже сегодня воздействие этих культурных и технологических факторов вызывает глубокие изменения в мировой экономике и делает нашу повседневную жизнь все более сложной и разнообразной. Мы живем в эпоху беспрецедентных глобальных изменений. Мы можем выявить определенные тренды будущего развития, однако точные прогнозы практически невозможны.

В 1970-х годах для меня знаковым явлением стала книга Элвина Тоффлера «Шок будущего», в которой автор рассуждает о революционном воздействии социальных и технологических изменений. Одним из неожиданных и приятных преимуществ нашей жизни в Лос-Анджелесе стало то, что мы с моей женой Терри подружились с Элвином и его женой Хайди. Однажды во время совместного ужина мы спросили, разделяют ли они наши взгляды на то, что перемены, которые сегодня потрясают мир, не имеют исторических прецедентов. Элвин и Хайди были солидарны с нами в том, что ни один период истории не может сравниться по масштабам, скорости, сложности перемен и вызовов с сегодняшним днем.

Разве мог кто-нибудь с точностью предсказать в конце 1990-х годов, каким будет политический климат в мире через десять лет, какое огромное значение будет иметь Интернет, какой степени достигнет глобализация торговли и какими совершенно новыми способами наши дети будут общаться друг с другом? Некоторые из нас могли предвидеть разве что один-два пункта из вышеперечисленного – и то в общих чертах. Немногие способны к подобному предвидению. Однако эти перемены в корне изменили наш образ жизни.

Темп изменений продолжает ускоряться. И неизвестно, что будет дальше.

Да, мы понимаем, что есть определенные тенденции и тренды, ведущие мир к тому, что Китай, Россия, Индия и Бразилия станут в скором будущем играть доминирующую роль в мировой экономике. Мы знаем, что население продолжит расти беспрецедентными темпами. Мы знаем, что развивающиеся технологии разрушат все наши представления о реальности и поразительно быстро найдут применение в наших домах и офисах.

Эта комбинация известных нам факторов приводит к неизбежному и парадоксальному выводу: мы не знаем, как выглядит наше будущее.

Единственный способ подготовиться к достойной встрече с ним – это использовать все свои возможности и свой потенциал, что поможет нам достичь максимально возможной гибкости и эффективности.

Многие из людей, о которых рассказывается в этой книге, занимались тем, к чему их влекло, не просто из-за потенциального дохода. Они делали это, поскольку не представляли себя в иной стихии. Они рано поняли, для какого дела созданы, и вложили многое в достижение мастерства в своей профессии. Если завтра мир перевернется с ног на голову, они найдут способ приспособиться к этим изменениям. Они найдут способ продолжить заниматься делом, которое позволяет им жить в своей стихии, поскольку имеют врожденное понимание ценности своего таланта в любых условиях.

Многие люди отвергают занятие любимым делом из финансовых соображений, сознательно выбирая нелюбимые, но доходные сферы деятельности. Однако работа, которая сегодня «позволяет вам оплачивать счета», легко может утратить свое значение в следующем десятилетии. Если вы никогда не учились мыслить творчески и познавать свои истинные способности, что вы будете делать тогда?

Если говорить более конкретно, что будут делать наши дети, если мы продолжим готовить их к жизни, используя старую модель образования, которая затрудняет процесс поиска и творчества? Весьма вероятно, что наши дети попробуют свои силы в разное время в разных делах и сферах, а не только в различных организациях. Многие из них, несомненно, будут заниматься работой, которую мы пока еще и представить себе не можем. Следовательно, мы просто обязаны поощрять наших детей к исследованию максимально возможного количества путей, для того чтобы они могли открыть свой талант и выбрать свой единственно верный путь.

Если мы хотим достойно встретить изменения, которые готовит нам будущее, мы должны уже сегодня кардинально изменить свои взгляды на человеческий потенциал и на то, как нерационально мы его используем.

Словом, каждый из нас должен найти призвание, чтобы жить в своей стихии.

Что такое Призвание?

Призвание – это точка соприкосновения природных способностей и личных предпочтений. Точка гармонии интеллекта и таланта. Вы увидите, что людей, о которых говорится в этой книге, объединяет одно: они занимаются тем, что им нравится, и при этом находятся в полной гармонии с собой. Они обнаружили, что в своей стихии для них даже время течет по-другому.

Обретение призвания позволяет этим людям выйти за рамки банальных представлений о наслаждении и счастье. Мы говорим не просто о приятном времяпрепровождении, закатах солнца или вечеринках. Когда человек находится в своей стихии, он осознает себя гармоничной личностью, имеет фундаментальные ценности и цели. В своей стихии человек удивительно ясно понимает, кем является на самом деле и каково его истинное предназначение в жизни.

Вот почему многие из людей, о которых рассказывается в этой книге, описывают нахождение своей стихии как про зрение.

Как обнаружить призвание в себе и в других? Четкой формулы не существует. стихия у каждого своя. Более того, мы не ограничены одним призванием. Благодаря щедрости человеческого потенциала мы значительно богаче, и поэтому некоторые люди могут иметь истинный талант сразу в нескольких сферах, чувствовать одинаковую страсть к нескольким делам одновременно. А кто-то может быть всецело поглощен одной-единственной идеей, которая приносит ему колоссальное удовлетворение. Не существует никаких правил на этот счет, но мы в состоянии выделить и сформулировать основные элементы призвания, предназначенные для понимания того, что необходимо искать и что делать.

Призвание имеет два главных признака – способность и страсть к какому-либо делу. Когда они осознаны, на первый план выходят условия, делающие возможной и гармоничной жизнь человека в своей стихии, – отношение и возможность. И в этом случае рассуждение строится приблизительно по такой схеме: у меня это есть – я это люблю – я этого хочу – где это найти.

У меня это есть

Способность – это естественное условие для занятия чем-либо. Это интуитивное природное чувство, знание, понимание. У Джиллиан Линн была природная способность к танцу, у Мэтта Гроунинга – к рассказыванию историй, у Пола Самуэльсона – к экономике и математике. Наши способности очень индивидуальны. Человек может быть талантлив в какой-либо деятельности в целом, например в математике, спорте, поэзии или политической теории. А может обладать специфическим, более узким талантом. К примеру, не к любой музыке в целом, а лишь к джазу или к рэпу. И так далее… Не любые духовые инструменты, а только флейта. Не естествознание в целом, а лишь биохимия. Не гоночный трек или игра на поле, а прыжки в длину.

В этой книге вы прочтете о людях, обладающих глубокими природными способностями к самым различным вещам. У них хорошо получается не все, а что-то конкретное. У Пола Самуэльсона, например, от природы хорошие способности к математике. А у других нет.

Я отношусь к этим «другим». В школе мне всегда не особенно хорошо давалась математика, и я был очень рад, что она осталась позади, когда я окончил учебу. Однако у меня появились свои дети – и математика снова возникла в моей жизни, подобно чудовищу из кинофильма, которое вы так опрометчиво считали поверженным и уничтоженным. Одна из опасностей, подстерегающих родителей, заключается в том, что им приходится помогать детям делать уроки. Вы можете некоторое время блефовать, но в глубине души знаете, что день расплаты приближается.

До двенадцати лет моя дочь Кейт думала, что я знаю все. Мне очень нравилось поощрять и поддерживать это впечатление. Маленькая дочь частенько просила меня помочь с английским или математикой. Я с уверенной улыбкой отрывался от своих дел, обнимал ее за плечи и говорил что-то вроде: «Ну что ж, давай посмотрим», притворяясь, что тоже испытываю сложности, чтобы ей было не так обидно, что у нее не получается. Кейт с обожанием и восхищением смотрела на меня, когда я, подобно роботу-математику, щелкал как орешки задачи по таблице умножения и простые примеры на вычитание.

Однажды, когда дочери было четырнадцать, она вернулась домой с листом, исписанным квадратными уравнениями, и я почувствовал, как покрываюсь знакомым холодным потом. На этом этапе я ввел метод обучения путем открытия. Я сказал: «Кейт, мне нет смысла говорить тебе ответы. Так ты ничему не научишься. Тебе необходимо найти решение самой. Я пока пойду выпью джина с тоником. И кстати, даже когда ты это сделаешь, тебе нет смысла показывать мне ответы. Именно для этого и нужны учителя».

На следующей неделе она принесла и торжественно вручила мне комикс, найденный в журнале. Комикс рассказывал об отце, который помогал своей дочери с домашней работой. На первом рисунке он наклонился через ее плечо и спросил: «Что тебе нужно сделать?» Девочка ответила: «Мне нужно найти наименьшее общее кратное». Отец сказал: «Его все еще ищут? Его пытались найти, еще когда я учился в школе». Как же я его понимал! Но увы, знаний и способностей это не прибавляло.

Однако для некоторых людей математика так же прекрасна и увлекательна, как для других музыка и поэзия. Поэтому выявление и развитие наших способностей играют исключительно важную роль в постижении своего истинного «Я». Мы не знаем, кем можем стать, до тех пор, пока не поймем, что умеем делать.

Я люблю это

Обретение призвания – это не только вопрос естественных способностей. Я знаю многих людей, у которых от природы хорошие способности к какому-либо делу, однако они не чувствуют в нем своего жизненного призвания. Для его обретения требуется нечто большее – страсть. Страсть к какому-либо делу и становится индикатором истинного призвания, дарит человеку глубокое удовлетворение и бесконечную радость.

Мой брат Иэн – музыкант. Он играет на барабане, пианино и бас-гитаре. Несколько лет назад он выступал в составе группы в Ливерпуле, и в его команде работал чрезвычайно талантливый клавишник по имени Чарльз. После одного из их вечерних концертов я признался Чарльзу, что мне чрезвычайно понравилась его сегодняшняя игра. Затем я добавил, что хотел бы так же хорошо играть на клавишных инструментах. «Нет, вы бы этого не хотели», – ответил он. Я был обескуражен и настаивал на том, что действительно хотел бы этого. «Нет, – ответил он. – Вы имеете в виду, что вам нравится идея игры на клавишных. Вы бы уже давно играли, если бы имели настоящее желание». Чарльз рассказал, как репетировал каждый день по три-четыре часа помимо выступлений, чтобы достичь такого высокого уровня мастерства. Он занимался этим с семи лет.

Внезапно умение играть на клавишных так же хорошо, как Чарльз, уже не показалось мне столь привлекательным. Я спросил его, как он достиг такого уровня самодисциплины. Он ответил: «Я это люблю». Чарльз просто не мог представить себя занимающимся чем-либо другим.

Я хочу этого

Отношение – это наше личное восприятие самих себя и своих обстоятельств, наш взгляд на вещи, наша предрасположенность к чему-либо и наша эмоциональная точка зрения. На это субъективное отношение оказывают влияние многие факторы, включая основные черты нашего характера, личностные особенности, чувство собственной значимости, восприятие окружающих людей и их ожидания в отношении нас. Любопытным индикатором нашего отношения является то, как мы воспринимаем роль удачи в своей жизни.

Люди, которым нравится то, чем они занимаются, часто называют себя везучими. Люди, полагающие, что не преуспели в жизни, считают себя невезучими. Случай играет определенную роль в жизни каждого из нас. Но удача – это не случайность. Люди, достигшие серьезных высот, никогда не полагались на слепой случай; их всегда отличали упорство, вера в себя, оптимизм, амбициозность и стремление получать удовлетворение от жизни. То, как мы воспринимаем свои жизненные обстоятельства, как создаем и используем дарованные нам возможности, во многом зависит от того, чего мы ожидаем от самих себя.

Где это найти?

Не имея нужных возможностей, мы можем никогда не узнать правду о своих способностях или о том, насколько далеко они могут нас завести. Вы не найдете объездчиков диких мустангов в Антарктиде или ловцов жемчуга в Сахаре. Способности могут и не проявляться до тех пор, пока не создадутся подходящие возможности для их реализации.

Конечно, при таких обстоятельствах есть шанс так никогда и не отыскать свое истинное призвание. Многое зависит от подаренных нам возможностей, от возможностей, которые мы сами создаем, и от того, как мы используем все предоставленные нам шансы.

Пребывание в своей стихии часто означает связь с другими людьми, разделяющими ту же страсть и тот же горячий интерес к совместному делу. На практике это означает активный поиск возможностей и единомышленников для исследования своих способностей в различных областях.

Часто нам необходимы другие люди для признания наших подлинных талантов. Да и мы сами можем помочь окружающим обнаружить свое призвание.

Далее в этой книге мы детально исследуем основные элементы призвания. Мы проанализируем общие черты, которыми обладают люди, нашедшие свою стихию, рассмотрим условия, помогающие им приблизиться к этому идеалу, и выявим факторы, затрудняющие поиск призвания. Вы узнаете о людях, отыскавших свой путь, и о тех, кто движется неверной дорогой.

При создании этой книги я ставил перед собой цель раскрыть то, что вы, возможно, уже чувствовали интуитивно. Вдохновить вас на поиск своего призвания и на помощь другим в его обретении. Я надеюсь, что книга поможет вам по-новому взглянуть на собственный потенциал и способности окружающих вас людей.

Глава 2

Мыслите иначе

Мик Флитвуд – один из наиболее выдающихся и известных рок-барабанщиков мира. Его группа, Fleetwood Mac, продала 10 миллионов копий своих записей, а рок-критики считают ее альбомы Fleetwood Mac и Rumours настоящими шедеврами. Однако когда Мик Флитвуд учился в школе, его оценки позволяли предположить, что ему недостает интеллекта.

«Я был полным нулем в учебе, и никто не мог понять почему, – рассказал мне Мик. – В школе у меня были проблемы с обучаемостью, они никуда не исчезли и по сей день. Я совершенно не понимаю математику. Вообще. Мне бы пришлось нелегко, если бы сейчас понадобилось рассказать алфавит в обратном порядке. Хорошо еще, если я правильно расскажу его в обычной последовательности. Если бы кто-нибудь спросил меня: «Какая буква идет перед вот этой?», я бы покрылся холодным потом».

Мик учился в школе-интернате в Англии, и этот опыт глубоко разочаровал его. «У меня были отличные друзья, но я не был счастлив. Я чувствовал, что из меня выжимают все соки. Я страдал. Я понятия не имел, чем мне заняться в жизни, поскольку во всем, что было связано с учебой, терпел полную неудачу, и у меня не было других жизненных ориентиров».

К счастью для Мика (и для всех, кто позже покупал его альбомы или посещал концерты), в его семье не привыкли ограничиваться рамками учебы и результатами школьных контрольных. Его отец был летчиком-истребителем в Королевских ВВС, однако затем оставил службу, следуя подлинной страсти к писательской деятельности. Чтобы осуществить свою мечту, он с семьей на три года переехал жить на баржу, что стояла на реке Темзе в графстве Кент. Сестра Мика, Салли, уехала в Лондон, чтобы стать скульптором. Его вторая сестра, Сьюзен, выбрала театральную карьеру. В семье Флитвуда все понимали, что успеха можно добиться в различных сферах деятельности, а плохая успеваемость по математике или неспособность рассказать алфавит в обратном порядке едва ли свидетельствуют о том, что человек ничего не достигнет в жизни.

А Мик умел играть на барабане. «Игра на пианино, возможно, внушает больше уважения и создает иллюзию творческой деятельности, – говорит он. – Я же лишь хотел подолбить как следует по барабану или по диванным подушкам. Это, конечно, не высшая форма творчества. Все так могут, в этом нет ничего интеллектуального. Но я начал заниматься «стучанием» всерьез – и это оказалось судьбоносным решением».

Для Мика прозрение – момент, когда «стучание» стало движущей силой его жизни, – наступило, когда он еще мальчиком приехал к своей сестре в Лондон и, по его воспоминаниям, «пошел в одно местечко в Челси, где играли на пианино. Там были люди, исполнявшие, как я теперь знаю, Майлза Дэвиса и курившие сигареты «Житан». Я наблюдал за ними и чувствовал, что передо мной открывается другой мир, и его атмосфера затягивала меня. Мне было очень комфортно. Меня ничто не ограничивало. Это была моя мечта.

Когда я вернулся в школу, передо мной стояли эти образы, и я стремился вырваться из привычного мира. Я даже не знал, смогу ли играть с этими людьми, но этот образ помогал не погрязнуть в трясине кошмарной учебы. По натуре я был очень старательным, однако невероятно несчастным, поскольку все в школе указывало на мою полную бесполезность по установленным меркам и стандартам».


Поможем в написании учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой





Дата добавления: 2015-10-01; просмотров: 221. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2022 год . (0.042 сек.) русская версия | украинская версия
Поможем в написании
> Курсовые, контрольные, дипломные и другие работы со скидкой до 25%
3 569 лучших специалисов, готовы оказать помощь 24/7