Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Аннотация. Друзья Джерри рассказали ему историю о призраке, который живет в пещере рядом с пляжем




Друзья Джерри рассказали ему историю о призраке, который живет в пещере рядом с пляжем. Теперь Джерри ждет не дождется, когда же можно будет обследовать эту пещеру. Он расспрашивает всех об этом загадочном месте, но почему-то ни его родственники, ни друзья не хотят говорить об этом. Может быть, это просто очередная глупая история о привидениях? Но все оказывается намного страшнее.

 

Как мы попали на кладбище, я не помню. Помню лишь темное небо над головой и нас — уже там.

Вдвоем с Терри, моей младшей сестрой, мы шли вдоль древних покосившихся надгробий — потрескавшихся от времени и густо поросших мхом. Несмотря на лето, между ними клубился серый туман, наполняя воздух холодом и про­мозглостью.

Зябко поежившись, я плотнее запахнул полы куртки.

— Погоди немного, Терри, — сказал я, но она и ухом не повела. Ее внимание было це­ликом поглощено могилами.

— Постой, куда же ты? — сказал я громче, но Терри опять не среагировала, и я, остано­вившись, несколько секунд глядел вслед ее теряющейся в клубах тумана фигурке, то и дело склонявшейся над очередным надгробием. Затем опустил глаза и прочел надпись на кам­не у своих ног:

СВЕТЛАЯ ПАМЯТЬ ДЖОНУ,

СЫНУ ДАНИЕЛЯ И САРЫ НЕПП,

УШЕДШЕМУ ОТ НАС

В ВОЗРАСТЕ 12 ЛЕТ И 22 ДНЕЙ

25 МАРТА 1766 ГОДА.

 

«Жуть, — подумал я. — Когда он умер, ему было почти столько, сколько мне сейчас».

Мне двенадцать исполнилось в феврале. Терри в том же месяце исполнилось одиннад­цать.

Налетел резкий порыв ветра. Я поспешил за сестрой, которая совсем уже затерялась среди надгробий, затянутых сгустившимся туманом.

— Терри, ты где?! — крикнул я во весь голос.

— Я здесь, Джерри! — слабо донеслось не­понятно откуда.

— Где?! — крикнул я, устремляясь вперед сквозь туман и ветви кустов.

Ветер усиливался. Поблизости раздался низ­кий протяжный вой.

— Собака, наверное, — пробормотал я себе под нос.

Громко зашумели ветви деревьев, и я снова поежился.

— Дже-е-рри! — Голос сестры доносился словно за тысячу миль.

Пройдя еще немного, я уперся в высокое надгробие, остановился и решил взять себя в руки.

— Терри! Подожди! Остановись и жди меня на месте!

Из тумана снова донесся вой.

— Ты идешь не в ту сторону! — крикнула Тер­ри. — Я здесь!

— Спасибо за подсказку, — недовольно бурк­нул я. — Знать бы еще, где оно — твое «здесь»!

Ну почему бы моей сестренке вместо старин­ных кладбищ не увлечься бейсболом?

Ветер теперь завывал не хуже собаки. Листья, пыль и комки грязи закружились в неистовом порыве, я закрыл глаза.

Открыв их снова, я увидел Терри, сидевшую на корточках возле небольшой могилы. — Не двигайся! — крикнул я. — Я сейчас. Лавируя между надгробиями, я подошел и встал рядом.

Темнеет, — сказал я ей. — Пошли отсюда. Терри не ответила. Тогда я повернулся и дви­нулся было прочь...

И тут что-то схватило меня за ногу! Вскрикнув от неожиданности, я попытался вырваться, но хватка оказалась слишком силь­ной.

Рука! Выросшая из влажной земли рядом с могилой!

Увидев ее, я заорал уже всерьез, моему кри­ку торил испуганный вопль сестры.

Я дернулся изо всех сил и все-таки вы­рвался.

— Беги! — крикнула Терри, но я уже и так мчался сломя голову.

Спотыкаясь и поскальзываясь на мокрой траве, мы неслись, не разбирая дороги, а из земли вокруг с отвратительным громким хлю­паньем появлялись страшные зеленые руки.

Чпок! Чпок! Чпок!

Они вырастали все выше, тянулись к нам, хватали за лодыжки.

Я метнулся влево — чпок!

Сделав обманное движение, я бросился вправо — чпок!

Беги, Терри! Беги! — кричал я сестре. — Выше поднимай ноги!

Сзади слышался топот ее кроссовок. Затем меня догнал полный смертельного ужаса крик:

— Джерри! Они меня поймали!

Я заставил себя остановиться и посмотрел назад. Две громадные ручищи крепко держали Терри за ноги.

Окаменев, я смотрел, как она пытается вы­рваться.

— Джерри! Помоги же мне! Они не пускают! Я набрал полную грудь воздуха, бросился

к ней и протянул руку.

— Держись крепче! — Ногой я изо всех сил лягнул одну из зеленых рук. Потом — вторую.

Но они даже не вздрогнули. И не отпустили.

— Я... я не могу сдвинуться с места! — рыда­ла Терри.

Земля возле моих ног зашевелилась, я по­смотрел вниз и увидел, что там растут новые руки.

Я схватил Терри за талию и в отчаянии дернул на себя.

— Вырывайся же!

— Не могу!

— Нет, можешь! Ты не должна сдаваться!

— О-о-о!!! — не узнавая собственного голо­са, заорал я, почувствовав, как две другие руки сжали уже мои лодыжки.

Теперь попался и я. Мы оба были в ловушке.

 

 

— Джерри! Что с тобой? — услышал я голос сестры и, вздрогнув, очнулся.

Она стояла рядом со мной на каменистой полоске пустынного берега. Переведя взгляд на безмятежно-спокойную гладь океана, я толь­ко покачал головой:

— Да нет, ничего. Страшный сон вспом­нил... От пережитого ужаса у меня все еще дрожали коленки. — Он мне снился пару месяцев назад... Бр-р... Приснится же такое!

— А почему ты его сейчас вспомнил? — на­хмурилась Терри.

— Он был про кладбище, — объяснил я. Затем повернулся и посмотрел в сторону малень­кого старинного кладбища, которое мы толь­ко что обнаружили на краю соснового бора недалеко от берега. — Мне снились зеленые руки, которые появлялись из земли и хватали нас за ноги.

— Потрясающе! — хмыкнула Терри и быст­рым движением руки убрала со лба пряди своих растрепанных темно-каштановых во­лос.

Мы с ней настолько похожи, что кажемся близнецами: те же коротко подстриженные темно-каштановые волосы, те же веснушки на носу, те же темно-карие глаза. Вот только Терри на пару сантиметров выше...

И еще одно отличие: у Терри, когда она улы­бается, на щеках появляются маленькие ямоч­ки, а у меня нет. Ну и слава богу!

Еще несколько минут мы шагали по берегу океана, окаймленному соснами и высокими серыми валунами.

— Ты его, наверное, вспомнил, потому что переживаешь... — задумчиво сказала Терри. — Оно и понятно: целый месяц вдали от дома...

— Наверное, — согласился я. — Все-таки мы никогда так надолго не уезжали. С другой сто­роны, чего, спрашивается, переживать? Брэд и Агата — мировые старики!

Брэд Сэдлер — наш дальний родственник. Я бы сказал даже — не только дальний, но и древний. Папа говорит, что Брэд и его жена Ага­та были в годах еще тогда, когда он сам был маленьким.

Но с ними очень здорово, и на самом деле они ничуть не похожи на стариков. Поэтому, когда они пригласили нас провести послед­ний месяц каникул в Новой Англии в их ста­реньком коттедже па берегу океана, мы, не раздумывая, согласились. Предложение было потрясающим, тем более что в противном слу­чае нам пришлось бы провести этот месяц в нашей тесной и душной квартире в Нью-Джерси.

Приехали мы сегодня утром. Брэд и Агата встретили нас на станции и по дороге, петляв­шей среди сосен, привезли в свой коттедж.

Едва мы распаковали вещи, как нас потащи­ли обедать и заставили съесть по огромной та­релке супа с моллюсками и сметаной (мы, впрочем, не возражали — суп был потрясаю­щий!), после чего Агата сказала:

— А теперь почему бы вам не заняться изу­чением окрестностей? У нас есть что посмот­реть.

Предлагать нам это дважды не пришлось — и вот мы здесь.

— Послушай, — сказала Терри, хватая мою руку и заглядывая мне в глаза. — А давай схо­дим и осмотрим это кладбище?

— Не знаю... — Кошмарный сон был слиш­ком свеж в мой памяти.

— Пошли! — настаивала Терри. — Ника­кие зеленые руки из земли там не полезут — обещаю! Зато наверняка найдется несколь­ко интересных надгробий — можешь мне по­верить!

Терри обожает исследовать старые кладби­ща. Она вообще обожает все жуткое и таин­ственное. «Ужастики» она глотает дюжина­ми — один за другим. Причем самое неверо­ятное заключается в том, что вначале она всегда читает последнюю главу.

Если есть какая-нибудь тайна, Терри долж­на узнать ее разгадку. Она просто жить без это­го не может.

Моя сестричка интересуется всем на свете, но самое главное и необычное ее увлечение — старинные надгробия. К надгробию она при­кладывает лист папиросной бумаги и, натирая сверху специальным восковым каранда­шом, делает копию надписи и рисунка[1].

— Погоди! Куда же ты? — крикнул я ей вслед. Но Терри, перескакивая с камня на камень,

уже бежала к кладбищу.

— Догоняй, Джерри! — ответила она, не обо­рачиваясь. — Не будь трусишкой!

Вздохнув, я повернулся спиной к океану и вошел в бор. Там пахло свежестью и сосно­вой хвоей. Кладбище, окруженное уже начав­шей разваливаться каменной стеной, было со­всем рядом. Найдя в ней подходящий пролом, мы пробрались внутрь.

Терри тут же принялась разглядывать над­гробия.

— У-у-у... — довольно протянула она. — Не­которые из них по-настоящему древние. Взгля­ни вот на это.

Она показала на маленькое надгробие. На нем был выгравирован череп с крыльями по бокам.

— Это голова смерти, — объяснила она мне. — Очень древний пуританский символ. Жутковато, правда? — Затем прочла надпись: «Здесь покоятся останки мистера Джона Сэдлера, ушедшего из этого мира 18 марта 1643 года на 38-м году жизни».

— Сэдлер? — удивился я. — Однофамилец или родственник? — Затем быстро подсчитал в уме: — Если родственник, то он был нашим прапрапрапра кем-то. Он умер больше трехсот пятидесяти лет назад.

А Терри уже склонилась над другой группой

надгробий.

— Смотри, это датировано тысяча шестьсот сорок седьмым годом, а это — тысяча шестьсот пятьдесят вторым годом. По-моему, у меня еще никогда не было таких древних отпечатков.

Она выпрямилась и, сделав несколько ша­гов вперед, скрылась за каким-то очень высо­ким могильным камнем.

Осознав вдруг, как и где мы проведем этот месяц, я решил, что на сегодня кладбищ с меня хватит.

— Послушай, Терри, давай-ка лучше исследу­ем пляж, — осторожно предложил я вслух. — Ау! Ты где?!

Я обогнул высокий камень, за которым она исчезла, но сестренки там не оказалось.

— Терри?

Слышался лишь спокойный рокот океанского прибоя и шелест сосновых веток над головой.

— Терри! Перестань! Ты же знаешь, что я это­го не люблю.

Голова сестренки высунулась из-за могилы

шагах в четырех от меня.

— Почему? Испугался?

Ехидная улыбка на ее лице мне решительно

не понравилась.

— Кто? Я? Да никогда в жизни! Терри выпрямилась.

— Ладно, цыпленок, пошли. Но завтра я обя­зательно приду сюда снова.

Через отверстие в стене мы выбрались с кладбища и вернулись на пляж.

— Интересно, что мы найдем вон за тем мысом? — сказал я, рванувшись было вперед вдоль линии прибоя.

Но Терри догонять меня не стала. Она на­клонилась и сорвала крохотный белый с жел­тым цветок, притаившийся между двумя валу­нами.

— Это льнянка, — объявила она. — Правда, красивый цветок?

— Очень, — мрачно согласился я.

Коллекционирование дикорастущих цве­тов — это еще одно увлечение сестренки. Она их засушивает в специальном ботаническом прессе, а затем раскладывает в альбомы для гербариев.

Терри нахмурилась.

— Что с тобой? — спросила она.

— Мы все время отвлекаемся. А я хочу ис­следовать окрестности. Агата говорила, что где-то здесь есть маленький песчаный пляж, где можно купаться.

— Ладно, пошли, — миролюбиво согласилась сестричка, и мы, больше не останавливаясь, зашагали вперед.

За мысом действительно оказался крохотный песчаный пляж. Правда, камней, хоть и не очень крупных, здесь тоже хватало. С одной стороны пляжа в океан тянулся длинный мол, сложенный из больших необработанных валунов.

— Интересно, зачем это? — спросила Терри.

— Он предохраняет пляж от разрушения, — объяснил я, собираясь изложить все, что знаю об эрозии морских берегов. Но Терри меня перебила.

— Джерри, смотри! — воскликнула она, показывая в сторону одинокой скалы у ос­нования мола. Там на высоте нескольких де­сятков метров темнело отверстие большой пещеры.

— Давай залезем и посмотрим, что там! — с воодушевлением предложила Терри.

— Нет уж, погоди, — возразил я, вспоминая напутствия родителей, сажавших нас сегодня утром в поезд.

«Присматривай за сестренкой, — говорили они. — Когда она чем-то увлечена, то забыва­ет обо всем на свете. Ты старше и должен быть рассудительнее».

— Это может быть опасным, — сказал я вслух.

Терри скорчила гримасу.

— Но я же только посмотрю, — сказала она, направляясь к подножию скалы. — Издали. А потом мы спросим Брэда и Агату, опасно ли залезать внутрь.

Соблазн был слишком велик, и я нехотя по­плелся следом.

— Ладно. Но только издали.

Подойдя ближе, я решил, что пещера про­изводит довольно мрачное впечатление. Рань­ше я никогда таких не видел. Разве что на кар­тинках в книгах о путешественниках и разбой­никах.

— Интересно, живет там кто-нибудь или нет? — возбужденно рассуждала Терри. — Какой-нибудь морской отшельник, напри­мер? — Она приложила ладони ко рту и громко позвала: — Э-э-эй! Есть там кто-нибудь?!

Иногда Терри поражает меня своей глупос­тью. Судите сами: если бы вы жили в пещере, а снаружи кто-то заорал «Э-э-эй!», вы бы ото­звались?

— Э-э-эй! — снова закричала Терри.

— Давай-ка, лучше, залезем и посмотрим, — предложил я.

И тут из пещеры донесся протяжный низ­кий свист.

Остановившись, мы посмотрели друг на друга.

— Ничего себе! — прошептала Терри. — Что это? Сова?

Я с трудом сглотнул неизвестно откуда взяв­шийся комок в горле.

— Вряд ли. Совы днем спят.

Звук повторился. Протяжный то ли свист, то ли вой, несомненно, исходил из пещеры.

Мы снова обменялись взглядами. Что бы это могло быть? Волк? Койот?

— По-моему, Брэд и Агата уже беспокоятся, что нас так долго нет, — осторожно сказала Тер­ри. — Наверное, пора возвращаться.

— Пожалуй, ты права, — согласился я и по­вернулся уходить, однако со стороны пещеры снова послышался шум. Теперь он был похож на взмахи больших и стремительно приближа­ющихся крыльев.

Прикрыв глаза ладонью, я повернулся и посмотрел вверх. Затем схватил Терри за руку.

— Не-е-ет!

С неба на нас пикировала гигантская лету­чая мышь. Ее красные глаза хищно блестели, в приоткрытой пасти белели тонкие острые зубы.

 

 

Летучая мышь опускалась все ниже и ниже. Она была уже так близко, что я ощутил движе­ние рассекаемого крыльями воздуха.

Повалив рядом с собой Терри, я упал на пе­сок и обеими руками закрыл голову. Сердце стучало с такой силой, что я перестал слышать взмахи крыльев.

Зато услышал удивленный возглас Терри:

— Эй, куда это она?!

Я поднял голову и увидел, как летучая мышь кругами поднимается в небо. Она поднималась все выше и выше, затем вдруг остановилась, словно на что-то наткнувшись, и камнем по­летела вниз.

Она упала на скалы так близко от нас, что было хорошо видно, как одно из черных крыль­ев слабо подрагивает на ветру.

Я медленно поднялся на ноги. В ушах все еще отдавались удары сердца.

— Почему она упала? — спросил я дрожа­щим голосом. Потом пошел к месту падения.

— Не ходи, — остановила меня Терри. — Я читала, что летучие мыши переносят бешенство.

— Я не собираюсь брать ее в руки, — отмах­нулся я. — Просто подойду ближе, чтобы луч­ше рассмотреть. Мне никогда не приходилось видеть летучую мышь вблизи.

Биология — это уже мое хобби. Мне всегда нравилось изучать жизнь и повадки животных.

— Вот она. Смотри, — объявил я, перебрав­шись через большой, гладко отполированный прибоем валун.

— Осторожнее, Джерри, — предупредила сзади сестра. — Если ты заразишься бешен­ством, у меня будут неприятности.

— Спасибо за заботу, — с иронией ответил я. Остановившись футах в четырех от летучей

мыши, я внимательно вгляделся в ее останки.

— Не может быть! Ну надо же! Сзади раздался смех Терри.

Это была не летучая мышь. Это был воздуш­ный змей.

Я продолжал смотреть, все еще не в силах поверить. Громадные, как блюдца, красные глаза, так страшно напугавшие нас несколько минут назад, оказались нарисованными на бу­маге! Одно из крыльев змея почти не постра­дало, второе изодралось в клочья при столкно­вении с камнями.

Мы с Терри подошли вплотную и, чтобы луч­ше было видно, присели на корточки.

— Осторожно! Кусается! — услышали мы сза­ди мальчишеский голос.

Вздрогнув от неожиданности, я поднял го­лову и увидел стоявшего на высоком валуне мальчика примерно нашего возраста. В руке он держал катушку с нитками.

— Ха-ха-ха, — насмешливо произнесла Тер­ри. — Очень остроумно.

Мальчик ухмыльнулся, но не ответил. Затем спрыгнул с камня и подошел ближе. Я увидел, что на носу у него точно такие же веснушки, как у нас, да и коротко остриженные волосы были примерно того же цвета. Повернув голо­ву к камням, он крикнул:

— Эй! Теперь можете выходить.

Оттуда выбрались двое: девочка — наша ро­весница и мальчик лет пяти. У малыша были светлые волосы, голубые глаза и большие уши, локаторами торчавшие в стороны. Золотисто-каштановые волосы девочки были заплетены в косички. Но веснушки на носах всех троих были совершенно одинаковыми.

— Вы что, из одного инкубатора? — спроси­ла их Терри.

Старший мальчик кивнул с очень серьезным выражением лица.

— Да, — подтвердил он. Мы все Сэдлеры. Меня зовут Сэм, это — Луиза, а это — Нат.

— Нормально, — сказал я. — Мы тоже Сэд­леры. — И я представил себя и Терри.

Сэма это нисколько не впечатлило.

— У нас в округе полно Сэдлеров, — сооб­щил он.

Некоторое время мы молча разглядывали друг друга. Вначале наши новые знакомые ка­зались не особо дружелюбными. Но потом Сэм вдруг спросил, люблю ли я «пускать блинчи­ки» по воде. Я сказал, что люблю, и мы все по­дошли к берегу.

— Вы где-то поблизости живете? — поинте­ресовалась Терри.

Луиза кивнула.

— А вы что здесь делаете? — в свою очередь спросила она. В голосе ее отчетливо звучало подозрение.

— Приехали погостить к родственникам, — объяснила Терри. — Они тоже Сэдлеры. Жи­вут в маленьком домике возле маяка. Вы, на­верное, их знаете?

— Конечно, — без улыбки подтвердила Лу­иза. — Это очень маленькое местечко, поэто­му все друг друга знают.

Я нашел гладкий плоский камушек и мет­нул по поверхности воды. Камушек подпрыг­нул три раза. Для меня это было неплохо.

— Л чем вы здесь занимаетесь в свободное время? — спросил я.

Отвечая, Луиза смотрела на воду.

— Собираем голубику, играем, купаемся. — Она повернулась ко мне. — А почему ты спро­сил? И что вы здесь делаете?

— Пока ничего. Мы только приехали, — объяснил я. Потом рассмеялся: — Все, что ус­пели, — это сразиться со злым воздушным змеем.

Они тоже рассмеялись.

— Я собираюсь делать отпечатки с надгро­бий и собирать гербарий из диких цветов, — сообщила Терри.

— В лесу есть несколько полян с очень кра­сивыми цветами, — оживилась Луиза.

Теперь камушек бросил Сэм. Тот подпрыг­нул семь раз. Сэм с победоносным видом по­вернулся ко мне.

— Тренировка — великое дело! — объявил он.

— В квартире трудно тренироваться, — ска­зал ему я.

— Как это? — не понял Сэм.

— Мы живем в Хобокене, — объяснил я. — Это в Нью-Джерси. Возле нашего дома даже пруда нет, не то что моря.

Терри повернулась к пещере.

— Вы когда-нибудь ее исследовали? — спро­сила она.

Нат выпучил глаза. На лицах Сэма и Луизы отразилось удивление, смешанное с недове­рием.

— Ты что, смеешься? — воскликнула Луиза.

— Мы никогда и близко к ней не подходим, — спокойно сказал Сэм и посмотрел на сестру.

Теперь удивилась Терри.

— Никогда? — не поверила она. Все трое молча затрясли головами.

— Но почему? — не отступалась Терри. — Что в ней такого?

— Да! — присоединился я. — Почему вы ни­когда не подходите к пещере?

Глаза Луизы округлились.

— Вы верите в призраков? — спросила она.

 

 

— В призраков? Конечно, нет! — пожала плечами Терри.

Я промолчал. То, что призраки считаются выдумкой, я знаю. Но что, если ученые оши­баются? О призраках так много всяких исто­рий у самых разных народов... Неужели все они выдуманы? Быть может, поэтому я иногда чувствую себя неуверенно в незнакомых и безлюд­ных местах. Наверное, я все-таки верю в при­зраков. Разумеется, я никогда не признаюсь в этом Терри. Она на все смотрит строго по-научному и будет долго надо мной хихикать.

Тесно сгрудившаяся троица местных Сэдлеров молча глядела на нас.

— А вы что, в самом деле в них верите? — спросила их Терри.

Луиза сделала шаг вперед. Сэм попытался ее удержать, но она отмахнулась. Глаза ее сузи­лись.

— Попробуй подойти к пещере, и ты, думаю, изменишь свое мнение, — сказала она.

— Ты хочешь сказать, что там живут призра­ки? — спросил я. — И что же они делают? Но­чами бродят по окрестностям? Или еще что-нибудь?

Луиза начала было отвечать, но тут вмешал­ся Сэм.

— Вообще-то нам пора, — сказал он, схва­тил сестру и брата за руки и потащил их за со­бой.

— Эй, подождите! — попытался остановить их я. — Расскажите нам о призраках!

Но они торопливо шагали прочь. Я видел, как Сэм что-то недовольно выговаривает Лу­изе. Наверное, ругает ее за то, что она начала разговор о призраках.

В конце концов они скрылись за изгибом берега.

А потом от пещеры снопа донесся уже зна­комый нам протяжный низкий свист. Терри посмотрела на меня.

— Это ветер, — сказал я. Терри неуверенно кивнула. Не то чтобы я особо поверил во все эти на­меки о призраках, но...

— Почему бы нам не расспросить о пещере Агату и Брэда? — предложил я.

— Отличная идея, — одобрила Терри. Даже она выглядела немного испуганной.

Оказалось, что от пещеры до коттеджа Ага­ты и Брэда совсем недалеко.

Он стоял на опушке соснового бора, прямо напротив маяка. Подбежав к тяжелой деревян­ной двери, я распахнул ее и вошел в малень­кую прихожую. Под ногами заскрипели старые дубовые половицы. Потолок был настолько низким, что, приподнявшись на цыпоч­ки, я мог до него дотянуться.

Стоявшая сзади Терри тронула меня за плечо.

— Они дома? — спросила она.

— Похоже, нет, — ответил я, оглядываясь по сторонам.

Пройдя мимо старой софы и высокого ками­на, мы оказались в крохотной кухоньке. За ней находилась такая же крохотная комнатка, кото­рой предстояло стать моей спальней. Точно та­кую же комнатку на втором этаже отдали Терри. Еще на втором этаже была комната Брэда и Ага­ты. Со спальней Терри ее соединял короткий тес­ный коридор. Но в спальне Терри была еще одна дверь. Она выходила на заднюю лестницу, по которой можно было спуститься во двор. Терри подошла к окну.

— Вот они где! — воскликнула она. — В саду! Подойдя, я увидел Брэда, склонившегося над кустом помидоров. Неподалеку Агата раз­вешивала на веревке свежевыстиранное белье.

Мы быстренько выбежали из дома и подо­шли к ним.

— Ну и где же вы были? — приветливо спро­сила Агата.

Волосы у них с Брэдом были совсем-совсем седыми, а глаза — выцветшими и очень уста­лыми. Оба они казались настолько хрупкими и невесомыми, что вместе, по-моему, весили не больше сорока килограммов.

— Исследовали побережье, — сказал я и при­сел рядом с Брэдом.

На двух пальцах его левой руки не хватало первых фаланг. Брэд рассказывал, что в моло­дости оставил их в волчьем капкане.

— В скале на берегу мы нашли старую пеще­ру. Вы о ней знаете? — спросил я его.

Не переставая возиться с кустом, Брэд про­бормотал что-то неразборчивое.

— Это на песчаном пляже, у основания ка­менного мола, — подсказала Терри. — Вы не можете о ней не знать.

Агата закончила развешивать белье, отсту­пила на шаг назад и окинула взглядом веревку.

— Пора ужинать, — сказала она, словно не слыша вопросов о пещере. — Поможешь мне на кухне, Терри?

Терри кивнула, потом посмотрела на меня и пожала плечами.

Я повернулся к Брэду, собираясь снова спро­сить о пещере, но он вручил мне корзину, до­верху наполненную свежими помидорами.

— Отнеси их Агате на кухню, хорошо?

— Конечно, — сказал я, взял корзину и вслед за Терри поплелся в дом.

На кухне я поставил корзину на столик воз­ле мойки. Здесь было тесновато, но уютно. В одном углу стояла мойка с сушилкой для по­суды, в другом — плита и холодильник.

Терри уже помогала Агате накрывать обеден­ный стол в гостиной.

— Если тебя действительно интересуют ас­тры, — говорила Агата ей из кухни, — то са­мые лучшие растут на лугу по ту сторону мая­ка. Сейчас они как раз начинают цвести, так что легко нарвешь столько, сколько захочешь. Думаю, там ты найдешь и чудесный золотар­ник.

— Здорово! — с энтузиазмом отозвалась из гостиной Терри.

Дались ей эти цветы!

Тут Агата заметила корзину с помидорами.

— Отлично! — воскликнула она. — Столько помидоров! — Затем достала из ящика для ку­хонных принадлежностей небольшой нож и протянула мне. — Сумеешь их нарезать? Я сде­лаю большую миску зеленого салата.

На моем лице, видимо, что-то отразилось, потому что Агата обеспокоено спросила:

— Ты что, не любишь салат?

— Ну-у-у... — протянул я. — Не в этом дело... Просто, я ведь не кролик...

Агата рассмеялась.

Ты прав, — сказала она. — Действитель­но, зачем портить домашние помидоры зеле­нью? Мы их съедим просто так — с солью. Хо­рошо?

— Звучит аппетитно, — согласился я, беря у нее нож.

Разрезая помидорины на четвертинки, я внимательно вслушивался в разговор Агаты с Терри. Я надеялся, что, обсудив цветы, они вернутся к пещере.

Но этого не случилось.

Интересно, почему все-таки Агата и Брэд не хотят о ней говорить?

После ужина Брэд притащил откуда-то ста­рый карточный столик и принялся учить нас с Терри играть в вист. Это такая старинная кар­точная игра, я о ней раньше даже не слышал.

Брэд оказался хорошим учителем, и вскоре мы уже играли пара на пару: я с Брэдом против Тер­ри с Агатой. Каждый раз, когда я что-нибудь путал (а это случалось не то чтобы редко), Брэд молча грозил мне пальцем. По-моему, он просто не был расположен разговаривать в этот вечер.

После карт нас отправили спать. Несмотря на совсем «детское время», мы с Терри не воз­ражали: после такого длинного и богатого со­бытиями дня спать хотелось смертельно, и, хотя кровать оказалась довольно жесткой, ус­нул я, едва коснувшись головой подушки.

Наутро Терри потащила меня в лес за цветами.

— Ну и что мы здесь ищем? — спросил я, лениво поддев ногой небольшую кучу прошло­годних листьев.

— Индейскую трубку, — деловито объясни­ла сестричка. — Эти цветы похожи на вылез­шие из-под земли розовато-белые косточки. Они растут на остатках гниющих растений, поэтому еще их называют трупными цветами2[2].

— Веселенькое названьице, — мрачно бурк­нул я, вспоминая зеленые руки, вылезавшие из земли в моем кошмарном сне.

Терри рассмеялась.

— Тебе они понравятся, — сказала она. — Эти цветы — научная загадка. Они белые, по­тому что совершенно лишены хлорофилла. Ты знаешь — это такое вещество, которое придает растениям зеленый цвет.

— Очень интересно, — саркастически ото­звался я, закатывая глаза.

Терри, не обращая внимания, продолжила свою лекцию:

— Агата говорит, что индейские трубки растут лишь в самых темных местах и больше похожи на грибы, чем на растения. — На несколько ми­нут она замолчала, разгребая листья, затем про­должила: — Самое интересное заключается в том, что, высыхая, они становятся черными. Вот по­чему я так хочу найти несколько экземпляров для своей коллекции.

Подобрав подходящую палку, я тоже начал рыться в листьях. Должен признать, что Терри удалось меня заинтриговать: обожаю научные загадки.

Лес постепенно густел, стало заметно тем­нее, и, взглянув вверх на переплетение ветвей над головой, я спросил:

— Слушай, а ты уверена, что мы не заблу­димся? Агата тебе говорила, что нужно искать эти цветы именно так далеко?

Терри кивнула и показала рукой на ствол огромного дуба, судя по всему недавно пова­ленного бурей.

— Это наша примета. Постарайся не терять его из виду.

Посмотрев на дуб, я направился к нему

— Пойду погляжу, — сказал я Терри. — Мо­жет быть, эти твои трубки растут и на мертвых деревьях.

Вырванные из земли корни дуба были похо­жи на толстых змей. Подойдя к ним, я присел на корточки и начал осторожно разгребать су­хие листья. Цветов под ними не оказалось.

Только жуки и черви. Зато жуки и черви были огромные.

Оглянувшись на Терри, я увидел, что и она, похоже, ничего не нашла.

И тут краем глаза я заметил, что в двух ша­гах от меня на земле что-то белеет. Я подошел и увидел вылезший из рыхлой почвы короткий белый стебель, поросший странными скручен­ными листьями.

Я осторожно взял стебель и дернул. Стебель крепко сидел в земле.

Я ухватился основательней и дернул силь­нее.

Стебель поддался, но совсем немного.

Теперь я понял, что это не стебель, а какой-то особенный вид корней.

Корень с листьями. Жуть.

Я потянул снова, и теперь корень хоть и с трудом, но полез из земли. Он оказался до­вольно длинным.

Я тянул еще и еще, и наконец, оставив пос­ле себя большую яму, корень вылез полностью.

Я заглянул в яму и не смог удержаться от крика.

Потом позвал сестру:

— Терри, иди сюда! Я нашел скелет!

 

 

Терри ахнула и помчалась ко мне.

Скелет лежал на боку, каждая его косточ­ка была на своем месте. Некоторое время мы молча смотрели в яму. Череп так же мол­ча смотрел на нас своими пустыми глазни­цами.

— Это ч-ч-человеческий? — заикаясь, спросиланаконец Терри.

— Нет. Разве что этот «человек» ходил на че­тырех ногах.

Терри посмотрела на ноги скелета и вздох­нула с облегчением.

— Тогда чей? — уже нормальным голосом спросила она.

— Какое-то крупное животное, — объяснил я. — Может быть, олень.

Я наклонился над ямой.

— Нет, не олень. У него на ногах паль­цы, а не копыта.

Скелет был довольно большой, в безгубом рту белели острые клыки или зубы. Лет в де­вять я был буквально помешан на скелетах и прочел о них, наверное, все книги.

— Думаю, это собака, — объявил я.

— Собака? — повторила Терри. — Бедный пе­сик... — Она наклонилась над ямой. — И поче­му он умер?

— Может быть, на него напал какой-нибудь зверь.

Не отводя глаз от скелета, Терри присела на корточки.

— Разве кто-нибудь ест собак?

— Собачье мясо богато белками, — пошутил я. Терри больно ткнула меня пальцем в бок.

— Джерри! Будь серьезным. Какому зверю могло прийти в голову съесть собаку?

— Волку, например. Или лисице, — задум­чиво сказал я.

— Но тогда почему скелет совершенно це­лый? Что же, волк или лисица аккуратно об­грызли мясо, а кости не тронули?

— А может быть, она просто умерла от ста­рости, — продолжал размышлять я. — И кто-то похоронил ее под этим дубом.

— А-а-а... — с облегчением протянула Тер­ри. — Выходит, на нее никто не нападал.

Несколько минут мы молча размышляли о превратностях собачьей жизни. Из задумчи­вости нас вывел леденящий душу вой, запол­нивший, казалось, весь лес. Мы вскочили на ноги. Вой раздался снова. Теперь выли на не­сколько голосов.

— Что это? — испуганно спросила Терри. — Кто может так страшно кричать?

Я ответил недоуменным взглядом. Кто мо­жет так кричать, я не знал. Но знал, что вой приближается.

 

 

Прекратился вой также неожиданно, как начался. Я огляделся в поисках угрожавшей нам опасности и сразу же заметил эту трои­цу: они притаились за стволом толстого де­рева и беззвучно, но от души хохотали. Я мрачно уставился на них. Это что еще за явление?!Смеялись они долго, а я никак не М01 понять,как можно так радоваться такой дурацкой шутке. Взглянув на Терри, я уви­дел, что она стоит вся пунцовая от злости. Мое лицо горело и, судя по всему, было при­мерно того же цвета. Когда они наконец от­смеялись, я молча сделал знак подойти и по­казал на скелет. Теперь была их очередь пу­гаться.

Глаза Сэма округлились, Луиза вскрикнула, а Нат — самый маленький — схватил сестру за рукав и захныкал.

— Не бойся, — сказала Терри, достала из кар­мана джинсов носовой платок и вытерла ему слезы. — Это не человеческий скелет. Это все­го лишь собака.

Услышав эти слова, Нат зарыдал еще громче. Луиза присела и обняла его за плечи.

— Ну что ты, — сказала она. — Не реви, ведь не случилось ничего страшного.

Но Нат никак не мог успокоиться.

— Нет, случилось, — всхлипывал он. — Со­баку убил призрак. Собаки отличают призра­ков от людей. Они на них лают, и тогда все зна­ют, что это — призрак.

— Нат, — ласково сказала Терри. — Призра­ков и привидений на свете не бывает. Это все выдумки.

Тут вперед решительно выступил Сэм.

— Ты ошибаешься, — сказал он, глядя на Терри сузившимися глазами. — В этом лесу очень много скелетов. И все — из-за призрака. Он сдирает с них мясо, и остаются одни кости.

— Подожди, Сэм, — озадаченно пробормо­тала Терри. — Ты что, и в самом деле веришь в призраков?

Не отвечая, Сэм напряженно вглядывался куда-то за ее спину.

— Нет, ты не молчи! — настаивала Терри. — Ты что, в самом деле в них веришь?

Неожиданно выражение лица Сэма измени­лось. В глазах его отразился ужас.

— Да, верю! — крикнул он. — И один из них стоит у тебя за спиной!

 

 

Вскрикнув, я схватил Терри за руку и тут же понял, что нас снова разыграли. Ну ког­да я перестану попадаться на эти глупые шутки!

— Какие вы оба пугливые, — довольно ух­мыляясь, заметил Сэм.

Уперевшируки в бока, Терри одарила его злобнымвзглядом.

Послушай, может, хватит? — с трудом сдерживаясь, спросила она. — Ваши шуточки нас уже достали. Давайте жить дружно.

— Ладно, мир, — сказал он, продолжая ух­мыляться, и было непонятно, всерьез он гово­рит или нет.

— Тогда расскажите нам об этих призра­ках! — потребовала Терри. — Вы и вправду верите, что собаку убил призрак, или это одна из ваших шуток?

Сэм задумчиво пнул ногой ком земли.

— Когда-нибудь в другой раз, — пообещал он.

— В другой раз? А почему не сейчас? — уди­вился я.

Луиза начала что-то говорить, но Сэм схва­тил ее за руку и потащил прочь.

— Пошли! — приказал он. — Нам пора.

На лице Терри появилось озадаченное вы­ражение.

— А я думала... — растерянно начала она. Но Сэм даже не оглянулся.

— Пока! — повернув голову, крикнула Луи­за. — Увидимся!

Нат поплелся за ними.

— Ты когда-нибудь видел что-то подоб­ное?! — возмущенно спросила меня Терри. — Они действительно верят в привидения! И не хотят с нами об этом разговаривать!

Я снова посмотрел на собачий скелет. «Сдирает мясо и оставляет одни кости», — вспомнились мне слова Сэма. Я вздохнул и повернулся к сестре:

— Ладно, ну их всех. Пошли лучше домой.

Агату и Брэда мы нашли в тени большого развесистого дерева. Сидя в кресле-качалке, Агата нарезала ломтиками абрикосы и склады­вала их в большую деревянную миску, а Брэд, покачиваясь в таком же кресле, лениво за ней наблюдал.

— Вы любите абрикосовый пирог? — спро­сила нас Агата.

Мы с Терри дружно закивали головами.

— У-у-у! — сказала Терри. — Больше всего на свете!

— Вот и съедим его вечером, — улыбнулась Агата. — Не знаю, говорил ли вам папа, но аб­рикосовый пирог — это одно из моих фирмен­ных блюд. А индейскую трубку вы нашли?

— Не совсем, — сказал я. — Вместо нее мы нашли собачий скелет.

Нож в руках Агаты замелькал быстрее, и, разрезая очередной абрикос, она больно укололасебе палец.

— Ой! Чтоб тебя! — пробормотала она нервно.

— Здесь есть какие-нибудь звери, которые могут справиться с собакой? — спросила Тер­ри. — Волки или койоты?

— Ни разу ни одного не видел, — быстро от­ветил Брэд.

— Тогда откуда взялся скелет? — удивился я. — Он совершенно целый, словно кто-то аккуратно содрал с него все мясо.

Агата с Брэдом обеспокоено переглянулись.

— Понятия не имею, как это могло случить­ся, — сказала Агата. — Брэд, а у тебя есть ка­кие-нибудь предположения?

Брэд с минуту молча покачивался в кресле.

— Никаких, — сказал он наконец.

— А еще мы встретили троих ребят. — Ре­шив сменить тему, я рассказал им о Сэме, Лу­изе и Нате. — Они сказали, что знают вас.

— Конечно, — кивнул головой Брэд. — Со­седи.

— А еще они сказали, что собаку убил при­зрак.

Агата уронила нож, откинулась на спинку кресла и добродушно рассмеялась.

— Они в самом деле так сказали? О, боже! Они просто вас разыграли. Они очень любят всякие истории о призраках. Особенно стар­ший — Сэм.

Мне тоже так показалось, — согласилась Терри, многозначительно взглянув на меня. Агата кивнула:

— Вообще-то они славные ребята. Думаю, вы подружитесь. Быть может, сходите вместе за голубикой.

Тут в разговор снова вступил Брэд.

— Думаю, вы уже достаточно взрослые, что­бы всерьез воспринимать все эти истории о призраках, — внимательно глядя на меня, сказал он.

— Конечно, — не очень уверенно согласил­ся я.

Вторую половину дня мы провели, помогая Брэду полоть огород. Не могу сказать, что это мое любимое занятие, но, после того как Брэд выдал нам тяпки и показал, какие растения — полезные, а какие — сорняки, мы с Терри здо­рово повеселились, срубая головы «коварным захватчикам».

За ужином мы ели на десерт абрикосовый пирог, а это и вправду было здорово! Затем Брэд с Агатой принялись расспрашивать нас о шко­ле, о друзьях, а потом мы снова играли в вист. На этот раз у меня получалось гораздо лучше, и Брэд всего лишь пару раз грозил мне паль­цем.

Отправившись спать, я долго не мог уснуть. Узенькое окошко моей маленькой комнаты закрывали лишь тонкие белые занавески, которые почти не задерживали лучи светившей прямо в лицо луны. Было полнолуние, и она сверкала, словно морской прожектор.

Я попытался уснуть под подушкой, но так было трудно дышать. Тогда я попробовал за­крыть лицо рукой, но она быстро затекла.

Я натянул на голову простыню. Это помог­ло, и я стал засыпать.

За окном вовсю заливались сверчки.

И тут я услышал, как снаружи что-то стукнуло в стену. «Ветка, наверное», — сонно по­думал я.

Еще один удар. Я сжался под простыней.

Когда в стену стукнуло третий раз, я набрал полную грудь воздуха, отбросил простыню и сел в кровати. Затем внимательно осмотрел комнату. Никого.

Я снова лег.

Возле окна скрипнула половица. Я поднял голову.

Возле правой занавески что-то шевельну­лось.

Бледное. Призрачное. Половицы заскрипели снова, и что-то блед­ное двинулось ко мне.

 

 

Я тихонько вскрикнул, снова натянул про­стыню на голову, затаил дыхание и стал ждать развития событий.

Никаких новых звуков — только пение сверч­ков.

Где же призрак?

Я осторожно выглянул из-под простыни. Рядом с кроватью стояла Терри и улыбалась во весь рот.

— Ну, как я тебя? — довольно спросила она.

— Дура! — прорычал я. — Это же надо было додуматься!

— Ну, додуматься было нетрудно, — хмык­нула страшно довольная собой сестренка. — После всех этих разговоров о привидениях.

Я только скрипнул зубами. Сердце тяжело ухало в груди.

Терри присела на край кровати и плотней завернулась в свою простыню.

— Невозможно было удержаться, — продол­жая улыбаться, сообщила она. — Я спустилась по лестнице, чтобы поговорить, и увидела, как ты лежишь, накрывшись с головой... Искуше­ние было слишком велико...

— Простыню на голову я натянул, потому что не мог уснуть, — мрачно объяснил я.

— Я тоже, — пожаловалась Терри. — У меня не матрас,а сплошные комки. — Она посмот­рела в окно. — Кроме того, я все время думаю об этом призраке. Знаешь...

— Э-э, погоди, — остановил ее я. — Насколь­ко я помню, ты в привидения не веришь.

— Не верю, — подтвердила Терри. — Но Сэм, Луиза и Нат явно верят.

— Ну и что?

— Я хочу узнать почему. А ты разве не хочешь?

— Нет, — отрезал я. — Я вообще предпочел бы с ними больше не встречаться.

Терри зевнула. Потом задумчиво сказала:

— Луиза, по-моему, нормальная девчонка. И относится к нам гораздо дружелюбнее Сэма. Думаю, она бы рассказала нам о привидениях. Да она почти и рассказала сегодня в лесу.

— Терри, по-моему, ты опять дурачишься, — буркнул я, натягивая простыню до подбород­ка. — Ты же слышала,что говорит Агата: Сэм любит выдумывать всякие небылицы.

— Не думаю, что это небылица, — возрази­ла Терри. — Я знаю, вы все считаете, что я в семье самая здравомыслящая и на все смотрю с научной точки зрения. Но, мне кажется, здесь происходит что-то странное, Джерри.

Я не ответил. Перед моими глазами вдруг возникла яма с собачьим скелетом.

— Завтра я снова спрошу их о призраке, — объявила Терри.

— Почему ты думаешь, что мы с ними завт­ра встретимся?

Терри хмыкнула:

— А мы с ними все время встречаемся, разве не так? Куда бы мы ни пошли, они всегда тут как тут. — Она сделала паузу, словно о чем-то размышляя. — Слушай, а тебе не кажется, что они за нами следят?

— Надеюсь, что это не так.

— Какой ты у нас все-таки трусишка, — рас­смеялась Терри.

Я отбросил простыню в сторону:

— Ничего подобного!

Терри, противно хихикая, принялась меня щекотать:

— Трусишка! Трусишка! Трусишка!

Я схватил ее руку и завел за спину. Затем сам начал ее щекотать:

— Сейчас же возьми свои слова обратно!

— Ладно, ладно! — смеялась Терри. — Беру. Я пошутила.

— И никогда не будешь называть меня тру­сишкой?

— Никогда!

Как только я ее отпустил, Терри вскочила и отбежала от кровати.

— Спокойной ночи, трусишка, — хихикну­ла она и исчезла за кухонной дверью.

На следующее утро за завтраком Агата спро­сила:

— Итак, мои милые, что вы собираетесь де­лать сегодня?

— Купаться, наверное, — ответил я и вопро­сительно посмотрел на Терри. Она кивнула. — На пляже.

Будьте осторожны во время прилива, — Предостерегнас Брэд. — Приливная волна у нас такаясильная, что может сбить с ног даже взрослого.

Мы с Терри снова переглянулись. До этого мы ни разу не слышали, чтобы Брэд произнес дне полные фразы подряд.

— Обязательно будем, — пообещала Терри. — Мы не собираемся заплывать далеко. Так, побро­дим по мелководью.

Агата протянула мне небольшое железное ведро:

— Возьмите, может, наберете морских звезд пли ежей.

Несколько минут спустя, прихватив с собой еще и пару старых пляжных полотенец, мы с Терри уже весело шагали к берегу.

Перебравшись через огромный валун, неда­леко от мыса, за которым находились пляж и пещера, мы нашли маленькое приливное озер­цо. Величиной оно было с большую ванну, все заросло водорослями и сейчас находилось на расстоянии нескольких метров от кромки воды.

— Это именно то, что надо! — воскликнула Терри, вглядываясь в зеленоватую воду. — В таких озерцах можно найти массу интерес­ного. Вот увидишь!

Она погрузила руку в воду и вытащила ма­ленькую морскую звезду. Ее лучи-ножки забав­но извивались.

— Смотри, какая крошка! Меньше моей ла­дони. Наверное, еще детеныш.

Пойду принесу ведро, — сказал я и полез обратночерез валун — туда, где мы оставили свои вещи.

И кого, вы думаете, я там нашел? Правильно: троицу в полном составе, скло­нившуюся над полотенцами и ведром.

— Нашли что-то интересное? — резко спро­сил я.

Сэм медленно поднял голову.

— А мы-то думаем: чье это все? — небрежно сказал он.

— А Терри где? — спросила Луиза.

— Там, возле приливной ванны, — ответил я, беря ведро.

Конечно же все они полезли следом за мной. Терри, увидев нас, радостно заулыбалась. Мож­но было подумать, что она совершенно счаст­лива, снова повстречавшись с Луизой и ее брат­цами.

— Смотрите, что я здесь нашла, — привет­ливо сказала она.

На большом плоском камне рядком лежали морская звезда, два морских ежа и краб-от­шельник.

Мы подошли ближе, чтобы лучше их рас­смотреть. Терри взяла в руку звезду.

— Смотри, какие у нее смешные ножки, — сказала она Нату.

Тот хихикнул.

Несколько минут мы разглядывали улов. Нат начал оживленно болтать, рассказывая все, что когда-либо слышал о крабах. Луизе в конце концов пришлось его остановить.

— Я хочу, чтобы ты мне побольше рассказа­ла опризраке, — без всякого перехода обрати­лась к ней Терри.

— А мне больше нечего рассказывать, — спо­койно ответила Луиза, украдкой взглянув на Сэма.

Неужели он велел ей держать язык за зубами? Терри сдаваться не намеревалась.

— Где он живет, ваш призрак? — требователь­но спросила она.

Луиза и Сэм снова обменялись взглядами.

— Давайте, ребята, выкладывайте, — стояла

на своем Терри. — Должен же он где-то жить.

Взгляд Ната метнулся в сторону пляжа и пе­щеры.

— Он живет на пляже? — быстро спросила Терри.

Нат покачал головой.

— В пещере? — догадался я. Губы малыша плотно сжались.

— Я так и думала! — удовлетворенно улыб­нулась Терри. — В пещере. Что еще вы о нем знаете?

Пунцовый от смущения Нат спрятался за спину сестры.

— Я не хотел им говорить... — жалобно шеп­нул он ей.

— Ничего, не переживай, — сказала та и по­гладила его по голове. Потом повернулась к Тер­ри. — Это очень древний призрак. Никто ни разу не видел, чтобы он выходил из пещеры.

— Луиза! — одернул ее Сэм. — Мне кажется, мы не должны об этом рассказывать.

— Почему?! — огрызнулась Луиза. — Они тоже имеют право знать.

— Но ведь они даже не верят в привидения, — настаивал Сэм.

— Но вам, быть может, удастся меня пере­убедить, — вмешалась Терри. — Ребята, а по­чему вы думаете, что там есть призрак? Вы его когда-нибудь видели?

— Мы видели скелеты, — торжественно ска­зала Луиза.

— Призрак выходит из пещеры в полно­луние, — объяснил Нат, выглянув из-за ее спины.

— Ну, наверняка мы этого не знаем, — по­правила его сестра. — Но в пещере он живет очень давно. Некоторые говорят, что больше трехсот лет.

— Но ведь вы его даже не видели, — возра­зил я. — Откуда вы вообще знаете, что он там живет?

— По ночам в пещере что-то мерцает, — не­охотно объяснил Сэм.

— Мерцает? — возмутился я. — Да ведь это может быть что угодно. Кто-нибудь с фонари­ком, например.

— У фонарика не такой свет, — покачала го­ловой Луиза. — Как светит фонарик, я знаю.

— Мерцание по ночам и собачий скелет — это еще не доказательства, — продолжал упор­ствовать я. — По-моему, вы опять пытаетесь нас напугать. Только на этот раз я вам не по­верю.

— Ну и не надо, — мрачно улыбнулся Сэм. — Пока,нам пора. — И, взяв сестру с братишкой за руки, он потащил их к лесу.

Как только они скрылись из виду, Терри больно ущипнула меня за руку:

— Ну и зачем ты это сделал? Я только-толь­ко их разговорила!

Я покачал головой:

— Ты что, не видишь, что они снова пыта­лись нас напугать? Нет там никакого призра­ка. Просто еще одна дурацкая шутка.

Некоторое время Терри задумчиво смотрела на меня.

— Я в этом не уверена, — сказала она нако­нец.

Я перевел взгляд на темное отверстие пеще­ры, и, несмотря на полуденную жару, по моей спине пробежал холодок.

Неужели там и вправду кто-то живет? И дей­ствительно ли я хочу это узнать?

На ужин Агата испекла огромный пирог с цыпленком и овощами. Вкуснятина была жуткая, и я съел все, кроме гороха и морковки. Терпеть не могу овощей.

Когда после ужина мы с Терри помогали мыть посуду, Агата сказала:

— Джерри, по-моему, у меня не хватает од­ного пляжного полотенца. Утром вы брали два?

— Два, — подтвердил я.

— Неужели мы одно забыли на пляже? — огорчилась Терри.

Я напряг память:

— Вроде не должны... Пойду поищу.

— Да бог с ним, — махнула рукой Агата. — Уже темнеет. Завтра сходишь.

— Вот еще! — возмутился я, откладывая в сторону кухонное полотенце. — Что я, тем­ноты боюсь, что ли? — И, прежде чем меня ус­пели остановить, выскочил через заднюю дверь в сад.

Честно говоря, я даже обрадовался предлогу улизнуть. В маленькой кухоньке было тесно и душно, да и мытье посуды никогда не относи­лось к числу моих любимых занятий.

Я вышел из сада и, весело насвистывая, на­правился к берегу. Настроение было прекрас­ное. Терри отличная сестренка и отличный то­варищ, мы прекрасно ладим, но иногда у меня возникает желание побыть одному.

На берегу я быстро нашел большой валун рядом с приливным озерцом. Полотенца там не было.

Может быть, его взял Сэм? Собирался об­мотать им голову и неожиданно выскочить к нам?

Я рассеянно посмотрел в сторону пеще­ры и...

Та-а-а-к...

И что это там мерцает?

Я невольно сделал шаг к пещере.

Наверное, отражение луны, которая как раз поднялась из-за деревьев.

«Нет, — понял я. — Это не может быть луна».

Мерцание было слишком слабым и слиш­ком призрачным даже для лунного света.

Не отводя глаз от пещеры, я сделал еще несколькошагов вперед.

«Сэм!» — сказал я себе. — Конечно же Сэм! Залез в пещеру и жжет там спички. Надеется, что я попадусь на эту удочку».

Залезть к нему, что ли?

Я прошел еще несколько шагов, и мои ноги начали вязнуть в еще теплом пляжном песке.

Свет мерцал, казалось, у самого входа в пе­щеру. Таинственный. Манящий.

«Забраться туда, что ли?» — снова спросил я себя.

 

 

А почему бы и нет? Я просто должен туда залезть. Свет замерцал ярче, как будто зазывая меня.

Я быстро пересек песчаный пляж и остано­вился у подножия скалы. Луна светила уже во­всю, и подъем казался совсем нетрудным.

Кстати, Нат что-то говорил насчет луны...

«Призрак выходит из пещеры в полнолу­ние...»

«Ладно, посмотрим, что это за призрак», — сказал я себе, глубоко вздохнул и начал караб­каться.

Это и вправду оказалось совсем нетрудным. Камни были еще теплые, и страшно не было ни капельки.

Преодолев примерно половину пути, я под­нял голову и увидел, что огонек в пещере про­должает призывно мерцать.

— Ну, погоди у меня... — пробормотал я и тут понял, что задирал голову зря — неверно поставленная нога соскользнула, и я едва не полетел вниз.

Удержаться помог растущий между камней толстый корень, за который я успел ухватить­ся рукой. А внизу тихонько гремел маленький камнепад, вызванный моей неловкостью.

— Уф! — сказал я, переводя дыхание. Затем сновапосмотрел на пещеру. До нее оставалось не больше десятиметров. Последний рывок и...

Что это еще за странный шорох у меня за спиной?

Я замер, вслушиваясь.

Что или кто это может быть?

Призрак?

Сэм?

Долго размышлять не пришлось. Сзади вокруг моей шеи сомкнулись холод­ные влажные пальцы...

 

 

Я захрипел и попытался повернуться лицом к нападающему.

Пальцы чуть ослабили хватку.

— Спокойно, — шепнула Терри. — Это я.

— И что ты здесь делаешь?! — прорычал я, отдышавшись.

— Это неважно! — огрызнулась она. — А вот что здесь делаешь ты?

— Я... Ищу пляжное полотенце...

— Полотенце? — рассмеялась Терри. — Так я тебе и поверила. Призрака ты ищешь, а не полотенце.

Мы оба задрали головы и посмотрели на пе­щеру.

— Ты тоже заметила мерцание? — шепотом спросил я.

— Что? Какое мерцание? — удивилась Терри.

— В пещере, — раздраженно уточнил я. — У тебя что — с глазами что-то? Может, очки пора покупать?

— Извини, но я не вижу никакого мерца­ния, — стояла на своем Терри. — Там совер­шенно темно.

Несколько секунд я напряженно вглядывал­ся в глубину пещеры.

Терри была права. Мерцание прекратилось, и теперьв пещере царила непроницаемая тем­нота.

Позже, уже в кровати, я попытался приме­нить то, что моя учительница мисс Хэндрик-сон называет «присущим мне критическим взглядом на вещи». Другими словами, исходя из известных мне фактов, попытался догадать­ся о фактах неизвестных, а затем прийти к ло­гически обоснованным выводам.

Итак, что я знаю?

Знаю, что видел в пещере слабое мерцание. Потом оно исчезло.

Какие могут быть объяснения?

Оптический обман? Игра воображения? Проделки Сэма?

На улице залаяла собака.

«Жуть какая», — подумал я и спрятал голову под подушку. Днем собак я не видел здесь ни разу.

Лай усилился. Казалось, неизвестная соба­ка беснуется прямо под окном.

Я сел в кровати и прислушался.

Вспомнились слова Ната: «Собаки отлича­ют призраков от обычных людей».

Неужели она лает, потому что увидела при­зрака?

Дрожа от страха, я выбрался из кровати и подкрался к окну. Осторожно выглянул. Собаки видно не было. Я прислушался.

Лай прекратился.

— Эй, песик... — тихонько позвал я. Тишина. Только легкий шелест деревьев

и стрекотание сверчков.

Ну и что все-таки здесь творится?

— Ш-ш-ш. Ты их испугаешь, — шепнула Терри.

Красный шар утреннего солнца едва поднялся над горизонтом, когда мы приблизились к гнез­довью чаек, которое она заприметила накануне.

Наблюдение за птицами — это третье по сче­ту хобби Терри Сэдлер. В отличие от коллек­ционирования надгробий и цветов, этим она занимается даже дома, глядя из окна нашей квартиры.

Скрючившись на песке, мы замерли и при­готовились наблюдать. Метрах в пятнадцати впереди нас мама-чайка пыталась вернуть в гнездо трех своих птенцов. Она громко крича­ла, хлопала крыльями и гоняла их вокруг гнез­да то в одну, то в другую сторону.

— Правда, они хорошенькие, эти птенчи­ки? — зачарованно прошептала Терри. — Та­кие пушистые. Прямо как игрушечные.

— Больше всего они мне напоминают ма­леньких серых крыс, — в тон ей отозвался я.

Локоть Терри больно ткнул меня в бок:

— Перестань вредничать. Несколько минут мы молча наблюдали за птенцами. Тишину вновь нарушила Терри.

— Расскажи еще раз о собаке, — попросила она. — Никак не пойму, почему я ее не слышала.

Л чего там рассказывать. — Я раздражен­но пожал плечами. — Стоило мне подойти к окну, как лай тут же прекратился.

Вдали показались три местных Сэдлера. В коротких шортах и теннисках, они босиком шагали по пляжу. Я вскочил на ноги и впри­прыжку побежал к ним.

— Ты куда так спешишь? — крикнула мне вслед Терри.

— Хочу рассказать об огоньке в пещере!

— Подожди, я тоже! — заорала Терри и при­пустилась за мной.

Приблизившись, я увидел, что Сэм несет два старых спиннинга, а Луиза, пыхтя, тащит вед­ро с водой.

— Привет! — улыбнулась она, поставив вед­ро на песок.

— Поймали что-нибудь? — спросил я.

— Пока нет, — отозвался Нат. — Мы только собираемся ловить.

— Что же у вас тогда в ведре?

Нат погрузил руку в воду и достал малень­кую серебристую рыбку.

— Мальки, — сообщил он. — Для наживки. Я наклонился над ведром. Там кружились

десятки таких же рыбешек.

— Хотите с нами? — спросила Луиза.

Мы с Терри переглянулись. Предложение казалось заманчивым. К тому же, возможно, удастся незаметно перевести разговор на ого­нек в пещере.

— Конечно, — сказал я. — Спрашиваешь! Вместе с ними мы дошли до места, где нависшая над водой скала отбрасывала в океан длинную узкую тень.

— Начнем отсюда, — объявил Сэм. — Обыч­но здесь отличный клев.

Зажав спиннинг между ног, он извлек из вед­ра малька-наживку и умело насадил на крю­чок. Потом протянул спиннинг мне:

— Хочешь попробовать?

— Конечно, — ответил я, удивляясь, с чего это он вдруг стал таким дружелюбным. Влия­ние Луизы? Или просто готовит новую ловуш­ку? — Как это делается?

Сэм показал, как забрасывают спиннинг.

Мне первая попытка определенно не уда­лась: наживка упала в воду в метре от берега.

Сэм рассмеялся, взял у меня спиннинг, за­бросил его снова и вернул удилище мне.

— Не расстраивайся, — ободрил он. — Я сам, знаешь, сколько учился?

Этот Сэм решительно не походил на того, что мы знали раньше. Может быть, ему про­сто нужно время, чтобы привыкнуть к новым людям?

— А дальше что? — спросил его я.

— Сматывай леску на катушку, а когда смо­таешь — забрасывай снова, — объяснил он. — Если клюнет — зови меня. — Он повернулся к Терри. — Ты тоже хочешь попробовать?

— Конечно! — обрадовалась она.

Сэм сунул руку в ведро и начал ловить маль­ка для наживки.

— Я сама, — запротестовала Терри. — Я умею. Сэм тут же уступил ей ведро и спиннинг.

Я приготовился наблюдать за развитием со­бытий. Уж я-то знал, что сестренка держит спиннинг в руках впервые.

Как ни странно, малька Терри наживила вполне удачно, но первая же попытка забро­сить спиннинг привела к тому, что леска запу­талась в ветвях над ее головой.

Все рассмеялись, особенно после того, как малек сорвался и упал прямо на голову Терри. Та завизжала, замахала руками, и ма­лек, выскользнув из ее волос, шлепнулся в воду.

Сэм, держась за живот от смеха, опустил­ся на камни. Остальные тоже веселились вовсю.

Я решил, что теперь самое время поднять вопрос о пещере.

— Знаете что? — продолжая смеяться, на­чал я. — Вчера вечером я гулял по берегу и видел в пещере то самое мерцание, о котором вы говорили.

Сэм тут же перестал смеяться.

— Мерцание? — переспросил он. Глаза Луизы расширились:

— Ты... Ты ведь не лазил туда, правда? По­жалуйста, скажи, что не лазил!

— Нет, не лазил, — успокоил ее я.

— Это и вправду опасно, — продолжала Лу­иза. — Даже днем.

— Да, даже днем, — торопливо подтвердил Сэм. Глаза его стали настороженными и подо­зрительными.

Я оглянулся на Терри. Было видно, что она думает о том же, что и я: эти ребята не на шут­ку испугались, хотя и пытаются это скрыть. И не хотят разговаривать на эту тему.

Но пещеры они боятся взаправду.

Почему?

Наверняка я знал лишь одно: я должен до­копаться до истины.

 

 

Ужинали мы за круглым столом в столовой, смежной с кухней. Брэд сосредоточенно возил­ся с початком кукурузы: ножом он срезал с него зерна, а потом подцеплял их вилкой.

— Брэд... Я... я все думаю об этой пещере... — начал я, рассеянно ковыряя вилкой собствен­ный початок.

Нога Терри под столом тут же больно стук­нула меня по лодыжке.

— И что же ты о ней думаешь? — спросил Брэд, не отвлекаясь от своего занятия.

— Честно говоря, не знаю, что и думать... — нерешительно сказал я.

Агата взглянула на меня с подозрением:

— Вы ведь не лазили в эту пещеру, правда?

— Нет, — покачал головой я.

— Вот и хорошо, — успокоилась Агата. — Нечего вам там делать. Это может быть опас­ным.

— Понимаете, именно об этом я и хотел спросить, — решился я наконец. Все переста­ли есть и повернули головы ко мне. Брэд даже нож отложил в сторону. — Вчера вечером, ког­да я ходил за полотенцем, в пещере что-то мер­цало. Вы знаете, что это может быть?

Устремленные на меня глаза Брэда сузились.

— Оптический обман, — коротко сказал он.

Потом взял нож и снова занялся початком.

— Извините, но я не понял, — не сдавался я. Что значит оптический обман?

Вздохнув, Брэд опять отложил нож:

— Джерри, ты когда-нибудь слышал о север­ном сиянии?

— Конечно! Но...

— Вот и мерцание в пещере имеет ту же при­роду, — не дав мне договорить, сказал Брэд и снова взял нож.

— А-а-а... — озадаченно протянул я и повер­нулся к Агате, надеясь, что хоть она внесет ка­кую-то ясность. В какой-то мере надежды мои оправдались.

— В определенное время года у нас бывает такое мерцание, — объяснила она. — Иногда полыхает весь небосвод. Электризация воз­душных масс. — Она протянула руку к кастрю­ле с картофельным пюре. — Добавки хочешь?

— С удовольствием, спасибо, — вежливо сказал я, после того как нога Терри снова стук­нула меня под столом.

Я посмотрел на нее и покачал головой. Брэд и Агата явно ошибались. Это не могло быть северным сиянием. Мерцание исходило из пе­щеры, а не с неба.

Но почему они так странно ошибаются? Или сознательно пытаются меня обмануть?

После ужина мы с Терри отправились побро­дить по берегу. Полную луну на небе то и дело прикрывали полупрозрачные обрывки бегу­щих куда-то облаков.

— Они говорят неправду, — убеждал я Терри, глядя, как причудливо меняются, исчезая и вновь появляясь, отбрасываемые луной тени. — Брэд и Агата что-то скрывают. Они не хотят, что­бы мы узнали правду об этой пещере.

— Они просто волнуются за нас, — возрази­ла сестра. — Боятся, что мы понабиваем себе шишек или что-нибудь сломаем, если будем там лазить. Они ведь сейчас за нас отвечают и...

— Терри, смотри! — перебил ее я и показал рукой на пещеру.

Теперь призрачное мерцание увидела и она. Пока мы стояли, задрав головы, облака за­тянули луну, и вокруг заметно потемнело.

— Нет, это не северное сияние, — шепнул я. — Кто-то там есть.

— Давай проверим, — так же шепотом пред­ложила Терри.

В следующую секунду, словно влекомые не­ведомым магнитом, мы уже карабкались по ска­ле вверх. Я просто должен был забраться туда и увидеть источник этого непонятного мерцания.

Сзади и внизу рокотал океан, набегавшие волны с шумом разбивались о камни мола.

Мы были почти у цели. Я посмотрел назад и увидел, что до песка пляжа заметно дальше, чем казалось снизу. А впереди почти на уровне наших глаз трепетал и манил к себе непонят­ный огонек.

Последнее усилие — и мы оказались на ши­рокой площадке прямо перед входом.

Я напряженно вглядывался в глубину пеще­ры. Далеко ли она тянется? Угадать было не­возможно.

К слабом свете луны видно было лишь, что недалеко от входа коридор пещеры поворачивает в сторону.

Я шагнул вперед и оглянулся на Терри. Лицо ее было напряжено, нижняя губа прикушена, но она не отставала.

— Что будем делать? — еле слышно прошеп­тала она.

— Давай войдем! — ответил я и шагнул в тем­ноту.

 

 

Как только мы попали в темноту пещеры, мое сердце бешено заколотилось. Подошвы заскользили по гладкому и мокрому полу. Воз­дух стал сырым и каким-то затхлым.

— Ой! — вскрикнул я, почувствовав, как Тер­ри схватила меня за руку.

— Смотри, свет! — возбужденно прошепта­ла она.


Поможем в написании учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой





Дата добавления: 2015-10-01; просмотров: 233. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2022 год . (0.346 сек.) русская версия | украинская версия
Поможем в написании
> Курсовые, контрольные, дипломные и другие работы со скидкой до 25%
3 569 лучших специалисов, готовы оказать помощь 24/7