Почему нас возбуждает присутствие других?

 

К этому моменту мы уже выяснили, что простые задания выполняются лучше, когда есть возможность подзарядиться от присутствия других людей (если, конечно, не перевозбуждаться и не слишком смущаться). А вот выполнение трудных для нас заданий в этих условиях может оказаться вообще невозможным. Но что же именно в других людях заставляет нас возбуждаться? Сам факт присутствия? Высказываются доводы в пользу трех возможных факторов: боязни оценки, отвлечения внимания и самого факта присутствия других людей.

 

 

Боязнь оценки

 

Николас Коттрелл (Nickolas Cottrell) предположил, что присутствие наблюдателей вызывает тревогу, потому что мы волнуемся, как нас оценят другие. Чтобы проверить, действительно ли существует такой фактор, как боязнь оценки, Коттрелл и его помощники (1968) повторили эксперимент Зайонца и Сейлза с бессмысленными слогами в Кентском государственном университете, добавив третье условие — они завязали наблюдателям глаза. В таких случаях простое присутствие «ослепших» доминирующей реакции не вызывало.

Последующие эксперименты подтвердили заключение Коттрелла: доминирующая реакция усиливается в большей степени, когда люди предполагают, что их оценивают. В одном из экспериментов спортсмены-бегуны из Калифорнийского университета в Санта-Барбаре, пробегая мимо женщины, сидящей на траве, увеличивали скорость, если она сидела к ним лицом, а не спиной (Worrindham & Messick, 1983).

Боязнь оценки помогает также объяснить:

- Почему люди работают лучше всего, когда их содеятели слегка опережают их (Seta, 1982).

- Почему наше возбуждение уменьшается, когда группа людей с высоким статусом разбавляется людьми, чье мнение для нас ничего не значит (Seta & Seta, 1992).

- Почему люди, чрезвычайно обеспокоенные тем, как их оценивают окружающие, наиболее чувствительны к присутствию других (Gastorf & others, 1980; Geen & Gange, 1983).

- Почему эффект социальной фасилитации проявляется ярче всего, когда наблюдатели нам незнакомы и когда за ними трудно уследить. Смущение, которое мы чувствуем, понимая, что нас оценивают другие, также может помешать выполнять действия, которые лучше всего получаются автоматически (Mullen & Baumeister, 1987). Если, чувствуя смущение, баскетболист начнет анализировать движения своего тела при решающем броске, он, скорее всего, промахнется.

 

 

Отвлечение внимания

 

Гленн Сандерз, Роберт Бэрон и Дэнни Мур (Glenn Sanders, Robert Baron & Danny Moore, 1978; Baron, 1986) продвинулись еще на один шаг в исследовании боязни оценки. Они пришли к следующему заключению: когда людям не дают покоя успехи других или оценка аудиторией их самих, их внимание рассеивается. Возникает конфликт между вниманием к окружающим и вниманием к выполняемому делу, который перегружает когнитивную систему и вызывает возбуждение. То, что люди действительно «заводятся» при таком рассеивании внимания, было подтверждено в экспериментах, где социальная фасилитация порождалась даже не присутствием других людей, а просто обезличенными стимулами — такими, например, как взрыв смеха (Sanders, 108la, 198lb).

 

 

Сам факт присутствия других

 

Между тем Зайонц полагает, что присутствие других и само по себе вызывает возбуждение, даже если отсутствует боязнь оценки или отвлечение внимания. Например, вкусы людей в отношении цветовой гаммы становятся более четко выраженными, если им приходится выносить свои суждения в присутствии других (Goldman, 1967). В таких заданиях не существует «правильных» и «неправильных» ответов, которые могли бы как-то оцениваться наблюдателями, поэтому нет повода беспокоиться об их реакции.

Подобный эффект усиления реакции встречается также у животных, которые, по-видимому, не могут сознательно тревожиться о том, как их оценивают другие. Это наводит на мысль о наличии врожденного механизма социального возбуждения, присущего большинству животных. Возвращаясь к разговору о людях, можно упомянуть, что многие из тех, кто бегает трусцой, отмечают особый прилив сил, когда бегут с кем-то вместе, даже если при этом никто ни с кем не соревнуется и никто никого не оценивает.

Настал самый подходящий момент для того, чтобы напомнить о задачах любой теории. Хорошая теория является научной «стенографией»: она упрощает и резюмирует множество наблюдений. Теория социальной фасилитации с этим справляется. Она дает простое обобщение множества экспериментальных наблюдений. Хорошая теория должна также давать четкие прогнозы, которые: 1) помогут подтвердить или модифицировать теорию; 2) укажут новые направления исследований; 3) предложат теории практическое применение. Теория социальной фасилитации (которая утверждает, что присутствие других возбуждает людей и что это возбуждение усиливает доминирующую реакцию): 1) подтверждается; 2) дает новую жизнь долгое время дремавшей области исследований. А как насчет третьего пункта: 3) предлагает ли данная теория какое-то практическое применение?

Поиск возможностей прикладного применения — обычно последняя фаза научного исследования. Изучая социальную фасилитацию, исследователи пока уделяли этому вопросу мало внимания. Но мы могли бы сами высказать несколько догадок о возможном практическом применении. Во многих современных офисных зданиях отдельные комнаты заменяются одним большим открытым помещением, разделенным невысокими перегородками. Не произойдет ли так, что благодаря осведомленности о присутствии других повысится уровень выполнения хорошо знакомых заданий, но пострадает творческое мышление при решении сложных задач? Можете ли вы сами придумать другие приложения этой теории?