Почему комиссия Трехсторонняя?

Это название отражает мондиалистское представление о современном мире и о его геополитической картине. С этой точки зрения вся планета делится на три богатых региона (так называемая "региональную триаду"):

1) США и их сателлиты — Канада, Центральная и Южная Америки;

2) Европа, взятая как единое целое (объединение различных европейских стран в единую Европу являлось важным подготовительным этапам мондиализма, сегодня в целом завершенного);

3) Япония и тихоокеанский ареал, включающий Тайвань, Гонконг и Южную Корею.

С точки зрения мондиалистов, эти три ареала являются тремя колоннами будущего мирового государства, так как либеральная рыночная экономика этих пространств является наиболее развитой и эффективной. Между этими тремя регионами должно происходить распределение экономико-политического влияния на все остальные «отсталые» регионы, причем такое влияние должно приводить к постепенной интеграции этих частей "третьего мира" в один из трех основных регионов "нового мирового порядка". Такое трехполюсное расширение постепенно должно привести к полной переделке мира на три гигантских рыночных пространства, которые, в свою очередь, на заключительном этапе сольются в единое мировое государство, One World. Пока же прототип будущего Мирового Правительства существует в форме «Трехсторонней комиссии», в состав которой входят политические и финансовые властители Америки, Европы и Японии. Соответственно, сама «Трехсторонняя комиссия» имеет три департамента — американский, европейский и японский. Показательно, что главой всей «комиссии» в целом является именно американец, Дэвид Рокфеллер, что символизирует доминацию в этой мондиалистской организации именно американского, «атлантистского» фактора.

Мондиалисты «правые» и "левые";

Мондиалистское движение делится на две составляющие — на условно «правых» и условно «левых». «Правые» настаивают на самых радикальных рыночных реформах, на полном торжестве либеральной идеологии и на отказе от даже слабых намеков на социализм или социальную ориентацию общества. С их точки зрения, "новый мировой порядок" следует устанавливать как можно скорее и любой ценой, при этом они не имеют ничего против применения грубой силы и диверсионных методов в случае сопротивления их проектам. «Правые» мондиалисты однозначно полагают, что высшей универсальной ценностью являются деньги, некий "общий знаменатель" нынешнего и особенно грядущего мира, а их основной культурно-психологической и мировоззренческой установкой является философия «индивидуализма», гуманистического «эгоизма», возведенного в абсолют.

"Левые" мондиалисты, напротив, считают, что создание мирового государства есть сложный и поэтапный процесс, который следует осуществлять не столько с помощью прямого давления, сколько с помощью хитрых, дипломатических и «культурно-социальных» методов. «Левые» мондиалисты часто выступают под "социал-демократическими" лозунгами, говорят о «гуманистических ценностях», понимая под этим не столько агрессивный и тотальный индивидуализм, сколько приведение разнородного (культурно, расово, религиозно и т. д.) человечества к единому знаменателю, к космополитическому, интернациональному конгломерату в рамках единого "мирового сообщества". «Левые» мондиалисты не против рынка, они за его ограничение, за его подчинение глобальным социальным космополитическим проектам.

"Правые" мондиалисты, как правило, отстаивают главенство "богатого Севера" над планетой и опираются на геополитическое могущество США. «Левые», напротив, часто говорят о необходимости «расового и культурного смешения», о «сплавлении всего человечества в единую субстанцию без каких-либо приоритетов» Севера или Юга. На уровне геополитических проектов «левые» мондиалисты, скорее тяготеют к Европе, чем к США, и не являются строго антикоммунистическими, как правые мондиалисты (иногда «левые» бывают и коммунистами, но в «гуманизированной» форме, "коммунистами с человеческим лицом").

Разнятся и рецепты правых и левых мондиалистов в отношении вхождения в единую планетарную цивилизацию тех стран (в первую очередь, принадлежавших в социалистическому лагерю), которые до последнего момента сохраняли некоторую автономию и автаркию по отношению к трем основных мондиалистским регионам, подконтрольным «Трехсторонней комиссии» (Америка, Европа, Тихоокеанский ареал). «Правые» считают, что «отсталые» страны (включая и Россию) должны прямо входить в мировой рынок, устанавливая финансово-политические контакты напрямую между этими странами и США, основной цитаделью "правого мондиализма". «Левые» мондиалисты, со своей стороны, являются сторонниками постепенной и многоступенчатой интеграции, начинающейся с обязательного вхождения в региональные рынки. Политически «правые» мондиалисты как правило оказывают на своих партнеров, не очень ретиво исполняющих их рекомендации в силу тех или иных обстоятельств, прямое силовое давление и не останавливаются перед тем, чтобы наказать «упрямцев», спровоцировав в стране дезинтеграционные процессы, социальные волнения и т. д. «Левые» мондиалисты, в свою очередь, стараются прибегать к более гибким методам, действуя опосредованно и стремясь провести мондиализацию не «революционным», но «эволюционным» образом. Чаще всего они выступают за временное сохранение территориальной и политической целостности тех государств, которые они стремятся втянуть в свою орбиту.

Можно определить различие между «левыми» и «правыми» мондиалистами следующей формулой, которая будет верна применительно к любой области: «правые» мондиалисты = либералы; «левые» мондиалисты = демократы. Какими бы схожими не казались эти термины, на самом деле, их значение весьма различно.