Понятие и типы партийных систем

Под партийной системой обычно понимают конфигурацию полити­ческого пространства, составленного из независимых элементов (партий) и определяемого их количеством, параметрами (численность избирателей, тип структуры и др.) и коалиционными возможностями. Большинство из предлагаемых в литературе типологий партийных систем носит количест­венный характер, их главным критерием является количество партий. Таковы типологии Дж. Сартори, который в работе «Партии и партийные системы» выделяет 7 типов партийных систем, руководствуясь критери­ем движения от властного монизма к все большему политическому плю­рализму и учитывая при этом только крупные партии, обладающие либо «потенциалом для коалиции», либо «потенциалом для шантажа».

1. «Однопартийные» системы (СССР, Куба), где фактически пар­тия «срастается с государством».

2. Системы «партии-гегемона» (Китай), где наряду с правящей
партией существуют партии-сателлиты, признающие «руководящую роль правящей партии» и реально не влияющие на процессы принятия решений.

3. Системы с доминирующей партией (Мексика, Япония до 1993 г.), где долгие годы, несмотря на наличие основных демократических про­цедур и множества партий, одна партия регулярно побеждает на вы­борах и доминирует во властных структурах.

4. Системы «простого плюрализма» (двухпартийная система - США, Великобритания), где две основные партии сменяют друг друга у власти, лишая каких-либо шансов на победу «третью силу».

5. Системы «умеренного плюрализма», где нормальное количест­во партий - три или четыре (Бельгия, ФРГ, Швеция и др.).

6. Системы «крайнего плюрализма» (более пяти партий - это Ита­лия, где до 1993 года в парламенте было представлено восемь партий, Финляндия), где затруднено формирование устойчивых партийных коалиций и возможна поляризация партийного спектра.

7. Атомизированные системы (свыше 8 партий), где происходит рас­пыление влияния и дисперсия ролей (Малайзия).

Для Дж. Сартори и двухпартийные, и умеренно многопартий­ные системы центростремительны, тогда как крайне многопартий­ные центробежны. Если в политической системе преобладают центро­стремительные тенденции, то это означает, что проводимая политика является взвешенной, тогда как не отличающийся умеренностью или экстремистский политический курс отражает преобладание центро­бежных сил, что приводит к политическому тупику и парализует де­ятельность правительства. Таким образом, по мнению многих западных исследователей (Дж. Сартори, А. Лейпхарта, М. Тейлора, и др.) умерен­ная многопартийность является оптимальным условием для стабильной демократии.

В типологии американского социолога П. Ордешука вводится иной критерий - наличие (или отсутствие) одной, двух и более доминирую­щих на политическом пространстве партий (так называемых «партий большинства»), в результате речь также идет о трех типах партийных систем:

1) двуполюсная система (США, Великобритания);

2) однополюсная система (Япония, Мексика);

3) многополюсная система (Нидерланды, Бельгия и др.).

Возможна и более подробная градация по этим критериям. Обычно же партийные системы в сравнительном плане иссле­дуют по пяти главным измерениям, предложенным Я.-Э. Лэйном и С. Эрсоном для европейских партий (на основе факторного анализа 14 показателей).

1. Дробность, т. е. колебания в численности и силе единиц, состав­ляющих партийные системы.

2. Функциональная ориентация, т. е. различия между традицион­ными классовыми партиями и партиями конфессиональными, этниче­скими, региональными.

3. Поляризация, т. е. колебания в идеологических предпочтениях между партиями по «лево-правой» шкале.

4. Радикальная ориентация, т. е. различия в степени влияния край­не левых и правых партий.

5. Изменчивость, т. е. различия в суммарной мобильности между партиями.

Анализ изменений данных характеристик - основная проблема в изучении партийных систем.

Партийная система есть результат воздействия множества факто­ров, которые М. Дюверже предложил разделить на:

· специфические для каждой страны - это национальные тра­диции и история, экономическая и социальная структура, тип политической системы, наличие постоянного раскола обще­ства, конфессиональные предпочтения населения, этнический состав и др.;

· общие - среди которых наиболее важен избирательный режим, оказывающий воздействие на поведение избирателей, количест­во партий, их численность, специфику формирования партийных коалиций, размеры представительства в парламенте и т. д.

Не случайно, поэтому, наиболее разработанной теорией, рассмат­ривающей партийные системы, является теория избирательных систем.

В современном обществе институту выборов как механизму форми­рования органов власти и управления с помощью выражения полити­ческой воли граждан придается особое значение, что связано с распро­странением представлений о необходимости формирования органов государственной власти с учетом мнений и представлений граждан. В этом плане выборы стали достаточно эффективным способом легити­мизации политической власти. Достаточно сложно в современном мире найти государство (исключение составляют лишь некоторые страны Востока) с республиканской формой правления, которое бы осущест­вляло политический процесс без выборов и открыто признавало себя деспотическим или тоталитарным.

В международной практике оценка уровня развития демократии осуществляется целыми институтами (напр., Freedom House, OBSE), которые уже используют другие критерии, но, тем не менее, внима­ние к выборам, процедуре их проведения и результатам остается до­статочно высоким, поскольку конфигурация политической системы, расстановка политических сил и направление развития политических процессов очень часто определяется результатами выборов.

Итак, именно избирательная система, с институциональной точки зрения, определяет процесс избрания лиц на государственные посты посредством введения правил, механизмов и процедур, на основании которых осуществляется подсчет голосов. Упрощая, можно сказать, что избирательная система - это способ конвертации голосов изби­рателей в места в выборных структурах власти.

По сравнению с другими элементами политической системы, элек­торальными правилами легче всего манипулировать в политических целях. Имеется в виду не то, что избирательную систему легко изме­нить, а то, что остальные элементы системы изменить еще сложнее.

Процесс конструирования избирательной системы во многом обу­словлен стремлением политической элиты максимизировать отдачу от пребывания у власти и сделать это пребывание наиболее длительным. Данный вывод является резонным не только для стран т. н. «новой де­мократической волны», но и классической демократии, хотя и в мень­шей степени, поскольку институциональные границы политического процесса в этих странах уже давно устоялись, что не позволяет поли­тической элите делать достаточно резкие шаги в сторону их преобра­зования с целью увеличения личной или корпоративной политической выгоды. В этом плане процесс формирования избирательной системы России как нельзя лучше демонстрирует ту борьбу интересов, которая возникает при утверждении электоральной формулы, так как, в конеч­ном счете, от этого зависит характер взаимодействия между ветвями власти и развитие страны в целом.

Обычно выделя­ют три основных типа избирательных систем, которые могут быть под­разделены на виды: плюральная, мажоритарная, пропорциональная, а также четвертая - смешанная. Пропорциональная система наиболее часто применяется на выборах в парламент. Мажоритарная - на вы­борах президента страны.

В середине прошлого столетия, в 1945 г., М. Дюверже, касаясь вза­имодействия электоральных и партийных систем, сформулировал так начинаемые «законы Дюверже». В издании его книги «Конституцион­ное право и политические институты» 1955 г. эти законы звучат следу­ющим образом: «1) Пропорциональное представительство склонно вести к фор­мированию многих независимых партий, 2) мажоритарная систе­ма в два тура склонна вести к формированию многих партий, которые связаны друг с другом, 3) правило плюральности склонно про­изводить двухпартийную систему».

Действию законов Дюверже уделил внимание Уильям Райкер. Опи­сывая действие закона связи плюральной системы выборов с наличием двух партий, он подчеркивал, что этот вывод базируется на теории ра­ционального поведения и данных XIX в. Теория рационального выбора здесь включается предпосылкой рационального поведения индивида, когда он выбирает кандидата с наивысшей ожидаемой ценностью (сто­имостью). В аспекте плюрального голосования это означает, что инди­видуальный выбор не берет в расчет третью партию и, таким образом, стабилизирует двухпартийную систему. Он предложил следующую версию закона: «Правила плюральных выборов вызывают и устанав­ливают двухпартийную конкуренцию, за исключением стран, где третьи партии на национальном уровне являются длительное время одной из двух партий на местном уровне, и стран, где одна партия среди не­которых почти всегда является победителем на выборах в смысле па­радокса Кондорсе»^[1].

Состоит в том, что правило простого большинства не в состоянии обеспечить транзитивность бинарного отношения общественного предпочтения среди выбираемых вариантов. В силу нетранзитивности результат может зависеть от порядка голосования, что даёт возможность манипуляции выбором большинства.