Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Глава V 6 страница




— Надеюсь, я делаю это в первый и последний раз в жизни, — прошипел у нее за спиной Березо­вик.

Добравшись до края крыши, где тянулся неглубокий желоб, забитый мусором и палой листвой, Остролистая тряслась всем телом и клацала зуба­ми. В нескольких лисьих прыжках внизу начина­юсь еще одна, на этот раз плоская, крыша, за которой виднелась Гремящая тропа.

— Там тоже гнездо чудища? — спросила Остролистая.

— Да, — кивнула Джинго. — Здесь придется спуститься на землю и перейти Гремящую тропу. Не бойтесь, мне кажется, сейчас тут все спокойно. Дикие собаки редко заходят так далеко.

Спустившись на траву перед Гремящей тропой, Остролистая повела носом. В воздухе отчетливо чувствовался запах собак, однако все они были да­леко. Чудищ тоже не было, поэтому Джинго энер­гично взмахнула хвостом, давая знак переправ­ляться на другую сторону.

Перейдя Гремящую тропу, Джинго снова вско­чила на стену, на этот раз сделанную из серого кам­ня. Труся вдоль нее, Остролистая с любопытством смотрела по сторонам.

Жилищ Двуногих тут было гораздо меньше, с ку­цыми клочками территории вокруг. Несколько ма­леньких Двуногих котят с писком возились на траве, не замечая проходивших над их головами котов.

— Интересно, далеко отсюда до жилища Пур­ди? — спросил Бурый. — Мне кажется, мы все устали и проголодались.

Это была чистая правда. У Остролистой все тело ныло от усталости, а пустой живот превратился в огромную бездонную яму, грозящую засосать ее всю без остатка. Небо над головами котов покры­лось тучами, однако Остролистая чувствовала, что полдень давно миновал, а они ничего не ели со вчерашнего вечера.

— Уже близко, — сказала Джинго. — Мы смо­жем...

Резкий порыв ветра заглушил ее слова, а по­том с небес обрушился ледяной ливень. Березо­вик громко взвыл, а Остролистая распласталась по стене, испугавшись, что ее сдует ветром на землю.

— Сюда! — приказала Джинго.

С этими словами она со всех лап бросилась вдоль стены к деревянной изгороди, разделявшей две территории Двуногих. Здесь возле самой стены росла пушистая сосна. Одним прыжком Джинго перемахнула на ближайшую ветку и побежала по пей поближе к стволу. Высунув голову из хвои, она крикнула:

— Скорее, сюда! Нужно укрыться от дождя!

Шатаясь от ветра, коты-воители пробежали по стене и забрались на дерево. К этому време­ни шерсть у Остролистой промокла насквозь, и сосновые иглы больно кололи ее со всех сторон, когда она протискивалась сквозь ветки, чтобы забраться повыше.

— За кого она нас принимает, за белок? — про­ворчал Львиносвет, подтягиваясь вверх. Ветка прогнулась и закачалась под его тяжестью, и у Остролистой вдруг закружилась голова. Она изо всех сил впилась когтями в ветку и зажмурилась, пережидая, когда уляжется тошнота и головокру­жение.

— Мне казалось, вы пришли из леса, — за­метила Джинго, сидевшая над самой головой Остролистой. — Неужели вы там не лазаете по деревьям?

— Лазаем, но не часто, — ответил Ежевика, сто­ивший под склоненной над стеной веткой. — Если дождь случайно застает нас в лесу, то нам проще спрятаться под корнями или забраться в куст, чем карабкаться наверх.

— Что ж, учиться никогда не поздно, — с улыб­кой проурчала Джинго. — Кто знает, когда приго­дится!

Когда ливень немного стих, стало ясно, что ве­чер уже не за горами. Остролистая с тоской посмот­рела в темнеющее пасмурное небо и вздохнула.

«Надеюсь, мы разыщем Пурди до наступления ночи. Не хотелось бы бродить по Гремящим тро­пам в темноте!»

Спустившись с дерева, она попробовала наско­ро вычесать сосновые иглы из шкуры, но оказа­лась, что шерсть ее слиплась от смолы и торчала во все стороны.

«Какой позор! Сейчас я похожа не на воитель­ницу, а на самую последнюю бродячую кошку. — Острый коготь вонзился ей в сердце. — Может, я такая и есть».

И снова начался бесконечный путь по стенам и изгородям, по крышам гнезд Двуногих и их чудо­вищ. Когда тени сгустились и опустились сумерки, Джинго остановилась и обернулась к патрульным.

— Видите вон тот куст остролиста? — спросила она, махнув хвостом в сторону темного косматого пятна, торчавшего над изгородью на другой сторо­не узкой Гремящей тропы. — Там живет Пурди.

— Огромное тебе спасибо, Джинго, — с чув­ством поблагодарил Ежевика. — Без тебя мы бы никогда не нашли его!

— Не за что, — ответила кошка. — Вы можете здесь поохотиться и переночевать, но будьте осто­рожны, — очень серьезно добавила она. — Сол умеет убеждать. Я знаю, что говорю, потому что однажды сама поверила ему. И не просто повери­ла! Послушав Сола, я ушла от своих хозяев, а ведь я была очень счастлива там... — Даже в темноте было видно, как погрустнели ее глаза.

— Почему же ты не вернешься обратно к Двуно­гим? — спросил Березовик.

— Потому что я нужна котам, с которыми живу, — просто ответила Джинго. — Всем котам нужен вожак — тот, за кем они идут, и кто прини­мает тяжелые решения. Сначала таким вожаком был для нас Сол. Мы слушались его и подчинялись каждому его слову. Теперь это моя обязанность, и я не могу сбросить ее с себя.

В голосе Джинго звучало такое горькое одиночество, что Остролистой стало ужасно ее жалко.

У котов-воителей предводитель избирается согласно Воинскому закону, и Звездное племя дает ему дар девяти жизней. Это огромная честь, и предводитель пользуется безусловной поддержкой глашатая, целителя и старших воинов. А Джинго была совсем одна...

Бурая кошка встряхнулась, отгоняя невеселые мысли. Она по очереди потерлась носом о носы всех патрульных и сказала:

— До свидания, и удачи вам в поисках! Знайте, что когда бы вам ни довелось проходить через нашу территорию, мы всегда будем вам рады. За­ходите к нам!

— Непременно зайдем, — пообещал Ежевика. — Еще раз огромное спасибо тебе и всем вам. До свидания и удачи!

Джинго кивнула, а когда остальные патрульные тепло попрощались с ней, она повернулась и побежала вдоль стены в обратную сторону.

— До свидания, Джингозвездая, — прошептал Ежевика так тихо, что удаляющаяся кошка вряд ли могла его услышать. — Пусть Звездное племя освещает твой путь.

Остролистая сидела рядом с Ежевикой под колючим кустом остролиста. Возвышавшееся рядом гнездо Двуногих выглядело еще более заброшен­ным, чем то, где жила стая Джинго. Темные дыры зловеще темнели в стенах и крыше.

— Помнишь, как мы встретили Пурди по дороге в горы? — шепотом спросил Львиносвет. — Он тогда сказал, что его Прямоход умер.

— Может быть, теперь и Пурди ушел отсюда? — так же шепотом предположила Остролистая. Она не знала, огорчаться ей или радоваться. С одной стороны, она была бы рада снова увидеть смешно­го ворчливого кота, а с другой, боялась предстоя­щей встречи с Солом.

— Нужно проверить, — сказал Ежевика и пер­вым стал пробираться через густые заросли к за­брошенному гнезду. Остролистая сглотнула голод­ную слюну, учуяв запах мыши.

— Дичь! — взвыла за ее спиной Орешница. — Ежевика, можно мы поохотимся?

На миг глашатай заколебался, а потом кивнул.

— Ладно. Только давайте побыстрее, ладно? И никуда не уходите с этой территории!

Патрульные радостно бросились в заросли. Вскоре Остролистая заметила мышь, копошив­шуюся в куче палой листвы, и быстро прикончи­ла ее.

— Слава Звездному племени, — пробормотала она, вонзая зубы в теплое мясо. Она была так го­лодна, словно целый месяц не ела! Не успела она расправиться с мышью, как услышала громкий зов Ежевики.

Остролистая кинулась прочь из кустов, и тут вторая мышь шмыгнула у нее прямо из-под лапы. Прихлопнув ее лапой, Остролистая перекусила дичи горло, подхватила обмякшее тельце за хвост и побежала к глашатаю.

Остальные патрульные были уже в сборе. Льви­носвет доедал свою дичь, а Березовик с наслажде­нием облизывался.

— Все поели? — спросил Ежевика. — Остроли­стая, ты будешь это есть?

— Нет, я уже поела, — помотала головой она. — Давайте отдадим эту мышь Пурди!

— Отличная мысль, — одобрительно кивнул Ежевика. — Идем.

Очень осторожно, то и дело останавливаясь, чтобы принюхаться, он провел свой отряд к гнезду Двуногих и с опаской вошел в черный проем. Остролистая невольно поежилась, переступая порог.

Внутри было даже холоднее, чем снаружи, стылая сырость поднималась от мокрого каменного пола. Прорехи в стенах заросли ежевикой, словно окружающая территория вторглась внутрь и захватилa гнездо. В гнезде стоял неприятный прелый запax старой дичи, гниющих листьев и сырости. Однако сильнее всего чувствовался резкий и све­жий запах кота.

- Пурди! — позвал Ежевика.

Никто не ответил. Глашатай сделал еще не­сколько шагов вперед, патрульные, сбившись в кучу, последовали за ним. Шерсть у Остролистой потрескивала от напряжения. В этом месте чувствовалось что-то странное — холодное, грустное и неприветливое.

И тут за спиной у котов раздался негромкий голос:

— Не меня ли вы ищете?

Глава XIV

Остролистая стремительно обернулась. Прямо за ней, в проеме входа, вырисовывался крупный кошачий си­луэт. Даже в темноте были отчетливо видны бе­лые пятна его шерсти.

— Сол! — с изумлением и страхом воскликнула Орешница.

«Она искренне верит, что Уголька убил Сол!»

Орешница покачала головой, глядя на своих распушившихся соплеменников. Но стоило ей за­глянуть в сияющие янтарные глаза Сола, как все ее страхи исчезли. Как она могла забыть о том, какой он мудрый, какой спокойный и уверенный? Его ничто не тревожит, ведь он знает будущее и готов ко всему, что оно несет.

— Здравствуй, Сол, — вышел вперед Ежеви­ка. — Да, мы ищем тебя. Ты должен пойти с нами в Грозовое племя.


Сол по очереди посмотрел в глаза каждому из патрульных.

— У вас что-то случилось.

Остролистой показалось, будто ее кто-то с раз­маху ударил в живот, да так, что даже дыхание пе­рехватило.

«Что ему известно об Угольке?»

— Нам очень нужно, чтобы ты пошел с нами, — повторил Ежевика. — Огнезвезд хочет с тобой поговорить.

Сол сощурил глаза.

— У вас что-то случилось, и вы думаете, будто и имею к этому отношение.... Что-то плохое. Вряд ли вы пришли бы сюда только для того, чтобы сказать мне спасибо. — Он задумчиво помолчал, сверля глазами Ежевику. — Какой-то кот умер...

Остролистая услышала, как стоявший за ее спи­ной Березовик громко охнул.

— Нет, — покачал головой Сол. — Не умер — убит! Да-да, произошло убийство, и вы думаете, будто его совершил я. — Он сохранял полное спо­койствие, и лишь слегка изогнувшийся кончик хвоста выдавал его чувства.

«Я бы до смерти перепугалась, если бы меня обвинили в убийстве!» — Остролистая заскребла когтями по холодному камню. Сол невозмутимо смотрел на патрульных, ожидая их ответа.

— Он точно виноват! — прошептала Орешница на ухо Остролистой. — Смотри, он даже не спро­сил, кто погиб!

— Сол? Это ты? — раздался в темноте скрипучий голос, и на пороге показался Пурди, с усилием волочивший за собой тощего кролика. Остролистая отметила про себя, что старик еще сильнее похудел со времени их последней встречи, а шерсть его превратилась в сплошные колтуны.

— Смотри, кого я поймал! — Пурди с пыхте­нием швырнул кролика на пол и поднял голову. Узнав воителей, он разинул пасть и заморгал от изумления. — Ох, да это же Ежевика! — радостно воскликнул он. — И Львинолап тут, и Остролапка! Ишь, как вымахали-то! Надеюсь, вы хорошо себя вели, озорники?

— Мы старались, — проурчал Львиносвет, под­ходя к старику и дотрагиваясь носом до его носа. — Мы уже стали воителями. Я теперь Львиносвет, а она — Остролистая.

— Ишь ты! Кто бы мог подумать? — покачал го­ловой Пурди. Глаза его радостно сверкали. — Мо­лодцы, котятки!

На миг Остролистая вновь почувствовала себя ученицей. Наверное, ей следовало бы оскор­биться на то, что Пурди до сих пор считает их малыми котятами, которые постоянно попада­ют в неприятности, но она неожиданно расчув­ствовалась. Как ей хотелось бы вернуться в то чудесное время, когда все казалось легко и про­сто, и ее главной заботой было стремление стать настоящей преданной воительницей Грозового племени!

— Как ваш братец поживает? — осведомился Пурди.

— Он уже целитель, — ответила Остролистая. — Его теперь зовут Воробей.

Пурди снова покачал головой и повторил:

— Кто бы мог подумать? Ишь, как время-то ле­тит.

Ежевика вышел вперед и поклонился старому одиночке.

— Привет, Пурди. Рад снова тебя видеть. Позна­комься с моими соплеменниками. Это Березовик, а это Бурый и Орешница.

— Очень приятно, — пробурчал Пурди, явно смущенный при виде стольких незнакомых котов.

— Извини, Пурди, — громко сказал Сол, подходя к старому коту. — Мне придется уйти.

Пурди растерянно заморгал.

— А? Что? Но почему? — Когда Сол ничего не ответил, старик жалобно забормотал: — Я знал, что ты тут ненадолго, но мне казалось, мы с тобой так славно ладили... Когда ты здесь, это старое гнездо не кажется мне таким пустым и печальным. Ты посмотри, посмотри-ка... — Он суетливо махнул хвостом на валявшегося на полу кролика. — Я даже дичь раздобыл. Оно, конечно, кролик староват, да и жесткий, наверное, но я думал, мы с тобой сей­час попируем... — Пурди замолчал и горестно по­нурил плечи.

- Тебе придется съесть этого замечательного кролика самому, — вздохнул Сол, и янтарные глаза его заблестели. — Мне показалось, что Грозовые коты хотят немедленно отправиться в путь.

- Зачем же торопиться-то? — пролепетал Пурди, оборачиваясь к Ежевике. — Почему бы вам всем не погостить у меня немного? Вы же знаете, я всем рад. А то все один да один, и словом перекинуться не с кем...

«Давайте оставим Сола здесь! — чуть не крикнула Остролистая. — Зачем вести его в наш лагерь? Пурди он нужен гораздо больше, чем нам!»

— Мы с удовольствием переночуем под твоей крышей, Пурди, — решил Ежевика. — Но завтра с рассветом нам придется уйти.

- Вот и хорошо! — просиял старик. — Давайте- ка, я угощу вас кроликом, — с гордостью объявил он.

— Спасибо, — ласково улыбнулся глашатай, — но мы сами наполним твою кучу дичи. Кстати, мы пришли к тебе не с пустыми лапами.

— Я принесла тебе мышку, — вышла вперед Остролистая и положила свою дичь возле лап Пурди.

— Вот спасибо! — растроганно заморгал старый кот. Растянувшись на холодном полу, он немед­ленно взялся за угощение.

Грозовые коты устремились к выходу из гнезда. На пороге Бурый обернулся на Сола, стоявшего посреди палатки.

— Не беспокойтесь, — спокойно ответил Сол. — Когда вы вернетесь, я буду тут.

Бурый недоверчиво посмотрел на него, но ни­чего не сказал. Когда воители вышли наружу, Еже­вика приблизился к нему и еле слышно шепнул на ухо:

— Останься здесь и посторожи. Только поста­райся, чтобы он тебя не видел.

С облегчением закивав, Бурый шмыгнул под ветки росшего неподалеку куста и замер, устремив немигающий взгляд на темное гнездо Двуногих.

Пока коты были внутри, наступила тьма.

Резкий оранжевый свет, зажженный Двуногими, озарял небо, скрывая звезды. Остролистая зябко поежилась при взгляде на это чужое, беззвездное небо. Сейчас ей, как никогда, хотелось бы знать, что предки-воители по-прежнему присматрива­ют за своими подопечными, далеко ушедшими от родного дома.

Встряхнувшись, она устремилась к кусту, где поймала первых двух мышек. Орешница бесшум­но последовала за ней.

— Я так рада, что мы нашли Сола! — прошепта­ла она. — Теперь мы можем вернуться домой.

— А мне не хочется уводить Сола от Пурди, — призналась Остролистая, вспомнив жалобный взгляд старика.

- Но ведь Сол убийца! — резко остановившись, воскликнула Орешница. — Что если он и Пурди убьет?

— Не убьет, — буркнула Остролистая.

— Откуда ты знаешь? — спросила Орешница. — Нужно как можно скорее привести его в наш лагерь, пока он еще чего-нибудь не натворил. А уж там Огнезвезд решит, что с ним делать.

Остролистая беспомощно покачала головой. Она не могла развеять опасения Орешницы. Кроме того, если они не отведут Сола в свой лагерь, то по­иски убийцы Уголька возобновятся вновь и еще неизвестно, чем они закончатся. Что если Огнезвезд надумает обратить взор ближе к дому? У Остролистой даже в животе похолодело при мысли об обви­нении, нависшем над ее родным племенем.

Она углубилась в заросли, но на этот раз дичь не торопилась бежать ей в лапы. В конце концов, ей все-таки удалось поймать тощую землеройку, и Остролистая с некоторым смущением побрела к дому. Как оказалось, ее товарищи тоже не особо преуспели, и их улов оказался более чем скромным.

- Дичи тут мало, это точно, — признался Пурди, когда они вернулись в гнездо и принялись за еду. — Но все-таки ее хватает, чтобы мы с Солом не померли с голоду в пору Голых Деревьев.

«Бедный старый Пурди! — подумала про себя Остролистая. — Как ему, должно быть, одиноко, сели он счастлив поделиться последним куском с незнакомцем!»

Поев, коты стали устраиваться на ночлег. Ка­менный пол был сырым и холодным, пронзитель­ный ветер задувал сквозь щели в стенах.

Тесно прижавшись к Львиносвету, Остролистая закрыла глаза и с тоской подумала о своем местеч­ке в воинской палатке, о толстой подстилке из мха и папоротника и опутанных ежевикой ветках ку­ста, не пропускающих внутрь холодное дыхание Голых Деревьев.

Этой ночью она спала беспокойно и просну­лась, когда холодный свет занимающегося утра осветил каменный пол гнезда. Ежевика и Бурый были уже на лапах, Березовик и Орешница сонно потягивались, а старый Пурди косматой кучей со­пел в углу.

Сол свернулся клубочком в неглубокой нише, образовавшейся во внутренней стене гнезда на месте нескольких выпавших камней. Ежевика подошел к нему и потеребил лапой, чтобы разбу­дить.

— Пора идти, — коротко бросил он.

Сол поднял голову, поморгал янтарными глаза­ми и неторопливо встал со своего места.

— Как скажешь.

— У меня от него мороз по шкуре! — раздался свистящий шепот над самым ухом Остролистой.

Вздрогнув, она обернулась и увидела Березо­вика.

— Никогда не подкрадывайся ко мне сзади! — раздраженно прошипела Остролистая, взбешен­ная тем, что Березовик высказал вслух ее мысли. Сол пугал ее до глубины души, и она ничего не могла с этим поделать! — Кот как кот, подумаешь!

Тем временем Сол спрыгнул со своего места и подошел к Грозовым котам.

— Помнишь, я обещал тебе, что вернусь? — еле слышно прошептал он, проходя мимо Остро­листой.

Стараясь подавить странное чувство расте­рянности, Остролистая растолкала Львиносвета. Громкие голоса котов разбудили Пурди, который всгал и сонно поплелся к остаткам вчерашнего кролика.

- Поешьте перед уходом, — предложил он.

— Тебе еда нужна больше, чем нам, — покачал головой Бурый.

— Как будто я еще не смогу поймать! — воинственно ощетинился старый кот. — А вы идете в дальний путь, вам нужно как следует подкре­питься.

Грозовые коты неуверенно переглянулись. Они не хотели обижать Пурди, поэтому покорно уселись вокруг кролика и заставили себя проглотить несколько жилистых кусочков. Пурди с доволь­ным видом смотрел на них, а Сол терпеливо ждал у выхода, устремив загадочный взгляд в небо.

— Вы к чудищам-то близко не подходите, — напутствовал котов старик. — Вы и мяукнуть не успеете, как они вас расплющат, и поминай, как звали. И еще от собак подальше держитесь. Ко мне-то они не лезут, но вот молодым котам нужно дeржать ухо востро...

— По дороге сюда мы столкнулись с собака­ми, — с жаром воскликнула Орешница. — Ох, Пурди, ну и натерпелись же мы страху! Они нас чуть не порвали. Ты прав, с ними нам лучше не встречаться.

Старый кот лизнул себя в грудку, явно доволь­ный тем, что сумел дать гостям ценный совет. Остролистой кусок не лез в горло. Ей было до слез жаль старика, но она не знала, что они могут для него сделать.

Когда с едой было покончено, Остролистая подошла проститься с Пурди. Старый кот старался держаться молодцом, но в его потухших глазах она увидела страх и одиночество.

— Да хранит тебя Звездное племя, Пурди, — прошептала Остролистая, дотронувшись носом до носа старика. — Надеюсь, мы еще увидимся.

— Кто знает, кто знает, — пробормотал Пурди, и по голосу его было ясно, что он нисколько в это не верит. — Берегите себя, слышите?

Ежевика первым двинулся к выходу из гнезда. Сол пошел следом, а за ним и все патрульные высы­пали из сырых стен в сад. День выдался солнечный, на бледном небе не было видно ни облачка, и легкий холодный ветерок весело шуршал в листве кустов.

На полпути к забору Ежевика вдруг остановил­ся и обернулся к Пурди, который сидел на пороге и тоскливо смотрел вслед уходящим котам.

— Пойдем с нами, Пурди, — горячо попросил он. — Для тебя всегда найдется место в палатке старейшин. Огнезвезд с радостью примет тебя, и ты никогда больше не будешь один!

Пурди разинул пасть и заморгал.

— Это... Уж и не знаю, что и ответить-то...

У Остролистой сердце разрывалось от жалости к старику, однако слова Ежевики заставили ее про­тестующее ощетиниться.

«Какое он имеет право предлагать такое? Это неправильно! Пурди чужак, он не воитель. Ему не место в нашем племени! И что скажут осталь­ные?»

Внезапно она поежилась и опустила голову.

«Возможно, я тоже никакая не воительница. Неужели это значит, что мне тоже не место в пле­мени, и я должна жить одна, без друзей?»

Сол равнодушно смотрел перед собой. Каза­лось, ему не было никакого дела до Пурди.

— Решай, Пурди, — попросил Ежевика.

— Спасибо, конечно, но нет... Я уж тут останусь. — Пурди встряхнул клокастой шерстью и покачал головой. — И нечего меня жалеть! Это не первая пора Голых Деревьев в моей жизни, и наде­юсь, не последняя. Проскриплю как-нибудь.

— Ты бы помог нам пройти через территорию Двуногих, — сказал Бурый, подходя к старику. — Честно говоря, без тебя нам придется непросто. Ведь ты знаешь гут все ходы и выходы!

— А когда мы вернемся в лагерь, ты мог бы по­могать нам обучать оруженосцев, — подхватил Ежевика. — Надеюсь, Остролистая и Львиносвет не забыли, как ты спас их от собак!

Львиносвет горячо закивал, а Остролистая по­ежилась, вспомнив, как во время путешествия в горы собаки загнали их в старый амбар. Если бы не Пурди, от них с братом и Ветерком остались бы только воспоминания!

— В нашем племени старейшины пользуются большим уважением, к их советам всегда прислу­шиваются, — продолжал Ежевика. — Мы будем счастливы, если к нам присоединится такой муд­рый и опытный кот, как ты. Ты знаешь все о Дву­ногих — то есть, о Прямоходах — и о жизни среди Гремящих троп.

Остролистая впилась когтями в землю. Зачем Ежевика и Бурый лгут старику? Будто они не зна­ют, что привести еще одного одиночку в племя будет совсем не просто! И потом, зачем котам-воителям знания о Гремящих тропах и Двуногих? На берегах озера Двуногие появляются редко, а на территории Грозового племени их и вообще не бы­вает!

«Почему не оставить Пурди в покое? Он ведь ясно сказал, что ему и тут хорошо! Почему Грозо­вые коты вечно хотят всех опекать?»

— Ну... Так и быть, — решился Пурди, поспеш­но выпрыгивая из дыры в стене и бросаясь к пат­рульным. — Прогуляюсь с вами до края террито­рии Двуногих, а уж там видно будет. Вдруг вам и впрямь помощь понадобится, тут я и пригожусь. — Он повернулся к Солу и добавил: — Кстати, я ведь так и не закончил рассказывать тебе ту историю про лису! Тогда слушай...

Ежевика повел котов к дыре в заборе, через ко­торую они забрались в сад накануне. Здесь он оста­новился и, задрав голову, как следует принюхался. Остальные патрульные терпеливо ждали.

Закрыв глаза, Остролистая изо всех сил сосре­доточилась, и вскоре легкое покалывание в лапах подсказало ей, в какой стороне лежит озеро.

— Ты знаешь, куда нам идти? — нетерпеливо спросила глашатая Орешница. Как видно, она не доверяла собственному чутью.

— Кажется, да, — кивнул Ежевика. — Я пытаюсь вспомнить, что мы видели с крыши того высокого гнезда.

— Я на эту крышу больше не полезу! — испуган­но взвыл Березовик.

— И не нужно, — успокоил его глашатай. — По­том кто-нибудь из нас залезет на дерево, чтобы убедиться, правильно ли мы идем.

Протиснувшись сквозь отверстие в изгороди, Остролистая побежала следом за Ежевикой. Вско­ре коты вышли на полоску травы перед Гремящей тропой, которую они переходили накануне. Но если вчера тропа казалась заброшенной, то теперь по ней с ревом сновали чудища. Их яркие блестя­щие бока слепили котам глаза, от рева закладывало уши, а в воздухе стоял невыносимый едкий смрад.


— Ненавижу все это, — прошипела Остролистая на ухо брату. — Никогда не привыкну к этим Гремящим тропам! Каждый раз боюсь, что кто-нибудь из нас попадет под лапы чудищам.

Ежевика сделал несколько шагов вперед, и остановился так близко от края Гремящей тропы, что ветер, поднятый пробегающими чудищами, трепал его густую полосатую шерсть.

— По моей команде дружно бросайтесь бежать, так быстро, будто за вами гонится собачья стая!

— Это будет нетрудно представить, — пробормотал Львиносвет.

Остролистая отметила, что Бурый встал рядом с Пурди, на случай, если старику понадобится по­мощь во время перехода.

Сол стоял с другой стороны от одиночки и не сводил глаз с противоположной стороны дороги.

Огромное чудище с ревом пробежало мимо, и не успело его рычание растаять вдали, как Еже­вика быстро посмотрел в обе стороны Гремящей тропы и крикнул:

— Бежим!

Остролистая сорвалась с места. Твердая по­верхность Гремящей тропы больно царапала подушечки ее лап, но она вихрем пронеслась по ней и, задыхаясь, кубарем скатилась в траву на другой стороне.

Обернувшись, она увидела, что через дорогу пе­ребрались все, кроме Пурди и Бурого. Старый кот, еде переставляя лапы, топтался на середине Гре­мящей тропы, а несчастный Бурый метался рядом с ним, уговаривая старика поторопиться.

— Не суетись, юнец, — ворчал Пурди. — Ника­ких чудищ поблизости нет, а значит, совершенно не о чем волноваться.

— Но... — в отчаянии начал Бурый.

Рев приближающегося чудища заглушил его слова. Когда чудище выскочило из-за поворота, Бурый изо всех сил пихнул старика сзади. Взвизг­нув от неожиданности, Пурди пролетел несколь­ко шагов и плюхнулся в траву на другой стороне дороги. В следующий миг Бурый приземлился ря­дом с ним, а ревущее чудище промчалось в каком- нибудь мышином хвостике от обоих котов.

— Пурди, никогда больше не пугай нас так! — возмущенно взревел Ежевика.

Старый кот тяжело поднялся с земли и расте­рянно захлопал глазами.

— Ась? Да никакой опасности и в помине не было! И вообще, нечего было меня толкать! — до­бавил он, обиженно глядя на Бурого.

— Прости, — вздохнул тот.

— Ох уж этот молодняк! — проворчал Пурди, со­крушенно тряся головой. — Вечно суетятся, вечно паникуют попусту!

Остролистая закатила глаза.

— Мне кажется, обратное путешествие обеща­ет быть еще интереснее! — прошипела она на ухо Львиносвету.

Взмахом хвоста Ежевика собрал вокруг себя патрульных и двинулся вдоль Гремящей тропы. Вскоре Остролистая почувствовала впереди запах множества котят Двуногих, а потом в холодном воздухе зазвенели их звонкие голоса.

— Это что такое? — спросила она, приподнимая загривок.

— Ничего особенного, — фыркнул Пурди. — Сейчас сама увидишь.

Но после фокусов, которые старик только что устроил на дороге, Остролистая не спешила ве­рить ему на слово. Свернув за угол, коты увидели огромное гнездо Двуногих с широкой каменной территорией вокруг. Целые стаи Двуногих котят — Остролистая впервые в жизни видела столько Двуногих в одном месте! — с воем и писком носи­те ь по этой территории, перекидывая друг другу какие-то странные штуки.

— Что это такое? — изумленно спросила она.

- Понятия не имею, — пожал плечами Пурди. — Они сюда все время приходят и вот так бегают.

У Остролистой даже шерсть зашевелилась от стpaxa, когда старик спокойно подошел к изго­роди и сунул нос в просвет между блестящими нитями. В тот же миг сразу несколько Двуногих котят бросились к нему, протягивая маленькие лапки.

— Что он делает? — процедил Бурый. — Пурди!

Но старик даже ухом не повел. Двуногие котята протягивали лапы сквозь изгородь и гладили его по косматой шерсти, а Пурди урчал как маленькое чудище.

— Он ведь раньше был домашним, — вздохнул Березовик, с жалостью глядя на старика. — Неуди­вительно, что он порой ведет себя странно.

Ежевика ничего не сказал, но махнул хвостом, приказывая патрульным отойти на безопасное расстояние от ограды. Усевшись между Гремящей тропой и изгородью, они стали терпеливо дожидаться Пурди. Проходя мимо, Остролистая заметила, как один из котят вытащил что-то из своей шкуры и протянул Пурди, а старик принялся с ур­чанием поедать угощение.

«Он что, совсем ненормальный?»

К счастью, вскоре из гнезда Двуногих послы­шался оглушительный дребезжащий звук, и котятa с визгом бросились туда, выстроившись в длин­ный хвост перед входом. Пурди отбежал от забора и потрусил к ожидавшим его патрульным.

— Чего это вы так на меня смотрите? — пропыхтел он.

— Пурди, скажи, разве это разумно? — осто­рожно спросил Ежевика, с трудом сдерживая раз­дражение. — Чем тебя накормил этот котенок?

— А кто его знает? — фыркнул Пурди, облизы­ваясь. — Чем-то вкусным.

— Ладно, идем, — вздохнул Ежевика.

Через какое-то время гнезда Двуногих стали по­падаться реже, а потом и вовсе прекратились, и с обеих сторон от Гремящей тропы потянулся лес. Остролистая чуть не замурлыкала от облегчения, когда Ежевика повернул в сторону от Гремящей тропы и углубился поддеревья. Но не успели коты пройти и двух хвостов, как глашатай вдруг остано­вился.







Дата добавления: 2015-08-27; просмотров: 150. Нарушение авторских прав


Рекомендуемые страницы:


Studopedia.info - Студопедия - 2014-2020 год . (0.023 сек.) русская версия | украинская версия