Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Глава 13. Как построить свою семью




Каждый родитель рано или поздно обязательно задает себе два важных вопроса: «Каким бы я хотел воспитать своего ребенка?» и «Что я могу для этого сделать?» Ответы на эти два главных вопроса ложатся в основание модели воспитания. Каждый из родителей по-своему отвечает на эти вопросы. Ответы могут быть четкими и определенными, а могут быть неясными и неоднознач­ными, но они обязательно будут. Если родителей двое, то у каждого из них есть на этот счет свои идеи. И от того, насколько им удастся согласовать свои планы, будут зависеть воспитание ребен­ка. Если между мужем и женой отношения хорошие, то все труд­ности будут преодолены, и на плечи ребенка не ляжет ненужный груз проблем.

Роль родителя нельзя назвать легкой даже в самой благополуч­ии семье. Родители — это учителя в самой важной школе на свете — школе формирования личности, где они одновременно выступают во всех лицах. Они должны стать специалистами п0 всем предметам, связанным с жизненными проблемами, а их пси­хическая и физическая нагрузка увеличивается пропорционально росту семьи. К тому же почти нет таких школ, в которых они сами могли бы поучиться педагогическому мастерству, не существует общепринятой, единой программы родительства. Поэтому роди­тели должны со всем справляться сами. У них в школе нет выход­ных, нет каникул. Они исполняют свои обязанности все 24 часа в сутки, все 365 дней в году и, как минимум, первых 18 лет жизни ребенка. Временами между родителями возникают конфликты. И в этих случаях взрослые не должны забывать, что их поведение фиксируется ребенком и находит отражение в его характере.

Я считаю, что воспитание — самая тяжелая, сложная, беспо­койная работа на свете. Чтобы достичь успеха, требуется макси­мум терпения, здравого смысла, ответственности, чувства юмора, такта, любви, мудрости, сознательности и всевозможных знаний. В то же время воспитание детей может принести самые радостные и благодарные переживания в жизни, когда чувствуешь себя наставником нового, единственного в своем роде человека. Какой родитель не испытывает истинного счастья, когда ребенок говорит с сияющими глазами: «Мама, папа — вы замечательные!»

В процессе воспитания часто приходится действовать методом проб и ошибок. Конечно, жизнь сама нас учит. Я вспоминаю одного неженатого психолога, подготовившего цикл лекций о вос­питании детей. Он назвал этот цикл «Двенадцать необходимых условий воспитания детей». Потом он женился, у него родился ребенок, и он изменил название на «Двенадцать советов по воспи­танию детей». После рождения второго ребенка название измени­лось на «Двенадцать мыслей о воспитании детей». С рождением третьего ребенка он вообще перестал читать лекции на эту тему. Все это говорит о том, что нет жестко установленных правил в вос­питании детей. Есть только общие принципы, воплощение кото­рых зависит от каждого конкретного ребенка и каждого конкрет­ного родителя.

Я думаю, что большинство родителей приблизительно одина­ково назовут те качества, которые они хотели бы видеть в своих детях: честность, самоуважение, эрудиция, честолюбие, сила, здо­ровье, доброта, красота, ясный ум, умение любить, чувство юмора, умение ладить с другими людьми. «Я хочу гордиться своим ребен­ком», — скажет любой родитель.

Задача родителей — так организовать процесс воспитания, чтобы достичь желаемых результатов. И залогом этого может стать внутренняя гармония каждого из родителей и лад между ними.

Во многих семьях взрослые пытаются учить своих детей тому, чего сами не знают и не умеют. Например, естественно, что роди­тель, не умеющий справляться со своими эмоциями, не сможет научить этому ребенка. Воспитание детей прекрасно выявляет пробелы в образовании и воспитании взрослых. Зная эти пробелы, умные родители тоже становятся учениками и в процессе воспита­ния каждого ребенка осваивают новые премудрости.

Я считаю, что самые необходимые качества для родителей — это постоянный интерес к новым знаниям, чувство юмора, умение критически оценивать свои поступки, быть всегда искренними. Если семью создают люди, не достигшие настоящей зрелости, семейная жизнь оказывается более сложной, сопряженной с рис­ком и большими трудностями. Но может быть, в этом что-то есть: жизнь подобной семьи может оказаться вполне веселым делом. Кто из нас поступает всегда только правильно?

К счастью, перемены возможны на любом этапе нашей жизни, если только человек действительно хочет этих перемен. И, пожа­луйста, помните, что начинать изменения надо, только будучи твердо уверенным, что вы приложите все силы, чтобы добиться лучшего. В этом суть любого изменения. Сознание того, что вы делаете все зависящее от вас, придаст вам уверенности в дальней­ших действиях.

Родителем можно стать на любом этапе личностного развития. И не надо ругать и обвинять себя в том, что вы могли бы быть луч­ше. (Должны были правильно поступать, когда женились, когда обзавелись ребенком и т. д.) Гораздо важнее понять: на каком этапе развития вы находитесь сейчас? Что с вами происходит? Чего вы хотите добиться в дальнейшем? Обвиняя себя, вы только теряете время попусту, зря тратите энергию и в итоге действи­тельно становитесь ни на что не способны. Обвинение — это слиш­ком бездарный, бессмысленный и деструктивный способ расходо­вания своих сил.

Большинство родителей хотят, чтобы их дети жили, по край­ней мере, не хуже их или даже лучше. Они надеются, что благопо­лучие детей зависит от них. И сознание этого делает родителей гордыми, приносит ощущение нужности своим детям.

Если вы довольны тем, как вас воспитывали ваши родители, если вам нравилось, как они относились друг к другу, то, планируя жизнь в собственной семье, вы можете взять их в качестве образ­ца. Вы решаете: «Я буду поступать так же, как они», но при этом у вас остается возможность по-своему решать многие проблемы, возникающие в процессе воспитания.

Если вам не нравится, как вас воспитывали, то, конечно, вы постараетесь, чтобы в вашей семье все было иначе. К сожалению, понять, чего не надо делать, это только часть проблемы. Вы Должны хорошо обдумать, что именно вы будете делать по-дру­гому и как вы будете действовать. Здесь-то и начинаются пробле­мы: вы оказываетесь в положении первопроходца, и у вас нет при­меров, которым можно было бы последовать. Где же найти эти примеры? Что взять за образец?

Изменить структуры, сформировавшиеся еще в раннем дет­стве, — задача очень сложная. Это так же трудно, как избавиться от старой привычки. То, что нам прививали в детстве, день ото дня, в течение долгих лет, сейчас уже стало неотъемлемой частью нашей жизни, независимо от того, хорошо это или плохо. Я слыша­ла, как родители сокрушались: «Я не хочу быть похожим на отца и мать, но становлюсь в точности, как они». То, что вы пережили в детстве, оставляет след на всю жизнь. И влияние детских впе­чатлений очень сильное, даже более сильное, чем желание все изменить. Разрушить сложившиеся стереотипы можно, только имея запас терпения, помощь извне и постоянно анализируя происходящее.

Теперь на минутку вспомните свое детство и, исходя из опыта вашего собственного воспитания, подумайте, как бы вы хотели воспитывать своих детей. Что вы стараетесь дать им? Насколько это удается?

Обсудите на семейном совете и запишите, что бы вы хотели изменить в воспитании своих детей. Поговорите об этом с детьми, попросите их помочь вам.

Возвращаясь к своему детству, вы вспомните, как мама прямо, а не намеками говорила, что она от вас хочет, как она смотрела вам в глаза, мягко клала руку на плечо и нежно и в то же время твердо говорила: «Я хочу, чтобы к пяти часам ты покосил траву на газоне». И вы с удовольствием выполняли мамину просьбу. А если отец, придя с работы, начинал кричать: «Почему ты ничего не сде­лал? Я тебя накажу, если не будешь слушаться!», вы только пуга­лись и обижались на него.

Вы можете, например, вспомнить, что с бабушкой было очень трудно, потому что она всегда говорила «да», независимо от того, могла ли она выполнить вашу просьбу. Может быть, эти воспоми­нания помогут вам научить детей быть искренними.

Возможно, вы вспомните, что отец всегда готов был помочь, когда вы обращались к нему со своими проблемами. Он выслуши­вал вас и терпеливо помогал найти правильное решение. А вот дядя, наоборот, решал все вопросы за вас. Таким образом, он лишал вас возможности поверить в свои силы, а отец, напротив, способствовал этому.

Вы можете прийти к выводу, что никто из ваших родителей не был хорошим воспитателем, потому что, стоило вам позвать их, они сразу бросали все свои дела и бежали к вам. Вы чувствовали себя центром Вселенной. Позже вам часто бывало неприятно и обидно, когда другие люди относились к вам иначе. Вы сильно раз­дражались, когда не получали того, что хотели. Жизнь больно била вас. У вас часто не хватало терпения понять, что порой надо ждать своей очереди.

А помните тот случай, когда вы произнесли нецензурное слово и мама ударила вас по губам, а потом заперла в чулан? Сначала вы дрожали от страха, потом вам захотелось непременно отом­стить за свои страдания. А еще позже вы рыдали навзрыд, чув­ствуя себя забытыми и отвергнутыми. Это тоже не самое приятное воспоминание, и не ясно — была ли мама тогда права?

Когда вы запишите все эти и подобные ситуации, подумайте, как можно использовать этот опыт в вашей жизни.

Возьмите свой «черный» список и попытайтесь понять, чему хотели научить вас родители. Теперь вам, возможно, станет мно­гое ясно из того, что было недоступно ранее. Может быть, вам тоже захочется научить своих детей тому же, чему пытались учить и вас ваши родители. Но вы сможете найти другие, более конструк­тивные способы. Ну, например, можно ли отучить ребенка ругать­ся, если бить его по губам или запирать в чулане? Что бы вы, как родитель, предприняли в таком случае?

Если покопаться в своей памяти, можно обнаружить, что не все, чему учили вас родители, оказывалось правильным и досто­верным. Например, когда-то родители говорили детям, что земля плоская. Когда узнали, что земля круглая, — прежняя информа­ция оказалась ненужной. Другой пример — распространено мне­ние, что онанизм приводит к психическим заболеваниям. Дей­ствительно, были времена, когда даже медики считали, что она­низм может стать причиной умственного расстройства. Сегодня почти все знают, что это не так. Мысли об онанизме могут вызы­вать у некоторых беспокойство, но само по себе это действие ника­кой опасности не представляет.

В 40-х годах родителям советовали кормить грудных младен­цев строго в определенное время. Сейчас мы знаем, что такой жесткий режим даже вреден для ребенка. Главное в таких ситуа­циях — осознать ошибки и понять, как поступить правильно. Это не так просто, потому что вокруг нас много разных «истин». И нужно научиться различать, где правда, а где нет.

Мы бессознательно попадаем в ловушки, пытаясь руководство­ваться в воспитании детей своими несбывшимися мечтами и надеждами.

Приведу такой пример. Сразу после Рождества ко мне на прием пришла молодая мать (назову ее Элен). Она была очень недовольна своей шестилетней дочерью Пат. Элен несколько меся­цев экономила и копила деньги, чтобы купить Пат красивую куклу. А Пат совершенно равнодушно отнеслась к подарку. Элен испытывала обиду и разочарование, была очень раздражена на дочь.

Но с помощью терапевта она вскоре поняла, что именно такую куклу она мечтала иметь в детстве, но так ее и не получила. Она подарила дочери свою собственную несбывшуюся мечту. Элен ожидала, что Пат отнесется к подарку так же, как отнеслась бы она сама в шестилетнем возрасте. Она не учла, что у дочери уже есть несколько кукол. Пат гораздо больше хотелось получить сан­ки, чтобы кататься с гор вместе с братьями.

Кукла на самом деле была куплена для Элен. Думаю, что ей хотелось самой иметь куклу и таким образом исполнить свое дав­нее желание. Это желание наконец удалось исполнить и дочь была здесь ни при чем. Поняв это, Элен купила санки для Пат.

Часто родители осуществляют свои желания опосредованно, через детей. А дети не могут оценить такие подарки взрослых (пока не научатся со всем соглашаться). Дети не любят, когда родители покушаются на подаренные ими игрушки. Иногда отцы, купив электрические железные дороги для своих сыновей или дочерей, играют с ними все свое свободное время и при этом строго ограничивают время игры детей. Было бы честнее, если бы отец просто купил эту игрушку себе. Тогда он мог бы разрешать или не разрешать детям играть с ней. То, что родителям не удалось реализовать в детстве, часто ложится в основу воспитания соб­ственных детей. Я называю это «разлагающим влиянием теней прошлого». Многие родители даже не догадываются об этом.

В другую ловушку родители попадаются, если начинают воспи­тывать своих детей, постоянно думая о том, какими они хотят их видеть в будущем. Желания родителей часто бывают связаны с тем, чего они не смогли добиться в жизни сами, например: «Я хочу, чтобы он стал музыкантом. Я всегда любил музыку». Многие дети в дальнейшем жертвуют собственными интересами, чтобы не разочаровывать своих родителей.

Родителям проще, не думая об интересах детей, планировать (их жизнь так, чтоб это устраивало их самих, но это не всегда сов­падает с интересами детей. В итоге многие люди, став взрослыми, говорят, что хотели выбрать другой путь в жизни, но не знали, как избавиться от давления и влияния родителей. В конце концов ребенку требуется много мужества и изворотливости, чтобы изба­виться от родительских желаний, особенно если он окружен любовью и заботой.

Сложности также могут возникнуть, если вы, будучи родите­лем, зависите от собственных родителей. Вы не можете свободно обращаться со своими детьми, боясь вызвать критические замеча­ния со стороны старшего поколения. В этом случае ваше поведе­ние с ребенком будет неискренним и фальшивым, что в дальней­шем явится причиной всевозможных неприятностей. Я называю таких зависимых родителей «родителями со связанными рука­ми». Для примера приведу такой случай.

Тридцатичетырехлетний отец, Джек, не мог наказывать своего ребенка, потому что его отец всегда становился на сторону малы­ша. В таких случаях Джек начинал спорить со своим отцом. Но по-настоящему отстаивать свою позицию Джек боялся, потому что, как в детстве, опасался рассердить отца. В результате он не луч­шим образом воспитывал сына. Его представления о воспитании совершенно не совпадали с тем, что он делал в жизни. Если бы Джека вдруг попросили рассказать о том, как надо воспитывать детей, его слова сильно бы отличались от того, что oi# делал как воспитатель.

Давно уже было замечено, что знания — важнейший инстру­мент воспитания человека. Когда выращиваешь поросят, на каждом шагу убеждаешься, что без знаний никуда. Но дети растут медленно, и многое кажется не столь очевидным. Порой мы думаем, что воспитание в семье происходит по наитию или в соответствии с нашими намерениями. Кажется, что каждый может быть хорошим родителем, если захочет. Достаточно только зачать и родить ребенка. Но воспитание в семье — это самая слож­ная работа на свете. Все мы по-своему мудрые люди, но эту житейскую мудрость надо в себе развивать и приобретать новые знания. Но для этого требуются опытные помощники. Родителям нужны помощь, знания и поддержка. Я думаю, любое общество выиграло бы, если б организовало специальную службу для роди­телей.

Может быть, кто-то из читателей этой книги захочет сам орга­низовать такую службу. Для этого требуется лишь небольшое помещение, где родители могли бы проходить курс обучения.

Воспитание ребенка требует многих специальных знаний. Но сначала давайте проследим, как образуется семья. Все начинается с рождения малыша. Там, где раньше было два человека, теперь стало три.

Появление ребенка, даже желанного, предъявляет к родителям серьезные требования. Ребенок полностью меняет прежний ритм жизни родителей и отнимает то время, которое они раньше посвя­щали друг другу. Те супруги, которые еще до рождения малыша смогли установить спокойные, здоровые отношения, легче справ­ляются с этими требованиями. А родителей, которые еще не сумели этого сделать, такие перемены приводят в полную расте­рянность, и ребенок становится причиной их стресса.

Я могу дать молодым родителям несколько советов, что надо делать, когда возникают стрессы.

1. Доверьте ненадолго кому-нибудь из близких вашего малыша и найдите спокойное место вне дома, где вы могли бы прямо и откровенно поговорить друг с другом. Поделитесь тем, что чувствует каждый из вас, расскажите о всех своих обидах и разо­чарованиях, чувстве беспомощности и страха. Это время может оказаться особенно тяжелым для отцов, не имеющих такой близ­кой связи с ребенком, как мать. Отцу тоже хочется чувствовать, что он нужен и полезен. И женщина, играющая главную роль в этой ситуации, должна предоставить ему место рядом.

2. Скажите, как вы нужны друг другу, чего ждете от другого. Это может заставить вас пересмотреть отношение к себе и к супругу и даст вам силы для дальнейшей совместной жизни.

После такой откровенной беседы постарайтесь ежедневно выде­лять время для обсуждения своих проблем и на каждую неделю намечайте какое-нибудь интересное мероприятие для вас двоих. Это будет способствовать налаживанию более гармоничных отно­шений.

Другая трудность, которая может возникнуть в этот период, — это страх потерять собственную независимость и самостоятель­ность: «Когда же у меня будет хоть немного времени для себя?» Такой вопрос часто задают себе молодые родители чтобы не чув­ствовать себя в полной зависимости от ребенка, нужно правильно организовывать свое время. А для этого выскажите свои пожела­ния и попросите помощи у своего супруга (а позже и у других членов семьи). Наверняка положение изменится, как только вы обсу­дите этот вопрос и сможете вместе спланировать свое время.

3. Подумайте, не противоречите ли вы сами себе или друг другу в своих чувствах и поступках. Если это действительно так то попытайтесь понять причины этого. Ваш собственный здравый смысл — отличный источник новых идей и решений.

Многие воспринимают кризисную ситуацию, связанную с рождением ребенка, как тест на выносливость. Я же советую вам рассматривать ее как задачу, требующую решения: как двоим любящим людям направить свою энергию на сотрудничество, на благо каждого, в интересах друг друга и своих детей?

Не забывайте, что, когда мы спокойны и внимательны, мы можем многое решить.

Нередко родительские обязанности становятся настолько тяж­кими и отнимают так много сил, что супружеская жизнь отходит на второй план. Если родители этого не осознают, ребенку прихо­дился туго. Он становится единственной причиной того, что роди­тели не разводятся. Ребенка прямо или косвенно могут обвинять во всех семейных трудностях: «Если бы не ты, все было бы лучше».

С рождением ребенка у одного из супругов может появиться эмоциональная привязанность вне семьи. Обычно это происходит с отцом, который чувствует, что ребенок полностью отнял у него любовь и внимание жены.

Несмотря на вашу занятость, остановитесь и подумайте, что происходит с вами, вашим супругом, как ваши отношения влияют на остальных членов семьи. Что бы вы хотели сейчас сделать или изменить? Помните, что женитьба и рождение ребенка должны приносить радость.

У нас нередко опускаются руки, когда мы чувствуем, что боль­шинство попыток что-то изменить ни к чему не приводит. Если вы готовы честно признать бесполезность ваших действий, в дальней­шем вам будет легче. Вы должны научиться многое делать по-дру­гому, независимо от того, что раньше вы поступали неправильно. Возможность перемен зависит только от перемен в вашем созна­нии и вашей готовности искать новые пути.

Для начала нужно разобраться, что же происходит, и осознать, чему надо научиться. И как это можно сделать. Я забыла, кто это сказал: «Жизнь — эго ваш сегодняшний взгляд на вещи: стоит изменить точку зрения, как изменится ваша жизнь». Я слышала об одном человеке, который постоянно жаловался на темноту. Все изменилось в тот день, когда он оступился и упал. Падая, он поте­рял очки и вдруг увидел свет. Он просто не знал, что всегда носил темные очки. Сколько же среди нас носящих темные очки и сов­сем не догадывающихся об этом? Чтобы осознать это, порой требу­ется сильная встряска. Честное признание нашего невежества — большая победа над собой.

Если вы чувствуете, что в вашей семье что-то не ладится, постарайтесь исправить ситуацию — ведь вы же сразу беретесь за ремонт, если ваш автомобиль барахлит. Поделитесь своими наблюдениями с мужем, друзьями и решите, что можно сделать. Если вы не можете изменить ситуацию самостоятельно, обратитесь за помощью к человеку, которому вы доверяете. За что бы вы ни брались, никогда не тратьте время на жалобы: «Пожалейте меня», «Он такой плохой...»

Сделайте то, о чем мы говорили с вами в одной из предыдущих глав. Превратите семью из «общества обвиняемых» в «исследова­тельскую группу». И вы увидите, как много можно изменить, если начать относиться к негативным, неприятным событиям в жизни семьи как к сигналам бедствия. Не надо рвать на себе волосы и во всем винить себя. Радуйтесь, что наконец-то сигнал, каким бы он ни был, понят и принят вами. Он может оказаться не из приятных, зато будет отражать действительность. И на этот сигнал нужно сразу прореагировать.

Теперь поговорим немного о том, что я называю «роль родите­лей». По-моему, эту роль надо играть лишь до тех пор, пока дети не способны сами обслуживать себя и нуждаются в опеке старших. Но все дело в том, что человек так входит в свою роль, что она ста­новится его сутью. Определяющим фактором в жизни вашей семьи является тот тип роли, которую вы играете, и то, чувствуете ли вы, что должны играть ее постоянно. Можете ли вы от нее отка­заться, когда выполняете функции родителей? Иногда вам ведь надо быть супругом или самим собой, а не только родителем.

Родители могут выступать в ролях трех видов: «начальника», «руководителя и наставника» и «товарища». Для некоторых людей такого разделения роли не существует, и вообще их роль родителя выражена. Но таких людей мало.

«Родитель-начальник» выступает в трех ипостасях. Первая — это тиран, который постоянно подчеркивает свою власть, все на свете знает и считает себя образцом добродетели («Я — авторитет для тебя. Делай то, что я говорю»). Он всегда обвиняет ребенка и держит его в страхе. Вторая — это мученик, который хочет только служить другим. Мученик часто идет на большие жертвы ради сущих пустяков и всегда выступает в позиции миротворца. Воспи­тание строится на чувстве вины («Что там я! Главное, чтобы вы были счастливы»). Третья — это вещатель, с каменным лицом произносящий прописные истины («Вот так поступать — правиль­но»). Такой родитель похож на робота. Он считает, что в воспита­нии главное — компетентность. Он всегда старается намекнуть, что если кто-то из нас недостаточно умен и эрудирован, то, ко­нечно же, не он.

«Родитель-товарищ» — это снисходительный друг, всегда и все готовый простить (независимо от возможных последствий). Такой Родитель обычно неправильно реагирует на поступки ребенка.

Результат подобной позиции родителей — не воспитанное у Ребенка чувство ответственности.

Я считаю, что мы слишком дорого платим за те роли, с Помощью которых демонстрируем свою силу. По мне, «тиран» — самый разрушительный вид роли, он подавляет других, заставляя подчиняться себе. В большинстве случаев такое поведение лишь результат собственной неуверенности в себе, которую взро­слые люди пытаются компенсировать, требуя немедленного и беспрекословного повиновения от своих детей, даже тогда, когда она не правы. А как же еще могут воспитывать своих детей неуверен­ные родители?

Редко бывает, чтобы дети, выросшие в подчинении своим родителям, сами не вырастали либо тиранами, либо жертвами, если только в их жизни не происходили необыкновенные события Девиз тирана таков: «Есть только один правильный способ воспи­тания. Конечно, это тот, который предлагаю тебе я». Я не могу понять, как можно воспитать у ребенка собственное мнение, если постоянно требовать от него подчинения. Обществу очень нужны люди со своей, независимой точкой зрения. Только человек, не доверяющий собственному здравому смыслу, может подчиняться тем, кто вроде бы больше понимает, и стремится жить в соответ­ствии с их ожиданиями.

Люди, живущие бок о бок с тираном, который твердит: «Де­лайте то, что я говорю!» или «Это так, раз я это говорю!», постоянно терпят оскорбления и унижения. Они словно все время слышат: «Ты — просто тупица. А я знаю все лучше тебя». Такие утвержде­ния надолго отравляют самосознание жертвы тирана, в особенно­сти если жертвами являются дети.

Ни одна из этих ролей не позволяет родителям создать в семье атмосферу доверия. А в атмосфере недоверия, страха, безразли­чия или запугивания невозможно наладить эффективное воспи­тание и обучение.

Я советую родителям стать наставниками своих детей. Это зна­чит быть твердыми, добрыми, воодушевленными, понимающими людьми, постоянно чувствовать любовь к детям и руководство­ваться реальностью, а не стремлением проявить власть.

Становясь родителями, люди нередко зажимают себя в тиски — они вдруг решают, что должны выполнять лишь свои обязанности, и только, быть серьезными. И они действительно прекращают раз­влекаться и шутить. Лично я уверена, что все должно быть наобо­рот. Люди, считающие, что в семье надо оставаться самими собой и получать удовольствие от семейной жизни, видят повседневные проблемы совсем в другом свете.

Помню молодую супружескую пару — Лауру и Джоша, кото­рые сказали мне, что главное для них — наслаждаться своим ребенком. Было очевидно, что друг другом они наслаждаются все время. Радуясь ребенку, они научили и его радоваться родителям. И такая замечательная, полная наслаждения жизнь продолжается по сей день уже в течение 15 лет и с двумя другими детьми. Мне очень приятно бывать в этой семье. Они любят друг друга и гор­дятся друг другом. Родители вовсе не потакают детям, для них установлены определенные правила в семье. Здесь честно и во­время говорят «да» или «нет».

Отчасти искусство наслаждения жизнью заключается в умении быть гибким в решении возникших проблем и иметь чувство юмора. Родители, например, совершенно по-разному реагируют, когда пятилетний ребенок вдруг разольет молоко. Реакция на про­ступок малыша показывает, в какой семье он растет и как здесь относятся к подобным вещам. Ведь в этой ситуации нет един­ственно правильного варианта поведения.

Мои друзья, Лаура и Джош, наверное, сказали бы своему сыну Дэвису: «Как! Ты разрешаешь не руке, а стакану быть начальни­ком? Тебе надо поговорить со своей рукой. Давай сходим на кухню, возьмем губку и все вытрем».

Могу себе представить, как Джош говорит: «Знаешь, Дэвис, со мной однажды то же самое случилось. Я почувствовал, что совер­шил что-то ужасное. Мне было очень плохо. А ты как себя чувству­ешь?» На что Дэвис ответит: «Мне тоже плохо. Но надо навести порядок». И это будет естественное ощущение своей вины, а не удар по самолюбию со стороны родителей.

Я могут представить аналогичный эпизод в другой семье. Например, в семье Эла и Этель. Этель набрасывается на Дэвиса, требуя, чтобы он вышел из-за стола, и при этом говорит Элу: «Не знаю, как быть с этим ребенком. Он вырастет ужасным не­ряхой».

В другой знакомой мне семье Эдит и Генри будет иная сцена: Генри выразительно посмотрит на Эдит. Она спокойно возьмет губку и вытрет лужицу, укоризненно посмотрев на Дэвиса.

Я считаю, что поведение Лауры и Джоша в этой ситуации самое правильное, оно дает ребенку гораздо больше, чем наказа­ние. А что думаете вы? Как прореагируют на эту ситуацию в семье, где люди живут в любви и согласии? Как вы относитесь к таким происшествиям?

Так, радость, юмор — спутники счастливых семей. А члены вашей семьи радуются друг другу? Если это бывает редко, поду­майте, что можно изменить. Люди, не умеющие радоваться друг другу, создают препятствия и на пути взаимной любви.

Я думаю, что смех и веселье позволяют нам быть ответствен­ными и компетентными, гармоничные люди умеют радоваться и себе, и коллегам, и своей работе. Недавно я узнала, что одна пре­успевающая фирма ввела три новых критерия для отбора персо­нала: она ищет добрых, веселых и компетентных в своей области кандидатов. И так как эти качества всеми ценятся, давайте попробуем стать такими и в семейной жизни.

Очень важно уметь посмеяться над собой и понять шутку. Эти качества помогают и на службе. Наше умение веселиться идет, конечно, из семьи. Если все, что говорит папа или мама, воспри­нимается как наивысшая мудрость, у нас мало шансов научиться видеть забавные стороны происходящего. Я бывала в домах, где воздух буквально пропитан серьезностью и мрачностью, где вежливость настолько почитается, что, кажется, в доме живут не люди, а привидения. В других домах все бывает настолько выли­зано и вымыто, что я, например, чувствую в них себя как специально стерилизованное, принесенное из прачечной полотенце Я не думаю, что в таких условиях люди могут по-настоящему наслаждаться друг другом. А какая атмосфера царит в вашей семье? Верите ли вы, что смех и веселье полезны для здоровья?

Что вы еще могли бы внести в жизнь вашей семьи, чтобы дома всегда царили смех, радость и веселье?

Только сейчас мы начинаем понимать, что смех и юмор способ­ствуют выздоровлению и улучшают работу организма. Давно известно, что беспокойство, страх, раздражение и другие отрица­тельные эмоции плохо влияют на здоровье. А смех и любовь__

хорошие лекарства. Они ничего не стоят, нужно лишь осознать их необходимость в нашей жизни. Я знаю, что могу успешно работать только в атмосфере тепла и света.

Кроме радости ребенку необходима ваша любовь. Вы никогда не задумывались над тем, что это за чувство? Когда я люблю, в моем теле появляется легкость, энергия переполняет меня, я взволнованна, открыта миру и чувствую себя смелой, уверенной и счастливой. Я начинаю осознавать свою ценность и значимость и обостренно чувствую потребность и желания человека, к которому обращены мои чувства. Мои стремления и надежды совпадают с его желаниями. Я не хочу обижать и обманывать этого человека. Я хочу быть с ним, делиться с ним всем, прикасаться к нему и чув­ствовать его прикосновения, смотреть на него и ощущать на себе его взгляды, радовать его и радоваться вместе с ним. Мне нра­вится любить. Я считаю, что это высшее проявление человеческой сущности.

Но я редко видела выражения любви между членами семьи. Я много слышала о боли, неприятностях, разочаровании, о раздра­жении, которое члены семьи испытывают по отношению друг к другу. Когда люди так много внимания обращают на свои непри­ятные переживания, теплые чувства остаются незамеченными.

Я не говорю, что в жизни не бывает неприятностей и связан­ных с ними негативных эмоций. Но если мы сосредоточиваемся только на них, то упускаем возможность увидеть что-нибудь дру­гое. Любовь и надежда окрыляют нас. Но мы так много времени и внимания уделяем своим обязанностям, что остается слишком мало времени для любви и радости. Порой мы осознаем это только на похоронах, когда уже поздно.

Маленький ребенок получает удовольствие от разных тактиль­ных ощущений, цвета и звуков, и особенно от звука собственного голоса и разглядывания самого себя. Видя радость родителей, ребенок сам учится радоваться. Радость и любовь тесно связаны.

Но в каждодневном воспитании мы очень мало делаем, чтобы ребенок умел радоваться самому себе. Я знала многие семьи, где уход за ребенком воспринимался родителями как тяжелая участь, полная непрерывной работы и истерических срывов. И я замети­ла, что, как только взрослые начинают сами радоваться миру, их жизнь становится легче. Они мягче и терпеливее относятся и к детям, и к самим себе. Не знаю, осознаете ли вы, насколько мрачны серьезные люди — взрослые. И меня совсем не удивляет, когда некоторые дети говорят, что не хотят взрослеть, потому что взрослые никогда не веселятся.

Мы говорили о некоторых проблемах воспитания детей и взаимоотношений в семье. Теперь попытаемся посмотреть на жизнь вашей семьи с другой стороны. По этому поводу я вспоми­наю классическую историю Роберта Бенчли. Когда он был студентом колледжа, на одном из последних экзаменов ему надо было написать реферат о рыбных хозяйствах. В течение всего семестра он не открывал учебник. Но он бесстрашно начал свой реферат словами: «Много работ посвящено рыбным хозяйствам. Но никогда никто не рассматривал этот вопрос с точки зрения рыбы». Й дальше он написал самый смешной реферат за всю историю Гарварда.

Так и я, посвятив эти страницы описанию родительских проблем, теперь хочу посмотреть на жизнь семьи глазами ребенка. Представлю себя ребенком по имени Джой, около двух недель от роду.

Я чувствую, как болит время от времени мое тельце. Спинка болит, когда меня слишком туго пеленают или когда мне прихо­дится долго лежать в одном положении. Животик сжимается, когда я голоден, и начинает болеть, когда я съем слишком много. Когда лампа светит мне прямо в глаза, они болят, потому что я еще не умею поворачивать голову.

Иногда меня выносят на солнце, и мне становится очень жар­ко. Я потею, когда на мне очень много одежды, и мерзну, когда ее недостаточно. Иногда моим глазкам становится скучно смотреть на голые стены. Во время запоров в животе начинаются колики. Когда меня надолго оставляют на ветру, моя кожа покрывается мурашками.

Иногда я долго лежу неподвижно, и моему телу становится жестко и неудобно. Мне неприятно, когда вода в ванночке очень холодная или очень горячая.

Меня часто трогают руками. Мне бывает неприятно, когда руки хватают меня очень сильно. Я чувствую себя стиснутым и сжатым. Иногда эти руки колются, как иголки, и иногда бывают такими слабыми, что кажется — меня уронят. Эти руки делают для меня все: поднимают, перекладывают, поддерживают. Это очень хорошие руки, особенно когда понимают, что мне нужно. Они сильные, ласковые и любящие.

Мне действительно становится больно, когда меня тянут за одну ручку или когда мои щиколотки надолго соединяют вместе во время пеленания. Иногда мне кажется, что я задыхаюсь, когда меня прижимают к другому человеку. Мне трудно дышать.

Еще я очень пугаюсь, когда кто-нибудь подходит к моей кроватке и внезапно наклоняет надо мной свое огромное лицо. Мне кажется, что этот гигант сейчас раздавит меня. Мне неприятно, все мои мышцы напрягаются. Когда мне плохо, я плачу. Только так могу показать окружающим, что мне что-то не нравится. Но взрослые люди не всегда понимают, в чем дело.

Иногда мне нравятся звуки вокруг меня. Но они бывают » неприятными, тогда у меня болят ушки и голова. И я начинаю плакать. Иногда мой носик чувствует очень приятные запахи, ц0 некоторые бывают просто ужасны. И от этого я плачу.

Обычно мама с папой замечают, когда я плачу. Это хорошо когда они знают, что мне плохо, и находят причину этого. Они думают — не колет ли меня что-то в кроватке, не болит ли живо­тик, нет ли у меня запора и не одиноко ли мне лежать. Они берут меня, качают, кормят, веселят. Я знаю: они хотят, чтобы мне стало лучше.

Очень плохо, что мы не говорим на одном языке. Порой мне кажется, они хотят, чтобы я замолчал, чтобы заняться какими-то своими делами. Они немножко покачают меня, будто я кошелка с овощами, а потом бросают одного. И мне становится еще хуже, чем раньше. Я догадываюсь, что у них есть другие дела. Иногда мне кажется, что я их раздражаю. Но я вовсе не хочу, чтобы так было. И не могу сообщить им, что это не так.

Мое тельце перестает болеть, когда меня трогают любящие люди. Им хорошо, и я знаю, что они действительно стараются понять меня. И я пытаюсь помочь им как могу. Я плачу по-разно­му. Мне нравятся отчетливые, нежные и мелодичные голоса. Мне приятно, когда мама с папой смотрят на меня, особенно прямо в глаза.

Я думаю, что мама не догадывается, что ее руки иногда делают мне больно, а голос бывает резким. Если бы она знала об этом, то, конечно, постаралась бы измениться. В такие моменты она бывает какая-то рассеянная. Когда ее руки много раз подряд делают мне больно и голос ее по-прежнему неприятен мне, я начинаю бояться ее. Когда она ходит вокруг меня, я весь напрягаюсь и сжимаюсь Она выглядит недовольной и иногда очень сердитой. Она думает, что я не люблю ее, а я просто ее боюсь. Порой мой папа бывает мягче, и я чувствую себя с ним в безопасности. Когда папе хорошо, я спокоен.

Иногда мне кажется, что мама не понимает, что мой организм устроен так же, как и ее. Мне бы хотелось сказать ей об этом. Неко­торые вещи, которые она говорит своим друзьям обо мне и другим членам семьи, она бы, наверное, не говорила, если б знала, что. лежа рядом в кроватке, я хорошо все слышу. Помню, однажды она сказала: «Джо, наверное, будет похож на дядю Джима» — v начала плакать. Случались и другие подобные вещи, и я чувство­вал, что со мной происходит нечто ужасное.

Через много лет я узнал, что дядя Джим был любимым мами­ным братом и, наверное, хорошим парнем. Я часто слышал, как мать говорила, что я очень похож на него. А плакала она, потому что он погиб в автомобильной катастрофе, когда она сама была за рулем. Многие вещи теперь выглядят в другом свете, но я ведь долгие годы не знал об этом. Думаю, если бы она рассказала, как любит Джима и как тяжело переживает его гибель, я бы, наверное, тоже полюбил его и не чувствовал себя так плохо. Я бы понял, что, тогда она смотрела на меня и плакала, она вспоминала о нем.

С самого рождения я провожу большую часть времени лежа на спине, и знакомлюсь с людьми только из этого положения. Мамин и папин подбородки я узнаю гораздо лучше, чем подбородки других гостей. Когда я лежу на спине, я все предметы вижу вверху, надо мной. А сам, конечно, смотрю на них снизу. В моем мире вещи расположены так.

Теперь представим себе переживания Джо по мере того, как он станет расти.

Я был очень удивлен, увидев, что многие вещи изменились, как только я начал сидеть. Когда я стал ползать, я увидел пред­меты и подо мной, познакомился со своими ногами. Когда я стал вставать на ноги, мой рост был только два фута. Глядя вверх, я отчетливо видел мамин подбородок. Ее руки казались мне такими большими. И часто, когда я стоял между мамой и папой, я чув­ствовал, что они где-то далеко и даже могут представлять опас­ность для меня, а сам я был очень-очень маленьким.

Когда я научился ходить, помню, как мы с мамой пошли в овощной магазин. Мама очень спешила. Она держала меня за руку. Мы шли так быстро, что мои ноги едва касались земли. Рука начала болеть. Я заплакал. А мама сердилась на меня. Думаю, что она не понимала, почему я плачу. Ее рука была опущена, она шла двумя ногами, мою же руку тянула вверх, и я скакал на одной ноге. Я пытался сохранить равновесие. А когда мне это не удава­лось, у меня начинала кружиться голова. Мне было очень неудоб­но.

Я помню, как уставали мои руки, когда я гулял с мамой и папой. Они держали меня с двух сторон за руки. Папа был выше мамы, поэтому его рука тянула меня сильнее. Я был весь перекосо­бочен. Иногда мои ноги не касались земли. Отец делал большие шаги. А когда мои ноги касались земли, я старался изо всех сил не отставать от него. Наконец, не в силах больше терпеть, я попросил отца понести меня. Он понес, я понял — он решил, что ребенок устал. Он не знал, что я настолько измучился, что с трудом дышал. Были и счастливые моменты, но неприятные переживания запо­мнились мне лучше.

Мои родители ходили на занятия, где их учили разным важным вещам. Когда они потом хотели поговорить со мной, они ста­вили меня так, чтобы наши глаза были на одном уровне, и ласково прикасались ко мне. Тогда мне было намного лучше.

Если первые впечатления оказываются такими сильными, то, наверное, взрослый в первых представлениях ребенка выглядит настоящим великаном, олицетворяющим силу и власть. Это не только приносит ощущение безопасности, но и таит в себе угрозу для маленького и беспомощного ребенка. Я уже упоминала об этом раньше, но вопрос настолько важен, что я не боюсь повториться. Родители очень часто сохраняют образ маленького и беспомощного ребенка даже и после того, как он вырос. Сын или дочь и в восемнадцать лет в родительских глазах по-прежнему остаются такими же маленькими и беззащитными. Нередко повзрослевшие дети точно так же сохраняют прежний образ своих родителей видят их всесильными и всемогущими, даже несмотря на то что сами они стали не менее самостоятельными.

Я думаю, что родители, которые осознают опасность подобного отношения, должны помочь ребенку как можно скорее почувство­вать свои собственные силы и увидеть ограниченные возможности родителей. Человек, который не научился этому в детстве, начи­нает паразитировать на других людей, управлять ими, занимая позицию господа Бога, то милостивого, то беспощадного.

Ресурсы детского организма те же, что и у взрослого. С самого рождения начинают функционировать органы восприятия мла­денца, и, следовательно, он способен чувствовать то же самое, что и взрослые. Мозг ребенка перерабатывает ту информацию, кото­рую он воспринимает, хотя он не может никому объяснить то, что чувствует и осознает. Если иметь это в виду, к ребенку легче отно­ситься как к личности. Человеческий мозг — это замечательный компьютер, постоянно собирающий всю информацию воедино и старающийся понять ее смысл. Если мозг не может воспринять смысла информации, то получается полная ерунда. Как и компью­тер, мозг «не знает того, что он не знает». Он может использовать только уже имеющиеся данные.

Родителям, с которыми я работаю, иногда предлагаю такое упражнение.

Взрослого просят представить себя ребенком, лежащим в кро­ватке на спине. Так как он еще не умеет говорить, его просят на все реагировать звуками и простыми движениями. Затем я прошу двух других взрослых наклониться к ребенку и делать все, что тре­буется, пытаясь следовать тем знакам, которые ребенок подает. Так каждый взрослый по очереди становится младенцем. После пяти минут такой игры я прошу каждого рассказать двум другим взрослым о своих ощущениях. Где-то в середине ролевой игры я неожиданно вторгаюсь в жизнь «семьи»: звоню по «телефону» или в «дверь». Я выбираю момент, когда «ребенок» капризничает. Посмотрим, что произойдет с «родителями» и с самим ребенком, затем снова прошу участников поделиться друг с другом своими впечатлениями. Попробуйте сделать сами такое упражнение.

Это простой способ помочь взрослым представить, что может чувствовать ребенок и как его переживания влияют на поведение родителей. Прикосновение человеческой руки, звуки человечес­кого голоса, запахи родного дома — с этих ощущений ребенок начинает познавать окружающий мир. Как родители прикаса­ются к нему, как разговаривают с ним — все это создает основу для детского развития. Ребенок должен изучить лица, голоса и запахи окружающих его взрослых и сделать свои выводы. Ведь в мир новорожденного сначала царит страшная путаница.

Я уверена, что, как только дети научаются самостоятельно есть, ходить и разговаривать, они начинают и понимать все вокруг себя. После этого с детьми происходят всевозможные изменения. Они учатся общаться со своим Я, с другими людьми, с миром окружающих предметов. И здесь наступает критический момент в жизни семьи: чему и как учить ребенка?

Процесс обучения всегда многоуровневый. Например, осваи­вая искусство переставлять ножки при ходьбе, дети в то же время узнают, как их воспринимают взрослые, чего от них ждут. На осно­вании этого дети понимают, чего можно ожидать от других и каких ждать реакций на свое поведение. Дети сами постигают мир и сами учатся с ним взаимодействовать: «Нет, нет! Не трогай это!» или «Потрогай это. Правда, приятно?»

В первый год жизни ребенок должен узнать больше, чем за всю свою жизнь. Больше никогда он не столкнется с необходимостью узнать сразу так много нового, столько самого разного и в такие короткие сроки.







Дата добавления: 2015-09-15; просмотров: 80. Нарушение авторских прав

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2017 год . (0.015 сек.) русская версия | украинская версия