Функциональный подход в исследованиях памяти

Несмотря на успешное развитие моделей памяти, использующих компьютерные метафоры, стало понятно, что аналогия между переработкой информации у человека и компьютера не является удовлетворительной. Прежде всего исследователи столк­нулись с фактом влияния таких переменных, как мотивация, интенция, интерес, вни­мание и осмысленность материала, на результативность мнемической системы. Та­ким образом, возникла острая необходимость введения не только результативного (объем и длительность хранения), но и функционального критерия для моделирова­ния памяти.

Функциональные компоненты вводились в изначально структурные модели па­мяти постепенно. В эволюции компьютерной идеологии можно выделить три периода. Сначала были выделены две формы хранения: кратковременная и долговременная. Затем постулировалось различие между сенсорным регистром и собственно кратковременной памятью. И наконец, внутри кратковременной памяти были выделены структурные и функциональные компоненты (кратковременное хранилище и буфер повторения).

Впервые на наличие сенсорной (сверхкратковременной) памяти как отличной от кратковременной указал Аткинсон. Для обозначения этого вида памяти он использо­вал понятие «сенсорный регистр». Предполагалось, что для каждой модальности суще­ствует свой, строго специфичный регистр, где информация хранится непродолжитель­ное время (от нескольких сот миллисекунд до нескольких секунд в зависимости от модальности). Далее информация пассивно перекачивается в кратковременное хранилище.

Понятие «оперативная память» было введено Аткинсоном и Шифриным. Они полагали, что внутри кратковременной памяти можно выделить две составляющие: одна выполняет функцию хранения, вторая — функцию переработки. Авторы обна­ружили, что информация не хранится в кратковременной памяти пассивно, а актив­но поддерживается (в течение 15-30 с) и перекодируется, прежде чем перейти в дол­говременную память. Для обеспечения оперативной переработки требуются ресурсы, поэтому продуктивность кратковременной памяти (и ее подотдела — оперативной памяти) в значительной мере зависит от аттенционных нагрузок.

В 1974 г. Бэддли и Хитч разработали модель оперативной памяти. Под оператив­ной памятью понимается система хранения и переработки информации, которая яв­ляется не модально-специфической, а мультимодальной. Эта система состоит из трех компонентов: центрального исполнительного процессора и двух «систем-рабов», из которых одна специализируется на переработке вербального материала (артикуля­ционная петля), а вторая, связанная с пространственной зрительной памятью, явля­ется зрительной пространственной матрицей. Согласно модели, в артикуляционной петле автоматически поддерживается некоторое количество информации. Это коли­чество зависит от времени, необходимого для вокализации вербального материала, и составляет примерно 1,5-2 с. Поэтому емкость памяти можно выразить либо через количество стимулов, либо через общую длительность проговаривания.

В многочисленных экспериментах было затем показано, что подавление артику­ляции (или выполнение задач, требующих участие артикуляционной петли) влечет за собой снижение емкости оперативной памяти. Центральный процессор может уве­личить емкость хранения, «включая» ментальные операции повторения.

В теории Ошанина Д. А. (1977) была развита идея оперативного образа — аналога оперативной памяти в зрительной модальности. Оперативный образ складывается при выполнении конкретной деятельности. Его содержание не изоморфно сенсорной информации: в нем акцентированы характеристики объекта, существенные в услови­ях конкретного действия, и, наоборот, свернуты мало информативные в данный мо­мент свойства объекта.

В исследованиях В. П. Зинченко и его коллег было показано, что процесс форми­рования перцептивного образа развернут во времени и включает в себя ряд перцеп­тивных действий, начиная с выделения признаков и заканчивая собственно построе­нием образа. Этот образ выполняет оперативную функцию, включающую в том числе и управление конкретным исполнительным действием.