Если ученый считает науку интернациональной, то в процессе научного творчества он неизбежно служит интересам чужих рас, а не своей собственной.

Отечественная наука, являясь передовой во многих отношениях, тем не менее, наследственно страдает аксиологической импотенцией, прикрывая свой недуг фиговым листком непредвзятости академического естествоиспытателя. ''Свободен от оценки'' – этот лозунг сделался модным в современных научных кругах. Но ведь даже стервятник, пожирающий падаль, не свободен от системы ценностей. Моральная стерильность – это еще одна иллюзия.

В связи с этим можно вспомнить высказывание Риккерта, что ''этическая ценность связана прежде всего с волей'', а также слова Дьюи: ''Желание является пружиной, приводящей в действие механизм оценки''. К этому следует добавить и афоризм Перри: ''Мои интересы – это я сам в глубочайшем смысле''.

Выдающийся английский философ и математик Альфред Норт Уайтхед (1861_1947) также утверждал, что ''в отрыве от действительности активность отделена от ценности, ибо только действительность представляет ценность''. Кроме того, ''фактором принудительного детерминизма, существующего в универсуме'', он назвал неизбежную субъективность постижения бытия, вытекающего из объективного существования различных рас, относимых им к категории ''непреходящих объектов''.

Вновь мы убеждаемся в том, что с точки зрения теории познания раса – это надисторический субъект исторического процесса.

Именно этого глубочайшего субъективного расового смысла, порожденного волей и интересом, и недостает отечественной антропологии.

Основоположник расовой гигиены Альфред Плетц (1860_1940) писал: ''Всюду, где этик ищет расположенную вне личности, не трансцендентную опорную точку человеческих действий, где политик борется за основные жизненные интересы, конечным объектом, сознательно или бессознательно, всегда является органическое целое жизни, представленное расой''.

Один из ведущих расовых философов ХХ века Фриц Ленц (1887_1976) также не случайно свое программное сочинение назвал ''Раса, как основной оценочный принцип''. В нем он отмечал: ''Раса _ носитель всего, и личности, и государства, и народа, из нее исходит все существенное, и она сама _ суть. Она не организация, а организм... Вне нашей воли к ценностям понятие ценности теряет свое значение. Звезды нашей судьбы – внутри нас. Обоснования нашего высшего идеала – в нашей собственной сущности.(...) Как для счастья отдельных людей, так и для всеобщего счастья постоянной основой служит здоровье расы. Выродившийся народ неизбежно несчастен, даже обладая всеми сокровищами мира. Не раса нужна нам ради счастья, а счастье ради расы''.

Поэтому с позиций расовой аксиологии, то есть именно расовой системы ценностей, уже совершенно не составляет никакого труда научно квалифицированно ниспровергнуть один из самых грандиозных мифов христианской догматики и современного либерального просвещения – миф о видовом единстве человечества. Homo sapiens – это химера, коллаж, безграмотная подделка для доверчивых любителей усредненного универсализма.