Часть II. Структура и логика психологического исследования

Структура и логика психологического исследования

Предисловие

Психологи свыклись с мыслью о том, что их наука находится на до-парадигмальном уровне. Бурные (или имевшие видимость бурных) дискуссии, которые проводились в психологии начала и середины XX века, касались в первую очередь проблем обоснования психологических предмета и метода. Глубинная психология, бихевиоризм и необихевиоризм, гуманистическая психология, когнити-визм — все направления в той или иной мере пытаются решить эти проблемы.

В психологии известны два пути формирования предметного образа: первый характеризуется тем, что человек манипулирует объектом. Второй связан с тем, что человек применяет стратегию «обхода». Но невозможно сформировать адекватный образ объекта, не разделив себя и объект, разве что мысленно, представив систему «я — объект» в искусственной внешней системе координат. Однако и в этом случае исследователь будет в плену сконструированной модели. Так и в науке: нельзя понять парадигму науки, находясь в жесткой связи с наукой, пользуясь средствами, выработанными в ней самой.

Отсюда вытекает совершенно очевидное следствие: необходимость рассмотрения предмета, метода и принципов науки (в данном случае — психологии) в контексте общеметодологических подходов.

Когда отечественный психолог-исследователь встречает понятие «методология психологии», ему приходит на ум бесконечная череда монографий, сборников, статей, посвященных марксистской психологии, «философской» психологии и т.д. и т.п.

В особо тяжелом положении находятся исследователи, искренне интересующиеся проблемами оснований психологического метода. Согласно принципу, сформулированному еще в 1970-е годы, каждая непротиворечивая универсальная система понятий (в том числе — методологических) специфична относительно определений познавательной задачи. Иными словами, предметная универсальность теории связана с ее конкретностью — применимостью для решения вполне определенного класса познавательных задач. Следовательно, может быть создано какое угодно количество универсальных (применительно к любым мыслимым объектам и предметам) всеобщих методологических теорий, не конкурирующих, а взаимно дополняющих друг друга в том смысле, что каждая из них предназначена для решения определенной познавательной задачи (класса задач) и не может с тем же успехом использоваться в других случаях. Не вдаваясь в идеологическую дискуссию, тем более — ныне безопасную, можно заметить, что марксистская методология, которая применяется для решения определенного класса познавательных задач (если таковой может быть выделен), не является единственно возможной.

Кроме того, используемая автором система понятий также не универсальна в смысле единственности и применимости для решения всех методологических задач психологии. Именно эта мысль и подвигла автора на подготовку книги, в чем-то схожей по содержанию с целым рядом ранее вышедших работ (Ганзен В. А., 1984; Гот-тсданкер Р., 1982; Ломов Б. Ф., 1984; Пономарев Я. А., 1983; Роговин М. С., 1983 и 1988), поскольку, следуя той же логике, подходы, сформулированные в этих работах, не могут охватить весь спектр методологических проблем психологии.