Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Экспериментальная психология 3 страница




— точная экспериментальная гипотеза — предположение об отношении между еди­ничной независимой переменной и зависимой в лабораторном эксперименте;

проверка требует выделения независимой переменной и «очищения» ее условий;

— экспериментальная гипотеза о максимальной (или минимальной) величине — предположение о том, при каком уровне независимой переменной зависимая при­нимает максимальное (или минимальное) значение. «Негативный» процесс, ос­нованный на представлении о двух базисных процессах, оказывающих противо­положное действие на зависимую переменную, при достижении определенного (высокого) уровня независимой переменной становится сильнее «позитивного»;

проверяется только в многоуровневом эксперименте;

— экспериментальная гипотеза об абсолютных и пропорциональных отношени­ях — точное предположение о характере постепенного (количественного) изме­нения зависимой переменной с постепенным (количественным) изменением не­зависимой; проверяется в многоуровневом эксперименте;

— экспериментальная гипотеза с одним отношением — предположение об отноше­нии между одной независимой и одной зависимой переменными. Для проверки экспериментальной гипотезы с одним отношением может быть использован и факторный эксперимент, но вторая независимая переменная является при этом контрольной;

— комбинированная экспериментальная гипотеза — предположение об отношении между определенным сочетанием (комбинацией) двух (или нескольких) незави­симых переменных, с одной стороны, и зависимой переменной — с другой; про­веряется только в факторном эксперименте. Исследователи различают научные и статистические гипотезы. Научные гипоте­зы формулируются как предполагаемое решение проблемы. Статистическая гипо­теза — утверждение в отношении неизвестного параметра, сформулированное на языке математической статистики. Любая научная гипотеза требует перевода на язык статистики. Для доказательства любой из закономерностей причинных связей или любого явления можно привести множество объяснений. В ходе организации эксперимента количество гипотез ограничивают до двух: основной и альтернатив­ной, что и воплощается в процедуре статистической интерпретации данных. Эта процедура сводима к оценке сходств и различий. При проверке статистических ги­потез используются лишь два понятия: Н1 (гипотеза о различии) и Н0 (гипотеза о сходстве). Как правило, ученый ищет различия, закономерности. Подтверждение первой гипотезы свидетельствует о верности статистического утверждения Н1, а второй— о принятии утверждения Н0 — об отсутствии различий [Гласс Дж., Стенли Дж., 1976].

После проведения конкретного эксперимента проверяются многочисленные ста­тистические гипотезы, поскольку в каждом психологическом исследовании регист­рируется не один, а множество поведенческих параметров. Каждый параметр ха­рактеризуется несколькими статистическими мерами: центральной тенденции, из­менчивости, распределения. Кроме того, можно вычислить меры связи параметров и оценить значимость этих связей.

Итак, экспериментальная гипотеза служит для организации эксперимента, а ста­тистическая — для организации процедуры сравнения регистрируемых параметров. То есть статистическая гипотеза необходима на этапе математической интерпретации данных эмпирических исследовании. Естественно, большое количество стати­стических гипотез необходимо для подтверждения или, точнее, опровержения ос­новной — экспериментальной гипотезы. Экспериментальная гипотеза — первична, статистическая — вторична.

Гипотезы, не опровергнутые в эксперименте, превращаются в компоненты тео­ретического знания о реальности: факты, закономерности, законы.

Процесс выдвижения и опровержения гипотез можно считать основным и наибо­лее творческим этапом деятельности исследователя. Установлено, что количество и качество гипотез определяется креативностью (общей творческой способностью) исследователя — «генератора идей».

Подведем промежуточный итог. Теорию в эксперименте непосредственно прове­рить нельзя. Теоретические высказывания являются универсальными; из них выво­дятся частные следствия, которые и называют гипотезами. Они должны быть содер­жательными, операциональными (потенциально опровергаемыми) и формулиро­ваться в виде двух альтернатив. Теория опровергается, если выводимые из нее част­ные следствия не подтверждаются в эксперименте.

Выводы, которые позволяет сделать результат эксперимента, асимметричны:

гипотеза может отвергаться, но никогда не может быть окончательно принятой. Любая гипотеза открыта для последующей проверки.

1.6. Основные общенаучные исследовательские методы

Все методы современной науки делятся на теоретические и эмпири­ческие. Деление это весьма условное. В качестве самостоятельного можно выде­лить метод моделирования, имеющий собственную специфику. Кроме того, от тео­ретических и эмпирических методов отличают интерпретационные методы, в част­ности методы представления и обработки данных.

При проведении теоретического исследования ученый имеет дело не с самой ре­альностью, а с ее мысленной репрезентацией — представлением в форме умствен­ных образов, формул, пространственно-динамических моделей, схем, описаний в естественном языке и т. д. Теоретическая работа совершается «в уме».

Эмпирическое исследование проводится для проверки правильности теоретиче­ских построений; ученый взаимодействует с самим объектом, а не с его знаково-символическим или пространственно-образным аналогом. Обрабатывая и интерпре­тируя данные эмпирического исследования, экспериментатор так же, как и теоре­тик, работает с графиками, таблицами, формулами, но взаимодействие с ними протекает в основном «во внешнем плане действия»: рисуются схемы, с помощью компьютера делаются расчеты и пр. В теоретическом исследовании проводится «мысленный эксперимент», когда идеализированный объект исследования (точ­нее — умственный образ) ставится в различные условия (также мысленные), после чего, на основе логических рассуждений, анализируется его возможное поведение. Метод моделирования отличен как от теоретического метода, дающего обобщенное, абстрагированное знание, так и от эмпирического. При моделировании исследова­тель пользуется методом аналогий, умозаключением «от частного к частному», тогда как экспериментатор работает с помощью методов индукции (математическая статистика является современным вариантом индуктивного вывода). Теоретик поль­зуется правилами дедуктивного умозаключения, разработанными еще Аристотелем.

Для исследователя, применяющего моделирование, модель — аналог объекта. Моделирование используется тогда, когда невозможно провести эксперименталь­ное исследование объекта. К таким объектам относятся уникальные системы, недо­ступные экспериментальному изучению, или системы, на которых эксперимент про­изводить по моральным соображениям нельзя: Вселенная, Солнечная система, экосистема национального парка «Лосиный остров» и человек как объект, напри­мер, ряда медицинских и психофармакологических исследований. Иногда модель выбирается исходя из принципа удобства, большей простоты и экономичности про­ведения исследования. Так, вместо испытания гигантского корабля первоначально исследуется его плавучесть на модели (с учетом принципиально важных масштаб­ных искажений). Вместо того чтобы исследовать особенности элементарных форм научения и познавательной активности у человека, психологи успешно используют для этого «биологические модели»: крыс, обезьян, кроликов и даже свиней.

Различают «физическое» и «знаково-символическое» моделирование. «Физиче­ская» модель исследуется экспериментально. «Знаково-символическая» модель, как правило, реализуется в виде более или менее сложной компьютерной программы, и исследование ее поведения — дело теоретиков. Проблема «внешней» валидности метода моделирования особенно остра, так как его успех зависит от меры сходства объекта исследования с его аналогом.

К общенаучным эмпирическим методам относятся: 1) наблюдение, 2) экспери­мент, 3) измерение. Рассмотрим их особенности, возможности, которые они предо­ставляют исследователю, и недостатки.

Первый метод, с которым обычно начинают знакомить студентов, — наблюде­ние. В ряде наук это единственный эмпирический метод. Классической наблюда­тельной наукой является астрономия. Все ее достижения связаны с совершенство­ванием техники наблюдения. Не меньшее значение наблюдение имеет в поведен­ческих науках. Основные результаты в этологии (науке о поведении животных) получены с помощью наблюдения за активностью животных в естественных усло­виях. Наблюдение имеет огромное значение в физике, химии, биологии. С наблюде­нием связан так называемый идиографический подход к исследованию реальности. Последователи этого подхода считают его единственно возможным в науках, изуча­ющих уникальные объекты, их поведение и историю.

Идиографический подход требует наблюдения и фиксации единичных явлений и событий. Он широко применяется в исторических дисциплинах. Важное значение он имеет и в психологии. Достаточно вспомнить такие исследования, как работа А. Р. Лурии «Маленькая книжка о большой памяти» или монография 3. Фрейда «Леонардо да Винчи».

Идиографическому подходу противостоит номотетический подход — исследова­ние, выявляющее общие законы развития, существования и взаимодействия объектов.

Наблюдение является методом, на основе которого можно реализовать или номотетический, или идиографический подход к познанию реальности.

Наблюдением называется целенаправленное, организованное и определенным образом фиксируемое восприятие исследуемого объекта. Результаты фиксации дан­ных наблюдения называются описанием поведения объекта.

Наблюдение может проводиться непосредственно или же с использованием тех­нических средств и способов регистрации данных (фото-, аудио- и видеоаппаратура, карты наблюдения и пр.). Однако с помощью наблюдения можно обнаружить лишь явления, встречающиеся в обычных, «нормальных» условиях, а для познания суще­ственных свойств объекта необходимо создание особых условий, отличных от «нор­мальных». Кроме того, наблюдение не позволяет исследователю целенаправленно варьировать условия наблюдения в соответствии с замыслом. Исследователь не может воздействовать на объект, чтобы познать его характеристики, скрытые от не­посредственного восприятия.

Эксперимент позволяет выявить причинные зависимости и ответить на вопрос: «Что вызвало изменение в поведении?» Наблюдение применяется тогда, когда либо невозможно, либо непозволительно вмешиваться в естественное течение процесса.

Главными особенностями метода наблюдения являются:

— непосредственная связь наблюдателя и наблюдаемого объекта;

— пристрастность (эмоциональная окрашенность) наблюдения;

— сложность (порой — невозможность) повторного наблюдения.

В естественных науках наблюдатель, как правило, не влияет на изучаемый про­цесс (явление). В психологии существует проблема взаимодействия наблюдателя и наблюдаемого. Если испытуемый знает, что за ним наблюдают, то присутствие ис­следователя оказывает влияние на его поведение.

Ограниченность метода наблюдения вызвала к жизни другие, более «совершен­ные» методы эмпирического исследования: эксперимент и измерение. Эксперимент и измерение позволяют объективировать процесс, ибо они проводятся с использо­ванием специальной аппаратуры и способов объективной регистрации результатов в количественной форме.

В отличие от наблюдения и измерения, эксперимент позволяет воспроизводить явления реальности в специально созданных условиях и тем самым выявлять при­чинно-следственные зависимости между явлением и особенностями внешних усло­вий.

Измерение проводится как в естественных, так и в искусственно созданных усло­виях. Отличие измерения от эксперимента состоит в том, что исследователь не стре­мится воздействовать на объект, но регистрирует его характеристики такими, каки­ми они являются «объективно», независимо от исследователя и методики измере­ния (последнее для ряда наук невыполнимо).

В отличие от наблюдения, измерение проводится в ходе приборно-опосредованного взаимодействия объекта и измерительного инструмента: естественное «пове­дение» объекта не модифицируется, но контролируется и регистрируется прибором. При измерении невозможно выявить причинно-следственные зависимости, но мож­но установить связи между уровнями разных параметров объектов. Так измерение превращается в корреляционное исследование.

Измерение обычно определяют как некоторую операцию, с помощью которой вещам приписываются числа. С математической точки зрения, это «приписывание» требует установления соответствия между свойствами чисел и свойствами вещей.


С методической точки зрения, измере­ние — это регистрация состояния объекта (объектов) на основе регист­рации изменения состояний другого объекта (прибора). При этом должна быть определена функция, связываю­щая состояния объекта и прибора. Операция приписывания чисел объек­ту является вторичной: числовые зна­чения на шкале прибора мы считаем не показателями прибора, а количествен­ными характеристиками состояния объекта. Специалисты по теории изме­рений всегда большее внимание уделя­ли второй процедуре — интерпрета­ции показателей, а не первой — описа­нию взаимодействия прибора и объекта. В идеале операция интерпре­тации должна точно описывать про­цесс взаимодействия объекта и прибо­ра, а именно — влияние характерис­тик объекта на его показания.

Итак, измерение можно опреде­лить как эмпирический метод выявле­ния свойств или состояний объекта путем организации взаимодействия объекта с измерительным прибором, изменения состояний которого зави­сят от изменения состояния объекта. Прибором может быть не только вне­шний по отношению к исследователю предмет, например, линейка — прибор для измерения длины. Сам исследователь может быть измерительным инструментом: «человек есть мера всех вещей». И дей­ствительно, ступня, палец, предплечье служили первичными мерами длины (фут, дюйм, локоть и пр.). Так же и с «измерением» человеческого поведения: особеннос­ти поведения другого человека исследователь может оценивать непосредственно — тогда он превращается в эксперта. Такой вид измерения сходен с наблюдением. Но существует инструментальное измерение, когда психолог применяет какую-нибудь измерительную методику, например тест на интеллект.

Особенности метода измерений в психологии будут рассмотрены в дальнейшем. Здесь отметим то, что в психологии под измерением понимают два совершенно раз­личных процесса.

Психологическим измерением считают оценку величины тех или иных парамет­ров реальности, сходств и различий объектов реальности, и оценку эту производит испытуемый. На основании этих оценок исследователь «измеряет» особенности субъективной реальности испытуемого. В этом смысле «психологическое измерение» является задачей, данной испытуемому. Психологическое измерение во вто­ром значении, о котором мы и будем говорить в дальнейшем, проводится исследова­телем для оценки особенностей поведения испытуемого. Это — задача психолога, а не испытуемого.

В естественных науках следует различать, как предлагает С. С. Паповян, три вида измерения:

1. Фундаментальное измерение основывается на фундаментальных эмпирических закономерностях, позволяющих непосредственно вывести систему числовых от­ношений из эмпирической системы.

2. Производное измерение — это измерение переменных на основе закономерно­стей, связывающих эти переменные с другими. Для производного измерения тре­буется установление законов, описывающих связи между отдельными парамет­рами реальности, позволяющих вывести «скрытые» переменные на основе непо­средственно измеряемых переменных.

3. Измерение «по определению» производится тогда, когда мы произвольно пред­полагаем, что система наблюдаемых признаков характеризует именно это, а не какое-либо другое свойство или состояние объекта.

Сопоставление результатов измерения различных параметров объекта позволя­ет выявить связи между ними. Установление связей между различными свойствами объектов называется корреляционным исследованием. Следовательно, измерение можно охарактеризовать как метод, «промежуточный» между наблюдением и экс­периментом, как «инструментальное наблюдение».

Наблюдение условно можно отнести к «пассивным» методам исследования. Дей­ствительно, наблюдая поведение людей или измеряя параметры поведения, мы име­ем дело с тем, что нам предоставляет природа «здесь-и-теперь». Мы не можем по­вторно провести наблюдение в удобное для нас время и воспроизвести процесс по своей воле. При измерении мы регистрируем лишь «внешние» свойства; зачастую, чтобы выявить «скрытые» свойства, необходимо «спровоцировать» изменение объекта или его поведения, сконструировав иные внешние условия.

Для установления причинно-следственных связей между явлениями и процесса­ми проводится эксперимент. Исследователь старается изменить внешние условия так, чтобы повлиять на изучаемый объект. При этом внешнее воздействие на объект считается причиной, а изменение состояния (поведения) объекта — следствием.

Эксперимент является «активным» методом изучения реальности. Исследова­тель не только задает вопросы природе, но и «вынуждает» ее на них отвечать. На­блюдение и измерение позволяют ответить на вопросы «Как? Когда? Каким обра­зом?», а эксперимент отвечает на вопрос «Почему?».

Экспериментом называется проведение исследований в специально созданных, управляемых условиях в целях проверки экспериментальной гипотезы о причинно-следственной связи. В процессе эксперимента исследователь всегда наблюдает за поведением объекта и измеряет его состояние. Процедуры наблюдения и измерения входят в процесс эксперимента. Кроме того, исследователь воздействует планово и целенаправленно на объект, чтобы измерить его состояние. Эта операция называет­ся экспериментальным воздействием.

Эксперимент — основной метод современного естествознания и естественнона­учно ориентированной психологии. В научной литературе термин «эксперимент»


Таблица 1.1

    Активный Пассивный
Опосредованный Эксперимент Измерение
Непосредственный Беседа Наблюдение

применяется как к целостному экспериментальному исследованию — серии экспе­риментальных проб, проводимых по единому плану, так и к единичной эксперимен­тальной пробе — опыту.

Подводя промежуточный итог, отметим, что наблюдение является непосред­ственным, «пассивным» методом исследования. Измерение — «пассивный», но опосредованный метод. Эксперимент — «активный», но также опосредованный ме­тод изучения реальности.

Теоретически возможен и четвертый вид эмпирического исследования: непо­средственный и «активный», при котором исследователь без приборов регистрации и воздействия взаимодействует с объектом, активно меняя его состояние. Такой ме­тод возможен, наверное, только в психологии, и называется он беседой, а шире — коммуникативным методом.

Таким образом, получаем простейшую классификацию эмпирических методов исследования, представленную в таблице (табл. 1.1).

Вопросы

1. Что такое научный метод?

2. Чем критическое исследование отличается от поискового и воспроизводящего?

3. Какие существуют виды научных гипотез?

4. В чем особенности идиографического и номотетического подходов?

5. Каковы особенности основных эмпирических методов (наблюдения, эксперимен­та, измерения, коммуникативного метода)?

2. ЭМПИРИЧЕСКИЕ МЕТОДЫ В ПСИХОЛОГИИ


Содержание. Личностные особенности психологов-исследователей и психологов-практиков. Психологическое знание. Характеристика обыденной, умозрительной и научной психологии. «Понимающая» и экспериментальная психология. Классифика­ция методов психологического исследования. Эмпирические методы в психологиче­ском исследовании. Главные черты неэкспериментальных методов наблюдения, бесе­ды, «архивного метода» и др.

Основные понятия. Экспериментальная психология, «понимающая» психология, методы исследования поведения, систематическое наблюдение, включенное наблю­дение, ошибки наблюдателя, беседа, интервью, опрос, контент-анализ, анализ про­дуктов деятельности, проективные методы.

2.1. Психологическая наука как выбор

Почему люди (и довольно большое количество) занимаются такой странной областью деятельности, как наука? Возможно, на их выбор влияет посто­янное переживание дефицита знаний о мире, которое ощущается как непонимание. В конечном счете, ученый — это человек, который, может быть иногда, испытывает ощущение достаточности знания о чем-то, но это переживание тут же сменяется ощущением недостаточности, неполноты, «нестыковки» и побуждает восполнять эту неполноту не только фантазиями (тогда он не ученый, а сказочник), но и каким-либо действием, неважно каким: «внутренним», мыслительным, либо внешним. Главное, что свое непонимание исследователь объясняет объективной нехваткой знания о мире. Иногда восполнить это незнание можно, прочитав книги, побеседо­вав с компетентными людьми, — к этому и сводится обучение в средней и высшей школе, проверить свои незнания на практике, решая задачи и сдавая экзамены. Если и это не излечивает от ощущения загадочности мира, выпускник вуза поступает в аспирантуру или претендует на нищенский оклад в научной лаборатории. Чувство нехватки знания имеет, скорее всего, иррациональную природу, и потребность, по­рождающая это переживание, бессознательна. Она не сводится к так называемой познавательной мотивации, которая присуща человеку и высшим животным. По­знавательная потребность осознается, но не каждый человек, интересующийся ка­ким-либо предметом, стремится стать исследователем. Я не беру в расчет тех, кто занимается наукой из-за «внешних» по отношению к сути научной деятельности причин, а таковых — 99,9 %. Речь идет о единичных субъектах, для которых заня­тие наукой — образ жизни, а не занудная работа с 9 до 18 или способ удовлетворе­ния тщеславия и достижения социального успеха и т д. Хотя и эти мотивы нельзя сбрасывать со счетов.

Кроме того, современная наука — устойчивый социальный институт, гигантская система. Когда она поддерживается либо государством, либо частными инвестиция­ми, то неизбежно рекрутирует обычных, «нормальных» людей, для которых занятие наукой не имеет никакого «экзистенциального смысла» и является такой же «нормальной» работой, как ремонт электроаппаратуры или хирургическая практи­ка. Но вряд ли эти люди породили науку — особую форму человеческой деятельно­сти — и поддерживают ее как особую сферу жизни со своими оригинальными пра­вилами поведения, ценностями и т.д. и т.п.

Что касается занятий психологической наукой, то вопрос еще более запутан. В. М. Бехтереву приписывают фразу: «Психологи — с психинкой, неврологи — с нервинкой». Примеров такого рода хватает, близорукие занимаются зрением, соци­альные психопаты — нравственной регуляцией поведения, состоявшие в браке не менее 5 раз посвящают жизнь психологии брака и семьи, а поэты-неудачники изуча­ют психологию творчества. Ч. Дальтон, открывший явление цветовой слепоты — неразличения красного и зеленого цветов (дальтонизм), — сам имел этот дефект З.Фрейд, по воспоминаниям близких ему людей, был сексуальным невротиком. С другой стороны, основоположник многих направлений психологии Ф. Гальтон, за­нимавшийся проблемой способностей, был гением, а уровень интеллекта «самого» Ж. Пиаже вообще вне критики и оценок.

Выбор той или иной области психологии в качестве предмета изучения может быть обусловлен либо «избытком», либо «недостаточностью» того или иного «пси­хического качества» у человека, главное, что это качество стало предметом его вни­мания либо внимания окружающих. «Ужели слово найдено?» Может быть, чувство глобальной дезадаптации, ощущение своей непохожести на других людей и толкает человека в объятия «музы психологии» — Психеи? Но тогда чем психология отлич­на от других сфер человеческого творчества, где комплекс неполноценности, откры­тый А. Адлером, тоже проявил свою силу? Помимо переживания непохожести у психолога должна присутствовать еще одна особенность: осознание различия субъективной и объективной реальности. «Наивный» человек не различает их в сво­ей повседневной жизни. Однако сны или необычные состояния сознания (при бо­лезни, травме или опьянении — что в нашей культуре вещь все же обычная) вызы­вают у него мысли, что эти два мира различны и есть «граница», их разделяющая. Не столько дезадаптация, сколько изначальная неприспособленность, «неприлаженность» душевного склада некоторых людей к миру, который прежде всего — мир человеческого общения, — связанная с желанием эту дисгармонию преодолеть, и может привести человека в психологию. Мир другого человека должен быть для психолога загадкой именно потому, что попытки приписать другому качества своего внутреннего мира, свои личные особенности приводили и приводят его к неудачам в общении и взаимодействии. Но психолог — не психопат, он чувствителен к «обрат­ной» связи при общении. Именно это позволяет ему не приписывать свой мир друго­му, не опираться на прежний обыденный опыт, а каждый раз относиться к психике другого как к загадке, разгадку которой надо найти самому. «Душеведческая» направленность ума — результат жизни психолога, порожденный необычностью внутреннего мира неадаптированностью к внешнему миру, чувствительностью к состояниям и поведению другого и стремлением эту неадаптированность преодолеть рациональными методами, исследуя особенности психики других людей. Отсюда и терпимость, снисходительность к людям, присущая психологам, поскольку изначально допускается возможность различных, нестандартных форм поведения, мыслей, переживаний. То, что другим людям дается как бы «само собой», — навыки поведения и общения, психолог вырабатывает и приобретает путем рефлексии и самообучения.

Рис. 2.1. Р. Кеттелл

Р. Кеттелл с коллегами проводил исследование личностных черт, отличающих психологов-исследователей от психологов-практиков, с помощью опросника 16РF. «Профессиональные портреты» строились с учетом эффективности деятельности ученых в форме регрессионных уравнений. Аргументами в них были личностные черты, функцией — эффективность, весовые коэффициенты указывали на вклад факторов в прогноз эффективности профессиональной деятельности.

Для психолога-практика:

Эфф. = 0.72А + 0,29В + 0,29Н + 0,29N.

Для психолога-исследователя:

Эфф. = 0,31А + 0,78В + 0,47N,

где А — готовность к контактам, N — умение поддерживать контакт, В — общая интеллектуальность, Н — ненасыщаемость контактами с другими людьми.

Очевидно, психологи-исследователи с трудом переносят интенсивное общение и не тянутся к нему: тяжело постоянно переживать дезадаптацию (если следовать нашей гипотезе). Отсюда и меньшая значимость готовности к контактам, но (!) большая значимость умения поддерживать контакт для профессионального успеха и следователя. Психолог-практик нуждается в «живой воде» человеческого общения. Для него это естественная среда обитания, люди ему не надоедают, а контакты с ними потребны и никогда не утоляют жажду общения.

Российские психологи Н. А. Аминов и М. В. Молоканов [Аминов Н. А., Молоканов М. В., 1992 г.] выявили, что для успеха практического психолога самыми важными качествами личности являются: общий интеллект (фактор В, по Кеттеллу) и стрессоустойчивость, поддерживающий стиль общения (фактор Н). Психолог-исследователь в большей степени готов к контактам, интеллектуален, эмоционально холоден и рационален в поддержании контактов, сдержан при проявлении общего интереса к человеку. Практик умеет поддерживать контакт и устойчив к стрессу при общении, может контролировать свое поведение, эмоционально заразителен, эмпатичен, повышенно самоуверен, расслаблен, энергичен и самодостаточен. Сле­довательно, психолог-практик, в отличие от исследователя, является личностью, способной хорошо адаптироваться к социальной среде. Похоже, на стезю психоло­гии его толкают совсем иные мотивы, нежели психолога-исследователя: он успеш­но взаимодействует с людьми и полагает, что их можно изменить в лучшую сторону; понимая их проблемы, он не обращает внимания на различия между собой и други­ми людьми. Ларошфуко был прав, когда написал: «Чем умнее человек, тем больше он видит различий между людьми, для человека заурядного — все люди на одно лицо».

Нет успешного психолога без высокого интеллекта.

Если человек осознал, что его субъективный мир и мир объективной реально­сти — это «две разные разницы», если он понял, что нет людей, абсолютно похожих друг на друга, если в его сознании или подсознании живет чувство недостатка своих знаний о субъективном мире других людей и причинах их поведения, тогда у него есть шанс стать психологом не только по названию.

2.2. Вновь о методологии

В середине XIX в. О. Конт, основатель позитивизма, предложил кон­цепцию развития человеческого знания. Он рассматривал три последовательно сме­няющие одна другую формы знания: 1) религиозное — основанное на традиции и индивидуальной вере; 2) философское — основанное на интуиции автора той или иной концепции, рациональное и умозрительное по своей сути; 3) позитивное — научное знание, основанное на фиксации фактов в ходе целенаправленного наблю­дения или эксперимента. Конт полагал, что человечество последовательно меняет формы знания, вырастая, как подросток, из одежды, которая стала тесной, а не как модница, меняющая платья старого фасона на последний крик моды. Старые формы человеческого знания (религиозное и философское) должны неизбежно отмереть и стать предметом исследования историков культуры.


Поможем в написании учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой





Дата добавления: 2015-09-06; просмотров: 328. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2022 год . (0.049 сек.) русская версия | украинская версия
Поможем в написании
> Курсовые, контрольные, дипломные и другие работы со скидкой до 25%
3 569 лучших специалисов, готовы оказать помощь 24/7