Хранилища данных. С точки зрения обычной логики можно предположить, что все эти электронные сведения так и остаются лежать по сайтам и организациям

С точки зрения обычной логики можно предположить, что все эти электронные сведения так и остаются лежать по сайтам и организациям, их зафиксировавшим, и будут использоваться только ими. Раньше так оно и было: работодатели, магазины, банки, образовательные институты, полиция и миграционные власти — все вели свои собственные базы данных, и объединить их было непросто. Это обеспечивало естественную защиту конфиденциальности: если вы не хотели, чтобы ваша деятельность фиксировалась в той или иной части физического мира или киберпространства, можно было просто держаться от нее подальше — как знаменитости, желающие защитить свою конфиденциальность, избегают публичных мест.

С другой стороны, все базы данных можно объединить в централизованные хранилища — и тогда регистрация деятельности пользователя станет более всеобъемлющей, а вероятность ускользнуть от внимания существенно снизится. (Сторонники такого объединения часто говорят, что данные должны «использоваться на всю катушку», намекая на то, что речь прежде всего идет о повышении эффективности.) Общенациональные удостоверения личности и персональные идентификационные номера существенно облегчают создание таких хранилищ. Против подобной консолидации данных обычно выступают защитники неприкосновенности частной жизни; кроме того, централизованные консолидированные хранилища станут привлекательной цепью для взлома и DDoS–атак. Тем не менее после сентября 2001 года идея создания общенациональных систем идентификации и крупномасштабных хранилищ данных нашла массу новых сторонников — в особенности в Соединенных Штатах14.

Существует и другой, менее формальный метод консолидации: изобретательные программисты, получив (легально или нелегально) доступ ко множеству баз данных, могут объединять в единый реестр рассредоточенные сведения о человеке. Чем больше общих элементов (таких как имя, адрес, номер удостоверения личности) в различных базах, тем проще становится такое импровизированное соотнесение данных.

В итоге системы управления личными данными, скорее всего, разовьются в сложную распределенную структуру, где часть данных собирается и обрабатывается при посещении пользователем физических точек и интернет- сайтов, часть вводится непосредственно пользователем (как в онлайн–резюме или на персональной странице), а часть управляется специальными сторонними организациями, чей статус гарантирует полноту и достоверность сведений. Параллельно будут распространяться и, вероятно, законодательно регулироваться услуги перевода данных между хранилищами, а также соотнесения и перепроверки данных из различных источников. Так или иначе, у каждого жителя опутанного электронными сетями мира кроме поддающегося проверке имени есть и обширный, привязанный к этому имени архив сведений о совершенных в прошлом действиях. От этих сведений зависит наша репутация, из‑за них нас могут привлечь к разного рода ответственности, и в итоге нам придется начать обсуждать условия, на которых они собираются, предоставляются и сравниваются между собой.

Крупномасштабное объединение баз данных — вопрос не только технической эффективности: этот процесс может фундаментально изменить условия жизни в городе. До недавнего времени конфиденциальность определялась масштабом: в маленьких традиционных деревнях ее уровень был, как правило, весьма невысок, зато большие современные города давали возможность раствориться в многоликой толпе. Она также зависела от расстояния до мест, где хранятся данные: человек мог оставить свое темное прошлое в родном городке и вступить во французский Иностранный легион или просто переехать в Лос–Анджелес. В современной глобальной деревне сбор, хранение и соотнесение электронных данных вместе с технологиями их анализа и высокоскоростной передачей информации радикально сместили естественный баланс сил в пользу сыскных организаций и составителей списков. Там, где не принимаются строгие меры защиты частной жизни, компьютеры сводят на нет эффект масштаба, а сети — расстояние.