Что ж, смотри, сама просила.
Вот он я, твой друг лесной… С криком чувств она лишилась, Страшный лик, узрев такой. Зверь сидит над ней и плачет.
Тут очнулась и она, Да глаза свои не прячет Слава Богу – не одна… Чудо страшное хоть с виду, Но душа добра полна. Дева не таит обиды, Слову своему верна. Вновь пошли у них беседы, Ночь сменялась новым днём, Но однажды сон поведал Ей о батюшке родном. Что лежит отец родимый Нездоровый и в тоске, С тяжкой думою о дочке, Словно рыба на песке. Чудище и то заметил Грусть и скрытую печаль… Что ж, езжай, - он ей ответил, В свой родимый, дальний край. Перстень вот, а вот подарки, Но ещё тебе скажу, Коль в три дня ты не вернёшься, Я себя не пощажу. Без тебя мне жизнь не в радость. Без тебя мне свет не мил. Не снесу я эту тягость, Я с тобой лишь счастлив был. Вот заветными словами Перед ним она клялась, Золот перстень одевала И домой перенеслась.
А по дому шуму-гаму, Суматоха поднялась. Она ж к батюшке родному И слезами залилась. Миловались, целовались, Поделились про житьё. Каково кому живется? Как там чудище её? Первый день, второй проходит, Вот и третий настаёт, Сёстры ж стрелки переводят На часах. Беда грядёт. Дочка места не находит, Чует сердце – худу быть. И со всеми распростившись Перстень в руку, с дому фьить.
Но никто там не встречает, Мёртва тишина стоит. На зелёном, на пригорке
|
