Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Что лучше: открытый или закрытый вопрос?




Еще совсем недавно социологи считали, что открытая и закрытая формы вопроса дополняют друг друга, что информация, получаемая с помощью того или иного вопроса, если и не полностью идентична, то, во всяком случае, не противоречит друг другу. Если же противоречия в ответах на эти вопросы имеются, то они обусловлены неадекватностью представления социолога об изучаемом предмете, которую может исправить исследование в открытых формах вопроса. Ни у кого не вызывало сомнения, что информация, полученная по открытой и закрытой формам вопроса, отражает ту же объективную реальность, хотя, может быть, с разной степенью точности, надежности и пр.

Однако в последние годы многие методические эксперименты и социологические исследования показали, что открытые и закрытые вопросы довольно часто дают различную информацию. Действительно, ряд исследований, проведенных нами на предприятиях, в учебных заведениях, в различных организациях, анализ информации, полученной по идентичным вопросам, построенным в различной форме (открытые и закрытые вопросы), подтвердили, что они значительно отличаются друг от друга. Данный вывод не позволяет утверждать об идентичной природе вопросов, основываясь на идентичности их содержания. Правильнее, наверное, говорить о различной содержательности формы вопроса, имеющей различную познавательную природу.

Отвечая на вопрос в закрытой форме, респондент вынужден работать в той системе логического рассуждения, которую ему предлагает исследователь и которая может совпадать, а может и не совпадать с системой логического рассуждения респондента. Если же меняется система логического рассуждения, то, естественно, меняется и значение того или иного явления и нередко весьма существенно. В открытом вопросе социолог получает информацию о том или ином явлении в рамках логического рассуждения респондента, который сам "рисует ситуацию". При закрытой форме вопроса, как бы полно он не отражал структуру предпочтений респондентов (а полного отражения добиться практически невозможно по причине природы закрытого вопроса), социолог получает информацию о реакции респондента на свое предположение, т.е. согласен или не согласен респондент с рассуждениями исследователя. Согласитесь, что это может быть весьма различная информация.

Фактологические и мотивационные вопросы

Из всего многообразия можно выделить группу вопросов, фиксирующих уже свершившееся действие, указывающих на наличие того или иного факта. Например, уволился с работы, купил цветной телевизор, отдыхал на море, имеет библиотеку и т.д. Это так называемые фактологические вопросы. Они, как правило, четко определены во времени.

Фактологические вопросы прежде всего интересны тем, что, зафиксировав уже свершившийся факт, поступок, действие, они уже не зависят в момент вопроса от мнения респондента, его состояния, оценки и пр., что позволяет получить объективную картину тех или иных сторон деятельности людей. Так, при определении уровня культурного развития тех или иных социальных групп можно пойти по пути выяснения оценки ими самими своего уровня культуры. Субъективное мнение респондентов о самих себе тоже представляет интерес и при решении той или иной задачи бывает необходимым. Но можно построить такую систему показателей, фиксирующих только факт культурного поведения, скажем, чтение художественной литературы, посещение театров, участие в художественном самодеятельном творчестве и проч., и на основе анализа этих данных вывести общую объективную оценку уровня культурного развития изучаемых групп. Выводы этих двух исследований могут сильно отличаться.

Фактологические вопросы, как правило, не представляют трудности для восприятия и сложности для ответа. Правда, могут быть фактологические вопросы, которые требуют и хорошей памяти, и значительных умственных усилий, когда исследователь, например, спрашивает о далеком прошлом или просит произвести суммирование некоторых действий или их усреднение: "Сколько чашек кофе Вы выпиваете в день?", "Как в среднем Вы учитесь?", "Как обычно Вы проводите свое свободное время?" и т.д. Среднее в данном случае не оценка деятельности, а некоторое среднее действие.

Следует отметить некоторые особенности построения фактологических вопросов, касающихся далекого прошлого и будущего действия.

Фактологические вопросы, как уже отмечалось, фиксируют уже свершившиеся, независимые от оценки респондента действия. Но тут есть опасность, если это касается факта далекого прошлого респондента, то он (наличие, действие) может восприниматься им через качественную оценку ситуации. Например, мы спрашиваем, сколько квадратных метров жилплощади имел респондент 30 лет назад. Большинство опрошенных помнит это в лучшем случае приблизительно. Метраж жилища в данных случаях нередко определяется через качественные характеристики: большая или маленькая комната, т.е. такая, какой она осталась в восприятии респондента. Соответственно меняется и представление о метраже комнаты. Исследуя жилищные условия респондентов, которые они имели 30 лет назад, мы неожиданно выяснили, что в зависимости от увеличения или уменьшения численности проживающих в квартире ее общий метраж в восприятии жильцов уменьшался или увеличивался. Объяснение простое: перенаселенная квартира воспринималась как маленькая, а малонаселенная - как большая.

В приведенном примере, хотя в ответах респондентов и присутствовали некоторые количественные характеристики, на самом деле снималась информация об оценке респондентами своих жилищных условий в прошлом. Произошла подмена понятий, в результате чего полученная информация не отражала той реальности, которая интересовала социолога.

Анализировать события прошлых лет труднее, потому что, осознанно или нет, респондент рассматривает их в контексте сегодняшнего дня, современной ситуации и соответственно трансформирует свой поступок, свою оценку, искренне веря, что так оно и было на самом деле.

Другая природа у фактологических вопросов, касающихся будущего действия. Когда социолог спрашивает, например, как поступил бы респондент, если бы он встретился на улице с хулиганом, то он фактически снимает не факт поведения опрашиваемого, а его установку на это действие. Если респондент отвечает, что обязательно дал бы отпор (на самом деле частенько бывает наоборот), то ответ его фиксирует не реальное поведение, а только его мнение по поводу этого действия. Конечно, действие и мнение о нем не одно и то же.

Мотивационные вопросы

Основной недостаток фактологических вопросов заключается в том, что они не изучают действие в развитии, а лишь фиксируют факт, давая моментальный срез. Однако для понимания причин того или иного явления этой информации часто оказывается недостаточно. Вот почему для изучения глубинных истоков того или иного явления, для верной оценки тех или иных социально-экономических, духовных процессов социологи используют так называемые мотивационные вопросы, направленные на выяснение ценностных ориентаций людей и мотивов их поведения.

Например, интенсивность снимается вопросами такого родаа: как часто, редко, больше, меньше. Скажем: "Как часто Вы смотрите телевизор?" (варианты ответа: очень часто, часто, редко, очень редко). Вопросы, фиксирующие интенсивность протекания процесса, активно используются социологами, но они трудны для анализа, поскольку их интерпретация может быть различной у исследователя и респондентов.

"Что значит часто смотреть телевизор?" Для человека с высшим образованием это в среднем один-два часа в день, для людей с начальным образованием это может быть и пять, и шесть часов. Поэтому, анализируя ответы опрашиваемых типа "часто", "редко", "больше", "меньше" и пр., необходимо прежде всего определить, что они понимают под этими терминами.

"Что значит долго добираться до дома в условиях большого и малого города?" В обоих случаях респонденты могут ответить, что они тратят много времени, но для такого города, как Москва, это будет значить примерно час, а для такого, как, скажем, Владимир, - пятнадцать минут.

Не вдаваясь в детальный анализ мотивационного поведения и ценности его изучения для социологического исследования, отметим только, что оно интересно как некая идеальная модель поведения человека. Но идеальное представление и реальное поведение - далеко не одно и то же. Идеальное представление, сформированное на основе прошлого опыта, в конкретном поведении опосредуется реальной ситуацией.

Спрашиваем у женщин, сколько детей они хотели бы иметь. Чаще всего отвечают: два-три ребенка. На самом деле большинство имеют одного ребенка, во всяком случае в Москве.

При использовании мотивационных вопросов необходимо указать критерий оценки или договориться о понятиях. Не определив, что респондент и исследователь имеют в виду, как понимают то или иное явление, социолог рискует неадекватно оценить ответы респондентов.

Для изучения уровня культурного развития каких-либо групп, можно в принципе ограничиться прямым вопросом: "Как Вы оцениваете свой уровень культурного развития?", предложив респондентам ту или иную шкалу. Что дает исследователю информация, получаемая посредством прямого вопроса, путем самооценки? Только то, что респонденты сами себя оценили таким-то образом. Но насколько данная информация соответствует общим критериям уровня культурного развития для данной группы? Единственно, что можно сказать, что данные по уровню культурного развития, полученные путем самооценки, являются отражением некоторых собственных критериев опрашиваемых.

Подобная информация мало чего стоит, если не выбраны точки отсчета. Критерии оценки устанавливаются и определяются уже другими вопросами. Исследователь задает критерий, формулируя серию вопросов, например, о наличии предметов культурного потребления в семье, о посещении культурных заведений и пр. Ранжируя их согласно ответам респондентов по шкале значимости, социолог определяет уровень культурного развития изучаемых групп. Исследователь может соотнести свое представление об уровне культурного развития с уровнем развития, определенным респондентами, и тем самым выявить отклонения, насколько он завышен или занижен, насколько объективна самооценка респондентов и т.д.

Так, например, после вопроса "Скажите, пожалуйста, большая ли у Вас дома библиотека?" (ответ: "Большая") задается следующий вопрос: "А Вы не назовете примерное количество книг в Вашей библиотеке?" (ответ: "Примерно 100 книг"). Контрольным вопросом мы определяем, что понимает респондент под "большой библиотекой". Анализируя его представление о "большой библиотеке" и соотнося его с общепринятым пониманием или с пониманием исследователя, можно определить некоторые качества респондента, например, не желает ли он представить себя в более выгодном свете.

Таким образом, для того чтобы определить правильность понимания респондентом того или иного явления, необходимо его соотнести с пониманием другого человека. Таким другим человеком, его пониманием может быть сам исследователь. Соотнося ответы респондентов со своим представлением социолог может сделать заключение, насколько респондент правильно понимает изучаемое явление. Но, строго говоря, ни исследователь, ни респондент не могут претендовать на то, что их понимание истинно, т.е. насколько понимание изучаемого явления исследователем и респондентом отражает объективную реальность. Социолог, конечно, может принять свою точку зрения как истинную и полностью удовлетворить свои исследовательские задачи, но это еще не означает, что его понимание соответствует объективной реальности. Чтобы доказать такое соответствие, необходимо ввести третий критерий, например, взять за основу такое понимание объекта, которое принято в научной литературе и которое получило хорошую проверку в многочисленных социологических исследованиях. Или же за критерий взять понимание объекта некоторой экспертной группой. Последнее используется в случаях, когда надо определить недостаточно разработанное понятие. Тем самым создается как бы координационная сетка, в которой ответы респондентов находят свое место и имеют четкие ориентиры.

Нередко из-за понимания различий, две формы общественного бытия, а именно идеальное представление и реальное поведение, смешиваются, и тогда мотивы выступают как причины поведения. Ответы респондентов по мотивам поведения часто принимаются социологами за причины, в результате чего выдаются необоснованные рекомендации. Идеальное и реальное поведение людей, их установки и действия могут не совпадать и даже быть противоположными друг другу.

Из сказанного не следует, что мотивы поведения не позволяют выйти на обнаружение реальных причин. Мотивы поведения содержат большую или меньшую долю информации, которая отражает в той или иной степени реальные процессы, через изучение которых можно найти подход к выявлению причин поведения.

 

Правило понятийного деления

Один из принципов понятийного деления позволяет сгруппировать вопросы по двум типам, а именно - с неполным и полным делением. В вопросе первого типа набор альтернатив, предлагаемый респонденту, не исчерпывает всего его понятийного содержания. В вопросе второго типа набор альтернатив полностью его исчерпывает. Каждый из этих вопросов имеет свои правила построения и особенности использования.

Представляют интерес вопросы с неполным делением. Их особенность состоит в том, что используемое понятие имеет неограниченное деление, и набор альтернатив становится безграничным, как, к примеру, в вопросе: "Какое сочетание красок больше всего Вам нравится?" Понятийное содержание вопроса может быть ограниченным, и его предлагают респонденту, скажем: "Какую литературу Вы имеете в своей домашней библиотеке?" (варианты: историческую, мемуарную, специальную, детективную, фантастическую и т.д.).

Основная трудность использования этого типа вопроса заключается в том, что исследователь должен ограничиваться определенным и довольно небольшим набором альтернатив. В самом деле, не может же социолог предложить опрашиваемому все возможные варианты ответов. В большинстве случаев в этом и нет особой необходимости.

Тот или иной набор альтернатив может быть продиктован различными задачами.

1. Социолога интересует только факт наличия некоторого явления, процесса или признака, поэтому он ограничивается таким набором альтернатив, который лишь фиксирует данное явление. Например, факт указания на наличие той или иной литературы свидетельствует о том, что респондент имеет домашнюю библиотеку. Обычно это делается в тех случаях, когда нет возможности задать прямой вопрос.

2. Исследователь хочет выяснить, как проявляется изучаемое явление, или насколько интенсивно проходит процесс, например степень участия респондента в политической жизни страны. Это можно определить по тому, в каких формах политической жизни участвует опрашиваемый, предполагая, что участие в сложных формах политической жизни свидетельствует об уровне общественно-политической активности.

3. Социолог исследует специфическое проявление изучаемого явления или процесса, некоторые особенности его протекания. Так, наряду с выявлением факта участия в политической жизни общества, уровня активности респондента, может появиться необходимость выяснить, в какой сфере общественной жизни опрашиваемый проявляет наибольшую активность: по месту жительства, на работе и пр. Соответственно выбираются и альтернативы.

4. Исследователь изучает определенный аспект какого-либо явления, процесса, например, какого рода политическую деятельность ведет опрашиваемый по признаку важности, сложности, ответственности или в каких политических организациях он работает. В зависимости от характера политической деятельности можно определить интересующий исследователя аспект.

5. Социолога может интересовать, какими признаками (характеристиками) обладает респондент, и из всех возможных вариантов он выбирает те, которые в большей степени его характеризуют, например в качестве активного участника общественной жизни.

Каждый из этих подходов имеет специфику построения набора альтернатив. Так, в случае фиксирования какого-то явления, процесса, определения интенсивности его протекания и т.д. нельзя брать частные, незначительные, случайные формы их проявления, поскольку тогда возникает опасность зафиксировать неустойчивое состояние явления или процесса. Необходимо быть уверенным, что, используя те или иные показатели в качестве вариантов ответа, альтернатив вопроса, фиксируются существенные характеристики.

Разработка вопросов с неполным делением требует прежде всего четкого определения понятийного содержания формулируемого вопроса, полного понимания, какую информацию хочет получить социолог. Видимо поэтому данный тип вопроса используется, судя по вышедшим социологическим анкетам, неохотно.

Действительно, вопрос с неполным делением всегда оставляет какую-то неудовлетворенность. Хочется спросить о многом, но объем вопроса и методические ограничения количества альтернатив не позволяют этого сделать. В результате возникает впечатление, что за бортом остается большое количество невостребованной и столь необходимой (особенно, когда получить ее уже нельзя) информации. Такая неудовлетворенность является свидетельством нечеткого представления социолога о том, какая информация необходима ему для решения исследовательской задачи.

В социологических анкетах чаще всего применяется вопрос с полным делением, т.е. альтернативы вопроса как подпонятия полностью или большей частью исчерпывают его понятийное содержание.

Главное при построении такого типа вопроса - правильно выдержать объемы и соотношения подпонятий, выступающих в виде альтернатив. Необходимо, чтобы выделенные подпонятия (альтернативы) имели равные объемы, чтобы их совокупность полностью или большей частью исчерпывала объем общего понятия, которое заложено в вопросе контекстом исследования.

Но нередко это правило нарушается. Как показывает анализ социологических анкет, при построении такого типа вопросов допускаются, по крайней мере, четыре типичные ошибки.

1. Альтернативы имеют слишком большой уровень общности, нередко их совокупный объем превышает объем содержания понятия вопроса. Так, в анкетах часто задается вопрос о профессиональной подготовке с такими альтернативами.

 

"Где Вы получили профессиональную подготовку?"

 

В ПТУ, ТУ и других училищах......................... ( )

На различных профессиональных курсах......... ( )

Непосредственно на производстве..................... ( )

В техникуме........................................................ ( )

В ВУЗе................................................................. ( )

 

В данном случае введение альтернативы " в ВУЗе" не совсем правильно, поскольку она описывает более широкий круг явлений: наряду с профессиональным институт дает и общее высшее образование. Респондент воспринимает последнюю альтернативу как более широкое понятие, что нередко приводит к сдвоенным ответам. Он вынужден выбирать одну альтернативу в рамках понятийного содержания вопроса (какую он имеет профессиональную подготовку) и вторую альтернативу в рамках более общего понятия (какое он имеет общее образование), что приводит к смешению показателя профессионального образования.

Требование ограничения объема понятий альтернатив нередко вступает в противоречие с другим методическим требованием - уменьшением количества альтернатив в вопросе. Однако последнее неизбежно ведет во многих случаях к увеличению объема понятий альтернатив, повышению уровня их общности. Стремление же к снижению уровня общности, сужению объема понятий имеет следствием увеличение количества альтернатив в вопросе. Так, в вопросе о наличии той или иной литературы в домашней библиотеке количество альтернатив увеличивается с уменьшением объема понятий: художественная, общественная, политическая, научная, специальная, учебная, справочная и т.п. Разрешение данного противоречия зависит от правильной разработки понятийного содержания вопроса, что и определяет уровень общности его альтернатив.

2. Альтернативы имеют небольшой уровень общности, носят частный характер, и совокупность их понятий не исчерпывает объема понятия вопроса.

Объемы понятий альтернатив могут быть не соразмерными, когда объем понятия одной альтернативы больше объема понятия другой альтернативы или когда одна альтернатива отрывается от другой, т.е. получается разрыв в объемах понятий, или когда объемы их понятий пересекаются.

"Скажите, пожалуйста, что Вас привлекает в деревне,

в сельской местности?"

Спокойствие.................................................. ( )

Отсутствие шума........................................... ( )

Наличие собственного дома.......................... ( )

Наличие огорода, участка.............................. ( )

Чище воздух, ближе к природе...................... ( )

 

Первая альтернатива в данном наборе явно больше по объему второй альтернативы и включает ее хотя бы частично. В зависимости от объема меняется и количественное наполнение понятий.

Несколько подробнее необходимо остановиться на вопросах с пересекающимися объемами. Респонденту предложено указать свой возраст.

 

До 20 лет 20-24   24-28   28-35   35-40   40-45   45-55   55-60   Свыше 60 лет

 

Здесь мы ставим респондента в трудное положение. Если ему, например, ровно 24 года, то к какой графе он должен себя отнести: 20-24 или 24-28 лет? А если ему 28 лет? Решение зависит от личной заинтересованности респондента в оценке своего возраста. Если ему захочется быть немного моложе, то он отнесет себя к меньшей возрастной группе, а если постарше (что бывает реже), то к следующей группе. Поэтому в исследованиях, где вопрос построен с пересекающимися объемами понятий, женщины всегда оказываются несколько моложе, чем мужчины.

Логическое деление довольно трудно, поскольку требуется определить общий признак, по которому происходит деление понятий. Существуют вопросы, где такое деление провести несложно, например при определении возраста, стажа работы и пр. Здесь признак ясен. Но бывают вопросы, в которых очень трудно найти или выделить общий признак, единое основание, которые позволили бы в рамках общего понятия четко отделить одну группу явлений от другой. Так, нередко фильмы делят на художественные и комедийные, как будто комедийные фильмы не являются художественными. И хотя это все понимают, но найти для "серьезных", глубоких художественных фильмов какое-то единое основание не удается. В метро объявляют: "Граждане пассажиры, у нас принято уступать места женщинам и людям престарелого возраста". И только понимание трудности выделения некоторого общего признака для понятий "женщины" и "люди престарелого возраста" не позволяет обвинить авторов обращения в логической несуразности.

1. Альтернативы должны быть построены по единому логическому основанию - это одно из важнейших правил формулирования вопроса с полным делением.

Простейший пример: "Ваш пол?" (мужской, женский). Здесь единое основание - пол, т.е. понятие "пол" включает в себя на равных основаниях и мужчин, и женщин. В вопросе: "Ваше образование?" единым логическим основанием для построения его альтернатив выступает наличие того или иного уровня образования.

Но нередко правило единого логического основания при формировании альтернатив не соблюдается. Нарушение происходит столь часто, что приходится говорить о нем как об одной из грубейших ошибок.

 

"Скажите, пожалуйста, выполняете ли Вы все то, что

наметили сделать за день?"

Бывают случаи невыполнения................................ ( )

Полностью все выполняю очень редко.................. ( )

Практически все выполняю.................................... ( )

Работаю без какого-либо плана на день................. ( )

 

В данном примере альтернативы выделены не по одному логическому основанию, а по двум. Первое логическое основание - выполнение намеченных дел, что и подразумевает содержание вопроса, второе основание - наличие (точнее отсутствие) какого-либо планирования своих действий. Такое тоже бывает.

На первый взгляд ничего особенного в подобном смешении различных логических оснований в одном вопросе нет. Респондент выбирает какую-либо одну альтернативу, т.е. он или выполняет, или не выполняет намеченное на день, либо он находится в свободном полете - куда кривая выведет. В зависимости от выбора респондента исследователь получает данные по каждой альтернативе и делает соответствующее заключение.

Если анализ ведется в системе простых распределений и в абсолютных цифрах, то, в принципе, такое построение альтернатив возможно. Но в системе процентного распределения данных подобное построение альтернатив оказывается неприемлемым. Почему? Что происходит при смешении различных логических оснований?

Вопрос, сколько людей выполняют или не выполняют намеченное на день, касается только определенной категории людей, а именно тех, кто это более или менее постоянно делает. Естественно, что по этому признаку выпадает группа людей, работающих без каких-либо наметок и тем более без жесткого и определенного планирования. Точно так же исследователя в данном случае не будет интересовать, женаты они или нет, имеют ли детей, каковы условия их жизни и т.д.

Если социолог в указанный вопрос введет альтернативу по наличию детей или отдельной квартиры, то его обвинят в неумении построить вопрос. Но ни у кого не возникнет претензий, если: в вопрос о выполнении намеченного на день, он вставит альтернативу о наличии такого плана; в вопрос о количестве детей введет альтернативу об их наличии или отсутствии; в вопрос о том, где в настоящее время опрашиваемый учится, поставит альтернативу "нигде не учусь". Такое смешение оснований происходит довольно часто, если не сказать постоянно. Почти в любой анкете обязательно встретиться вопрос с двумя, а то и с тремя основаниями.

К чему это приводит? При обсчете ответов респондентов процент распределения по каждой альтернативе идет от общего количества ответивших на вопрос независимо от содержательного значения альтернатив. Так, в вопросе о выполнении намеченного на день распределение ответов по альтернативам зависит от общего количества ответивших на него, т.е. и от тех, кто действует по намеченному плану, и от тех, кто таких планов не строит. Поскольку общее количество ответивших увеличивается за счет тех, кто живет вообще без какого-либо плана, постольку распределение ответов о степени выполнения намеченных планов получается не по группе людей, имеющих такие планы, а по всем опрошенным. Понятно, что данные эти будут не совсем верны, они будут занижены, и искажение будет тем больше, чем больше различаются эти группы по численности.

Еще пример. "Как часто Вы читаете художественную литературу?" (часто, редко, очень редко, совсем не читаю). Как и в предыдущем примере, вопрос построен по двум основаниям: проверяется интенсивность чтения художественной литературы, в том числе и среди тех, кто вовсе не читает литературу. Посчитаем, что получается, если строить набор альтернатив не по одному, а по двум основаниям. Допустим, что половина респондентов читает литературу, а другая не читает. Тогда распределение ответов по альтернативам в первом и во втором случаях будет следующим:

 

Распределение ответов респондентов в вопросе, построенном по двум основаниям Н =100 человек (100%) Распределение ответов респондентов в вопросе, построенном по одному основанию (Н = 100 человек (100%)
Читаю часто 30% Читаю часто 60%
Читаю редко 10% Читаю редко 20%
Читаю очень редко 10% Читаю очень редко 20%
Не читаю совсем 50% ¾
В сумме 100% В сумме 100%

 

Как видно из таблицы, данные первого и второго столбцов отличаются весьма существенно друг от друга. В первом случае количество респондентов, читающих часто, составляет 30%, во втором случае их количество увеличивается ровно в два раза.

Какие данные правильные? Очевидно, данные второй колонки таблицы. В первой колонке имеется зависимость от всех ответивших на вопрос: и тех, кто читает, и тех, кто не читает. Но эти данные неточно отражают сущность поставленного вопроса: "Как часто Вы читаете художественную литературу?" Представьте, что в первом варианте вопроса с двумя основаниями ввели бы еще пятую альтернативу "читаю научно-техническую литературу", т.е. фактически набор альтернатив был бы построен по трем основаниям, что нередко и встречается. Тогда количество ответивших по существу вопроса (в процентном распределении от общего количества ответивших на вопрос) было бы еще меньше.

Набор альтернатив должен четко отвечать содержательной сущности вопроса. Если социолога интересует количество читающих и нечитающих респондентов, то соответствующим образом необходимо формулировать вопрос и вводить альтернативы: "Читаете ли Вы художественную литературу?" (да, нет). Здесь нельзя вводить альтернативу "изредка" или "иногда", поскольку это сразу вводит новое основание для деления - интенсивность чтения. Если важно узнать, какую литературу опрашиваемый читает, то соответственно формулируется вопрос и строятся альтернативы (читаю такую, такую и такую литературу). В противном случае происходит искажение количественных данных или подмена понятий, когда в зависимости от набора альтернатив меняется и интерпретация вопроса.

Дело не только в искажении результатов исследования. Набор альтернатив воспринимается опрашиваемым как контекст вопроса, его логическая расшифровка, как направление логического анализа. Такое восприятие возможно, если альтернативы построены по единому логическому основанию.

В противном случае набор альтернатив оказывается не связанным с логическим смыслом вопроса, что существенно затрудняет работу респондента. Ему приходится отказываться от смыслового содержания вопроса и строить по каждой альтернативе специальную систему рассуждений. В этом случае фактически вопрос анкеты распадается на серию других вопросов, вокруг которых и группируются альтернативы, имеющие единое основание. Происходит это чаще всего неосознанно в силу необходимости сохранения последовательности логических операций. Прочитав предлагаемый набор альтернатив и чувствуя отсутствие единого основания, добросовестный респондент начинает выбирать и группировать предложенный ряд в определенной логической последовательности. Сама по себе эта работа достаточно сложна, она вдвойне сложна, если затруднено определение понятийного содержания и объема предлагаемых альтернатив.

Далеко не всегда можно четко и определенно соотнести альтернативы, выделив единое основание, и построить логические цепочки рассуждений. Иногда понятийное содержание двух-трех альтернатив настолько близко, что их очень трудно разъединить, или оно настолько различно, что выбрать какое-то единое основание не представляется возможным.

 







Дата добавления: 2015-10-01; просмотров: 460. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!


Рекомендуемые страницы:


Studopedia.info - Студопедия - 2014-2022 год . (0.018 сек.) русская версия | украинская версия