Наследником Юрия на Северо-Востоке стал его сын Андрей Боголюбский. Он вернулся на север еще при жизни отца, стремясь избежать постоянных на юге усобиц. Андрей взял с собой икону Богоматери, написанную по преданию Св. Лукой, автором одного из четырех Евангелий. Впоследствии эта икона (Богоматерь Владимирская) стала важнейшей религиозной святыней Северо-Востока и Московской Руси. Андрей перенес столицу из Суздаля во Владимир. Это объяснялось тем, что в старых городах - Ростове и Суздале - власть князя ограничивало вече, а в молодом " пригороде" Владимире веча не было. Своей резиденцией Андрей сделал укрепленный замок Боголюбово неподалеку от Владимира, по которому и получил прозвище Боголюбский.
Стремясь укрепить собственную власть, Андрей изгнал из Владимиро-Суздальской земли старших дружинников своего отца и стал опираться на лично преданную ему младшую дружину. Это привело к значительным переменам во взаимоотношениях князя и дружины. Если в период Киевской Руси дружинники были вассалами князя, то теперь бояре Северо-востока, получавшие от князя свои земельные владения, становятся его слугами 
. Так было положено начало процессу становления княжеского единовластия и деспотизма.
При Андрее Владимиро-Суздальское княжество стало сильнейшим на Руси. Андрей фактически самовластно распоряжался не только на Северо-Востоке, но и в Киевской земле. Так, в 1169 г. он взял Киев штурмом, подверг его жестокому разграблению и посадил на киевский престол своего младшего брата Глеба, а сам остался во Владимире. Это свидетельствовало о падении роли Киева среди русских городов. После смерти Глеба на киевском престоле находились смоленские князья, получившие великое княжение также по воле Андрея. Правда, позднее Андрей рассорился с ними и пытался изгнать их из Киева, но неудачно. Отношения с младшими князьями Андрей также стремился строить не на основе вассалитета, а на основе подданничества (служебничества).
Пытаясь окончательно подорвать первенствующую роль Киева, Андрей пытался учредить во Владимире отдельную митрополию, но не добился согласия константинопольского патриарха.
