Реформа местного управления

Реорганизация местного управления преследовала главную цель – увеличение налоговых поступлений в казну. Для этого требовалось не только централизовать управленческую систему, усилить контрольные функции государства, но и создать механизм стимулирования торгово-промышленных предпринимательских слоев населения. Функционировать этот механизм, по мысли Петра, мог при условии сведения в одних и тех же органах государственных и выборных (муниципальных) элементов управления. В 1699 г. в Москве появилась Бурмистрская Палата вы­борный орган, которому были подчинены земские избы в городах. В вы­борах участвовали горожане и государственные крестьяне, как и ранее, только теперь глава земской избы стал называться бурмистром. Органы эти ведали доходами, сбором налогов, осуществляли местное самоуправ­ление и суд. По уже в 1702 г. функции эти были переданы воеводам.

Однако реформа местного управления продолжалась. В 1708 г. Бурмистрская Палата под новым названием Ратуша возобновила спою деятель­ность, превратившись в финансовый центр, сосредоточивший в своих ру­ках функции всех ранее действовавших финансовых органов. Но в том же году в России было введено губернское правление (сначала в 8, а с 1718 г. в 10 губерниях). Губернаторам, назначаемым царем, были поручены все фи­нансовые и военные дела на территории губернии. Губернии делились на провинции (47) и дистрикты (146) во главе с воеводами, которым переда­вались функции губных старост.

После окончания Северной войны городские органы самоуправления вновь подверглись реорганизации. В городах были созданы магистраты, а в Петербурге Главный магистрат, состоявшие из выборных чиновников с теми же полномочиями, что и у прежних бурмистров: сбор податей, ру­ководство торговлей и промышленностью, суд. Однако после смерти Пет­ра I местное самоуправление захирело, и все управленческие дела сосредо­точились у губернаторов.

Столь же безрезультатно завершились попытки Петра I отделить от администрации суд. Он попробовал изъять судебные функции у многочис­ленных государственных органов, коллегий, полиции, губернаторов и со­средоточить их в руках специальных – судебных органов: нижних судов в провинциях и городах и в надворных судах (вторая инстанция) в губерн­ских центрах. В состав надворного суда входили президент, вице-президент и несколько членов. Высшей судебной инстанцией стала Юс­тиц-коллегия, рассматривавшая в апелляционном и надзорном порядке дела надворных судов. Губернаторам было запрещено вмешиваться в су­дебные дела и «судьям в расправе помешательство чинить». На практике же высшие административные чины не только осуществляли общий над­зор за деятельностью этих судов, но и вмешивались в их дела, рассматри­вали жалобы от населения и принимали решения. С 1722 г. председательствование губернаторов в надворных судах получает санкцию закона, нижние суды упраздняются вообще и правосудие возвращается к воево­дам. Такой порядок вещей более соответствовал духу полицейского госу­дарства, созданного Петром I.

Судьба других нововведений в области государственного устройства, осуществленных Петром I, была более счастливой. Сенат, к примеру, пре­вратившись при ближайших преемниках Петра в одну из коллегий, ве­давших административными и судебными делами, вновь возвысился при Елизавете Петровне и сосредоточил в своих руках все нити государствен­ной деятельности. При Екатерине II (указ 1763 г.) Сенат, разделенный на 6 департаментов (4 в Петербурге и 2 в Москве) с сугубо административными функциями и ограниченной компетенцией (финансы, военные дела, руководство остзейскими и малороссийскими провинциями), утрачивает зако­нодательные функции. Большинству его департаментов были поручены судебные дела. С 1802 г. Александр I окончательно превратил Сенат в высшую судебную инстанцию, передав административное управление ми­нистерствам.

Большинство коллегий было ликвидировано в ходе губернской рефор­мы Екатерины II, которая сохранила лишь 2 – военную и иностранных дел. Павел I восстановил их, но ненадолго, в 1802 г. на смену им пришли министерства. После казни уличенного во взятках генерал-фискала Несте­рова и полной дискредитации самого института фискалов, окрещенных в народе «антихристами», «плутами» и «свисталами», благополучно скон­чался и сам институт, так и не искоренив злоупотребления в чиновничье-бюрократической среде.

А вот светский порядок управления церковными делами с 1744 г. рас­пространился и на места. В епархиях, которыми ранее руководили архие­рейские домовые правления, появились консистории, в состав их стали вводиться светские чиновники-секретари, ограничивавшие единоличную власть архиерея.