Никаких соков, никаких ложек и никакой ходьбы по дому

Сэм четыре года. Она ненавидит кровати и сон; ей нравятся клюквенный сок и чайные ложки. Она прыгает по всему дому, словно маленький светловолосый мячик. Посторонним людям она кажется симпатичной девочкой, но если пробыть рядом с ней некоторое время, то все эти прыжки и ложки начинают действовать на нервы.

Это и случилось с Марком и Сарой. Люди они неплохие: Марк работает бухгалтером, а Сара подрабатывает в юридической фирме. Они производят впечатление родителей, которые еще до рождения ребенка не только купили специальную литературу, но и прочитали ее. Более того, голову даю на отсечение, что если раскрыть эти книги, то там обязательно найдутся куски текста, подчеркнутые карандашом.

— Проблемы бывают, но вообще-то она хорошенькая, — сказал Марк, пока Сэм играла в уголке с кубиками.

— Кроме как по ночам, — вмешалась Сара.

— Да, — согласился Марк. — Ночью она не такая хорошенькая.

— Ночью все просто ужасно, — добавила Сара.

— А что обычно происходит по ночам? — спросил я.

Сара закатила глаза.

— Она просто не желает засыпать, как бы мы ни старались.

— Ну хорошо, обрисуйте мне картину, — сказал я.

Они обрисовали картину. Веселье обычно начиналось в восемь часов вечера. Они ждали момента, пока Сара не начнет демонстрировать признаки усталости, а затем переодевали ее в пижаму. При этом она давала свой первый бой. Она бегала по всему дому и не слушалась. То и дело приходилось одергивать ее криками: «Сэм, перестань! Сэм, немедленно подойди ко мне!»

После победы родителей (которая обычно происходила в половине девятого) Сэм относили в ее комнату наверху. В кровать ей обязательно давали бутылочку с клюквенным соком, любимую чайную ложку и включали телевизор с любимой записью. Заодно Сэм требовала включить свет. Обычно Марк сидел с ней минут двадцать, пока она не погружалась с головой в просмотр телевизора, а потом тихонько уходил.

— Чаще всего мне удается дойти до конца коридора, когда начинается «Па-а-а-а-а-п!».

— И что вы тогда делаете?

— Возвращаюсь.

— Понятно. Продолжайте.

Марк опять сидел с ней некоторое время и снова выходил. После этого начиналась стадия, когда Сэм выбегала из своей комнаты и спускалась в гостиную. Марк относил ее обратно в кровать, но вскоре Сэм опять выбегала. Так продолжалось часами, пока Сэм наконец-то не засыпала от усталости, иногда прямо на полу, примерно в одиннадцать вечера. Тогда ее покрывали одеялом, потому что если ее поднимать, то она опять могла проснуться и начать все сначала. Но даже на этом ночные приключения не заканчивались, потому что Сэм просыпалась еще два-три раза и засыпала в кровати родителей только около 4 часов ночи.

— А что вы делаете, когда она залезает к вам в кровать?

Сара вздохнула.

— Разрешаем ей остаться. Я понимаю, что нельзя, но это легче, чем бороться с ней в четыре часа ночи. К тому времени мы все хотим только одного — заснуть.

Меня всегда поражает, насколько ловко маленькие дети способны перехитрить своих родителей. В реалити-шоу, посвященном воспитанию, они бы всегда оставались последними на острове. И постоянно выигрывали бы миллион долларов. В общей сложности у Сары с Марком около четырех ученых степеней, но их водит за нос четырехлетняя девочка, которая даже не ходит в детский сад. (Я не иронизирую, меня и самого порой водили за нос мои собственные сыновья, когда были помладше.)

— А что там с ложками? — спросил я.

Марк рассмеялся.

— Она просто помешана на ложках.

— На любых ложках?

— В принципе да, но больше всего ей нравится блестящая чайная ложечка.

Я посмотрел на Сэм и в самом деле заметил, что она сжимает в руке чайную ложку.

— Эй, Сэм…

Девочка обернулась на меня.

— Какая красивая ложка. Дай посмотреть! Дашь?

Сэм протянула ложку с сияющей улыбкой, какая бывает только у кинозвезд, демонстрирующих Оскар, полученный за лучшие спецэффекты в фильме.

— Ух ты! Ее нужно посадить, и тогда вырастет целое дерево с ложками. Можно будет срывать каждый день по ложке.

Она посмотрела на меня таким взглядом, каким смотрят малыши, не совсем уверенные в том, что их не обманывают. Я искренне полагаю, что каждый взрослый должен рассказывать детям побольше небылиц. Это не просто весело, это превращает окружающий мир в интересное место — пока они не вырастут и в свои права не вступит скучная реальность.

— Правда, нужно следить, чтобы ее не украли обезьянки.

На лице Сэм отразилось удивление.

— Да-да, обезьянки. Если вырастить ложечное дерево, то появятся ложечные обезьянки, которые захотят украсть ложки и унести их на свою ложечную гору.

— Зачем? — спросила она.

Я посмотрел на нее, как если бы ответ бы очевиден.

— А чем еще они станут есть мороженое?

Сэм немного подумала и сказала «Ага», после чего вернулась к кубикам, удовлетворенная ответом. Плести небылицы — это так здорово!

— Расскажите мне про ложки, — попросил я Сару с Марком.

Выяснилось, что Сара буквально помешана на ложках. Ей нужно обязательно носить с собой ложки и брать хотя бы одну в кровать. Проблема заключается в том, что если ложка теряется, то нужно включать свет и искать ее по всей кровати и под ней. Иногда поиски продолжаются почти всю ночь. Вместо того чтобы спать, все ищут ложку.

— Ну ладно, — сказал я под конец. — По-моему, я понял ситуацию. Расскажите, чего вы хотите.

— Как следует поспать ночью, — ответила Сара.

Тут я улыбнулся.

— Ну что ж, это не трудно.