КОНФУЦИАНСТВО

Основатель этой философской школы — Кун Фу-цзы (VI — V вв. до н.э.) (чаще его называли Кун-цзы — учитель Кун, или в русской стилизации Конфуций).

Конфуцианство обращено преимущественно к социально-философским и этико-политическим проблемам. Человек здесь рассматривается как часть общества. Это первое важнейшее отличие конфуцианства от натуралистического даосизма. Второе заключается в отношении к прошлому. Конфуций тоже склонен к его идеализации. Но для пего древний «золотой век», в котором все существует согласно дао (даосизм), не конечная, а исходная точка. Он воспринимается как прообраз будущего сильного государства, богатого и добродетельного общества.

Исходное положение в философии Конфуция — идея Неба (Гянь) как высшей мироуправляющей силы. Оно совмещает в себе как духовные, так и природные начала. Небо определяет жизнь человека и всего общества. В этом смысле оно понимается как судьба или рок. Вместе с тем Небо поддерживает справедливость на Земле. Тут, следовательно, предполагается некий высший закон и его карающее действие. Понятие «дао» для Конфуция не имеет такого широкого, фундаментального значения, как для Лао-цзы. У первого, как правило, оно означает нравственный закон.

«Благородный муж» обладает пятью постоянствами (совершенными качествами): гуманностью (жэнъ), справедливостью и долгом (и), знанием правильного ритуала (ли), мудростью (чжи), почтительностью (сяо). Общая формула нравственного поведения: «Чего не желаешь себе, то не делай и другим».

«Благородный муж» — не только этический, но и политический идеал. Совершенный правитель, представитель политической элиты, должен владеть пятью постояпствами. В этом, по мнению Конфуция, секрет управления государством. Государь своим примером учит подданных должному поведению. «Зачем, управляя государством, — спрашивает китайский мудрец, — убивать людей? Если вы будете стремиться к добру, то и народ будет добрым».

Вообще же социальное устройство для Конфуция видится по принципу семьи. Государь — ставленник, «сын» Неба. Для своих подданных он является отцом и матерью. Они обязаны выполнять его волю, так как через него говорит само Небо. Но и государь должен заботиться о подданных, как о своих детях. Все обязаны выполнять нормы ли — социального и религиозного ритуала, т.е. предписанные правила поведения. Тогда в обществе воцарится равновесие и справедливость.

Важное место в конфуцианстве занимает вопрос о природе человека. Точка зрения Конфуция синологами трактуется по-разному. Одни считают, что он подчеркивал врожденную склонность человека к добру. Другие, опираясь на некоторые высказывания учителя Куна, утверждают, что для него человеческая природа представлялась нейтральной к добру и злу. Возможно, поэтому последователи Конфуция не имели общего мнения по этому вопросу.

Методология познания у Конфуция и конфуцианцев — яркий пример гносеологических особенностей китайского менталитета. Проникновение в истину для китайцев — это постижение порядка: построение структуры, геометрической схемы, классификация, перечисление, разложение по таблицам, рядам и клеточкам. Кроме того, если девиз западной философии — «сомнение и свободное размышление», то для китайской философии в большинстве своем — это «обучение и повторение изученного» (Конфуций). Неудивительно, что из подобных установок вытекают мало понятные европейцам пассажи: «Мудрый не испытывает сомнений», «Больше слушать, не придавая значения сомнениям», «Слушаю многое, выбираю лучшее и следую ему; наблюдаю многое и держу все в памяти — это и есть [метод] постижения знаний». Конфуцианское познание, таким образом, во многом обращено к усвоению традиции, уже известного, а не к открытию нового. На это указывают и три наиболее значимых термина («сюэ», «чжи», «сы»), применявшихся для описания познавательной деятельности. Все они так или иначе обращены к рефлексии, осведомленности, размышлению, усвоению традиционного знания. Вместе с тем Конфуций допускал и врожденное знание. Но оно, по его мнению, бывает крайне редко. Такие люди «стоят выше всех». Остальные должны обучаться и размышлять. Последнему (размышлению) придавалось не меньшее значение, чем первому (обучению).