Согласно классической теории психоанализа становление эмоции вины начинается лишь после полного формирования структуры личности (включающей ид, эго и суперэго). Первым из этой триады формируется ид, которое в широком смысле можно трактовать как врожденный набор побуждений, инстинктов или влечений. Ид характеризуется примитивной сексуальностью и агрессивностью. Для формирования эго ребенок должен осознать свою отдельность, должен почувствовать грань между своим «Я» и «Я» окружающих его людей, должен научиться думать, совершать выбор, владеть собой и взаимодействовать с окружающей средой (с реальностью). Суперэго, обычно понимаемое как совесть, можно считать сформированным после того, как дети интернализуют или усваивают чувство пристойности (начинают понимать разницу между хорошим и плохим поведением), когда в достаточной степени уподобляются в этой пристойности со своими родителями или с представителями своей референтной группы. С точки зрения теоретиков психоанализа, развитие суперэго протекает под воздействием механизмов инкорпорации или интро-екции (когда чужие мысли и чувства начинают восприниматься как свои собственные) и идентификации (когда ребенок осознает свое тождество с другими людьми и может сказать себе: «Я такой же как они»). С помощью механизмов инкорпорации и идентификации суперэго ребенка инкорпорирует стандарты и ценности родителей, этот процесс может проходить более или менее успешно в зависимости от способов разрешения эдипова конфликта.
Пайерс и Сингер (Piers, Singer, 1953), оригинальным образом развивая концепции классической психоаналитической теории, рассмотрели различия между динамикой вины и стыда. Они согласились с принятой в психоанализе точкой зрения о том, что эмоция вины возникает в результате противостояния между ид и суперэго. Так же как Льюис (Lewis, 1971), они пришли к выводу, что эмоция стыда активизируется вследствие рассогласования реального и идеального эго. Переживание стыда можно рассматривать как следствие недостижимости идеала, невозможности реализовать идеальное эго. «Неосознанная, иррациональная угроза», ощущаемая пристыженным человеком — это угроза оказаться отверженным.
Эмоция вины, напротив, активизируется вследствие рассогласования реального поведения с ценностями или стандартами поведения, присущими суперэго. Пайерс и Сингер выявили тесную взаимосвязь между эмоциями вины и страха (в данном случае — страха перед родительским гневом). Они придерживаются того мнения, что «неосознанная, иррациональная угроза», сопровождающая переживание вины, — не что иное, как страх увечья или страх кастрации.
