Глава 9. 1. Необходимость реформ управления во второй половине XIX в., их предпосылки, факторы влияния и условия проведения.

[134] Подробнее см.: Гл. I, II, III. ст. 1—3 103—115 «О городских имуществах и имущественных делах города», «О благоустройстве», где перечислены конкретно не только хозяйственные, культурные за­дачи, но и меры по охране, благочиния и порядка.

[135] Взаимные жалобы, пререкания рассматривало созданное губерн­ское по городским делам присутствие под председательством гу­бернатора, в составе вице-губернатора, управляющего казенной палатой, прокурора окружного суда, председателя мирового суда, председателя губернской земской управы, городского головы гу­бернского города, с приглашением управляющего контрольной палатой и представителей других органов царской администрации.

[136] Не могли избирать лишенные судом прав состояния; исключенные со службы из сословных обществ; отрешенные от должности; ли­шенные духовного сана, а также губернатор, члены губернского правления и по городским делам присутствия; чины полиции. За женщин, совершеннолетних (21—24 года) отсутствующих, малолет­них и несовершеннолетних могли голосовать по доверенности отцы, мужья, сыновья, братья, зятья, опекуны, попечители. Уполномо­ченные могли голосовать и за разные ведомства, учреждения, об­щества, компании, товарищества, монастыри, церкви, уплатившие сбор за недвижимое имущество, торговлю и промыслы в городе.

[137] Лишь городской секретарь — по званию докладчик в губернском по городским делам присутствии, причислялся к VIII классу (по должности и мундиру) государственной службы — коллежский асессор и к VI разряду (коллежский советник) по пенсии. Городской голова, члены управы, исполнительных и оценочных комиссий, торговых депутаций, чины торговой и хозяйственной полиции носили особые стандартные знаки при отправлении своих обязанностей в торжественных случаях. Городскому голове пре­доставлялся и мундир по особому, высочайше утвержденному об­разцу.

[138] В связи с 25-летием отмены крепостного права было запрещено отмечать как-либо этот юбилей, упоминать о нем.

[139] Положение «О губернских и уездных земских учреждениях» утвер­ждено Указом Александра III от 12 июня 1890г. // Учреждения государственного управления в России: опыт формирования и эво­люция. Н.Н., 1994. С. 134-145.

[140] См.: Градовский А.Д. Собр. соч.: В 9 т. Т. IX. СПб. 1904. С.XXX— XXXI.

[141] См.: Поташев Ф.И. Земские реформы в контексте рационализа­ции управления России // Рациональность и государственное уп­равление. Ростов н/Д, 1995.

[142] См.: Куликов В.В. К оценке земского положения 1890 г. // Госу­дарство и право. 2000. № 1. С. 105—107.

[143] См.: Поташев Ф.И. Русь служилая: исторические аспекты власт­ной элиты // Политико-администртивная элита и государственная служба в системе властных отношений. Ростов н/Д, 1996.

[144] Городовое положение 1892 г. // Учреждения государственного уп­равления в России: опыт формирования и эволюция. Н. Н., 1994. С. 146—166. Городовое положение 1870г. осуществлялось под огнем критики дворянства, которое стремилось подчинить себе все городское управление, было крайне недовольно возрастающей ролью представителей торгово-промышленного, финансового ка­питала в городских думах; управах, добивалось увеличения в них доли своих гласных по образцу земских учреждений (1890 г.). Стали известны многие случаи грязных выборных технологий, подкупа мелких собственников, покупки их голосов при избрании гласных городских дум. Обобщив данные о различных нарушениях Поло­жения 1870 г., МВД сопроводило их выводом о нецелесообразно­сти сохранения этого закона.

[145] См.: Писарькова Л.Ф. Московская городская дума: 1863—1917 гг. М., 1998. С. 266.

[146] Николай II одобрил расстрел фанагорийским полком выступлений ярославских трудящихся («Молодцы, фанагорийцы!»), короновал­ся в условиях трагического массового ходынского кровопролития, пытался спасти самодержавие с помощью русско-японской воен­ной мясорубки 1904 г., расстрелял 9 января 1905 г. в столице мир­ное шествие рабочих к нему за правдой, получил от народа имя «Николая II Кровавого», как его недалекий предок — «Николая I Палкина».

[147] Численность потомственного дворянства выросла с 652 тысяч че­ловек в 1867 г. до 1222 тысяч чел. в 1897 г. Личное дворянство составило в 1897 г. 632,2 тысячи человек. К концу XIX в. только родовое дворянство составляло самую большую часть офицерско­го корпуса и треть общей численности статских чиновников. Более четверти дворянства было занято на государственной службе, ко­торая была детально регламентирована в 1896 г. с учетом дворян­ских интересов.

Глава 9