Стадии совершения преступления. Голый умысел был признан не наказуемым, в том числе за государственные и религиозные преступления (см

Голый умысел был признан не наказуемым, в том числе за государственные и религиозные преступления (см. с…. об основаниях ненаказуемости голого умысла), исходя из принципа классической школы «Никто не подлежит наказанию за свои мысли». Обнаружение умысла в любой форме (устной или письменной) не влечёт за собой применение мер уголовного наказания. В период государственных, устрашающих наказаний приготовление не отделялось от покушения. Впервые отделил приготовление от покушения французский кодекс 1810 г. Это отличие было признано целесообразным в науке и законодательстве. Французский и германский кодексы в общей части не содержали постановлений о приготовлении к преступлению. Однако в особенной части они иногда содержали специальные постановления о наказуемости приготовительных действий. По общему правилу, устанавливалась ненаказуемость приготовления за исключением особых, указанных в законе случаях, при тяжких деяниях, каковы, например: убийство, поджог, подделка монеты (§ 151 Германского уголовного кодекса), тяжкие государственные преступления (см. с….. об основаниях наказуемости приготовления виде исключения).

Например, в статье 88 Французского уголовного кодекса давалась определение посягательства на жизнь государя и на образ правления: «Только совершение преступления или покушение на него составляют посягательство». Приготовление к посягательству раскрывалось в статье 89: «Если заговор. имеющий целью преступления, упомянутые в статьях 86 и 87, сопровождался выполнением или начатым действием, направленным на то, чтобы подготовить совершение их, то он карается депортацией». Покушение и оконченное посягательство на жизнь государя и на образ правления наказывались смертной казнью, а приготовление к посягательству - депортацией.

Французский кодекс 1810 г. первый определил покушение, как начало совершения: «Всякое покушение на преступление, которое проявилось началом исполнения, если оно было прервано или не удалось только по обстоятельствам, от воли исполнителя не зависевшим, почитается равносильным самому преступлению» (ст. 2). Это определение было принято и другими европейскими кодексами XIX в., в том числе и Германским кодексом (§ 43).

Французский кодекс впервые установил рациональное правило, по которому покушение на преступление наказывается всегда, покушение на проступок - только в случаях, прямо предусмотренных в законе. Умолчание во французском кодексе о покушении на нарушения толковалось в том смысле, что покушение на нарушение не влечёт уголовной ответственности. Это правило было усвоено и германским кодексом (§ 43).

Во французском кодексе 1810 г. покушение на преступление наказывалось так же, как само оконченное преступление.

Законодатель исходил при этом из того мнения, что закон освобождает от наказания всякого, кто по собственной воле прекратит покушение. Виновный же, который в своём покушении был приостановлен обстоятельствами, от него независящими, совершает преступление настолько, насколько это было возможно. И виновный довел бы преступление до конца, если бы не внешние препятствия. Следовательно, уменьшать ему наказание, значит, придавать значение случаю, делать снисхождение безнравственности, вносить слишком материальный взгляд на преступление, обращая главное внимание на материальный вред.

Другие европейские кодексы установили принцип меньшей наказуемости покушения: «Покушение на преступление или проступок наказывается менее строго нежели совершение» (§ 44 Германского кодекса). Меньшая наказуемость покушения объяснялась тем, что законодатель учитывал, что преступление не совершено, не причинён материальный вред. Мера же этого уменьшения в этих кодексах определялась различным образом. Так, в одних кодексах наказание за покушение по сравнению с оконченным преступлением понижалось до одной трети, в других оно не могло быть назначено выше двух третей, в третьих, минимум его был определён в одну вторую. Размер смягчения по германскому кодексу при тяжких преступлениях был ещё больше. Он предоставлял право покушение на преступления, наказываемые смертной казнью, пожизненным заключением в тюрьме и крепости заменять временным тюремным заключением на срок не менее трёх лет (§ 44). Принцип меньшей наказуемости покушения имел исключение. Например, наказывалось смертной казнью покушение на убийство императора или государя одного из союзных государств, входящих в германскую федерацию (§ 80).