Глава 18. “Объявляю Длинный путь этого года законченным

 

“Объявляю Длинный путь этого года законченным. Леди и джентльмены, граждане, приветствуйте победителя!";

Майор

 

Они были в сорока милях от Бостона.

- Расскажи нам что-нибудь, Гэррети, - попросил Стеббинс. - Что-нибудь, что отвлекло бы нас от всего этого. - Он невероятно состарился; Стеббинс был стариком.

- Да, - сказал Макфрис, который выглядел не лучше. - Расскажи, Гэррети.

Гэррети тупо переводил взгляд с одного на другого и не мог понять, о чем они просят. Он уже спустился со своего пика: все старые, выматывающие боли вернулись и стали еще сильней.

Он закрыл глаза. Когда он открыл их снова, мир двоился и не хотел возвращаться в фокус.

- Ладно, - сказал он.

Макфрис рассеянно хлопнул в ладоши. Он шел с тремя предупреждениями; у Гэррети оставалось одно, у Стеббинса ноль.

- Давным-давно...

- Дети, кто хочет послушать сказочку? - протянул Стеббинс.

Макфрис хихикнул.

- Будете слушать? - обиженно спросил Гэррети. Стеббинс налетел на Гэррети, и они оба получили предупреждение.

- Ну, лучше уж сказка, чем вообще ничего.

- Это не сказка. Не все, чего не было, можно назвать сказкой, потому что...

- Ты будешь рассказывать или нет? - спросил Макфрис.

- Давным-давно...Жил Белый Рыцарь, и пошел он в волшебный лес...

- Рыцари ездили, - поправил Стеббинс.

- Поехал в волшебный лес. И там с ним случилась куча приключений.

Он победил троллей, и гоблинов, и всех волков. И наконец он набрел на королевский замок и попросил у короля руки принцессы Гвендолин, знаменитой красотки.

Макфрис отчего-то хихикнул.

- А король отказался, потому что считал его недостойным, но красотка полюбила Белого Рыцаря и угрожала убежать в лес, если... Если, - на него накатилась волна забытья. Рокот толпы то наступал, то отходил прочь, как звук прибоя. Потом он медленно пришел в себя.

Макфрис, опустив голову, слепо шел на толпу, уснув на ходу.

- Пит! - позвал Гэррети. - Эй, Пит!

- Оставь его, - сказал Стеббинс. - Ничего строить из себя героя.

- Иди в задницу, - Гэррети устремился к Макфрису и встряхнул его за плечи. Макфрис сонно улыбнулся ему:

- Нет, Рэй. Пора отдохнуть.

Ужас сковал Гэррети.

- Нет! Не надо!

Макфрис опять улыбнулся и покачал головой. Он сел на мостовую, скрестив ноги, как йог. Шрам на его щеке выделялся в сумерках белым мазком.

- Нет! - закричал Гэррети.

Он попытался поднять Макфриса, но тот был слишком тяжелым, несмотря на худобу. Тут двое солдат оторвали Макфриса от земли и отвели на обочину.

Один поднял карабин.

- Нет! - снова закричал Гэррети. - Меня! Убейте меня!

Но вместо этого он только получил третье предупреждение.

Макфрис открыл глаза и вновь улыбнулся. В следующий миг раздался выстрел.

Ноги сами понесли Гэррети.

- Нет... Нет...

- Тогда пошли, - Стеббинс улыбнулся. - Ему ты уже не поможешь.

Гэррети посмотрел на него, не видя, и сказал:

- Я еще увижу, как ты сдохнешь.

“Ох, Пит", - подумал он. У него не осталось слез, чтобы плакать.

- Посмотрим, - пожал плечами Стеббинс.

В восемь вечера они прошли Денвер, и Гэррети понял. Все кончено.

Стеббинса ему не одолеть.

Он слишком много думал об этом. Макфрис, Бейкер, Абрахам - они не думали, они шли, и все. Будто это нормально. А в самом деле, что в жизни нормальнее, чем смерть?

Он шел вперед, с выпученными глазами и отвисшей челюстью, проталкиваясь сквозь струи дождя. На миг ему показалось, что он видит впереди кого-то знакомого, но в темноте он не мог разобрать черты его лица.

Ах да, это Стеббинс. Гэррети заставил себя идти быстрее и тронул его за плечо. Он очень устал, но больше не боялся. Он был спокоен.

- Стеббинс!

Стеббинс обернулся, и на Гэррети уставились его огромные незрячие глаза. Потом он узнал и вцепился Гэррети в рубашку. Толпа взревела в негодовании, но только Гэррети видел ужас в глазах Стеббинса, ужас и пустоту, и только Гэррети знал, что эта хватка - последняя отчаянная попытка спастись.

- О, Гэррети, - прохрипел он и упал. Рев толпы стал апокалиптическим, превратился в грохот рушащихся гор. Это рев убил бы Гэррети, если бы он его слышал. Но он не слышал ничего, кроме собственного голоса.

- Стеббинс! - позвал он и попытался поднять его. Стеббинс по-прежнему смотрел на него, но страх исчез из его взгляда. Голова его безжизненно откинулась на шее. Он был мертв. Гэррети утратил к нему интерес. Он встал и пошел. Крики заполнили землю, а взлетающие ракеты - небо. Впереди загудел джип. "Идиот, тут же запрещено ездить! Уезжай скорее, не то тебя пристрелят".

В джипе стоял Майор. Рука его была поднята; он был готов выслушать первое желание - любое желание. Приз.

Позади него застрелили уже мертвого Стеббинса, и теперь он остался один на дороге. Майор шел к нему в своих темных очках, скрывающих выражение его глаз.

Гэррети все шел. Но он был не один. Темная фигура по-прежнему была впереди, и по-прежнему он не мог разглядеть лица. Но это явно был кто-то знакомый. Баркович? Колли Паркер? Перси - как-там-его? Кто это?

- Гэррети! - вопила толпа в экстазе. - Гэр-ре-ти! Гэр-ре-ти! Скрамм? Гриббл? Дэвидсон?

Кто-то положил руку ему на плечо, но Гэррети стряхнул ее.

Темная фигура впереди звала его за собой, звала продолжить путь. Ведь идти еще так далеко!

Руки тянулись к нему, словно прося милостыни. Гэррети шел за темной фигурой.

И когда рука снова легла на его плечо, он невероятным образом нашел в себе силы побежать.

Перевод с английского В.Вадимова.