Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

REAL PEOPLE PRESS 3 страница




Побеседовав с женой, чтобы выяснить, чего она хочет, и по­работав с ее возражениями, Вирджиния отодвинулась в сторону и позволила им снова пообщаться друг с другом, продолжая вни­мательно наблюдать за их взаимодействием.

Ассоциация/диссоциация

Когда человек воспроизводит проблемную ситуацию, он может получить один из двух совершенно различных видов опыта.

В случае ассоциированного воспоминания человек полностью заново переживает прошлый опыт, как если бы все происходило сейчас. Он снова, своими собственными глазами видит то, что видел в той ситуации, и слышит и чувствует то, что слышал и чувствовал тогда.

В противоположном случае человек может вспоминать с дис­социированной позиции, как если бы он был зрителем, которым просто просматривает видеозапись событий с участием другого человека. Находясь в диссоциированной позиции, человек видит и слышит все, что происходило в той ситуации, но его чувства при этом являются чувствами стороннего наблюдателя и лише­ны интенсивности ощущений участника событий.

Ассоциированные воспоминания вызывают сильные непри­ятные ощущения, создавая сильную мотивацию для изменения. Однако человек часто застревает на этих сильных ощущениях п на единственной, ассоциированной точке зрения, что затрудняет для него процесс изменения. Также, находясь на данной пози­ции, человек склонен забывать, как именно он себя вел, и что в его поведении вызвало у других людей ответную реакцию, поро­дившую данную проблему.

Диссоциированная позиция освобождает человека от непри­ятных ощущений, связанных с проблемой, вследствие чего он способен рассматривать ее более объективно и реагировать более разумно и творчески. Находясь на этой позиции, вы можете за­ново увидеть те же самые события и одновременно наблюдать за своим собственным поведением и за реакциями других людей. Соответственно, вы в буквальном смысле слова имеете более широкую перспективу и получаете намного больше информации о том, что можно было бы сделать в данной ситуации с целью улучшить взаимодействие с другими людьми.

Итак, подведем итог: ассоциированная позиция вызывает силь­ные чувства, которые создают мотивацию для изменения, в то время как диссоциированная позиция вызывает менее интенсив­ные чувства, позволяет получить больше информации и облег-

чает доступ к творческим ресурсам, помогающим решить про­блему.

Вирджиния умела искусно использовать и ассоциацию, и диссоциацию, способствуя тем самым и созданию мотивации, и достижению изменения. Если она хочет, чтобы все члены семьи полностью пережили паттерн, который она выделила (например, все в семье обвиняют отца), она делает следующее.

Вирджиния: «Плохой парень» чувствует себя так, как будто люди всегда показывают на него пальцем. Разрешите мне продемонстрировать вам, как я вижу то, что, возмож­но, чувствует Кэйси. Согласны? Можете ли вы все встать и показать пальцем на вашего отца? Нет. Встаньте и сделайте это. Встаньте и покажите пальцем на своего отца. (Все встают и показывают на Кэйси пальцем.) Если бы он мог почувствовать это внутри себя, он по­чувствовал бы нечто вроде: «Все думают, что я пло­хой». Это то, что вы чувствуете?

Кэйси: Да.

Когда Вирджиния хочет, чтобы Кэйси пережил это состоя­ние как можно полнее, она просит членов семьи продолжать и при этом предлагает Коби (сыну) «грозить немного сильнее».

Вирджиния: Теперь посмотрите на эти пальцы. Все наставьте свой указательный палец на отца. Грози немного сильнее, Коби. Посмотрите на эти пальцы. Кэйси, можете ли вы объяснить кому-нибудь из этих людей, что вы чувству­ете, когда на вас показывают пальцем?

Кэйси: Нуда, мне это не нравится. (1983)

Напротив, осуществляя рефрейминг, Вирджиния почти все­гда неявно помогала сформировать диссоциированную позицию, создать новый взгляд на проблему. Когда она просила членов се­мьи изобразить семейную скульптуру или исполнить семейный балет, они ассоциировались со своими привычными ролями. Од­нако поскольку Вирджиния переопределила поведение и проси­ла их исполнять роли намеренно, они попадали в новый, более Широкий контекст.

Каждый член семьи также видит самого себя, участвующего в балете семейных взаимодействий. Хотя люди и так склонны

спонтанно переходить на диссоциированную позицию, Вирджи­ния давала им явные вербальные инструкции, гарантирующие, что они создадут картину. Создав семейную скульптуру, отобра­жающую неформальную иерархию детей в семье, Вирджиния го­ворит: «Просто сделайте такую картину. Да, правильно. Хорошо, держите их [руки] опущенными. Мы просто собираемся предста­вить, как будто показываем картину». (1983)

Говоря о скульптурах как о «картинах», мы превращаем их в нечто, что можно рассматривать со стороны, создавая, тем са­мым, для членов семьи новую диссоциированную позицию. Ког­да Вирджиния заканчивает процесс, она поворачивается к мате­ри и спрашивает:

Вирджиния: Вы увидели здесь что-нибудь примечательное, Марджи? Марджи: Да, совершенно определенно.

Вирджиния: А вы увидели здесь что-нибудь примечательное, Кэй-си? (Кэйси кивает.) (1983)

Всякий раз, когда один из членов семьи говорил что-нибудь хорошее, Вирджиния настаивала, чтобы он сказал это непосред­ственно тому, к кому обращены данные слова, и использовал при этом формулировку, которая связывала бы двоих людей ощуще­нием позитивного переживания.

Вирджиния: Хорошо. Теперь я хочу, чтобы вы посмотрели на Кэйси, ощутили его кожу под вашими пальцами и сказали мне, что вы чувствуете. (Кэйси широко улыбается.)

Марджи: Тепло.

Вирджиния: Хорошо. Скажите это ему, потому что он находится здесь. Я все это уже знаю.

Марджи (глядя Кэйси в глаза): Ты теплый и нежный. Мне хоро­шо от этого.

Вирджиния: Что вы чувствуете, когда говорите это Кэйси? Прямо сейчас.

Марджи: Ощущение радости и цельности. Вирджиния: А что вы чувствуете, когда слышите эти слова? Кэйси: Мне от них очень хорошо. (1983)

Вирджиния: Сейчас, когда это произошло, когда Кэйси дотронулся до вас вот так, что вы почувствовали?

Марджи: Небольшую дрожь.

Вирджиния: Дрожь. Скажите ему: «Я трепещу, когда ты ко мне при­касаешься».

Марджи (глядя на Кэйси): Я трепещу, когда ты ко мне прикаса-

ешься. У меня дрожь по телу. (1983)

Выражение «небольшая дрожь», кажется, висит в воздухе, оно никого ни с кем не связывает. Слова: «Я трепещу, когда ты ко мне прикасаешься», — переносят Марджи в ассоциированную позицию позитивного взаимодействия с мужем. Обратите вни­мание, что Марджи спонтанно возвращается в диссоциирован­ную позицию, когда говорит: «У меня дрожь по телу».

Выразительность

Вирджиния не просто сидела в ожидании, пока человек даст позитивный ответ, она активно добивалась этих ответов от чле­нов семьи — задавала вопросы по поводу чувств, которые не были ими ясно выражены, а также предлагала им изменять позиции и исполнять роли. Что касается ее невербального поведения, то его значение в процессе выявления положительных реакций было еще более велико. Ее легендарная конгруэнтность и отзывчивость, ее умение менять темп речи, а также тон и громкость голоса, ее мими­ка и жесты были мощнейшими невербальными сигналами, которые порождали отклик у всех членов семьи. Как показывают видео­записи ее сеансов, мало кто мог находиться в ее обществе и не принять тем или иным образом живое участие в происходящем.

Как только Вирджиния получала позитивный ответ, она тут же использовала его для того, чтобы восстановить связи между членами семьи. И эти связи становились основой для разреше­ния их проблем. В предыдущем разделе есть два примера подоб­ных ситуаций, а другие примеры можно найти в разделах «Дей­ствие» и «Усиление позитивных чувств и поведения».

Юмор

Одной из реакций, которые Вирджиния выявляла и исполь­зовала наиболее часто, был юмор. Ее сессии всегда прерывались

взрывами смеха, даже если члены семьи боролись с проблемой, которая сделала их глубоко несчастными людьми.

Ценность юмора обусловлена двумя взаимосвязанными при­чинами: во-первых, он доставляет удовольствие и, во-вторых, поднимает настроение. Будучи в приподнятом настроении, чело­век реагирует более гибко и творчески, получает доступ к боль­шему количеству ресурсов для решения стоящих перед ним про­блем и выстраивания отношений. Даже очень серьезную проблему вам будет легче решить, если вы не будете воспринимать ее слишком серьезно. (Не путайте, речь в данном случае не идет о юморе как средстве защиты, так он способен привести только к игнорирова­нию проблемы и уклонению от ее решения.)

Когда люди сталкиваются с проблемой, они, как правило, склонны застревать на ней, полностью вовлекаться в нее, смот­реть с одной — невыигрышной — точки зрения, испытывать силь­ные неприятные чувства и не видеть альтернатив. Если они ока­зываются в состоянии посмотреть на ту же самую ситуацию с некоторой долей юмора, хотя бы ненадолго, они оказываются в диссоциированной позиции и могут увидеть себя в этой ситуа­ции, вместо того чтобы быть в ней.

Юмор дает вам как минимум одну альтернативную возмож­ность взглянуть на проблему. Даже если такой подход сам по себе не принесет пользы, он может послужить неплохой отправ­ной точкой для поиска других возможных подходов (что гораздо труднее сделать, если вы застряли в ситуации). Юмор может об­легчить восприятие других точек зрения и оценку ситуации на их основе. Точки зрения других людей, вовлеченных в ситуацию, также могут оказаться полезными, поскольку эти люди, вероят­но, воспринимают ее и реагируют на нее не так, как вы.

Вирджиния мастерски умела с помощью юмора находить подход к людям, отличающимся болезненной чувствительностью. В противоположность ей, большинство психотерапевтов (если не считать многих ее студентов) действуют слишком серьезно и слиш­ком быстро — и оказываются в тупике. Вирджиния побуждала людей заниматься серьезными проблемами, но только после того, как они могли взглянуть на эти проблемы с юмором. Это позво­ляло ей отступать на позиции юмора, разгоняя мрак и помогая человеку экспериментировать с новыми точками зрения. Делая это снова и снова, Вирджиния учила людей сначала осознавать и полностью выражать свои чувства, а потом переходить в более

приподнятое состояние, существенно облегчающее поиск реше­ния проблемы.

Я обнаружила, что вещи, в которых больше всего забавного,

бывают и наиболее глубокими. (1984)

Сдвиг референтного индекса

Используя ассоциацию и диссоциацию, можно облегчить попытку вникнуть в переживания другого человека и «немного пройтись в его мокасинах», чтобы лучше понять его точку зрения.

Сначала следует диссоциироваться от своей собственной точки зрения, а затем ассоциироваться с точкой зрения другого челове­ка. Рассматривая события с позиции другого человека, можно получить важную информацию, позволяющую решить возник­шие трудности. Такая информация окажется наиболее полезной, если соединить ее с третьей, более объективной позицией, когда вы рассматриваете со стороны, как вы и другой человек взаи­модействуете друг с другом. Ниже приведено упражнение под названием «Доступ к собственной родительской мудрости», оно учит людей, как им вести себя со своими детьми. Это упраж­нение заимствовано из главы «Позитивное воспитание» книги «Сердце разума»1 (Heart of the Mind, Andreas С, Andreas S., 1989).

Прежде всего найдите удобное спокойное место, где вас не будут беспокоить в течение какого-то времени. Для начала сядьте поудобнее и расслабьтесь, так вы получите больше пользы от данного упражнения.

Шаг 1. Подумайте о проблемной ситуации, которая возникла у вас с вашим ребенком. Возможно, он сделал что-то, на что вы не знаете, как реагировать, или припер вас к стенке. Может быть, вас беспокоит что-то в его поведении, или может, вы должны принять какое-то решение по его поводу, а возможно, речь идет о чувствах вашего ребенка. Наибольшую пользу это упражнение принесет, если вы выберете какую-то трудность, которая возникает периодически.

Шаг 2. Прокрутите для себя выбранную ситуацию, глядя на нее с собственной точки зрения. Переживите данный эпизод заново. Представьте, что вы и ваш ребенок снова проходите через него. Начните сначала и просмотрите все, что происходит, своими собственными глазами, переживая события заново. Обратите

Андреас К., Андреас С. Сердце разума. - СПб.: прайм-Еврознак, 2005.

внимание, какая информация вам доступна, что вы чувствуете и что вы видите и слышите. Если визуализация вызывает у вас затруднения — ничего страшного. Вы можете просто «почувствовать», что переживаете все заново с вашей собственной позиции, и метод будет работать также эффективно. Вы можете, если захотите, восстановить несколько эпизодов, если речь идет о повторяющейся ситуации.

Шаг 3- Переживите ту же ситуацию еще раз, но теперь, как если бы вы были вашим ребенком. Снова прокрутите ее для себя, но теперь с позиции вашего ребенка. Вернитесь в начало того эпизода, который восстанавливали на шаге 2. Остановите «пленку» непосредственно перед тем, как начнут происходить события. На этот раз, прежде чем начнете прокручивать ее, присмотритесь к своему ребенку. Обратите внимание на его позу, на то, как он движется, дышит и т. д., прислушайтесь к звучанию его голоса. Теперь поместите себя внутрь вашего ребенка. Задержитесь на минуту, чтобы стать им. Сейчас вы двигаетесь, как ваш ребенок, смотрите его глазами и воспринимаете его ощущения. Теперь, запустив свою «пленку», позвольте себе пережить то, что переживал ваш ребенок по мере развития событий. Если вы не вполне уверены, что «действительно» являетесь сейчас вашим ребенком — ничего страшного. Просто продолжайте и обратите внимание на то, чему вы можете научиться.

Потратьте столько времени, сколько вам потребуется на то, чтобы пережить ситуацию с позиции вашего ребенка, и посмотрите, какую новую информацию вы можете получить. Осознали ли вы чувства, которые, возможно, испытывает ваш ребенок, и которые вы не осознавали, находясь на своей, «взрослой» точке зрения?Будучи сейчас сами вашим ребенком, заметили ли вы какие-то его желания и потребности, которые вы до того не осознавали? Что еще вы узнали, переживая опыт своего ребенка? Что вы поняли о том, как он воспринимает окружающий мир и как строит в нем свое поведение?

Что вы узнали о своем собственном поведении, воспринимаемом • с позиции вашего ребенка? Кажется ли оно вам другим, когда вы смотрите на него с этой точки зрения?В данный момент просто отметьте для себя, что вы узнали, проделав это упражнение. Если вы заметили, что какие-то аспекты вашего поведения кажутся вам совершенно непонятными, когда вы смотрите на них с точки зрения ребенка, вы можете порадоваться, что получили новую и полезную информацию. Если вы узнали что-то новое о том, какие чувства мог испытывать ваш ребенок, вы также можете порадоваться этому.

Шаг 4~ Переживите туже ситуацию с точки зрения стороннего наблюдателя. Снова прокрутите те же события, но теперь

смотрите на них со стороны. Такая позиция, когда вы 41

не являетесь ни одной из участвующих сторон, позволяет вам увидеть одновременно обоих — вас и вашего ребенка. Наблюдайте за происходящим, как если бы вы смотрели кинофильм или что-то в этом роде.

Отметьте, что вы можете узнать, находясь на этой позиции. Возможно, вы обратили внимание на то, как вы и ваш ребенок реагируете друг на друга? Как все это выглядит и воспринимается вами в качестве постороннего наблюдателя? Удалось ли вам лучше понять что-нибудь относительно себя самого и своего ребенка?

В транскрипте, приведенном в книге «Сатир: шаг за шагом», когда сын сказал, что он хотел бы, чтобы его отец лучше контро­лировал свой темперамент, Вирджиния тут же спросила его: «А ты знаешь, как это — чувствовать гнев?» (1983). Немного позже она опять сказала: «Интересно, знаешь ли ты что-нибудь о том, как себя чувствуешь, когда начинаешь злиться» (1983). И та, и другая фраза побуждают сына попробовать пережить такое же чувство, какое испытывает его отец, чтобы понять, насколько они оба похо­жи друг на друга. Хотя это было крайне характерное для Вирджи­нии вмешательство, мы можем найти очень мало соответствую­щих примеров в более ранних (1974) транскриптах, приведенных в книге «Сатир: шаг за шагом». Однако в более поздних транскрип­тах в той же книге такие примеры встречаются довольно часто.

Усиление позитивных чувств и поведения и прерывание деструктивной коммуникации

Вирджиния хваталась за любую возможность, позволяющую членам семьи заметить и выразить чувства или осуществить дей­ствия, которые могли бы сблизить их, терпеливо и заботливо со­единяя разобщенную семью своими ласковыми руками. В разде­лах «Действие» и «Ассоциация/диссоциация» приведено несколько превосходных примеров подобных вмешательств.

Вирджиния также всегда старалась прервать диалог, если он грозил вызвать разобщение между членами семьи. Как правило, она просто давала команду: «Подождите минутку», при необхо­димости повторяя ее несколько раз. После чего начинала превра­щать разобщающую коммуникацию в позитивную и объединя­ющую. В разделе «Действие» есть подобный пример, здесь мы

приводим еще один. Сразу после того как Кэйси сказал: «Мне хорошо. Как-то тепло, пушисто...» — Вирджиния повернулась к Марджи и спросила: «Какие чувства это у вас вызывает?»

Марджи: Я не согласна с ним.

Вирджиния: С чем именно вы не согласны?

Марджи: Всякий раз, когда я к нему приближаюсь...

Вирджиния (прерывая): Подождите минутку, мы находимся прямо здесь и прямо сейчас. (Марджи: «Нуда, я согласна».) Сейчас я хочу, чтобы вы на меня посмотрели и выслу­шали меня действительно внимательно. Есть множе­ство событий в прошлом, я знаю, что они есть, и они мне неизвестны, и мне кажется, что часто вы не види­те того, что находится прямо у вас перед носом, пото­му что вам мешает увидеть то, что вы ожидаете, пото­му что вы делаете это прямо сейчас. Вы меня слушае­те? (Марджи: «Угу».) Хорошо. Теперь я хочу, чтобы вы посмотрели на Кэйси, ощутили его кожу под вашими пальцами и сказали мне, что вы чувствуете. (Кэйси широко улыбается.)

Марджи: Тепло.

Вирджиния: Хорошо. Скажите это ему, потому что он находится здесь. Я все это уже знаю.

Марджи (глядя Кэйси в глаза): Ты теплый и нежный. Мне хоро-

шо от этого.

Вирджиния: Что вы чувствуете, когда говорите это Кэйси? Прямо сейчас.

Марджи: Ощущение радости и цельности.

Вирджиния (обращаясь к Кэйси) : А что вы чувствуете, когда слышите эти слова?

Кэйси: Мне от них очень хорошо. (1983)

Всякий раз, когда кто-либо из членов семьи выражал чув­ства, которые могли сблизить их всех, Вирджиния реагировала на это. Ее голос становился мягче и глубже, начинал вибриро­вать. Позднее, если она хотела, чтобы люди оставались в контак­те со своими чувствами, ее голос мог снова стать мягким и виб­рирующим — невербальное приглашение стать восприимчивее к чувствам и выразить их.

Идентификация и пересмотр ограничивающих убеждений

Человек, переживающий какие-то трудности, часто делит все на черное и белое и склонен использовать для формулировки подобных мыслей излишне обобщенные утверждения. Один из признаков таких ограничивающих убеждений — использование кванторов всеобщности, т. е. слов вроде «все», «всегда», «всякий раз», «каждый», «полностью», или в отрицательной форме — «ник­то», «никогда» и т. д.

Один из способов поставить под вопрос такое чрезмерное обобщение — свести его к конкретному примеру. В какой-то мо­мент на сессии, описанной в книге «Сатир: шаг за шагом», про­изошел следующий диалог.

Вирджиния (обращаясь к жене): Вы можете прямо сейчас сказать Кэйси, какие чувства вы испытали, когда он начал го­ворить об этом конкретном инциденте.

Марджи: Обиду.

Вирджиния: Обида. Хорошо. Ладно. А можете ли вы сказать, что это была за обида?

Марджи: За нашу семью.

Вирджиния: Нет, я имею в виду прямо здесь. Вот здесь.

Марджи: Я обижена. Я чувствую обиду.

Вирджиния: И что вызывает у вас обиду?

Марджи (обвиняюще): Потому что у нас нет отца.

Вирджиния: Теперь подождите минутку. (Подчеркивая свои слова.) Подождите минутку. Вы сейчас, извините за выраже­ние, отправились в музей. Я хочу вернуться к одному моменту. Только что я предложила Кэйси кое о чем вас попросить, так? Он заговорил о чем-то очень абстракт­ном, и я попросила его говорить конкретнее. Теперь ска­жите, это тот факт, что Кэйси нашел, за что вас можно покритиковать, так обидел вас?

Марджи: Да. (1983)

В этом отрывке видно, как Вирджиния сводит чрезмерно обоб­щенные утверждения «обида за семью» и «у нас нет отца» к не-

приятным ощущениям, которые испытывает мать, когда ее кри­тикуют. Одновременно Вирджиния также трансформировала расплывчатую жалобу Марджи на мужа в признание ее собствен­ных трудностей с реакцией на критику.

Вирджиния часто просила остальных членов семьи выска­зывать свою точку зрения по поводу чрезмерного обобщения, побуждая их описывать конкретные случаи или приводить про­тивоположные примеры. А иногда она могла прервать человека и перевести его назад в «здесь и сейчас», не бросая вызов непо­средственно чрезмерному обобщению.

Вирджиния: Какие чувства это у вас вызывает?

Марджи: Я не согласна с ним.

Вирджиния: С чем именно вы не согласны?

Марджи: Всякий раз, когда я к нему приближаюсь...

Вирджиния (прерывая): Подождите минутку, мы находимся прямо здесь и прямо сейчас. (Марджи: «Нуда, я согласна».) Сейчас я хочу, чтобы вы на меня посмотрели и выслу­шали меня действительно внимательно. Есть множе­ство событий в прошлом, я знаю, что они есть, и они мне неизвестны, и мне думается, что часто вы не ви­дите того, что находится прямо у вас перед носом, по­тому что вам мешает увидеть то, что вы ожидаете, по­тому что вы делаете это прямо сейчас. Вы меня слу­шаете?

Марджи: Угу.

Вирджиния: Хорошо. Теперь я хочу, чтобы вы посмотрели на Кэй-си, ощутили его кожу под вашими пальцами и сказали мне, что вы чувствуете. (Кэйси широко улыбается.) (1983)

Вирджиния часто прибегала к преувеличению, которое де­лало чрезмерное обобщение смешным и тем самым ставило его под вопрос, и тому есть множество примеров, которые можно найти в цитируемых здесь транскриптах.

Когда вы переводите что-то на уровень абсурда, происходит вполне определенная вещь. Вы замечали это?Мы обходим защиту человека, если делаем это по-доброму. (1984)

А временами Вирджиния действовала более прямо, скепти- 45 чески замечая: «Вы действительно верите в это?» или «Я в это не верю». Она прекрасно знала, когда следует поставить под вопрос чрезмерное обобщение, которое мешает семейной коммуникации, и она делала это всякий раз, когда возникала такая необходимость.

Вербальные паттерны для элегантного сбора информации

Вирджиния всегда вела разговор так, чтобы иметь возмож­ность собирать конкретную информацию относительно взаимо­действий между членами семьи. Хотя каждый паттерн сам по себе создает лишь небольшое отличие, собранные вместе, они могут оказать мощное воздействие.

Вирджиния часто начинала разговор с детьми, обсуждая воп­росы, казалось, мало связанные с общим направлением сессии. Например, в транскрипте, который приводится в книге «Сатир: шаг за шагом», она спрашивает детей, где каждый из них сидит за обеденным столом, и это помогает ей незаметно выявить пат­терны семейных взаимодействий. При этом, чтобы добиться мак­симальной ясности, Вирджиния постоянно использовала уточ­няющие вопросы. Она спрашивала «кто?», «что?», «когда?», «где?», «как именно?» и отмечала все невербальные реакции, которые позволяли идентифицировать паттерны коммуникации. Часто она предлагала членам семьи разыграть перед ней какую-то ситуа­цию, для того чтобы она могла непосредственно наблюдать их поведение и точно определить, с чем именно ей следует работать.

Создав семейную скульптуру, отражающую неформальную иерархию детей в семье, и получив от обоих родителей подтвер­ждение ее правильности, Вирджиния поворачивается к матери и просит ее показать, как она справляется с соперничеством детей в отсутствие ее мужа.

Вирджиния: Марджи, теперь я хотела бы, чтобы вы подошли и сде­лали то, что вы делаете в подобной ситуации дома. Что вы пытаетесь сделать?

Когда Марджи описывает и показывает, что она делает, Вир­джиния просит ее сесть и поворачивается к отцу.

Вирджиния: Когда вы видите, что это происходит... не можете ли вы пойти и показать мне, что вы делаете в этом случае?

Когда отец показывает, что он делает в подобной ситуации в отсутствие матери, Вирджиния просит обоих родителей показать, что они делают в том случае, если оба видят это.

Вирджиния: Теперь, допустим, это происходит, и вы оба дома, и Кэйси, и Марджи. Я бы хотела узнать, что происходит, когда вы оба с детьми. (1983)

Теперь у Вирджинии есть конкретная информация о том, как поступает каждый из родителей, если он один, а также как меня­ется их поведение, когда они оба дома. Соответственно, это дает ей информацию и об их семейных отношениях.

Для сбора информации Вирджиния также использовала ту форму непрямых вопросов, которую лингвисты называют разго­ворный постулат: «Итак, не возникает ли у вас желание что-то здесь изменить?» или «Есть здесь что-нибудь, о чем вы сами хо­тели бы поговорить?» Буквальным ответом на такой вопрос яв­ляется «да» или «нет», однако большинство людей не ограничи­ваются в данном случае односложным утверждением, а начинают спонтанно предоставлять указанную информацию.

Еще Вирджиния использовала так называемые встроенные вопросы. Это сделанные в мягкой форме утверждения, которые в реальности воспринимаются как фразы, имеющие вопроситель­ный смысл: «Интересно, знаешь ли ты что-нибудь о том, как себя чувствуешь, когда начинаешь злиться», «Теперь я хотела бы знать, какие чувства испытываете вы, Марджи, по поводу того, что Кэйси... как минимум по поводу того, что он чувствует себя плохим пар­нем» (1983). Поскольку такие высказывания не содержат явного вопроса, они, в общем, не требуют, чтобы на них отвечали. Одна­ко большинство людей реагируют на них, предоставляя запро­шенную информацию.

Эти и другие несложные для усвоения лингвистические пат­терны, которые Вирджиния использовала в своей работе, под­робно описаны в книге «Изменение семьи» {Changing with Families, Bandler, Grinder & Satir, 1976), написанной ею в соавторстве с Ричардом Бэндлером и Джоном Гриндером.

Хотя Вирджиния всегда считала, что бережно и заботливо относится к процессу семейного роста, она могла действовать очень прямо и настойчиво (кое-кто мог бы даже сказать «резко»), если

хотела получить информацию, которая, как она знала, может ока­заться важной для семьи. После того как отец, Кэйси, произнес: «Ну, это превращает меня в плохого парня», — произошел следу­ющий диалог.

Вирджиния: Да, я понимаю. Давайте присядем на минутку, и я хочу поискать кое-что еще. Я так понимаю, это то, что про­исходит, но это не то, что вы хотели бы. Теперь я хоте­ла бы знать, какие чувства испытываете вы, Марджи, по поводу того, что Кэйси... как минимум по поводу того, что он чувствует себя плохим парнем?

Марджи: Я так не думаю. Если он повышает голос. Я действи­тельно воспитываю детей.

Вирджиния: Нет, это не то, о чем я в данный момент спрашиваю. Я спрашиваю вас, что вы чувствуете по поводу того, что Кэйси чувствует себя плохим парнем.

Марджи: Ну, он действительно это чувствует, не сомневаюсь.

Вирджиния: И я хотела бы знать, дорогая, что вы чувствуете по по­воду того, что он чувствует это.

Марджи: Мне жаль Кэйси. (1983)

В этом отрывке Вирджинии пришлось повторить свой вопрос три раза, прежде чем Марджи сумела дать ответ по существу.

Вербальные паттерны, способствующие процессу роста

Пресуппозиции

Один из способов, с помощью которых Вирджиния осуще­ствляла изменения, состоял в том, что она вводила желаемый Для человека опыт в качестве пресуппозиции. Пресуппозиция вклю­чает все то, что принимается для данного предложения как истин­ное, в противовес тому, что в нем действительно утверждается.

Выделить пресуппозицию данного предложения можно, на­пример, если вы создадите для него отрицание и посмотрите, что осталось истинным. Возьмем, к примеру, такое предложение: «Это хорошо, что вы хотите выразить себя». Если создать отрицатель-

ную форму этого предложения, мы получим: «Это нехорошо, что вы хотите выразить себя». Несмотря на отрицание, фраза «вы хотите выразить себя» остается истинной для этого предложе­ния, как и для исходного.

Люди, как правило, фокусируют внимание на том, с чем они могут согласиться или не согласиться, и игнорируют пресуппо­зицию. Поскольку слушатель не обращает внимания на пресуп­позиции, он принимает их и начинает действовать так, как если бы они были истиной. Когда человек принимает новую пресуп­позицию, он начинает реагировать в соответствии с ней, часто даже не осознавая, что в его поведении произошли какие-то из­менения. Если мы превратим приведенное выше предложение в вопрос: «Как вы думаете, это хорошо или плохо, что вы хотите выразить себя?» — мы еще сильнее сконцентрируем внимание собеседника на том, согласен он с предложением в целом или нет, и сделаем пресуппозицию еще менее заметной для него.

Ниже мы приводим пример того, как Вирджиния встраива­ла усиливающие пресуппозиции в вопросы. Для наглядности эти пресуппозиции приведены в скобках в конце цитат.

Марджи, что было там в этот момент, что сделало вас уязвимой, о чем вы знаете и к чему вы хотели бы, чтобы ваша семья относилась с уважением, может быть, в особенности Кэйси? (Есть какое-то слабое место, вы знаете об этом и вы хотели бы, чтобы ваше семья относилась к этому с уважением.) (1983)







Дата добавления: 2015-09-15; просмотров: 72. Нарушение авторских прав

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2017 год . (0.018 сек.) русская версия | украинская версия