В современной литературе распространено мнение о том, что расчеты по инкассо представляют собой ряд различных сделок: договоров поручения, передоверия, инкассирования денежных средств, а также односторонних сделок (акцепта, списания средств со счета и т.д.)1. При таком подходе имеет место искусственное расчленение единого (по сути своей) правоотношения и не учитывается, что все действия участников расчетов по инкассо осуществляются ими в рамках договора банковского счета, в силу которого банк-эмитент должен выполнять распоряжения клиента о проведении операций по счету, в том числе по получению от плательщика платежа или акцепта платежа (п. 1 ст. 845, п. 1 ст. 874 ГК) (случаи, когда инкассовые поручения представляются непосредственно в банк, обслуживающий плательщика, носят исключительный характер и должны быть специально предусмотрены законом).
При этом банк-эмитент исполняет свое обязательство из договора банковского счета либо непосредственно (например, в ситуации, когда он является банком, обслуживающим плательщика), либо возлагает его исполнение на третье лицо — исполняющий банк (п. 1 ст. 313 ГК). Последний в силу договора банковского счета с плательщиком несет обязанность по списанию денежных средств с его счета на основании платежных требований и инкассовых поручений, в том числе (в случаях, установленных законом) без его распоряжения (ст. 854 ГК). При этом он не имеет никаких договорных отношений с получателем денежных средств и не является его представителем.
Такой подход полностью согласуется и с установленной законодателем схемой ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение платежных требований (инкассовых поручений), когда по общему правилу такая ответственность возлагается на банк-эмитент,
1 См.: Ефимова Л.Г, Банковские сделки: Право и практика. С. 436—438; Кредитные организации в России: правовой аспект. С. 249—250 (автор раздела — Л.А. Новоселова).
