I. Теоретические основы геополитики. традиций французских географических и исторических концепций

традиций французских географических и исторических концепций. Он критически осмыслил и переработал многие течения германской политической и географической мысли. Такой подход ярко виден при сопоставлении с подходом к геополитике ее основателя Ф. Ратцеля. Критический дух по отношению к учениям германских геополитиков характерен для абсолютного большинства ученых Франции первой половины XX в.

Если ядро теории Ратцеля составляют категории пространства (Raum), географического положения государства (Lage), «потребность в территории», «чувство пространства» (Raumsinn), то у Вида-ля де ла Бланша в центре стоит человек. Он, по сути, является основателем «антропологической школы» политической географии, которая стала в его «исполнении» альтернативой германской школе геополитики, «теории большого пространства» и получила название «поссибилизм» (пространство не предопределяет историю, а предрасполагает к тому или иному ее течению).

Указанное противостояние в науке является отражением реальных противоречий между двумя странами-соседями, друзьями-соперниками — Францией и Германией, отражением всей суммы противоречий, накапливавшихся веками. Разные научные подходы к разрешению глобальных противоречий между этими двумя странами — теоретическое отражение попыток разрешения глобальных проблем, поиск наиболее оптимальных путей достижения поставленных целей.

В фундаментальной работе «Восточная Франция» (1919) де ла Бланш анализирует проблему геополитического соперничества Франции и Германии — проблему Эльзаса и Лотарингии, Восточной Франции в целом. Он выдвинул идею превратить эти земли (в основном немецкоговорящие), перешедшие после Первой мировой войны вновь к Франции, в зону взаимного сотрудничества между двумя странами. Превратить эти богатые провинции не в барьер, отгораживающий одну страну от другой, дающий выгоду только одной стороне, а сделать их как можно более проницаемыми. По сути, французский геополитик создал историческую модель развития сперва франко-германского, а затем европейского геополитического пространства в целом. И все же де ла Бланш отдавал предпочтение французским интересам. Это видно из того, как обстоятельно он доказывает исторические и географические факты принадлежности этих земель Франции.

В отличие от немецкой школы геополитики де ла Бланш отказывается от жесткого географического детерминизма, напоминающего порой судьбу, рок. Он ставил на первое место не географиче-