Когда игра становится грубой

23 ноября 1951 года футбольные команды Дартмута и Принстона встречались на стадионе Принстонского университета. Вскоре (35:) после начала матча стало ясно, что игра будет грубой. Один из лучших игроков Принстона, чья фотография только что появилась на обложке журнала Time, покинул игру со сломанной переносицей. Вскоре и игрок Дартмута был унесен с поля с переломом ноги. После игры (закончившейся победой Принстона) обе команды были наказаны огромным количеством штрафных.

Игроки были раздражены до предела и обменялись ожесточенными обвинениями. Сторонники обеих команд опубликовали едкие статьи по этому поводу. Например, через четыре дня после игры репортер принстонской студенческой газеты Daily Princetonian заявил: «Я никогда не видел столь отвратительного проявления этого так называемого «спорта». Обе команды были виновны, но ответственность в первую очередь должна быть возложена на Дартмут. Принстон — безусловно, более сильная команда — не имела оснований вести грубую игру». В тот же день газета Dartmouth обвинила тренера Принстона в том, что он внушил игрокам, будто «цель оправдывает средства». Еще две недели студенты обоих университетов продолжали вести споры о том, что же случилось и кто был виноват.

В эту шумиху вмешались Альберт Хасторф (впоследствии социопсихолог Дартмута) и Хэдли Кантрил (принстонский исследователь). Использовав футбольные баталии, Хасторф и Кантрил в 1954 году провели то, что сейчас стало классическим исследованием избирательного восприятия.

Они начали с опроса 163 студентов Дартмута и 161 студента Принстона, которым задавали в числе прочих следующий вопрос: «Когда вы увидели или где прочитали, какая команда начала вести грубую игру?» Неудивительно, что Хасторф и Кантрил обнаружили значительную разницу в достаточно типичных ответах учащихся двух университетов. 53% дартмутских студентов заявили, что обе стороны виноваты в случившемся, и лишь 36% признали вину своей команды. Наоборот, в Принстоне 86% опрошенных винили противников и только 11% сказали, что обе команды с самого начала играли грубо.

Это расхождение во мнениях заставило исследователей поинтересоваться: действительно ли студенты видели разные игры или они видели одно и то же, но просто считают более значимыми различные аргументы? Чтобы проанализировать этот вопрос, Хасторф и Кантрил попросили новую группу студентов каждого университета просмотреть игру в записи и отметить все (35:) нарушения, которые они заметят. Все студенты смотрели один фильм, и пользовались той же системой оценок для наблюдения нарушений (все знали общие правила игры).

Как видно на диаграмме, представленной на рис. 1.1, результаты показали огромное влияние избирательного восприятия. Студенты Дартмута отметили почти одинаковое количество нарушений с обеих сторон (в среднем 4,3 для своей команды и 4,4 для Принстона), тогда как принстонские студенты увидели у Дартмута в два раза больше нарушений, чем у своей команды (соответственно, в среднем 9,8 и 4,2). Произошло даже такое изменение в восприятии, что когда из Принстона прислали копию фильма нескольким бывшим студентам Дартмута для группового просмотра, то один из них, уже видевший фильм раньше, не заметил ни одного нарушения со стороны своей команды и в замешательстве послал в Принстон телеграмму с просьбой прислать запись без купюр!

Рисунок 1.1. Пример избирательного восприятия. (Хасторф и Кантрил, 1954)