Актуальные проблемы ответственности за терроризм.

 

В последнее время с терроризмом становится бороться все труднее исходя из того, что с каждым годом происходит совершенствование тактики и методики действий террористов. Терроризм отмечают все большие коварство, внезапность и непредсказуемость. Заметно изменяется тактика отдельных действий, в частности, замечено увеличение количества смертников в Афганистане и Ираке, отмечается тенденция к все большему использованию самодельных взрывных устройств[58].

Так не стоит забывать о том, что террористические организации пытаются максимально полно использовать достижения новых коммуникационных и сетевых технологий, что делает пропаганду терроризма более реальной угрозой[59].

Следовательно, первостепенными в вопросах противодействия терроризму являются задачи его профилактики, пресечения «воспроизводства» идеологии экстремизма и насилия, в т.ч. через противодействие подстрекательству к терроризму, а также недопущения использования в террористических целях медийного пространства, глобальной сети Интернет[60].

В связи с комплексным усложнением явления терроризма реализовать принцип неотвратимости наказания, в полной мере применить уголовную ответственность иногда становится невозможным.

Например, по данным международной группы экспертов под эгидой Института экономики и мира по состоянию на декабрь 2012 Российская Федерация находилась на 9 месте по уровню терроризма. Его измерение происходит при помощи глобального индекса терроризма по четырем основным показателям: количество террористических инцидентов; количество погибших; количество пострадавших; уровень материального ущерба. Также могут учитываться система управления государством, коррупция, географическое положение, идеология и др.

При этом статистика показывает, что число нераскрытых преступлений террористического характера возросло по сравнению с 2009 годом, и по данным ВЦИОМ (Всероссийского центра изучения общественного мнения) население не чувствует себя защищенным[61].

И в этой связи, первая проблема в сфере привлечения отдельных лиц за преступления террористической направленности в рамках одного определенного государства (на примере РФ), которую мы можем выделить, это невысокая эффективность правоохранительных органов.

Также необходимо затронуть вопрос о рецидиве данной категории преступлений. Например, в законодательстве Китая рецидивом признается совершение «любого подобного преступления». Однако данная формулировка порождает много споров в научных кругах. Ведь совершение преступления против государственной безопасности может толковаться как рецидив, что не совсем верно[62].

При этом вопрос о рецидиве проистекает из того, что в законодательстве различных стран само определение круга преступлений террористической направленности представляет определенную сложность. Следовательно, можно говорить о проблеме определения состава преступления. При этом современное уголовное законодательство включает целые системы норм об ответственности за преступления террористического характера, но они существенно отличаются друг от друга в различных странах. Например, в России признаны террористическими 20 организаций, в США – около 45, и только 9 из них фигурируют в списках и России, и США.

Также можно выделить такую проблему как невозможность в некоторых случаях обеспечить международное сотрудничество в сфере уголовного судопроизводства, исходя из принципов, закреплённых в международных договорах, а именно принципа двойной уголовной ответственности (двойной криминальности) и принципа недопустимости выдачи по запросам иностранных государств лиц, совершивших политические или связанные с ними преступления[63].

Принцип двойной криминализации состоит в том, что правоохранительные органы выдают преступников только в том случае, если деяние, являющееся предметом запроса, наказуемо в уголовном порядке как в запрашивающем, так и в запрашиваемом государстве. Однако, в отсутствие общих подходов к определению составов конкретных преступлений террористического характера правовая помощь и, соответственно, выдача становятся невозможными.

Второй из названных принципов подразумевает, что государство может отказать в выдаче, если из поступившего запроса усматривается, что он преследуется за совершение политического преступления или по политическим мотивам. Именно по мотивам политического свойства, например, отказано в выдаче России террориста Закаева.

И последняя проблема ответственности за преступления террористической направленности, которую хотелось бы обозначить, это проблема определения субъекта преступления. В ряже стран уголовную ответственность могут нести только физические лица (например, в РФ), законодательство других подразумевает и ответственность юридических лиц (США), хоть иногда только в рамках участника или руководителя террористического сообщества (Китай). Но также интересен вопрос об ответственности государства. Ведь терроризм как преступление посягает на мировой порядок, является нарушением международного права. И потому он должен влечь не только индивидуальную ответственность, но и международную ответственность государства-делинквента. Последнее вытекает того, что судебное преследование какого-либо лица, в частности за международный терроризм, “не освобождает государство от ответственности по международному праву за действие или бездействие, вменяемое этому государству”, содержащегося в ст. 4 проекта кодекса преступлений против мира и безопасности человечества[64]. Но в силу особого положения государства, его суверенитета, привлечение его к ответственности по объективным причинам затруднено.

Таким образом, в сфере привлечения к ответственности за преступления террористической направленности можно выделить следующие проблемы:

- неэффективность деятельности правоохранительных органов в отдельном государстве;

- разнообразие понятийного аппарата в данной области;

- трудность определение состава преступления, а в частности объекта и субъекта, рецидива;

- отсутствие гарантий сотрудничества государств в данной области.