ГЛАВА 51. ы нашли Микелетто, - доложил Лис.
ы нашли Микелетто, - доложил Лис. - Где? - напряженно спросил Эцио. - Он скрывается в Дзагароло, к востоку отсюда. - Тогда схватите его. - Не спеши. С ним войско из городов Романьи, все еще верных Чезаре. Он будет сражаться. - Мне плевать! - Нам нужно подготовиться. - Ну, так займитесь этим! В ту же ночь Эцио, Макиавелли и Лис собрались на Тиберинском острове. Бартоломео все еще был в Остии, а Клаудиа осталась в «Цветущей розе», чтоб прийти в себя после тяжелого испытания, выпавшего ей, и позаботиться о больной матери. Отзывать наемников не пришлось - ассасины отобрали сто способных держать оружие человек из воров и рекрутов. - Он разбил лагерь в старой гладиаторской школе, с ним около двухсот пятидесяти человек. - Как он собирается действовать? - Понятия не имею. Сбежит, чтобы присоединиться к французам на севере, кто знает? - Что бы он ни задумал, нужно пресечь их в зародыше. К рассвету Эцио собрал людей. Они выехали одним отрядом к Дзагороло и окружили лагерь Микелетто. Поднялось солнце. Эцио держал в левой руке, на которую был одет защитный наруч, арбалет, на правом запястье был закреплен отравленный клинок. Врагам не будет пощады, но Микелетто нужно было взять живым. Защитники яростно сопротивлялись, но, в конце концов, отряд Эцио смял сопротивление врага, разбив сторонников Микелетто. Сам Микелетто стоял сред раненых, мертвых и умирающих, гордый и дерзкий. - Мы берем тебя в плен, Микелетто Корелла, - сказал Макиавелли. - Больше ты не будешь смущать народ своими пустыми обещаниями. - Цепи не удержат меня, - прорычал Микелетто. - Как и не удержат они моего хозяина! Микелетто в цепях отвезли во Флоренцию, и заперли в Синьории, в той самой камере, где провел свои последние часы отец Эцио, Джованни. Губернатор города Пьеро Содерини вместе со своим другом и советником Америго Веспуччи и Макиавелли допросили пленного, подвергнув того пыткам, но ничего не смогли из него выбить и бросили его гнить в камере. Дни убийцы, казалось, были сочтены. Эцио же вернулся в Рим. - Я знаю, что в душе ты остался флорентийцем, Никколо, - сказал он на прощание своему другу. - Я буду по тебе скучать. - Я еще и ассасин, - отозвался Макиавелли. - И навсегда останусь предан Братству. Если я тебе понадоблюсь, дай мне знать, и я приду без промедления. Тем более, - мрачно добавил он, - я еще не оставил надежду выбить информацию из этого ублюдка.- Желаю удачи, - кивнул Эцио. Он не был уверен, что у них получится сломать Микелетто. Он был не только убийцей, но и имел сильную волю.
|
