Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Джордан. Я не хотел, чтобы Торри волновалась, но угроза её матери напугала меня до чёртиков




Я не хотел, чтобы Торри волновалась, но угроза её матери напугала меня до чёртиков. У меня должна была быть работа — это один из пунктов моего условно-досрочного освобождения. Без работы меня снова отправят в тюрьму, я и глазом не успею моргнуть.

Халк сказал, что может предложить мне какое-то дело, но это было всего пару дней в неделю максимум. Мне нужно было показать, что у меня был постоянный заработок. Я был близок к тому, чтобы потерять всё.

Я ходил взад-вперёд, ожидая звонка Торри, отчаянно желая услышать её голос после того, как оставил вечером. Я молился, чтобы её мама не смогла отговорить её видеться со мной. Меня приводила в ужас даже возможность того, что это может случиться.

Я почувствовал полнейшее облегчение, когда услышал её, как будто снова мог дышать. Её мама не настроила Торри против меня, и мы договорились встретиться завтра. Даже слышать, как она говорит об этом, было замечательно. Это был адский день. Мои эмоции всё ещё бились через край из-за всего, что случилось. Прийти на могилу Майки было для меня огромным шагом. Весь этот груз, который я годами носил на себе, кажется, наконец-то, исчез. Я даже мог поверить тому, что Торри была права насчёт того, что я не обязан жить в изоляции до конца своей жизни. Хотя я всё же не думал, что свободен и моя совесть чиста, и если бы мне пришлось провести остаток своих дней, замаливая грехи, я полностью уверен в том, что сделал бы это без вопросов. Но я знаю, что Майки любил меня. Это было неизменной истиной. Всё то время, пока я жил, любовь брата была тем, на что я мог положиться. До сих пор помню это чувство, когда брат прикрывал мою спину, несмотря ни на что. Мы были командой. А ведь товарищи по команде не позволят страдать другим игроком, если они в силах помочь им, правда? Я в долгу перед ним, поэтому должен сделать что-то со своей жизнью. Например, как сделала Торри, сильно встряхнув меня, чтобы я понял это.

Я стоял в ванной комнате перед зеркалом, внимательно глядя на себя впервые за долгие годы. Могу ли я на самом деле быть тем мужчиной, которого она видит во мне? Мог ли иметь будущее, которое было так дразняще близко? Мог ли жить за себя и за Майки? Возможно, Торри была права. Возможно, я был в долгу перед Майки и поэтому был обязан попробовать…жить нормальной жизнью, хорошей жизнью.

Да, я мог бы попробовать. Но мне нужны были перемены. Мне нужно было принять то, что я сделал, и найти способ, как жить с этим дальше. Сделать то, что мне не удавалось сделать на протяжении восьми лет. Но сейчас…каким-то образом мне нужно было начать всё сначала. Я надеялся, что это произойдёт с Торри, но если нет…я снова хотел жить.

Это было долбанное открытие для меня.

Я копался в шкафчике, пока не нашёл машинку для стрижки волос, которая когда-то принадлежала Майки. Её зарядка уже давно села, но я подключил её к розетке, и маленький красный огонёк показал мне, что машинка всё ещё может быть полезной. Потом, я установил длину на полдюйма и стал наблюдать за тем, как мои состриженные волосы падают в раковину. Они оказались более светлого оттенка, чем я ожидал. Хах. Странно.

Я был поражён, когда увидел конечный результат. Я выглядел как он. Как Майки.

За спиной я услышал шокированный вздох, и повернулся, чтобы увидеть, как мама в ужасе уставилась на меня, она побелела от гнева.

— Как ты смеешь! — прошипела она, — не смей выглядеть, как он!

Моё сердце заколотилось в груди.

— Мама, я…я не знал. Я никогда не понимал…

— Ты просто ищешь способ, чтобы сделать ещё больнее, да? — кричала она, осуждающе тыкая в меня пальцем, — зачем ты вернулся сюда? Почему ты просто не оставил нас в покое?

Я услышал поднимающиеся по лестнице шаги отца, он зашёл в ванную и подхватил маму как раз, когда она начала падать, рыдая.

— Неужели ты недостаточно сделал? — закричал он. — Зачем ты продолжаешь причинять ей боль?

Мой голос был тихим и спокойным, когда я ответил.

— Я причиняю ей боль тем, что живу, отец.

Он поднял голову и встретился со мной глазами. Думаю, впервые я увидел в них что-то вроде понимания. Я не знаю что, но это значило что-то.

— Уберись в ванной, — это всё, что он сказал, когда стал уводить её из комнаты.

Не думаю, что хоть кто-то из нас спал той ночью. Я лежал на кровати, прислушиваясь к тихим голосам, доносящихся из телевизора внизу. Время от времени я слышал, как скрипел стул или как кто-то ходил по лестнице. Мама плакала часами. Возможно, вы подумали, что с годами она уже всё выплакала. Но, может быть, у неё была «поставка» слёз на всю жизнь.

Мои глаза жгло, они горели от усталости, но сон был чем-то далёким для меня. Прежде, чем рассвело, я надел старые шорты Майки для пробежки, которые не были мне слишком велики, и вышел из дома. Иногда это помогало. Очень помогало. В темноте маячили тополя, а дорожка была просто бледным участком земли, которая вела меня вперёд. Воспоминания мелькали у меня перед глазами: я и Майки, Майки и мама, Торри, школа, дом, отец, свалка, тюрьма, Торри, суд, могила, Торри, то, как мы слетели с дороги, перевёрнутая машина, тело Майки, кровь, больница, Торри, Майки играет в футбол, Майки сваливается с дерева, мы напиваемся, накуриваемся, занятие любовью, Торри, Торри, Торри.

Солнечный свет пробивался сквозь деревья, и я медленно пошёл домой, в дом моих родителей. Всё моё тело горело, но мысли стали более ясными.

Принял душ и оделся более опрятно, чем обычно. Я свернул шорты и засунул подмышку. Надеюсь, они мне ещё пригодятся, предполагалось, что у меня всё же ещё была работа.

Вместо того, чтобы избегать своих родителей, я направился на кухню, чтобы позавтракать. Как только мама увидела меня, она вышла из комнаты. Отец посмотрел на меня, его взгляд был практически извиняющимся.

— Дай ей время, — сказал он.

Это была самая душевная вещь, которую он мне сказал с тех пор, как я вернулся. Я кивнул, и мы стали завтракать в тишине. Она была вполне уютной. После того, как я отмыл свою тарелку от хлопьев, напомнил отцу, что сегодня у меня встреча с надзирателем в городе. Это раздражало, но уж лучше так, чем внезапный обыск дома. Иногда они могли торчать в доме около двух часов, проверяя каждый ящик, каждый шкаф, каждую аптечку, любое место, где можно что-то хранить.

— Хочешь, я могу поехать с тобой?

Его вопрос был, как гром среди ясного неба.

Я удивлённо на него посмотрел

— Эм, всё в порядке, пап. Она просто хочет поговорить о том, как мои дела. Как обычно.

— И как твои дела?

Я прислонился к раковине и посмотрел на него.

— Ты действительно хочешь знать?

— Да, — сказал он, в конце концов, — расскажешь мне?

Он указал на один из стульев на кухне, и я сел. Мне стало интересно, что же привело его к такому внезапному интересу ко мне, хотя всё же мне было немного не по себе.

— Ты снова начал бегать, — начал он, — как и…прежде.

— Да, это помогает очистить мысли. Помогает быть за пределами…ну знаешь, всего этого…

— Хорошо…это хорошо.

Мы смотрели друг на друга через стол.

— А работа у Преподобной? Как там дела?

— Ну, всё было нормально…

— Но сейчас уже нет?

Я вздохнул.

— Я не знаю, что тебе сказать, пап. Я даже не уверен, что у меня всё ещё есть работа.

Его челюсть заметно напряглась.

— Что ты натворил?

Чувство злости прошлось сквозь меня.

— Да, верно, пап. Что я натворил. Всегда виноват я?

— Ты, должно быть, сделал что-то, что заставило её уволить тебя! — отрезал он.

Ярость начала подбираться к горлу, но я заставил себя контролировать это.

―— Ей не нравится, что я встречаюсь с её дочерью.

Он моргнул пару раз.

— И это всё?

— Чёрт, отец! О чём? О чём ты подумал? Не так шокирующе, как ты думал, верно? Я встречаюсь с её дочерью. Вот это грёбаная новость! Но нет, Преподобная Вильямс не чувствует радости от того, что её единственная дочь связалась с бывшим заключённым. Поэтому прошлым вечером она спросила, хочу ли я остаться и работать на неё или нет. Я не знаю. Возможно, я облажался. Возможно, я уже на обратном пути в тюрьму. Я нахрен не знаю!

Я резко встал, опрокинув стул на пол, желая поскорее выбраться из дома. Распахнул входную дверь и направился к своему грузовику. Я уже собирался убраться к чертям отсюда и увидеться с Торри, когда вспомнил, что должен встретиться с офицером Карсоном.

От разочарования я начал бить по рулю.

Я завёл машину и заставил себя ехать медленно. Попадание в аварию не сделает этот отстойный день лучше.

Я всё ещё был на взводе, когда подъехал к районному управлению по делам условно-досрочных освобождений, которое находилось на окраине города. Я только известил о своём прибытии, а офицер Карсон уже вышла встретить меня.

Стоило ей лишь раз посмотреть на моё напряженное выражения лица, как её дружелюбная улыбка пропала.

— Успокойся, Джордан, — сказала она твёрдо и авторитарно.

— Чёрт, простите! Я просто…— я сделал несколько глубоких вдохов, — я просто…разговаривал с отцом и…

Она кивнула.

— Пожалуйста, давай пройдём в мой кабинет.

Вздыхая, я пошёл за ней по коридору. Она открыла дверь и указала на стул, находившийся на противоположной стороне от её большого стола.

Её кабинет был немного тесным из-за всех этих железных шкафов, но два больших окна не так сильно заставляли чувствовать себя, как в западне. На стенах висели какие-то сертификаты в рамках, а на столе стояла небольшая фотография с тремя детьми. Предполагаю, что это её дети.

— Пожалуйста, присядь, Джордан.

Неохотно я уселся на край стула, мои колени дрожали от напряжения.

Офицер Карсон нахмурилась, вытащив моё дело из ящика.

— Ты выглядишь немного взволнованным, Джордан.

— Да

— Ты принимал что-то?

Я резко поднял на неё глаза.

— Что? Чёрт, нет! Ничего. Я просто…на взводе сейчас.

Я не мог сказал, поверила ли она мне или нет.

— После того, как эта беседа закончится, я хочу, чтобы ты поехал в полицейский участок и сделал тест. Хорошо?

— О, чёрт! Я делал его три дня назад!

— Я настоятельно тебя прошу пройти его снова. Нужно ли мне сделать это в более официальной форме?

— Нет, мэм, — ответил я покорно.

Она кивнула и сделала запись в моём деле. И только, когда мой телефон загудел, она пристально на меня посмотрела.

— У тебя есть телефон?

— Да. Получил совсем недавно.

— Я должна его проверить.

— Что? Зачем?

— Мне нужно посмотреть, с кем ты общаешься. Какие тебе приходят сообщения, и какие ты отсылаешь им.

Я не хотел, чтобы она видела то, что мы с Торри пишем друг другу, но у меня не было выбора. Мне нельзя было иметь частную жизнь, которая была позволена добропорядочным гражданам. Я был преступником, и мне не позволяли забывать об этом. У меня не было права на Чётвёртую Поправку[[7]]

Неохотно, я вытащил телефон из кармана и передал ей.

— Кто такая Торри? — спросила офицер Карсон, копаясь в телефоне.

— Моя девушка.

— Она единственная в твоих контактах?

— Да, мэм.

Она отдала мне телефон обратно с небольшой улыбкой на лице.

Пока она делала ещё одну заметку в моём деле, я посмотрел на сообщение Торри, которое офицер Карсон уже прочла.

«Как на счёт секса по телефону прежде, чем ты поедешь к своему надзирателю?»

Я поднял глаза, мои щёки горели, а Офицер Карсон улыбнулась мне.

Пока она была занята своими заметками, я написал быстрый ответ Торри, говоря, что уже в городе.

— Итак, — сказала Карсон, глядя на меня, — давай пройдёмся по стандартным вопросам, Джордан. Общался ли ты с полицией с момента нашей последней встречи?

— Да, мэм. Меня остановили пару дней назад, когда я ехал домой от своей девушки.

— И почему же тебя остановили?

— Я не уверен почему. Мне не сказали.

— Хмм…и что произошло дальше?

— Офицер просто хотел знать, где я был и что делал. Он напомнил мне, что мой комендантский час наступает совсем скоро, сделал тест на алкоголь, но он был негативным.

Она мельком посмотрела на меня, держа ручку наготове.

— Почему он решил сделать этот тест?

Я пожал плечами.

— Потому что он мог?

— Употреблял ли ты алкоголь с момента нашей последней встречи?

— Нет, мэм.

— А хотел бы?

— Чёрт, да! И выпить довольно много, и каждый долбанный день, — засмеялся я, но смех этот был безрадостным.

— Ты хорошо справляешься, Джордан, — сказала она решительно. — Не позволяй никому сбить тебя с этого пути.

— Нет, мэм.

— Принимал ли ты наркотики или чувствовал нужду попробовать их?

— Нет, мэм.

— Хорошо. Как у тебя дела с родителями?

Серьёзно? Она не видела, в каком состоянии я приехал?

— Думаю, нормально. Ну, с отцом…нормально. Мама не разговаривает со мной, поэтому…всё в порядке.

— Я вижу, — она записала что-то ещё. — Ты всё ещё работаешь?

— Да, мэм.

Пока что.

— Хорошо. Это всё очень хорошо. Не думал ли ты снова насчёт того, чтобы пойти на какие-нибудь курсы в колледже? Какие-нибудь другие цели?

Мой голос был полон горечи.

— Другие цели кроме, как свалить из этой дыры? Нет, пока нет.

Она с сочувствием на меня посмотрела.

— Джордан, первые шесть месяцев после тюрьмы тяжёлые. По опыту я знаю, что при поддержке, которая была бы рядом с тобой, твои шансы снова попасть в тюрьму уменьшаются в два раза. Тебе нужна стабильность.

— Мне не нужны ОНИ, — прорычал я, указывая на дверь и думая о своих родителях.

— Они могут помочь тебе, — настаивала она.

Я хрипло засмеялся.

— Вы так считаете? Моя мать даже не может посмотреть на меня без желания наорать или расплакаться. А отец…с ним не всё так плохо. Но мне никогда не позволят начать всё сначала, если я останусь здесь.

Она серьёзно посмотрела на меня.

— Джордан, ты понимаешь, что условно-досрочное освобождение означает, что ты всё ещё отбываешь свой срок наказания под надзором в обществе. В обществе! Но моя работа так же заключается в том, чтобы сделать твой переход из тюрьмы в общество более лёгким. Я помогу со всем, с чем смогу: трудоустройство, нахождение места жительства, финансы или любые другие личные проблемы, о которых ты бы хотел поговорить со мной. Моя цель заключается в том, чтобы обеспечить завершение твоего условно-досрочного срока без проблем, чтобы ты держался подальше от тюрьмы. Если происходит что-то, что может поставить это под угрозу, я должна знать. Работай со мной, Джордан.

— Эм…Я скорей всего потерял работу.

Она направила на меня свой зоркий и умный взгляд, который, казалось, просверлит меня насквозь.

— Ты имеешь в виду работу у Преподобной Вильямс? У неё дома?

— Да…

— И что же случилось?

Я закрыл глаза, не желая признавать, что Преподобная считала меня недостойным её дочери. Чёрт, да я и так это знал.

— Торри — её дочь. А Преподабная…она не рада тому, что мы встречаемся.

— Оу, — сказала офицер Карсон. — Ох, Господи. Ты же знаешь, что какие-либо другие предложения по работе должны быть одобрены? У тебя ещё какие-нибудь варианты?

— Возможно, ремонт грузовиков, — думаю, Халк не был бы против, если бы я упомянул об этом. — Но это только частичная занятость.

— Хмм. Не лучший вариант. Ещё что-нибудь?

— Нет, мэм. Здесь, в округе, не так уж и много работы. Особенно для такого, как я.

— Ну это позор, Джордан. Ты так хорошо справлялся вплоть до сегодняшнего дня. Может быть, мне удастся уговорить Преподобную Вильямс?

Я пожал плечами.

— Попробуйте, но я почти уверен, что она ненавидит меня.

— Она уже точно уволила тебя?

— Я как раз собирался это узнать. Узнаю точно, как только уеду отсюда.

Офицер Карсон вздохнула.

— Дай мне знать, когда узнаешь ответ. Или же нам придётся принимать меры.

— Да, мэм.

Она встала и провела меня к выходу.

Мне стало легче от того, что этот визит не был полной катастрофой, и я уже был рад тому, что могу убраться отсюда, когда мы оба услышали машину Торри. Она резко затормозила с широко раскрытыми глазами прямо перед офицером Карсон.

— Оу, эм, привет! — сказала она, выбираясь из машины, её глаза нервно скакали между мной и моим надзирателем.

— Ты, должно быть, Торри, — сказала офицер Карсон, протягивая руку, — Джордан только что рассказывал о тебе. Я Сэнди Карсон, его надзиратель.

— Оу…точно. Торри Делани. Приятно с вами познакомиться.

— Мне тоже.

Они пожали руки, и офицер Карсон улыбнулась ей прежде, чем снова повернулась ко мне.

— Не забудь о полицейском участке, Джордан. И позвони мне потом, если что-то выяснишь.

Я кивнул, и она зашла обратно в здание.

— Было очень неловко? — засмеялась Торри и бросилась в мои объятия.

Я уткнулся носом в её шею, упиваясь ощущением её тела.

— Не настолько, как прочтение твоего сообщения, — усмехнулся я.

— Что? Да ты шутишь?

— Нет. Она услышала, когда пришло твоё сообщение, и настояла на том, чтобы проверить мой телефон. У меня нет никакого личного пространства, милая. Я не мог сказать «нет»

Торри засмеялась.

— Ох, понятно! Хорошо, что ты сказал мне об этом, потому что я собиралась написать о некоторых вещах, которые планировала сделать с твоим членом. И так же хорошо, что я не удосужилась писать сегодня утром длинные сообщения.

Я застонал.

— Ты убиваешь меня.

Она засмеялась.

— И что, чёрт побери, случилось с твоими волосами? Такое ощущение, что ты присоединился к морской пехоте или что-то вроде того!

— Нет. Просто эта горячая девушка, с которой я встречаюсь, сказала, что мне нужно начать все с чистого листа, так что…как тебе?

— Да, — сказала она, поглаживая мой затылок. — Они такие мягкие. Это не волосы, это мех! Думаю, мне нравится.

Я поцеловал её горло, посасывая место, где бьётся пульс.

— Я очень этому рад.

— Итак, — сказала она, залезая под мою футболку. — Так как на счёт секса по телефону?

— Я бы с удовольствием поддержал бы тебя в этом, милая, но мне нужно встретиться с твоей мамой. Не думаю, что она ясно дала мне понять, о чём думает?

Её настроение изменилось, и она нахмурилась.

— Не уверена. Но мы безусловно обсудили это вчера вечером, — Торри посмотрела на меня. — Прости, Джордан, но тебе придётся спросить об этом у неё лично. Вчера вечером всё выглядело не очень хорошо, но, может быть, сегодня она будет вести себя, как подобает христианину и передумает.

— Всё в порядке, дорогая. Я позвоню ей после того, как съезжу в полицейский участок.

Она уставилась на меня.

— Мой надзиратель хочет, чтобы я прошёл ещё раз тест на наркотики, — объяснил я, — по всей видимости, я выглядел взволнованным, когда приехал к ней.

— Почему?

— Как всегда: разговаривал с отцом.

— Оу, — нахмурилась Торри. — Хреново. Я поеду с тобой. У меня есть ещё пару часов. Поеду за твоей машиной.

— Эм, тебе действительно хочется ехать со мной в полицейский участок? — переспросил я, качая головой в замешательстве.

— Конечно. Почему нет? Мне нечем больше заняться.

Я поднял брови.

— Ты действительно знаешь толк в развлечениях!

Она засмеялась.

— Нуу, мои планы насчёт секса по телефону, кажется, откладываются. Но, если полицейские не задержат тебя надолго, у тебя есть хороший, большой грузовик…кто знает, что может там произойти?

— Мисс Делани, страшные у вас мысли. Господи, я люблю т…Я люблю это в тебе.

— Ну, тогда поторапливайся! — фыркнула она, схватив меня своими пальчиками.

— Да, мэм!

Полицейский участок расположен в центре города, в паре кварталов от управления по делам условно-досрочных освобождений. Я ненавидел приезжать сюда. Это место возвращало обратно плохие воспоминания.

По большей части, полицейские здесь не были придурками, но я всё же не доверял им. Когда тебя так много лет контролирую люди в форме — это оставляет отпечаток. И они могут посадить меня обратно за решётку. Кого бы это чертовски не нервировало?

Торри тихо стояла возле меня.

— Так, эм, на что тебя тестируют?

— Всё как обычно: спиды, кокс, травка, опиаты, «ангельская пыль». Нет такого теста, который выявлял бы всё и сразу, поэтому они берут самые распространённые наркотики или просто тест, который был бы самым дешёвым для их лаборатории, не знаю.

— Для этого берут кровь для анализа?

— Нет, просто нужно пописать в сосуд.

— И по этому тесту они могут так же определить, пил ли ты пиво или что-то ещё?

— Для этого есть другой тест — EtG[[8]]. Они наблюдают за тем, какие метаболиты производит твоё тело, когда в нём есть алкоголь. Это остаётся в моче до восьмидесяти часов. Хреново, правда?

Торри выглядела задумчивой.

— Торри, так это будет выглядеть следующие четыре месяца, если…если ты будешь встречаться со мной. Это моя действительность.

Она двинула меня под рёбра.

— Серьёзно, Джордан? Значит, так ты обо мне думаешь? Просто потому что тебе приходится пи́сать в банку раз в неделю, ты думаешь, что это оттолкнёт меня от тебя?

Я притянул её к себе и крепко поцеловал.

— Ты самое лучшее, что когда-либо случалось со мной, мисс Делани, и я не отпущу тебя.

— Просто пообещай мне одну вещь, — сказала она

— Говори.

— Отпустишь меня, когда тебе нужно будет идти и пи́сать в банку?

Я не мог сдержать смех.

— И ты решилась сказать именно это, когда я был таким романтичным!

— Я просто реалистка, — усмехнулась она.

Наше светлое настроение испарилось, как только мы зашли в полицейский участок.

Парни на дежурстве узнали меня, но я видел, как они бросали взгляды в сторону Торри. Мне это не нравилось.

Я показал им своё ID, хотя они и знали кто я такой, и объяснил им, почему был здесь. Один из них позвонил надзирателю, пока мы с Торри пытались удобно сесть в уродливые пластиковые стулья в комнате ожидания. Казалось, мы просидели там сто лет. Торри пыталась поговорить на отвлечённые темы, но от того, как медленно здесь тянулось время, мне становилось не по себе. Меня трясло так, как будто я был наркоманом, сидевшем на героине, в ожидании следующей дозы.

— Эй, успокойся, — прошептала она, крепко сжимая мою руку. — Совсем скоро мы уйдём отсюда.

Нас прервал офицер, держа в руках стопку бумаг и знакомый пластиковый стаканчик, который закручивается пробкой.

— Мистер Кейн? Сюда, пожалуйста.

Торри сжала мою руку, и я последовал за парнем в мужской туалет. Он указал мне на кабинку, оставляя дверь открытой. Затем он натянул резиновые перчатки и передал мне маленькую бутылочку. Он хотя бы отвернулся, пока я делал это.

Подобные вещи не волновали меня. Когда ты восемь лет подряд ходишь в туалет, где нет дверей, ну…это стирает любые мысли о скромности или уединённости. Я не говорю, что мне это нравится. Чёрт, нет, но я так же не позволяю этому напугать меня.

Когда я закончил, то передал ему бутылочку и помыл руки. Затем написал своё имя, получил копию формы, и на этом всё закончилось.

Мне нужно было убираться отсюда к чёртовой матери, и чем скорее, тем лучше.

— Всё в порядке? — спросила Торри взволнованно, когда мы уже снова были на улице. Я сделал глубокий вдох и попытался избавиться от напряжения, которое всё ещё было во мне.

— Да, всё сделано. До следующего раза.

Внезапно, я понял, что мы были не одни. Три парня в бейсбольных кепках заметили меня. Они были не маленькими на вид, но, возможно, они были не такими устрашающими, какими казались. Если я правильно понял, то всё закончится только разговором, но если нет…

— Торри, садись в машину и уезжай отсюда.

— Что случилось?

Она оглянулась и застыла.

— Ни за что! Я не оставлю тебя с теми головорезами.

Теперь мужчины были слишком близко, и возможность спрятать её куда-нибудь в безопасное место вылетела в окно. Я стоял немного впереди неё, моя поза была спокойной, хотя внутри всё было в состоянии повышенной тревоги. Я просто надеялся, что они не начнут что-то, потому что мы стояли прямо возле полицейского участка.

— Ты Джордан Кейн?

Чёрт.

— Да, сэр, это я.

— Кем ты себя возомнил, показывая своё лицо здесь, парень?

— Мне не нужно никаких проблем.

— Значит, проблемы нашли тебя сами.

Один из них смотрел прямо на Торри, его взгляд скользил по её телу. Я сразу же напрягся. Эти ублюдки не дотронутся до неё своими грязными руками, даже если это означало, что я, в конечном счете, снова окажусь в камере.

— Что ты делаешь здесь с этим куском дерьма, сладкая? Почему бы тебе не провести время с настоящим мужчиной? Уверен, что мы могли бы очень хорошо подружиться.

Торри попыталась обойти меня, но я протянул руку и потянул её обратно.

— Да я даже не пописала бы тебе в ухо, если б твой мозг загорелся! — закричала она.

— Ха ха ха. Она уделала тебя, Эдди! — засмеялся один из них, который был с усами.

«Эдди» не выглядел очень счастливым по этому поводу, и я понял, что всё становится хуже. Но хотя бы раз, слава Богу, удача стала на мою сторону.

Два копа вышли на улицу и сразу же обратили внимание на то, что происходит. Хотя они и не были моими фанатами, но всё же было чертовски очевидно, что я не был зачинщиком этого всего.

— У вас проблемы здесь? — спросил коп, который был постарше.

— Мы просто развлекаемся, офицер, — сказали «Усы», выставляя напоказ жуткую улыбку из кривых зубов.

— Угу…значит, «развлекайтесь» где-нибудь в другом месте, придурки.

Бормоча что-то себе под нос, мужчины ушли. Полицейские сразу же повернулись ко мне.

— Будет намного лучше, если ты не будешь показывать своё лицо здесь, в городе, Кейн. Люди здесь довольно разборчивы в компании, в которой они находятся.

— Ох, да ради всего святого! — заорала Торри. — Этому быдлу просто так и хотелось завязать драку! Джордан не сделал ничего плохого! Чёрт, да он просто приходил отчитаться в ваш грёбаный полицейский участок!

— Всё в порядке, милая, — тихо произнёс я.

— Позвольте мне дать вам совет, мисс Делани, — сказал полицейский постарше, — возвращайтесь домой к вашей маме и впредь будьте более осторожны в выборе человека, с которым проводите время. Некоторые люди не могут без того, чтобы не привлекать проблемы.

Торри немного опешила от того, что они знают её. А потом закатила глаза.

— А вам, возможно, следует заглянуть в презумпцию невиновности, — отрезала она.

— Продолжай говорить об этом, — сказал старший полицейский, — Кейна признали виновным.

— И сколько ещё времени он должен будет расплачиваться за это? — прошипела она.

— Торри! — умолял я её, дёргая за руку, — сейчас не время, милая!

Она развернулась и посмотрела на меня.

— А когда время, Джордан? Когда три головореза ради забавы выбили бы из тебя всё дерьмо?

— Следите за своим языком, юная леди! — сказал коп. — Вы, может быть, и дочь проповедницы, но это не даёт вам никаких особых привилегий.

Мне практически пришлось оттаскивать её оттуда, искры всё ещё летели из её глаз, и казалось, что она начнёт выпускать пламя.

Когда я, наконец-таки, смог усадить Торри в её машину, она не намного успокоилась.

— Ты не можешь им позволять вести себя так с тобой, Джордан! — закричала она.

— Милая, это всё не имеет значения.

— Имеет, чёрт возьми! Как ты мог просто стоять там и молчать? У нас есть Конституция! Они не могут просто взять и растоптать все твои права!

— Думаешь, они применяют их ко мне так же, как применили бы к тебе? — не растерялся я, — разве ты ещё не поняла? Они хотят, чтобы я облажался. Они хотят найти причину, чтобы закинуть меня обратно. И они бы с большим удовольствием выкинули бы ключи от камеры!

— Значит, давай им отпор! Не позволяй им! Не сдавайся!

Я стиснул зубы от разочарования.

— Я не могу позволить себе твои грёбаные принципы! — заорал я.

Её лицо побелело от гнева, а голубые глаза стали жесткими, как сапфиры.

— Да пошёл ты! — заорала она и уехала, оставляя за собой клубы пыли и дыма.

Замечательно.

 

 

Торри

Я была так зла на Джордана. Я хотела, чтобы он заступался за себя. Я ненавидела эту его подчинённую, запуганную сторону. Я понимала его отчасти. Но просто боялась, что он снова утонет в своей мрачности и депрессии, в которой застрял, когда я его впервые встретила. Я была уверена, что для него было лучше, когда он давал отпор. Этот день превращался в полную катастрофу.

Я приехала на работу злая и несчастная. Посмотрела на свой мобильный в надежде, что Джордан, возможно, прислал сообщение, но нет, единственное сообщение было от моего банка, которое извещало меня, что я задолжала. Ох, ну спасибо. И всё ещё ничего не было слышно от папы. Мне было больно от того, что он так просто стёр меня из своей жизни, чтобы впустить в неё Джинджер.

Бив поняла моё настроение мгновенно.

— У кого-то плохой день!

— Господи, Бив, ты даже понятия не имеешь.

— Поругалась со своим классным парнем?

Я устало рассмеялась.

— Мда, можно и так сказать.

— А он стоит того, чтобы с ним ругаться, дорогая? — спросила она серьёзно.

— Да, — вздохнула я, — стоит.

— А как насчёт того, что я сделаю тебе карамельное фраппучино? — подмигнула он мне. — Кофеин и сахар, всё собрано в одном вкусном напитке со льдом.

Её мечтательное выражение лица заставило меня рассмеяться.

— Только сделай его полегче, Бив. Думаю, мне понадобится несколько порций.

— Ты поняла меня, дорогая.

Было приятно провести время в женской компании вдали от всей той напряженности, которая, кажется, окружала Джордана Кейна. Я снова подумала о том, что он сказал мне в полицейском участке: обязательные проверки на наркотики и алкоголь, визиты и обыски его надзирателя, комендантский час, ограничение в передвижении, да даже его чёртовы сообщения были предметом досмотра. Это была его действительность. На самом ли деле я хотела пойти на всё это? Чёрт, не один здравомыслящий человек не хотел бы такого. Но в нём было спрятано гораздо больше эмоций, больше, чем всё его прошлое или даже настоящее вместе взятое. Он был милым, добрым и смешным. Он был задумчивым и любящим, и даже, когда мы просто разговаривали, я наслаждалась его компанией. А я не упоминала, что секс с ним был настолько горяч, что я просто таяла только от одного взгляда на него?

Прошло несколько лет с тех пор, как я позволяла парню пробраться настолько глубоко ко мне в душу. Какого хрена это обязательно должен быть чертовский горячий бывший преступник на условно-досрочном освобождении? У жизни определённо было плохое чувство юмора. Или просто я должна была согласиться с маминым «У Господа есть план на каждого из нас».

Вот это было бы иронично.

Я действительно надеялась, что он заедет позже.

 

 







Дата добавления: 2015-09-04; просмотров: 172. Нарушение авторских прав


Рекомендуемые страницы:


Studopedia.info - Студопедия - 2014-2019 год . (0.038 сек.) русская версия | украинская версия