ГЛАВА 5. Было далеко за полдень, когда он наконец-то спустился за утренней газетой.

 

…Было далеко за полдень, когда он наконец-то спустился за утренней газетой.

Счастливые часов не наблюдают, тем более в момент новоселья. К середине дня погода испортилась. Солнце скрылось за холмом, длинные тени поползли по насупившимся деревьям, в воздухе снова повеяло ледяной зимой. Фрэнк подобрал газету и собирался уже было вернуться в дом, когда с соседней лужайки его кто-то окликнул:

– Эй, привет!

Он увидел лысоватого мужчину лет шестидесяти, машущего ему точно такой же газетой. Приятное лицо, мягкие, дружелюбные черты лица, брюшко, обтянутое ярко-красным кардиганом. Типичный американец среднего достатка.

– Привет, я – Джек Мередит! – представился типичный американец среднего достатка, пересекая лужайку и лучезарно демонстрируя Фрэнку последние достижения национальной стоматологии. – Полагаю, мы теперь соседи?

– Добрый день. Я – Фрэнк Блэк.

Мужчина цепко ухватил его руку и затряс в продолжительном приветствии. Ладонь была теплой и влажной, и Фрэнк с трудом сдержался, чтобы не отпрянуть. Он вообще не любил незнакомых людей. Не доверял и всегда проверял. Один из принципов собственной безопасности и безопасности своих близких. Слишком дорогим впоследствии могло оказаться любое случайное знакомство. Случаи бывали. У других. Но в отличие от других Фрэнк предпочитал учиться на чужих ошибках.

Наконец Джек Мередит счел церемонию знакомства исчерпанной. Он небрежно сунул газету под мышку и качнулся на стоптанных каблуках.

– Так. Фрэнк. Откуда вы?

На мгновение Фрэнком опять овладело дурное предчувствие, почти легкая тошнота. Усилием воли он подавил его. Вполне понятное любопытство, не так ли? С соседями полагается если не дружить, то, по крайней мере, находиться в приятельских отношениях.

– Последние десять лет мы жили в Вашингтоне, округ Колумбия, – сухо ответил он. – Но родом мы отсюда, из Сиэтла. И я и моя жена.

Джек Мередит, как бы понимающе, кивнул:

– Неужели?! Вот ведь! И что заставило вас вернуться?

– Просто захотелось домой. Пустить здесь глубокие корни, так сказать.

– Конечно же. И это правильно. Корни нужно пускать только на родине, тогда и урожай окажется немалым…

Мередит выдержал паузу, пробуя на вкус собственную сентенцию. Вкус, похоже, оказался неплохим. Но Мередита все же интересовало явно что-то иное. Он задержал оценивающий взгляд на Фрэнке несколько дольше, чем нужно.

– А чем вы занимаетесь, Фрэнк?

– Занимался. Неважно. Я собираюсь менять профессию.

Брови жизнерадостного соседа вспорхнули вверх, словно две ощипанные галки:

– Неужели?! Пристроиться по уму сегодня нелегко, особенно в Сиэтле. Жизнь дорожает, безработица растет. Беда! А вы уже что-нибудь подыскали?

Фрэнк пристально посмотрел на нового знакомого и вдруг улыбнулся.

– Я работаю консультантом.

– Неужели?! – очередное "неужели" у Мередита получилось благосклонно. Похоже, отвлеченный "консультант" соответствовал представлениям типичного американца среднего достатка о благонадежности и состоятельности. – Что ж, можем ли мы пригласить вас с семьей на обед на этой неделе? Я вижу, у вас маленькая дочь…

Чудеса проницательности! На ярко-желтом крыльце успели расположиться велосипед Джордан по имени "Большие Колеса", огромный игрушечный грузовик и разноцветный мяч.

– Спасибо. Я передам приглашение моей жене.

– Обязательно передайте. Мы будем ждать! – торжественно произнес Мередит, ему не терпелось поделиться полученной информацией с женой.

Миссис Мередит маячила в окне, сгорая от любопытства. Еще бы, такое событие в узком мирке!

Фрэнк направился к дому, а голос новоявленного соседа продолжал назойливым шмелем гудеть вослед:

– Эй, Фрэнк! Вы не могли выбрать более красивого места, чтобы вернуться.

Фрэнк небрежно кивнул, не оборачиваясь, и на ходу развернул газету, которую до того бессмысленно теребил в руках. Пришла пора осмысленности, мистер типичный американец среднего достатка, – ваш новый сосед очарован знакомством с вами, но вашему новому соседу хотелось бы ознакомиться с новостями, а не только служить вам в качестве оной. В смысле новости.

Итак, полистаем. Политика, экономика, новости светской жизни, криминал.

И тут он остановился, как споткнулся.

Аршинными буквами на полосе:

МАТЬ НАЙДЕНА МЕРТВОЙ В ДОМЕ.

ПЯТИЛЕТНЕЙ ДОЧЕРИ УДАЛОСЬ СПРЯТАТЬСЯ ОТ УБИЙЦЫ.

Ниже – фотография безмятежной молодой красивой длинноволосой блондинки. Жертва…

– Фрэнк? – входная дверь слегка скрипнула. – Фрэнк, с кем ты там сейчас разговаривал? – полюбопытствовала Кэтрин, но… осеклась.

Лицо Фрэнка, ее мужа, четверть часа назад столь умиротворенное… оно напряглось, глаза бездонные, обращенные внутрь. Он смотрел на нее, но мимо нее. Не видя.

– О чем ты думаешь, Фрэнк?!

Он не думает. Он пытается избавиться от навязчивой мысли, оккупировавшей мозг и мешающей трезво думать – с чувством, с толком, с расстановкой. Мысль: "Это никогда не кончится! Это никогда не кончится! Это никогда, никогда не кончится!" Он тщетно пытается избавиться…