Арианская ересь и Никейский собор
...И [веруем] в единого Господа Иисуса Христа, Сына Божьего, Единородного Отцу, в Бога от Бога, в свет от света, в Бога истинного от Бога истинного, врожденного, не сотворенного, единосущного Отцу... НИКЕЙСКИЙ СИМВОЛ ВЕРЫ Богословские споры велись в христианстве с самого начала. Во времена Павла животрепещущим вопросом были взаимоотношения между обращенными иудеями и язычниками. Затем разгорелась полемика, связанная с теориями гностиков. В III веке, когда епископом Карфагенским был Киприан, главной темой обсуждения стал вопрос о восстановлении малодушных. Все эти споры имели определенное значение и часто бывали жаркими. Но в те ранние века победу в таких спорах одерживал только тот, чьи доводы звучали убедительнее или чья жизнь была образцом праведности. Гражданские власти не обращали особого внимания на богословскую полемику в церкви, поэтому противоборствующие стороны не пытались взывать к ним, чтобы положить конец спорам за недостатком богословской аргументации. После обращения Константина обстановка изменилась. Теперь появилась возможность для разрешения богословских споров обращаться к государственным властям. Империя была крайне заинтересована в сохранении единства церкви, которая, как надеялся Константин, должна была стать " связующим началом империи". Вследствие этого государство вскоре начало использовать свои властные структуры для сохранения богословского единства среди христиан. Зачастую подавленное таким образом инакомыслие действительно могло представлять собой угрозу для правильного понимания христианского послания. Однако, не будь вмешательства имперских властей, возникавшие вопросы, вероятно, вполне можно было решать, как в прежние времена, - в долгих спорах, в результате которых приходили к согласию. Но появились иерархи, которым претили долгие, не дававшие определенности дебаты и которые при поддержке имперской власти сами принимали решение, кто прав, а кто нет. В результате многие инакомыслящие, чтобы убедить оппонентов в правильности своих взглядов, стали обращаться не к церкви, а к императорам. В конечном счете богословские споры обернулись политическими интригами. Яркий пример этого - полемика по поводу арианской ереси, начавшаяся как местный конфликт между епископом и священником и разросшаяся до таких пределов, что вынужден был вмешаться Константин, - в итоге все вылилось в политические махинации, в ходе которых противоборствующие стороны старались уничтожить друг друга. На первый взгляд эта история не очень поучительна. Но при более пристальном рассмотрении удивление вызывает не то, что богословский спор перерос в политические интриги, а то, что в такой сложной обстановке у церкви достало силы и мудрости отвергнуть взгляды, угрожавшие самой сути христианского послания.
|
