Найти безопасное место

Одна из особенностей человеческой натуры — «тенденция к негативному», то есть склонность проявлять на плохое более мощные и устойчивые реакции, чем на аналогичные хорошие события. Как я уже выяснила в феврале, в рамках супружеских отношений для устранения последствий всего одного негативного или деструктивного поступка требуется не меньше пяти проявлений добра. Если говорить о деньгах, страдания от потери какой-то суммы оказываются более сильными, чем удовольствие от получения такой же суммы. Восторг от включения моей книги «Сорок способов познакомиться с Уинстоном Черчиллем» в список бестселлеров был меньше, чем расстройство от разгромной рецензии.

Важное следствие такой склонности к негативу — то, что у незанятого делами человеческого мозга имеется тенденция дрейфовать в сторону беспокойства или неприятных мыслей. «Зацикливаясь» на одних и тех же мыслях, бесконечно размышляя над неприятными мелочами, событиями или печальными происшествиями, мы наполняем себя негативными чувствами.

В действительности, возможно, именно большая склонность женщин к самокопанию делает их более подверженными депрессивным состояниям, чем мужчин, которые лучше умеют отвлечь себя каким-нибудь занятием.

 

Исследования показывают, что умение отвлечься — очень мощный инструмент коррекции настроения, и, вопреки распространенным убеждениям, систематически сосредоточивая свое внимание на дурном настроении, мы не облегчаем, а усугубляем его.

 

Я часто замечала у себя тенденцию «циклиться» на неприятном и, чтобы нейтрализовать этот эффект, изобрела концепцию «безопасного места». Как-то раз, навещая юридическую школу, где некогда училась, я заметила около лифтов табличку с надписью: «Безопасное место». Я думаю, что именно в это место должны направляться в случае пожара люди в инвалидных колясках или с иными физическими ограничениями. Эта фраза засела у меня в голове, и я решила, что любой раз, когда я буду ловить себя на том, что «циклюсь» на дурных мыслях, стану искать мысленное «безопасное место».

В качестве такого островка безопасности я нередко представляю себе речи Черчилля, в особенности его панегирик Невиллу Чемберлену, или вспоминаю забавные выходки Джеми. Много лет назад, когда мы были еще почти молодоженами, Джеми вошел в спальню в одних трусах, и, объявив, «Я — Бог танца!», начал скакать по комнате, по-ирландски вытянув руки по швам. Я до сих пор смеюсь каждый раз, когда мне вспоминается этот случай. Подруга рассказала мне, что она в таких случаях думает о своих детях. Другая подруга (не имеющая отношения к литературе) сочиняет в голове короткие рассказики. Когда Артур Ллевелин Дэвис, отец мальчиков, вдохновивших Дж. М. Барри на написание «Питера Пена», восстанавливался после операции, в результате которой у него были удалены часть челюсти и нёба, он написал Барри:

«Среди прочего, я думаю вот о чем:

♦ Учеба Майкла в школе;

♦ Портгварра и синее платье С.;

♦ Берпхэмский сад;

♦ Вид на долину из Керкби;

♦ Купание Джека;

♦ Ответы Питера на дразнилки;

♦ Николас в саду;

♦ Джордж в любой момент».

Эти фразы не имеют никакого смысла для постороннего человека, но ему они служили островком безопасности.