Приобретенная беспомощность против самоопределения

Преимущества чувства контроля над ситуацией выявляются и при исследовании животных. Собаки, приученные к тому, что они совершенно беспомощны перед ударом электрического тока, не проявляют инициативу и в других ситуациях, когда они могли бы избежать наказания. Собаки, которые научились контролировать ситуацию (успешно избежавшие первых ударов), легко приспосабливаются к новым условиям. Исследователь Мартин Селигман (Martin Seligman, 1975, 1991) отмечает, что приобретенная беспомощность проявляется и в поведении людей. Так, люди в состоянии подавленности или депрессии становятся пассивными, так как считают, что все их усилия будут неэффективными. И у беспомощных собак, и у подавленных людей парализована воля, они ведут себя апатично, с пассивным смирением.

Здесь кроется разгадка, каким образом общественные институты — независимо от их целей, тут можно вспомнить и больницы и концлагеря — могут обезличивать людей. «Хорошие пациенты» в больницах не вызывают персонал, не задают вопросов, не пытаются контролировать происходящее (Taylor, 1979). Такая пассивность может быть хороша для эффективной работы больницы, но не для людей. Ощущение того, что вы можете что-то сделать, что вы держите под контролем свою жизнь, положительно влияет на здоровье и сопротивляемость болезням. Потеря контроля над тем, что вы делаете сами и что делают с вами другие, может привести к стрессу (Pomerleau & Rodin, 1986). Некоторые болезни напрямую ассоциируются с чувством беспомощности и ограничением выбора. Отсюда быстрое угасание и смерть в концентрационных лагерях и хосписах. Пациенты больниц, обретающие веру в возможность контролировать стресс, требуют меньше болеутоляющих и успокоительных средств, медперсонал отмечает их меньшую тревожность (Langer & others, 1975).

Эллен Лангер и Джудит Родин (Ellen Langer and Judith Rodin) продемонстрировали важность личностного контроля, сравнив два варианта отношения персонала к обитателям престижного дома престарелых в Коннектикуте. В общении с одной группой исполненные добрых намерений работники подчеркивали: «Мы в ответе за то, чтобы вы могли гордиться этим домом и быть счастливы в нем». Они обеспечивали своим пассивным пациентам нормальный доброжелательный, сочувственный уход. Три недели спустя состояние большинства из этой группы было оценено ими самими, наблюдателями и сиделками как ухудшившееся. Другой вариант отношения, предложенный Лангер и Родин, вводил личный контроль. Здесь делался акцент на предоставление пожилым людям выбора и возможностей влиять на политику дома престарелых, а также на их личную ответственность за то, чтобы сделать их жизнь такой, какой они хотят ее видеть. Эти пациенты могли принимать некоторые самостоятельные решения и выполняли определенные обязанности. За последующие три недели 93 % из этой группы стали более активными, бодрыми и довольными жизнью.

Переживания пожилых людей из первой группы, должно быть, сходны с теми, что пришлось испытать 87-летнему психологу Джеймсу Маккею (James MacKay, 1980:

«Прошлым летом я на какое-то время перестал быть личностью. У моей жены был артрит коленного сустава, из-за чего она не могла передвигаться без специального приспособления, а я как раз в этот момент сломал ногу. Мы переехали в дом по уходу за престарелыми. Там был уход, но не было дома. Все решали врач и старшая сестра; мы же были всего-навсего одушевленными предметами. Слава богу, это продолжалось всего лишь две недели... Директор дома престарелых был компетентным руководителем, сочувствующим своим подопечным. Я считал, что это лучший дом по уходу за престарелыми в городе. Но мы не были личностями с того момента, как вошли туда, и до тех пор, пока не уехали.»

Исследования подтверждают, что системы управления или руководства людьми, стимулирующие самоэффективность, будут на самом деле способствовать их здоровью и счастью (Deci & Ryan, 1987).

- Заключенные, у которых есть какая-то возможность контролировать обстановку вокруг — передвигать стулья, включать и выключать свет, решать, смотреть ли телевизор, испытывают меньшее напряжение, реже болеют, среди них меньше случаев вандализма (Ruback & others, 1986; Wener & others, 1987). - У работников, имеющих большую свободу при выполнении заданий и принятии решений, лучшее моральное состояние (Miller & Monge, 1986).

- Обитатели домов престарелых и тому подобных учреждений могут прожить дольше и, без сомнения, чувствуют себя более счастливыми, когда им предоставляется свобода выбора в таких вопросах: что съесть на завтрак, когда пойти в кино, встать ли рано, лечь ли поздно и т. д. (Timko & Moos, 1989). - Обитатели приютов для бездомных, осознающие, что у них нет выбора даже в том, когда им есть и спать, и что в их жизни многое определяется не ими самими, скорее всего будут беспомощны и пассивны в поисках работы и жилья (Burn, 1992).