Зависимость музыкальных способностей у детей от музыкальной одаренности родителей

Следует отметить, что приведенные в таблице данные, иллюстрируя роль на­следственных факторов, не учитывают роль среды, в которой воспитывались дети. А мы с вами хорошо знаем, что развитие способностей в значительной степени определяется ролью среды, в которой живет и действует человек. Современные исследования, проводимые с применением близнецового метода, позволяют более точно оценить роль среды и наследственности в развитии способностей. Суть близнецового метода заключается в целенаправленном изучении близнецов. Так, в ряде исследований сравнивались между собой показатели способностей одио-яйцевых (монозиготных) близнецов и просто братьев и сестер (так называемых сибсов). Было установлено, что способности и уровень их развития внутри моно-зиготных пар совпадают в 70-80 % случаев, а в парах сибсов — в 40-50 %. Данные исследования позволили утверждать, что способности, или по крайней мере за­датки, самым тесным образом связаны с наследственностью. Однако по-прежне­му остается без ответа вопрос о том, что важнее для развития способностей — сре­да или наследственность.

* Рубинштейн С. Л. Проблемы общей психологии. — М.: Педагогика, 1976.

Глава 23. Способности • 547

Ответ на данный вопрос попытались дать в своих работах А. Басе и Р. Плоумин, которые изучали отдельные характеристики гомозиготных (имеющих иден­тичную наследственность) и гетерозиготных (обладающих разной наследствен­ностью) близнецов. Сравнительное исследование гомозиготных близнецов, кото­рые жили и воспитывались в разных семьях, показывает, что их индивидуальные психологические и поведенческие различия от этого не увеличиваются, а чаще всего остаются такими же, как у детей, выросших в одной и той же семье. Более того, в некоторых случаях индивидуальные различия между ними даже уменьша­ются. Дети-близнецы, имеющие одинаковую наследственность, в результате раз­дельного воспитания становятся иногда более похожими друг на друга, чем в том случае, если их воспитывают вместе. Объясняется это тем, что детям-одногодкам, постоянно находящимся рядом друг с другом, почти никогда не удается занимать­ся одним и тем же делом и между такими детьми редко складываются вполне рав­ноправные отношения.

В пользу наследственной природы способностей также свидетельствуют мно­гочисленные династии артистов, художников, моряков, врачей, педагогов. Одна­ко, скорее всего, в большинстве случаев следует говорить не только о биологиче­ской, но и о социальной наследственности. Ребенок идет по стопам родителей не только из-за наследственной предопределенности, но и потому, что с детства узнал и полюбил их профессию. Поэтому в отечественной психологической науке при­нято считать концепцию наследственного характера способностей весьма инте­ресной, но не объясняющей все факты проявления способностей.

Представители другой точки зрения считают, что особенности психики це­ликом определяются качеством воспитания и обучения. Так, еще в XVIII в. К. А. Гельвеций провозгласил, что посредством воспитания можно сформировать гениальность. Сторонники данного направления ссылаются на случаи, когда дети самых отсталых и примитивных племен, получив соответствующее обучение, ни­чем не отличались от образованных европейцев. В рамках этого же подхода гово­рят о случаях социальной изоляции, ведущих к дефициту общения, в частности о так называемых «детях-маугли». Эти случаи являются доказательством невоз­можности собственно человеческого развития вне общества. В пользу данного подхода также говорят факты массового развития некоторых специальных спо­собностей в условиях определенных культур. Пример такого развития был обна­ружен в исследовании звуковысотного слуха, которое проводилось О. Н. Овчин­никовой и Ю. Б. Гиппенрейтер под руководством А. Н. Леонтьева.

Звуковысотный слух, или восприятие высоты звука, составляет основу музы­кального слуха. Исследуя эту перцептивную способность с помощью специально­го метода, ученые обнаружили сильную недоразвитость ее примерно у одной трети взрослых русских испытуемых. Как и следовало ожидать, эти же лица оказались крайне немузыкальны. Применение того же метода к испытуемым-вьетнамцам дало противоположные результаты: все они по показателям звуковысотного слу­ха оказались в группе лучших. По другим тестам эти испытуемые обнаружили так­же 100 % музыкальности. Эти удивительные различия находят объяснение в осо­бенностях русского и вьетнамского языков: первый относится к тембровым, вто­рой — к тональным языкам. Во вьетнамском языке высота звука несет функцию смыслоразличения, а в русском языке такой функции у высоты речевых звуков