Литовские участники событий
В связи с битвой упоминаются три литовских князя: Ягайло, Андрей и Дмитрий. Все они – сыновья Великого князя Альгерда (1345–1377), Александра в православии, сына Гедимина от тверской княжны. Ягайло (Яков в православии) был сыном Альгерда от тверской княжны (то есть, тверской крови на три четверти), после смерти отца в 1377 году стал Великим князем Литовским и Русским. После Кревской унии 1385 года между ВКЛ и Польшей, Ягайло в 1386 году вступил в брак с польской королевой Ядвигой и перешел из православия в католичество, получив имя Владислав. В 1392 году он передал власть в ВКЛ, а в 1401 году и титул Великого князя Литовского своему двоюродному брату Витовту. Согласно традиционной версии российских историков, Ягайло якобы спешил на соединение с Мамаем – чтобы драться со своими родными братьями Андреем и Дмитрием Альгердовичами. Разделяя веру в этот нелепый миф, поклонник Орды Лев Гумилев писал в своей книге «От Руси до России» (страница 160): «Если же учесть, что большинство в войске Ягайлы составляли русские из‑ под Минска, Полоцка, Гродно, то легко понять, каково в тот период было единство некогда могучей Киевской Руси». Если Гумилев называет литвинов XIV века «русскими», то при таком «подходе» мы равно можем называть московитов татарами. Андрей Альгердович (как и Дмитрий Альгердович) – старший сын Альгерда от брака с другой княжной – витебской. С начала 1340‑ х годов он был князем в Полоцке. По версии Бычкова, в 1377 году «Андрей лишился Полоцкого княжения, бежал в Псков и был посажен на княжение там». Кем посажен? Неужели Москвой? Этот тезис не выдерживает никакой критики. В то время Альгерд захватил Псков, поэтому посадил на княжение в нем своего сына. Дмитрий Альгердович при жизни отца владел Брянском и Трубчевском. С 1379 года стал владеть еще и Переяславлем‑ Залесским. Однако, по версии Бычкова, «в 1379 году сдал Трубчевск Дмитрию «Донскому», и московский князь дал ему во владение ПереяславльЗалесский». И это сказка. Для Дмитрия Альгердовича сей московит Дмитрий Иванович – вассал и «шелупень», князек из туземного финского Залесья. Ничего ему не мог дать Дмитрий, якобы «Донской», а мог только подчиняться воле Дмитрия Альгердовича, своего господина. Все российские историки удивительно слабы на память, «дружно забывают» факт, который заставляет совершенно иначе взглянуть на Куликовскую битву. А именно: в 1373 году (за 7 лет до битвы) Альгерд бескровно захватил Москву, всадил в кремлевскую стену свое копье – как знак принадлежности Москвы Великому княжеству Литовскому, и подарил москвичам пасхальное яйцо как символ единства. Таким образом, Дмитрий Альгердович являлся для Московского княжества наместником отца, великого князя Литвы (ибо его вотчина – Брянщина – граничила с Московским княжеством). А Дмитрий Иванович (Донской) был его вассалом, не наоборот. Опровергает суждение Бычкова и тот факт, что Дмитрий Альгердович привел на битву хоругви из Брянска. Если бы он, как считает Бычков, к тому времени был только князем Переяславля‑ Залесского, то как он мог привести на битву брянские полки? Чтобы хоть как‑ то объяснить участие в Куликовской битве этих двух литовских князей, россияне выдумали, что, дескать, они были в услужении у Дмитрия Ивановича. Никто другой не был – а они вдруг были. Просто вопиющий маразм: князь Пскова и князь Брянска невесть отчего оказались слугами московского князька. Да с какой стати? Бычков пишет: «Оба этих князя находились на службе у великого князя Московского». Это как же так – будучи одновременно князьями Пскова и Брянска, являвшихся составными частями Великого княжества Литовского? Неужели и Альгерд, вместе с Ягайло и Витовтом, состоял «на службе у князя Московского»? Однако соседние князья Рязани и Твери плевать хотели на московского князя – а вот князья могущественной тогда Литвы вдруг оказываются на службе у бесправного князька залесского, которому ярлык на княжение давала Орда. Далее Бычков сам себя опровергает: «Погиб /Андрей Альгердович/ в 1399 году в битве на реке Ворскле, во время похода Великого князя Литовского Витовта против Темиркутлуя». Судьба Дмитрия Альгердовича аналогична: «Так же, как и брат, погиб в битве на Ворскле в 1399 году». Как же так? Якобы они «находились на службе у великого князя Московского», а погибли вовсе не за Москву, но за ВКЛ, на службе у князя Витовта. Как говорится, концы с концами не сходятся… Так вот, никогда Андрей и Дмитрий Альгердовичи не «находились на службе у московского князя». Они всегда, до самой смерти, служили только ВКЛ. За нашу Литву и погибли, а не за Московию.
|