Перестройка» и «ускорение».

Общество давало новому Генеральному секретарю такой кредит доверия, которого, пожалуй, не было ни у кого из его предшественников. От Горбачева ждали продолжения курса Андропова. Он знал это и старался его продолжить. В апреле 1985г. на Пленуме ЦК КПСС Горбачев сформулировал концепцию хозяйственного механизма, включавшую форсирование научно-технического прогресса, реконструкцию отечественного машиностроения, применение инновационных технологий. Наряду с этим выдвигалась идея децентрализации управления экономикой, расширения прав предприятий, внедрения хозрасчета, повышения ответственности и заинтересованности самих работников. Была провозглашена установка на ускорение социально-экономического развития общества. На 12-ю пятилетку планировалось увеличить темпы роста национального дохода до 20-22%, промышленной продукции —до 21—24%, с/х — в 2 раза. Всерьез ставилась задача - догнать к 2000 г. США по уровню промышленного производства.

Андропов рассматривал использование административных мер как способ ускорения развития экономики. Эту тенденцию «подхватила» и команда Горбачева. При этом для гражданских секторов экономики методы управления, которые использовались в ВПК. За образец органа управления в правительстве была взята Государственная комиссия по ВПК, в которой были объединены все министерства и ведомства этого профиля. По образу и подобию Военно-промышленной комиссии появились специальные органы в структуре Совета Министров — Бюро Совета Министров по машиностроению, по топливно-энергетическому комплексу, химическому, социальному развитию и агропромышленному комплексу.

Ярким примером попыток применения военно-административных методов управления экономикой было введение системы государственной приемки продукции на промышленных предприятиях по образу военной приемки, действовавшей в оборонной промышленности. Эту систему, оправданную для военных как заказчиков, распространили на всю промышленность. Для этого потребовалось создать по всей стране огромную систему государственной приемки.

Первоначально как вполне традиционная воспринималась и другая тема — о борьбе с пьянством и алкоголизмом. В мае 1985 г. было принято постановление ЦК КПСС и Совмина СССР, провозгласившее курс на введение «сухого закона». Последствия проявились позже. Площадь виноградников в 1985—1988 гг. сократилась на 30%. Был нанесен катастрофический удар по бюджету: Гос.казна недополучила огромные деньги. Удар по бюджету был столь значителен, что он так и не был преодолен до последних дней существования СССР. Эксперименты в борьбе с «водочными деньгами» способствовали формированию долговременных негативных экономических факторов - раскручиванию инфляции, нарастанию товарного дефицита.

Горбачев перенял у Андропова и практику расправы с неугодными чиновниками свидетельство борьбы с коррупцией. На этот раз репрессии из сферы внутренней торговли обрушились на внешнеэкономические ведомства. Были арестованы люди, входившие в ближайшее окружение Брежнева. Пожалуй, самым полным воплощением преемственности репрессивной политики двух Генеральных секретарей стала деятельность следственной группы, направленной в Узбекистан для расследования фактов коррупции. Были произведены аресты, затронувшие всю партийную элиту республики. Так разоблачение коррупции в советском обществе, встретившее поддержку широких слоев общества, превращалось в политический фактор.

В это время изменились общественные настроения в стране. Ожидание перемен создавало общий оптимистический фон. Молодой лидер вызывал доверие. Его готовность сражаться с коррупцией делала его очень популярным. В 1985—86 гг. произошли изменения в руководстве страны. Председателем Верховного Совета СССР стал Громыко, Председателем Совмина СССР — Рыжков, министром иностранных дел — Шеварднадзе. В партийном руководстве укрепились позиции Лигачева, Яковлева, Лукьянова, Б.Н. Ельцина — людей, понимавших необходимость реформ.

1986 г. сохранялась идея «ускорения социально-экономического развития страны». Однако эта кампания начинала затухать. Нарастали экономические проблемы. Бюджетный дефицит в СССР составлял в 1985 г. 17 млрд. руб., а в 1986 г. он вырос в 3 раза.

Осложнялись финансовые проблемы. Эксперименты с бюджетом, начатые с антиалкогольной кампании, привели к тому, что скрытым источником инвестиций в народное хозяйство становились повышение цен и рост эмиссии. 25% промышленных предприятий не выполняли планы, 13% были убыточны, зато на предприятиях накапливались т.н. «сверхнормативные ценности», материалы, сырье, оборудование «про запас», сумма этих запасов составляла около 80 млрд. рублей по ценам 1986г.

Осложнение экономического положения толкало правительство к внешним займам. Нефтяной наркотик экономики сменился на другой, несравненно более опасный — на зависимость от внешних долгов, которые начали стремительно расти. Платежи в погашение кредитов загоняли страну в долговую яму. Влияние этого фактора маскировалось сменой экономических приоритетов и лозунгов.

В 1988 г. лозунг «ускорения» был заменен на лозунг «сильной социальной политики». Инвестиционные проекты сокращались, их приоритеты были обозначены в потребительском секторе, централизованные капиталовложения сократились в 1,3 раза, в металлургии и топливно-энергетическом комплексе - в 1,4 раза.

В прессе началась критика исторического прошлого. Широко обсуждался важнейший тезис: правилен ли выбор, сделанный страной в 1917 г., и кто несет за это ответственность. Партийные идеологи не могли контролировать прошлое. Это лишало социалистический идеал утопической легкости, сильно мешало выдвинуть очередную идею «демократического социализма» или чего-то похожего. Именно в эти месяцы по всей стране стремительно возникали общественные объединения, ставившие своей задачей защиту исторических памятников, родного языка, экологические движения, дискуссионные клубы и др. Эти общественные объединения стали в будущем ядром новых политических движений и партий.