Социально-политическая природа собственности

СОБСТВЕННОСТЬ (как характеристика социального положения) - мера реальной причастности (или непричастности) к власти в хозяйстве. Собственность есть прежде всего властно-хозяйственное отношение, то есть разделение на тех, кто принимает в хозяйстве самые важные, а то и все решения, и тех, кто обязан их только исполнять. В распределении имущества это разделение на господ и подчинённых отражается и закрепляется. Но основными, определяющими в собственности являются не имущественные, а именно властно-хозяйственные отношения.

Собственность - это проекция общественного устройства и распределения власти в обществе на экономическую сферу. В обществах, где доминирует частная капиталистическая собственность, социальное положение частных собственников воспроизводится и упрочивается за счёт сохранения социального неравенства и подчинённого положения социальных групп, занятых наёмным эксплуатируемым трудом (См. Эксплуатация). Это абсолютный закон. Модели социального рыночного хозяйства и социального партнёрства позволяют смягчать жёсткость действия этого закона (См. Партнёрство социальное; Социальное рыночное хозяйство)..

В переходный период “революция в собственности” является закономерной составной частью реформ. При этом всегда провозглашается, что целью реформы собственности является поиск и нахождение эффективного собственника (См. Эффективный собственник). На самом же деле критерием эффективного собственника в переходных условиях становится не величина экономического эффекта, а создание устойчивой социальной базы новой (революционной) политической власти. В переходных условиях собственность перераспределяется пропорционально участию во власти, и это перераспределение становится фактором формирования социальной структуры, сдвигов в ней.

В СССР собственность формально считалась общественной (общенародной государственной или же кооперативной трудовой). Фактически она была совместной частной собственностью номенклатуры (см. Номенклатура). Под воздействием надвигающейся демократической революции руководство КПСС в начале 1990 г. выдвинуло лозунг разгосударствления и приватизации государственной собственности. В 1990-1991 г.г. активно проводилась номенклатурная приватизация, то есть разделение прав собственности между номенклатурными группами и должностными лицами. Номенклатура как правящая каста тоталитарного общества намеревалась таким способом трансформироваться в класс капиталистов.

Политическая революция 1991 г. нарушила план номенклатуры. Новая власть принялась ещё более активно осуществлять приватизацию, исходя из сугубо идеологической установки, что эффективным собственником может быть только и исключительно частный собственник и прежде всего крупный частный собственник. В результате приватизации, как высказался А.Б.Чубайс, “собственность в России, как, впрочем, и в других странах, распределилась пропорционально силе властных элит”.

Частная капиталистическая собственность в 1990-е годы стала в России господствующей формой собственности. Эта перемена - база для формирования новой социальной структуры. По логике перехода к капитализму, господствующим отношением в обществе должно стать отношение наёмного труда и капитала. Оно больше соответствует меркам гражданского, буржуазно-демокра-тического общества, нежели отношение номенклатуры и казарменно организованного (отчасти полурабского и полукрепостного, отчасти в полной мере рабского) труда в тоталитарном обществе. Однако реальный ход преобразований в России осложнился рядом существенных обстоятельств, в том числе авторитарной деформацией власти. Это отразилось и в деформированности социальной структуры современного российского общества. В ней самой влиятельной социальной группой становится не класс капиталистических собственников, а госчиновничество, всё последовательнее превращающееся в правящую касту.

Переходное состояние в России существенно осложнилось также широким распространением криминальных и скрытых форм ведения хозяйства. Криминальная и теневая собственность породила теневой хозяйственный уклад с присущими ей деформациями социального положения как теневых эксплуататоров и теневых эксплуатируемых, так и связанных с теневой деятельностью коррупционеров из числа государственных служащих.