Вопрос 2. Возмещение вреда, причиненного сотрудниками МЧС России в состоянии крайней необходимости

Гражданско-правовое определение действия в состоянии крайней необходимости не совпадает с определением, содержащимся в УК РФ, которое опирается на принцип оптимального соотношения категорий вреда и пользы (избежание большего вреда), т.е. включает в него указание на те пределы, за которыми вред будет превышать пользу настолько, что действие перейдет в разряд неправомерного.

В соответствии с п. 1 ст. 39 УК РФ не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или иных лиц, охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами и при этом не было допущено превышения пределов крайней необходимости.

Указанные пределы определяются соотношением вреда причиненного и предотвращенного, т.е. причиненный вред должен быть менее предотвращенного вреда.

В соответствии с п. 2 ст. 39 УК РФ превышением пределов крайней необходимости признается причинение вреда, явно не соответствующего характеру и степени угрожавшей опасности и обстоятельствам, при которых опасность устранялась, когда указанным интересам был причинен вред равный или более значительный, чем предотвращенный, но такое превышение влечет за собой уголовную ответственность только в случаях умышленного причинения вреда.

В то же время оба определения крайней необходимости в гражданско-правовом аспекте и в уголовном аспекте указывают на такой необходимый факт, как наличие положительного результата - устранение опасности, т.е. в целом для гражданско-правового регулирования важно, чтобы такой результат был достигнут.

в случаях крайней необходимости источник, порождающий право на нее, может быть самым разнообразным: стихийные бедствия (землетрясение, наводнение, смерч, тайфун, цунами, обильный снегопад и т.д.); нападение на человека диких, домашних животных; пожар; вышедшие из-под контроля механизмы, техника и т.д.). В качестве примера можно привести ситуацию, когда из-за технической неисправности летчики вынуждены сажать самолет на "брюхо", в результате чего он получает серьезные повреждения, но зато оказываются спасенными люди. В данном случае члены экипажа не подлежат уголовной ответственности за причиненный материальный ущерб. Источником, порождающим крайнюю необходимость, могут быть также как правомерные (например, обоснованный риск, выполнение профессиональных функций), так и неправомерные действия человека (поджог дома, причинение тяжких телесных повреждений, опасных для жизни и др.). Для правильного понимания и применения на практике положений относительно крайней необходимости в теории уголовного права признаки, ее характеризующие, подразделяются на условия, относящиеся к опасности, и условия, относящиеся к ее устранению.

Крайняя необходимость имеет существенные особенности по субъективному составу, причем как со стороны причинителя вреда, так и со стороны потерпевшего:

во-первых, в абз. 1 ст. 1067 ГК РФ речь идет об отношениях между двумя сторонами - причинителем вреда и потерпевшим. Когда такого рода действия производятся для устранения опасности, угрожающей не самому причинителю вреда, то, по существующему мнению, в отношении появляется некое третье лицо, которое, "бесспорно, является заинтересованным, поскольку оно терпело бы определенную убыль в имуществе или в неимущественных благах, если бы кто-то не устранил угрожающую ему опасность" <7>.

Действительно, абз. 2 указанной статьи ГК РФ содержит правило, согласно которому обязанность по возмещению вреда, причиненного в состоянии крайней необходимости, может быть возложена судом на лицо, в интересах которого действовал причинивший вред. То есть закон говорит, что на третье лицо может налагаться обязанность совершить в отношении потерпевшего определенное действие.

Однако здесь нет обязательства в смысле ст. 307 ГК РФ, так как отсутствует активный элемент обязательственного правоотношения: потерпевший не обладает правом требования в отношении лица, в интересах которого был причинен вред. Хотя, конечно, вполне справедливо привлечение последнего к возмещению имущественных потерь потерпевшего.

Поэтому для данного случая законодатель предусмотрел специальную правовую конструкцию, в соответствии с которой на лицо, не участвующее в известном правоотношении, судом возлагается обязанность, вытекающая из этого правоотношения. Нельзя не отметить, что, учитывая отсутствие противоправности в поведении этого лица, его поведение никоим образом не заслуживает осуждения, - ГК РФ не употребляет термин "ответственность".